Увидев Щекина, я инстинктивно выпрямился, чтобы со стороны было не так заметно, что мне тяжело идти. Во всяком случае, я очень старался придать своей походке больше уверенности. Борис Алексеевич не говорил ни слова и молча ждал, пока мы с Лешкой подойдем поближе.

Напряженная тишина. В этот момент я обратил внимание, что даже птицы затихли. Слышно было лишь как чавкают наши с Нарышкиным ботинки при каждом шаге, и как мы с ним громко сопим. Когда до Компонента оставалось шагов десять, он повесил над собой Светящийся Огонек. Причем сделал заклинание настолько ярким, что в окружавшей нас темноте он светил как прожектор.

Вскоре мы подошли к наставнику, который по-прежнему молча смотрел на нас. Такая себе ситуация на самом деле. Мы с княжичем смотрели на Щекина, он на нас, а между нами повисла особенная тягучая тишина. Такая неловкость обычно возникает в те моменты, когда все понимают, что происходит, но еще никто не решил с чего начать.

Разумеется, мы с Лешкой ждали, что первым заговорит Борис Алексеевич. По праву старшинства, так сказать. К тому же, мы оба были заняты тем, что придумывали, как убедительнее соврать и какую причину нашего нахождения здесь придумать. Мне казалось, я даже слышал, как скрипят наши мозги от напряжения.

Наконец Компонент заговорил. Его голос был тихим и спокойным, однако это абсолютно ни о чем не говорило. В случае с Щекиным правило работало наоборот — чем спокойнее он выглядел, тем более серьезное наказание ждет провинившихся. За несколько лет знакомства с ним это правило я знал как дважды два.

— Не подскажете ли, случайно, господа ученики, откуда вы возвращаетесь в такой поздний час? — спросил он и сделал яркость Светящегося Огонька чуть меньше, что было очень кстати. От яркого света у меня снова голова начала болеть.

Нарышкин неловко переступал с ноги на ногу, а я тем временем думал — сказать ему, что мы ходили именно к башне, или нет? Вряд ли он погладит нас за это по голове, но врать Борису Алексеевичу было рискованно.

Если княжич прав и эти болотные огоньки на самом деле его шпионы, то любая ложь может обернуться для нас еще большими неприятностями. Это за наставником тоже водилось. Он был хоть и строгим, но справедливым, поэтому, если не хочешь более строгого наказания, то лучше горькая правда, чем ложь. Я открыл было рот, чтобы признаться, но в этот момент Щекин заговорил вновь:

— Я так думаю, ночной сбор трав, верно? — спросил он. — Или я услышу что-то поинтереснее?

— Компонентов… — тихо сказал я.

— Угу, компонентов, ну разумеется, — кивнул он. — Как интересно. И какие же, позвольте узнать, растут на территории «Китежа» столь ценные компоненты, ради которых одни из лучших учеников школы жертвуют своим сном?

Он посмотрел куда-то за наши спины, затем подмигнул нам и добавил:

— С учетом выбранного времени суток и направления, это должно быть нечто особенное, верно?

Лешка начал что-то неуверенно мычать, пытаясь сформулировать мысль, но я его опередил и решил попытаться ограничиться полуправдой.

— Борис Алексеевич, мы хотели собрать редкие компоненты, — сказал я. — Помните, вы нам рассказывали о том, что некоторые виды мхов, которые растут в непосредственной близости от мощного магического источника, накапливают энергию и могут приобретать свои свойства? Я подумал, что вдруг нам посчастливится отыскать болотный светомох? Вот мы и пошли его искать.

— Какая похвальная тяга к знаниям! Отличная легенда! — просиял Компонент. — Глядя на вас, можно прямо слезу пустить от умиления. Я бы даже, может быть, поверил. Вот только есть одна проблема, Темников. Болотный светомох растет осенью, а сейчас весна, если ты обратил внимание. Как-то не сходится.

— Осенью? — удивленно спросил я. — Как же я мог так оплошать… Неудивительно, что мы ничего не нашли. Только зря время теряли.

— Вот и я так думаю, — перестал улыбаться Щекин. — Кстати, хочу спросить, почему у тебя кровь на лице? Это ты так всматривался в землю, что время от времени вспахивал ее собственным носом?

Вот черт! Наверное, это я когда кровь из носа рукой вытирал, следы оставил. Зараза… Лешка тоже молодец! Мог бы и подумать о том, что разгуливать с окровавленной физиономией по школе — не самая лучшая идея.

