Фриджмонт, 9 марта (третий день)

Маркус Гринч

Двадцать человек стоят у калитки гермодвери, а мои ноги буквально прилипли к полу. По привычке я чуть пригнулся, готовясь в любой момент запустить Поток и рвануть отсюда прочь.

[Спокойно, Маркус! Отступление сейчас не поможет.]

В зверюгу, сидящую снаружи, бесполезно стрелять из автомата. Как и медведь-мутант, она выстрелов даже не заметит. Эссенции льда в ней столько, что мне через Сферу Восприятия ни черта не видно.

Сержант Дарек Томпсон стоял у выхода, поторапливая разведотряд:

— Пошли, пошли, пошли!

Я стоял в очереди вторым. Едва человек передо мной шагнул вперёд, как я схватил его за шкирку.

— Стоять! Там монстр! — видя, как лицо сержанта изменилось от удивления, я добавил: — Снаружи мутировавшее животное.

Томпсон с недоумением посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на открытую калитку. Оттуда в лицо бил ледяной ветер. Солнце уже начало подниматься над горизонтом.

Сержант вдруг понимающе улыбнулся:

— Парень, это называется «синдром убежища». Ты боишься выходить наружу после нескольких лет жизни в безопасности под защитой стен.

— Сэр, — смотрю в глаза сержанту, — меня сюда прислал лично генерал Шеридан. Я не солдат, а скорее охотник и сейчас отчётливо чую запах зверя. Ветер встречный. Огромная тварь затаилась примерно в шестидесяти метрах слева. Если сейчас выйдем, все скоро погибнем. Судя по запаху, это здоровенная махина. Я бы сказал, что раза в два больше внедорожника. Животные поменьше так сильно не пахнут.

Сержант принюхался и, очевидно, ничего не почуял. Оно и понятно. Про запах я выдумал. Нельзя никому рассказывать про Сферу Восприятия. Тем временем улыбка Томпсона превратилась в злой оскал.

Однако я не дал ему вставить слова:

— Подождите, сержант! Не надо ругаться. Дослушайте до конца. Раз это главный выход из Фриджмонта, здесь должны быть камеры видеонаблюдения. Давайте проверим записи.

Один из четвёрки солдат, охранявших гермодверь, подал голос:

— Парень! Камеры не работают. При побеге люди из конвоя Совета Правления сожгли сервер. Мы на вскрытие замка два дня убили! До камер ещё не скоро доберёмся.

Мозг лихорадочно соображал, ища способы выжить. Снаружи нас всех ждёт смерть. Это абсолютно точно.

Томпсон снова набрал воздуха в грудь, но я опять его опередил:

— Сержант, дайте мне десять минут! Можете пока снаряжение у всех проверить. Если я ошибся, все мои пайки за этот рейд достанутся членам группы в виде компенсации. Но если я прав, мы все умрём.

Сержант зло прищурился:

— Хочешь сказать, что это будет моя вина?

— Нет. При чём тут вы? Если вы ошибётесь, еда уже никому не пригодится. Давайте поступим чуть иначе…

Ловко обойдя Томпсона, я обратился к воякам, стоящим в карауле у двери:

— У вас остались старые записи с камер? Те, что были сделаны до поломки? Наверняка данные дублировались на запасной носитель информации.

— А толку? Там записи только двухнедельной давности.

— Вот они-то мне и нужны!

Томпсон опять открыл рот, собираясь что-то спросить. Я пронёсся мимо него к каморке, где сидел интендант Ель. Всё, что используют охотники во время вылазок наружу, хранится на его оперативном складе.

Нырнув в его комнатушку, я сразу обратился к Елю:

— Сэр, у вас должны быть квадрокоптеры для разведки. Мне нужен один на ближайшие двадцать минут.

— А танк тебе не нужен? — интендант захохотал, видя, что я всерьёз задумался. — Эй-эй-эй! Такие вещи выдаются только по приказу генерала.

— Оставьте танк себе, — киваю своим мыслям. — А вот крупнокалиберное оружие нам скоро приготовьте.

В каптёрку заглянул Томпсон. Узнав про просьбу о квадрокоптере, он удивлённо взглянул на меня:

— А ведь это идея, Гринч. Выходить не придётся.

Через пять минут работники склада притащили чемодан с квадрокоптером. К счастью, все батареи заряжены. В это же время караул на своём терминале нашёл данные с камер двухнедельной давности. Посмотрев на них, я указал на экран, показывающий картинку слева от гермодверей. В шестидесяти метрах от ворот около дороги виднелась канава, заваленная снегом.

— Вот сюда смотрите. Яму видите? Сейчас покажу это же место, только с дрона.

Квадрокоптером никто, кроме меня, не умел пользоваться. Взявшись за пульт, я включил двигатели и направил его в открытую дверь калитки.

Снаружи уже рассвело, валил густой снег. Отлетев от двери на пару десятков метров, дрон взмыл вверх и ушёл чуть влево. Зависнув в воздухе, я направил камеру на канаву.

— Видите? — показываю Томпсону картинку с дрона и кадры со старых записей на терминале.

— Что я должен увидеть? — сержант уставился на пульт от дрона. — Канавы тут нет.

— В том-то и дело, что её нет! Представляете, каких размеров должно быть животное, чтобы рельеф в том месте так сильно изменился? Метель скрыла следы, но не само место для засады…

Видя, что сержант колеблется, я выложил на стол последний актуальный козырь.

— … Я указал вам точное место, даже не выходя наружу. Какие ещё нужны доказательства?

Томпсон напрягся, но не из-за моих слов. Он ощутил на себе взгляды других солдат. Если командир сомневается, то дело плохо.

— У меня приказ, — сухо произнёс сержант. — Понимаешь? Приказ! Я давал присягу. Даже если миру настал конец, я буду делать то, что говорит начальство.

Видя, что Томпсон вот-вот отдаст команду о выдвижении, я стал лихорадочно соображать, что ещё можно сделать…

— Дайте мне ещё десять минут! Проверьте запасы патронов или еды. Я что-нибудь придумаю.

Томпсон нехотя согласился и пошёл к бойцам. Я же, снова взявшись за пульт, сделал так, чтобы дрон завис прямо над тварью. Она не шелохнулась, хотя через Сферу Восприятия я видел: сияние эссенции чуть изменилось. Хищник чувствовал дрон, но себя не выдавал.

[Он не чувствует живых существ рядом. Поэтому и не атакует. Видимо, как и хозяин теневых тварей, привык действовать из засады.]

Вернув дрон, сложил его в коробку и рванул обратно на склад. Интендант Ель со скучающим видом сидел на прежнем месте.

Кладу ящик с дроном на стол перед ним.

— Сэр, а у вас есть гранатомёт? Нужно оружие, способное поразить живую цель размером с маленький автобус. Будет только один шанс на выстрел.

В дверях появился Томпсон и стал прислушиваться к разговору. Не отвечая, Ель краем глаза глянул на сержанта.

— Что у вас там?

— Гринч говорит: снаружи сильный хищник. — Томпсон выглянул в коридор. — Парни в карауле по камерам ничего не видят.

Интендант снова перевёл взгляд на меня:

— В разведотряд этого парня поставил сам Шеридан. Я глянул по базе данных. Раз говорит, что есть опасность, надо проверить… Есть Джавелины, но выдавать их без личного приказа генерала запрещено. К этим коробкам разрешено прикасаться только мне и работникам склада.

За секунду в моей голове пронёсся целый ворох разных мыслей. Затем я улыбаясь глянул на скучающего интенданта.

— А пострелять из Джавелина не хотите? — указываю на дверь. — Вам нужно просто подойти к калитке и нацелиться на выход. Если я прав, то как только кто-то выйдет наружу, мутант себя покажет.