— Я думаю, он просто хотел, чтобы вы оттуда поскорее убрались, — предположил Дориан. — Привести себя в порядок можно было и потом.

Видимо так оно и было, я согласен с Мором. Вот только мне от этого не легче. Надо было что-то отвечать.

— Борис Алексеевич, у меня такое бывает, — соврал я. — С самого детства иногда кровь идет. Вот и сейчас также. Видимо давление какое-то или еще что-то. Голова закружилась и кровь пошла.

— Так и было, — тут же вступил в разговор Нарышкин. — Мы поэтому не до конца все обыскали. Я решил помочь Максу дойти до общежития и вот видите, поддерживал его по пути.

После слов княжича вновь воцарились тишина. Щекин сверлил нас строгим взглядом, а я думал над тем, что одна хорошая вещь в этом всем точно есть. Пока мы разговаривали мне стало намного легче. Может быть, сказывалось то, что Эликсир Бодрости к этому времени начал работать с максимальной силой. Как бы там ни было, но туман в моей голове рассеялся окончательно. Я уверен, что сейчас я мог бы идти сам и обойтись без помощи Нарышкина.

— Значит так, судари, — вновь заговорил Компонент, по-прежнему не повышая на нас голос. — Оглашаю приговор. Первое нарушение — нахождение в неположенное время на школьной территории, а не в своих комнатах. Второе — нарушение правил техники безопасности и само пребывание в зоне повышенной опасности ночью. Ну и третье — попытка скормить мне историю про болотный светомох. Хотя версия красивая, согласен.

После таких обвинений нам с княжичем ничего не оставалось, как опустить головы и заняться изучением своих ботинок. Так-то наставник был прав. Причем по всем трем пунктам своего обвинения.

— Вы понимаете, что я обязан сообщить об этом Орлову? — спросил он. — Насколько мне известно, вы оба совсем недавно виделись с ним. Уверен, он будет рад узнать о том, что вынужден вызывать вас к себе ежедневно.

— Вы сообщите? — спросил я и посмотрел на Щекина.

— Я сказал, что обязан сообщить. Я не сказал, что сообщу немедленно, — нахмурился наставник. — Сегодня пятница. Точнее, уже суббота. Иван Федорович будет в «Китеже» не раньше понедельника, так что у меня есть выходные, в течение которых я намерен подумать о том, как нам быть. Решить, стоит ли превращать вашу выходку в официальный инцидент или ограничиться собственными мерами. В понедельник вы узнаете о моем решении.

Мы с Лешкой переглянулись. Пока еще рано было загадывать, но дело явно попахивало нашим спасением. По крайней мере, выглядело это именно так.

— Это значит… Спасибо, Борис Алексеевич, — сказал Лешка.

— Нарышкин, пока еще это ничего не значит, кроме того, что я сказал, — ответил на это Щекин. — А пока, я думаю вы оба дадите мне слово, что к башне вы больше не пойдете. Я понятно выразился?

Мы с княжичем радостно кивнули. Теперь уже вероятность того, что в понедельник нас вызовет Орлов была совсем мала. Еще не равна нулю, но где-то рядом.

В этот момент Компонент повернулся и не спеша пошел в сторону общаги. Видимо он учитывал, что до этого шел я не очень уверенно, и решил меня пожалеть. Нам с Лешкой не составляло труда не отставать от него, так что мы молча топали рядом с ним, думая о том, как нам повезло.

В полном молчании мы прошли минут десять, когда я решил задать вопрос, который вертелся у меня в голове. Учитывая то, что наставник нас пожалел, я полагал, что момент для этого вполне подходящий.

— Борис Алексеевич, почему башня опасна? — спросил я

Щекин остановился, посмотрел на меня странным задумчивым взглядом, а затем молча пошел дальше. Я уж думал, что ответа на свой вопрос не дождусь, как через пару минут наставник сказал:

— Старые вещи бывают опасны, Темников, — начал он. — Эта башня как раз из таких. Точнее, она была опасна. Когда-то давно. Сейчас это скорее памятник. Вещь, которая утратила свое значение, скажем так. Однако по-прежнему является не самым лучшим местом для экскурсий. Во всяком случае, для ночных так точно. Тем более для учеников с определенными способностями.

В этот момент Борис Алексеевич бросил на меня многозначительный взгляд и сделал небольшую паузу, после которой спросил:

— Моего ответа для вас достаточно, господа?

— Нет, — честно ответил я, так как был уверен, что наставник знает гораздо больше, а Лешка в этот момент недовольно на меня посмотрел.

— Однако это все, что вы оба от меня услышите, — сказал Щекин.