Интендант и сержант переглянулись. Затем Ель медленно кивнул и поднялся со своего места.

— Возьму оформление Джавелина на себя. — Интендант направился вглубь склада. — Если парень врёт, мы быстро это узнаем. Хочу посмотреть в деле, на кого сделал ставку генерал.

Томпсон недовольно хмыкнул:

— Смотри, Ель! Если что, тебе лично придётся перед генералом объясняться за трату ценного боеприпаса.

Через пять минут всё было готово. Довольно улыбающийся интендант вытащил со склада бандуру длиной почти полтора метра. Понятия не имею, как эта техника работает.

Я сам вызвался на роль живой приманки. В то, что монстр есть, до сих пор никто не верит. А я что? Я самый умный! Буду охотиться чужими руками. Главное, чтобы интендант Ель не промахнулся с выстрелом из этой бандуры.

Ставлю выданную винтовку около стены. Снимаю рюкзак, каску, почти всю дополнительную экипировку. Оставляю только лыжи и палки к ним. Помощники интенданта достали со склада мегафон — такие штуки ещё называют громкоговорителями. Их частенько используют на митингах и при разгоне демонстрантов.

С помощью скотча я прицепил к нему телефон с уже включённой рок-музыкой. Ну как сказать… Эта какофония звуков больше походила на блеяние козлов, сожравших урожай свежей конопли. Когда придёт время, останется только включить эту штуку.

Проверив, как приманка держится на поясе, хватаюсь за лыжные палки.

— Так-с. Я готов.

— Я тоже. — Довольно улыбаясь, Ель встал недалеко от калитки. — Гринч, надеюсь, мутант и впрямь появится. Я из Джавелина ещё ни разу не стрелял. Если придётся нажать на крючок… Можешь потом требовать с меня подарок.

Сидевший в канаве мутант едва заметно пошевелился. Видимо, учуял нас и теперь ждал момента для атаки.

— Поеду от двери по прямой, — показываю интенданту направление. — Сэр, вы только наружу не выходите. Мутант вас сразу почует и сделает приоритетной целью. В вас больше мяса. Если я прав и это хищник, то он бросится за убегающей добычей. У вас будет один выстрел. Потом мутант накроет себя магическим щитом и станет практически неуязвимым.

При упоминании магии бойцы из разведгруппы захохотали.

— А ну, цыц! — Ель рыкнул на солдат. — Как вернётесь, с охотниками в баре поболтайте. Мутанты с необычными способностями действительно существуют. В прошлом году примерно каждое десятое животное вытворяло такие фокусы, что никакой наукой не объяснить. Защитный барьер далеко не редкость.

Выйдя наружу, я встал на лыжи и, орудуя палками, начал разгоняться. Заодно подталкивал себя сзади Потоком. На десятой секунде я врубил громкоговоритель на полную мощность.

Б-Е-Е-Е-Е-Е-Е!

Утробный рык блеющих овец разнёсся над горами Невады. Я мчался как угорелый, холодный воздух стал обжигать лёгкие. Прогоняя ману через тело в десятый раз, я почувствовал то, чего давно ждал.

[Мутант в канаве зашевелился!]

Здоровенный монстр на четырёх лапах походил на белую гориллу. Стряхнув с себя снег, он рванул за мной. Тварь двигалась невероятно быстро, вообще не проваливаясь в снег.

[Да чтоб вас магические черти драли во все анналы истории! В этом мире, что… Теперь и монстры используют Импульсную Походку⁈]

Мутант нёсся так, что на прямой дистанции любому автомобилю дал бы фору. Я заработал палками как угорелый. Отцепил Телекинезом одну лыжню, поставив обе ноги на вторую. Разогнавшись до предела, отбросил палки и теперь летел вперёд только за счёт Потока.

Бум-бум-бум!

Снег под ногами содрогался от импульсов маны, исходящих от снежного гиганта. Каждый шаг йети выбрасывал в окружающее пространство целое море энергии.

Я проехал уже больше сотни метров, а выстрела из Джавелина всё ещё не прозвучало. Тварь позади взревела так, что у меня внутри всё перевернулось.

[Парализующий рёв!]

Ощущения, волной пронёсшиеся по телу, оказались один в один как от волков-мутантов в Ледяном Мире. Они тоже пытались меня так обездвижить.

Флш!

Снег слева от меня фонтаном взметнулся в воздух. Тварь применила дистанционную атаку.

[Чёрт! Дистанция совсем маленькая.]

Резким боковым импульсом я ушёл вправо, уклоняясь от второго и третьего ударов.

Флш-флш!

Четвёртая атака зацепила по касательной. Холод мгновенно пронзил тело. Рухнув в снег, я покатился по сугробу. Направляя Поток наружу, стал очищать организм от эссенции льда.

БАБАХ!

Ракета, выпущенная из Джавелина, угодила монстру в спину. Мутант лишился огромного куска плоти и правой руки. Кровь расплескалась по снегу.

— Р-А-А-А-А!

Взревев, йети рванул к источнику новой угрозы… К людям, находившимся у входа во Фриджмонт. Стоявший снаружи интендант рванул к калитке.

[Какого дьявола⁈ Сказал же стрелять изнутри! Зачем он вообще вышел?]

Проход за интендантом сразу же закрылся. В проёме мелькнуло испуганное лицо сержанта Томпсона. Я сам тем временем использовал Поток, создавая себе нору в сугробе. На военных надежды нет. Если мутант решит отступить, то меня, скорее всего, прихватят как закуску.

Несколько секунд спустя йети уже долбил по двери веером ледяных атак. На трёх лапах мутант добрался до входа и начал биться в закрытые створки ворот. Весь его путь от места взрыва до Фриджмонта оказался залит кровью.

— Р-А-А-А-А!

Бам!

Бам!

Бам!

Звуки ударов продолжались ещё пару минут. Затем йети рухнул замертво. Я выбрался из-под снега и огляделся. Военные пока не торопились выходить. Стараясь не выдавать своих магических способностей, стал медленно идти к вратам Фриджмонта. Ноги по колено уходили в сугробы, но так даже лучше. Потом ко мне будет меньше вопросов.

Добравшись до ворот, увидел, как калитка осторожно открывается. Наружу вышел интендант Ель, сжимая в руках гранатомёт с барабанным магазином. При виде туши мутанта он громко выматерился:

— Вот это образина! В её пасть человек целиком поместится. Гринч, ты там живой? Осколками не задело?

— Вроде цел. Вы чего так долго не стреляли? И зачем наружу вышли?

— Квадрокоптер наружу выпускали, — Ель смущённо улыбнулся. — Признаю́. Моя ошибка. Хотел записать на память, как из Джавелина стреляю. Раньше каждая ракета к нему стоила, как дом в пригороде.

Опустив гранатомёт, Ель свистнул бойцам, стоящим за дверью.

— Томпсон! Посмотри на эту тварь вживую. В ней одного только мяса тонны четыре будет!

— Мясо мутантов ядовито…

Стоило это произнести, как все вышедшие из дверей вояки уставились на меня. Пришлось объяснить:

— Эм-м-м… Когда я последний раз ел такое мясо, потом весь день чувствовал себя единорогом, который делает свои радужные дела.

Поняв, о чём речь, интендант усмехнулся:

— Слышал от охотников похожие истории. Они, когда далеко от города отходят, питаются тем, что подстрелили. Наши повара научились такое мясо «соевым мясом» разбавлять. Получается довольно сносно.

При виде чудовища Томпсон побледнел и едва не шагнул обратно в шлюз. Тут уже я решил подколоть вояку:

— Сержант, кажется, у вас «синдром убежища»? Может, вернётесь внутрь?