— Мы обещаем, что больше не пойдем к башне, — произнес в этот момент Нарышкин, не переставая смотреть на меня.

— Да, я тоже обещаю, — сказал я.

— Хорошо, — кивнул Компонент, затем прошел еще немного и перевел разговор в неприятное для нас русло. — Теперь о последствиях. Надеюсь, понятно, что оставить вас без наказания никак нельзя. Это было бы непедагогично с моей стороны.

Он остановился, потер руки и указал на княжича пальцем:

— Поэтому вы, Нарышкин, следующую неделю каждый вечер будете приносить мне серых слизней и хвосты болотных ящериц. По десять штук и того, и другого. Раз уж вы открылись для меня с новой стороны и стали проявлять интерес к алхимии, то я думаю, что это задание вам должно понравиться. На всякий случай напоминаю — при работе со слизнями лучше использовать алхимические перчатки, а то будет жечь кожу.

— Слушаюсь, — печально вздохнул княжич.

— Отлично! — радостно улыбнулся наставник, как он делал это всегда, когда кого-то наказывал, а затем повернулся ко мне. — Что касается вас, Темников, то вы займетесь практикой. Мне давно нужно пополнить запасы стандартных противоядий, которые постоянно заканчиваются. Думаю, пятьдесят больших пузырьков с вас будет достаточно. Компоненты можете брать в лаборатории, само собой.

Пятьдесят? Да ладно… Сдохнуть можно со скуки… Ладно бы еще маленьких пузырьков… Их можно за пару дней наделать, а вот больших… Судя по всему, мне тоже придется целую неделю эти дурацкие эликсиры варить. Хотя лучше так, чем слизней собирать и хвосты болотных ящериц. Хлопотное дело… Чувствую, что на следующей неделе вечера у нас с Лешкой будут насыщенными, что и говорить.

Впрочем, все равно это лучше, чем оказаться у Орлова. Уверен, что за вторую шалость подряд он бы нас с княжичем хвалить не стал, и еще неизвестно, каким наказанием наградил бы за наши подвиги.

— Сделаю, Борис Алексеевич, — сказал я.

— Вот и прекрасно, — он еще немного помолчал, глядя на нас обоих, а потом продолжил свой путь.

Несколько минут мы шагали молча. Судя по мрачному Лешкиному лицу, мне предстояло узнать о себе много интересного, как только Щекин оставит нас одних. Однако атмосфера этой ночи, после выданного нам с княжичем наказания, как-то неуловимо изменилась. Может быть, окончательно еще не потеплела, но разрядилась, это точно.

— Как вы себя чувствуете? — неожиданно спросил Щекин.

— В каком смысле? — растерянно спросил княжич.

— В прямом, Нарышкин. Вы провели некоторое время в зоне повышенной магической активности… — он бросил на меня быстрый взгляд. — Выглядите не вполне удовлетворительно, поэтому я и спрашиваю. Хочу понять — нуждаетесь вы в посещении медицинского блока или нет.

— Голова немного болит, — сказал я. — И немного кружится, но я в порядке.

— Я тоже, — быстро сказал княжич.

Попасть в медицинский блок, это означало значительно увеличить шансы того, что Орлов узнает о наших приключениях. Так что идти к целителям мы бы с княжичем согласились в самом крайнем случае.

— Понятно, — он снова помолчал немного и спустя минуту добавил. — Если до утра что-то изменится, то сразу в медицинский блок. Теперь идите.

К этому времени мы уже почти дошли до нашей общаги. Оставалось всего лишь каких-то метров пятьдесят.

— Надеюсь на этот раз вы отправитесь спать, а не будете слоняться по территории, — сказал наставник. — Или мне отвести вас за руки, как маленьких детишек?

Мы с Лешкой заверили Бориса Алексеевича, что этого делать не стоит, и мы с ним обязательно сейчас же пойдем спать. В ответ на это Компонент лишь кивнул, на прощание наградил нас своим мрачным взглядом и пошел в сторону общежития для преподавателей.

— Как думаешь, скажет Орлову? — тихо спросил у меня Лешка. — По-моему, не должен. Он же нам наказание уже выдал.

— Я тоже так думаю, — сказал я, глядя вслед быстро удаляющемуся от нас Щекину. — Кстати, насчет болотных огоньков ты все-таки оказался прав. Кто мог подумать, что они доносчики Компонента?

— Кто бы мог подумать… — перекривил меня княжич. — Мне теперь из-за тебя целую неделю слизняков собирать. Далась тебе эта башня?