— Да иди ты! — вояка беззлобно рыкнул. — Признаю́, Гринч. Был неправ с самого начала.

…

Началась волокита с тушей йети. Во-первых, она мешала проезду грузовиков, которые должны были поехать за углем. Во-вторых, даже полуядовитое мясо остаётся мясом. Бросать нельзя!

По новым охотничьим законам Шеридана, «тридцать процентов от добычи полагается тем охотникам, которые её добыли». В реальности получилось чуть иначе. По десять процентов отошло мне, Томпсону и интенданту Елю.

[Учитывая размеры туши, мне и десяти процентов пока хватит.]

На деле — это распил МОЕЙ добычи. Томпсон упёрся бы рогом и погубил всю группу. Без интенданта Еля мы бы не получили быстро Джавелин. И наконец я — человек, рискнувший жизнью ради доказательства своей правоты.

[Ощущение, что меня нахлобучили… Но где? Чёртова армейская система!]

Интендант ошарашенно поглядывал на экран сделанной дроном видеозаписи.

— Буду должен, Гринч, — Ель перевёл взгляд на тушу йети. — Сильно должен. Заходи после рейда. Посмотрим, чем смогу тебя порадовать. У меня есть доступ к складам с последними армейскими разработками.

У Дарека Томпсона то ли от стыда, то ли от смущения шрам на лице стал красным. Подойдя ко мне, сержант тихо произнёс:

— С меня причитается. Когда вернёмся в город, я проставлюсь и замолвлю за тебя словечко. Есть люди, которые захотят купить у тебя часть добычи. Договорились?

— Хорошо, — киваю и отвечаю столь же тихо: — На будущее давайте сразу договоримся. Если я говорю: «Впереди опасность», — вы верите без дополнительных проверок. Генерал Шеридан меня для этого и приставил к разведгруппе.

Чуток преувеличил, но куда же без этого⁈ Мне ещё долго крутиться в кругу людей, выбирающихся за пределы Фриджмонта. Надо набить себе репутацию, должников и полезные связи. «Свой» сержант лучше того, кому приходится заново доказывать, что меня надо слушать.

— Услышал, — Томпсон кивнул и свистнул своим бойцам: — Дамочки! Шевелите булками. Не забывайте прикрывать масками лицо. Снаружи минус тридцать.

…

Разведгруппа с рюкзаками стала выходить на улицу. Внезапно в моей голове что-то щёлкнуло, и перед глазами всплыло системное сообщение:

«Функция компаса доступна»

Немного покопавшись в интерфейсе «Мохреша», заметил, что на вкладке автоматически выстраиваемой карты появился значок компаса.

Покрутил головой.

[Вот оно что. Я теперь, как и перелётные птицы, могу ощущать магнитное поле планеты. Стрелка компаса поворачивается, когда я куда-то смотрю.]

Когда мы с бригадой Франка ремонтировали грузовики, интеграция нейросети «Мохреш» достигла четырёх процентов.

[Медленно, но верно её функционал раскрывается. Белый Дьявол что-то напутал, сказав, что нейросеть у магов не работает.]

Пока я вертел головой, разведгруппа из двадцати человек собралась у выхода из Фриджмонта. Пришлось снова встать на слегка потрёпанные лыжи.

— Гринч! — сержант указал рукой на солдат, идущих с нами. — Снимай с себя всё лишнее и передавай парням. Идёшь на лыжах в головном дозоре. Теперь ты глаза и уши нашего отряда.

Среди людей разнёсся вздох облегчения. После инцидента с йети больше никто не сомневался в том, что мне можно верить.

…

Вместо прямого пути на газодобывающую станцию мы поехали по объездной дороге, расставляя ретрансляторы сигнала. Шеридан приказал Дареку Томпсону разведать обстановку на угольной шахте.

Добравшись до неё, сержант доложил, что вход в штольню цел и обвалов нет. Я подтвердил, что поблизости нет опасных животных и можно высылать грузовики. Дорога хоть и занесена снегом, но цела. Под сугробами нет скрытых трещин, в которые может провалиться гружённая углём машина.

Разведав путь до шахты, мы снова пошли по дуге, направляясь к газодобывающей станции. Пришлось практически вернуться к Фриджмонту — врата гермошлюза находились в зоне прямой видимости. Стоящие около них грузовики с рабочими как раз готовились к отправке.

Затем мы на лыжах пошли вдоль газопровода. Приставленный к нам егерь указывал маршрут, объясняя:

— Под нами пять метров снега. На полметра ниже уровня земли проходит газопровод. Сейчас ни черта не видно, но летом здесь будут проходить строительные работы. Надо восстановить участки, повреждённые лавиной. Сержант Сандерс сказал поставить здесь GPS-маяки и разметить дорогу. По ним даже в метель люди смогут найти дорогу до Фриджмонта.

Через Сферу Восприятия я видел, где именно трубы смело́ и утащило вниз по склону. Затем сделал на карте в нейросети пометки.

[Кто знает⁈ Может, в будущем мне это пригодится.]

Инженеры в своё время подошли к делу ответственно: газопровод разместили под слоем грунта на небольшой глубине. Это спасло трубы лишь отчасти. C годами снег спрессовался в лёд и сцепился с верхними слоями грунта. Затем ледник начал ме-е-е-едленное движение. Этот сдвиг повредил магистраль газопровода намного сильнее, чем сошедшая потом лавина.

По пути я пару раз замечал вдалеке животных. Они тоже нас видели, но не нападали. В первый раз мы натолкнулись на стадо оленей, ведомое самцом-мутантом. У четырёхметровой твари рога искрили, словно электрошокер. Мутант нам явно ими угрожал, давая понять: «Если подойдёте, сами станете добычей».

Второй раз нам попалась пара волков: обычная особь и явный мутант. Морда вытянутая, тело тощее, из пасти валит пар. Они шли по следам оленей и встретить людей никак не ожидали. Заметив нас издалека, хищники предпочли сделать большой крюк и на глаза не попадаться.

Я рассказывал Томпсону то, чего он не мог увидеть глазами. Те же волки всего раз показались из-за холма вдали… Видимо, пересчитали число двуногих. Тогда же я показал сержанту, куда надо смотреть в бинокль, чтобы их заметить. Увидев размер пасти мутанта, вояка выматерился… Потом снова выматерился… И снова.

— Сначала четырёхтонный йети! А теперь волки размером с тигра. Куда этот чёртов мир катится⁈ В следующий раз я без гранатомёта из Фриджмонта не выйду.

За пару часов мы добрались до газовой станции. Точнее, до того, что от неё осталось. Снаружи торчал только кусок крышки цистерны — то есть газового хранилища.

Всё остальное оборудование и здание находилось под двадцатью метрами снега. Склон горы, где располагалась газодобывающая станция, накрыло сходом лавины.

Томпсон морщась смотрел на карту. Затем на GPS-приёмник с крохотным экраном. Потом хмуро поглядывал на заснеженную местность. Стало понятно, что он не понимает, с чего начать.

— Какая у нас вообще задача? — подхожу к сержанту.

— Понять, что работает и что пригодно для ремонта. — Томпсон огляделся. — Придётся копать тоннель. В прошлом году Совет Правления отправлял сюда экспедицию. Инженеры определили, что глубина снега около двадцати метров.

— Допустим, мы докопаемся до станции. А дальше что?

Сержант повернулся к инженерам:

— Нам приказано сопроводить специалистов, чтобы те проверили, уцелела ли добывающая установка. Если в газгольдере…

Томпсон указал на торчащую из-под снега здоровенную цистерну.

— … Остались запасы газа, это здорово нам всем поможет.

— Так газопровод перебит⁈ На машинах перевозить будем?