— Не ной, Леха, мне тоже не мед достался, — ответил я ему. — Пятьдесят больших эликсиров… Ты представляешь себе сколько это? Практически целая вечность.

— Луше варить эликсиры, чем копаться в слизнях, — скривился княжич. — Еще и ящериц этих идиотских ловить. Лучше бы я сейчас спал в своей комнате.

— Тебе же тоже было интересно, — сказал я, пока мы медленно подходили ко входу в общагу. — Хочешь я тебе расскажу, что я там увидел?

— Завтра утром расскажешь, — недовольно ответил Лешка. — На сегодня хватит с меня про башню. Главное я от Щекина услышал — теперь она просто памятник.

Увидев нас, дежурный спросил, где мы так долго болтались, однако с ним откровенничать мы не стали. Просто посоветовали не совать нос не в свое дело. Он что-то записал в лежавший перед ним журнал и оставил нас в покое.

Уставшие как черти, мы с Лешкой разошлись по своим комнатам. Я быстренько разделся и буквально рухнул на кровать с мыслью о том, что сейчас полежу минут десять, а потом переберусь в Берлогу.

После сегодняшнего приключения мне просто необходимо было восстановить свои силы, а лучшего средства для этого, чем пещера, просто не существовало. Пока же, я хотел просто немного собраться с мыслями и обдумать все произошедшее.

Видения, которые я увидел, не выходили из моей головы, и им нужно было дать какое-то объяснение. В данный момент я был уверен в одном — портал, который стоит внутри этой башни, когда-то работал, это совершенно точно. Теперь еще бы узнать, куда ведет этот портал и получить ответ на самый главный вопрос, работает он сейчас или нет?

Если верить словам Бориса Алексеевича, в данный момент портал не работал. Однако эта информация может быть и ложной. Иначе зачем понадобилось замуровывать вход в башню, да еще окружать ее таким мощным защитным магическим барьером? Хороший вопрос… Нет, с ней явно что-то не то…

Кроме того, мне не давала покоя еще вот какая штука — Щекин что-то знал про историю этой башни, и эта информация явно была не общедоступна. Иначе бы Лазарева мне не говорила, что никто толком не знает для чего они нужны. Хотя… Может быть и то, что известно Компоненту, было лишь одной из версий, а правда не известна и ему?

Ответа на этот вопрос я не знал. Пока что я могу быть уверен лишь в том, что видел сам. По крайней мере во втором видении. Бобоедов говорил нам, что предметы не врут, и их воспоминания изменить невозможно, а значит кто-то из этой башни выходил, но кто?

Пока я не найду дополнительной информации об этом всем, башня станет для меня очередной загадкой. Такой же как третий шар, братья которого лежат в этот момент на ответственном хранении у Хвостова… Найду ли я ответы на эти загадки? Поживем — увидим. Во всяком случае, буду искать, а там уж как карта ляжет.

В этот момент я вспомнил тот самый шепот, который назвал меня интересным. Точнее фраза, которую он не закончил. Что значило это его «мы еще»? Он собирался со мной еще раз увидеться, или что?

— Макс, иди отдыхай в Берлогу, — посоветовал мне в этот момент Дориан. — Твой Нарышкин прав, хватит на сегодня башни. Выспись как следует, а завтра мы с тобой поразмыслим обо всем. Кстати, тебе завтра с Чертковым встречаться, не забыл?

Точно! Совсем вылетело из головы… Пожалуй Мор прав, нужно срочно окунуться в целительный бассейн и как следует отдохнуть. Самое главное, чтобы Люфик меня не будил своим громким храпом, работяга…

* * *

От автора:

Дорогие мои читатели! Очень скромный автор просит вас поставить лайк тех, кто дошел уже до конца 11 главы, но этого не сделал. Вас так много читает, а лайков (сердечек) как-то меньше, поэтому я просто уверен, что многие попросту забыли про него) Я знаю, такое очень часто бывает))

💖 Спасибо вам огромное! Благодарю за поддержку! 💖

Что касается немного сбившегося расписания…

Вчера у автора возник небольшой форс-мажор, а потому привычные для вас две главы выложить не получилось, так что платная глава, как видите, вышла сегодня.

Однако в целом выкладку мы не нарушим. Чтобы привести все в норму, перерыва в один день между Главой 11 и Главой 12 в этот раз не будет. Очередная глава выйдет уже завтра, а дальше уже перейдем на режим «через день».

Так что приношу извинения за небольшое неудобство, нарушившее наш привычный уклад выкладки глав. Обязуюсь искупить, загладить…

С уважением, Ваш автор 💖