— Нет, конечно, — сержант хохотнул. — Идея хорошая, но на складах Фриджмонта нет такой машины. Генерал Шеридан хочет сделать здесь форпост. В подвале одного из зданий должен стоять газовый генератор. Главная цель вылазки — «узнать, уцелела ли установка для откачивания газа из-под земли». Так что строим лагерь.

Томпсон повысил голос, обращаясь к отряду:

— Народ! Ставим лагерь. Нас ждёт тяжёлая работёнка. Будем копать в три-четыре смены. Если надо, задержимся здесь на сутки или больше. Сухпайков нам Ель выдал с запасом. Чем раньше справимся, тем быстрее вернёмся во Фриджмонт под защиту стен.

Оглядевшись, я указал на склон скалы:

— Предлагаю разбить лагерь там. Скала прикроет нас от ветра с одной стороны. С другой возведём снежную стену.

Сержант оказался абсолютно прав, думая, что дело предстоит сложное. За пару лет, прошедших со схода лавины, снег спрессовался в ледяную массу.

Вскоре наступил полдень. Солдаты взяли на себя обустройство лагеря. Инженеры разметили место раскопок, используя данные с GPS. Работа закипела.

…

Когда солнце стало садиться, на ногах оставался только я, сержант Томпсон и первая пара дозорных. Сказав, что хочу ещё немного поработать, я продолжил углубляться в тоннель.

На самом деле мне хотелось поэкспериментировать. Вытянув ауру, я уплотнил её до предела и начал разрезать снег.

«Клинок ауры» — так я решил назвать приём.

Он, как раскалённый нож, легко проходил сквозь снег, спрессованный до состояния льда. На такой фокус уходила прорва маны, но за счёт Потока и Защитной Сферы мне удаётся её быстро восполнять. Из недостатков — человека таким приёмом сложно ранить.

[Хотя хозяин теневых тварей орудовал клинками из теней, как истинный мастер! Значит, и я когда-нибудь смогу.]

На плавление камня моему «Клинку» сил пока не хватит. То ли аура ещё недостаточно крепка⁈ То ли я опять чего-то не понимаю.

Проход делался в виде тоннеля, уходящего по наклонной вниз. В какой-то момент из-за моих экспериментов под ногами не осталось свободного места. Лишних глаз рядом нет — в лагере почти все спят. Потому я, не стесняясь, использовал Телекинетические руки. Поднимал ими куски спрессованного снега и швырял наружу, как из пращи.

Вшу-вшу-вшу.

[Быстро, легко и не расходует выносливость. Идеально!]

Ближе к двум часам ночи я окончательно вымотался и пошёл спать. Проснувшийся сержант как раз отдал приказ сменить дозорных.

…

10 марта (четвёртый день)

Маркус Гринч

Утром разведгруппа была готова на меня молиться.

[Мясо!]

Заявилась пара волков-мутантов, ранее шедшая за оленями. Хищники подобрались к лагерю вплотную и ждали момента для атаки. Когда я проснулся, они ползком подбирались к дозорным.

В итоге мы смогли подловить волков и тем самым добыть себе мяса. Весь лагерь едва не урчал от предвкушения!

По правилам Фриджмонта, «половину добычи, взятой во время вылазок разведки, отряд может оставить себе». Так генерал Шеридан поощрял солдат, готовых выполнять задания за пределами стен города. Охотники довольствовались тридцатью процентами.

Иными словами, один волк целиком доставался НАМ. Пока сержант с инженерами разделывал «обычную» добычу, я своей долей забрал кусок волка-мутанта.

Отойдя от всех в сторонку, я на походной горелке приготовил себе еды. Пришлось помучиться и спустить целый баллон газа, но оно того стоило.

Хрусть.

[О боги магии! Давно я не ел пищи, за которую организм был бы мне ТАК благодарен.]

Ресурс, ради которого я заключил сделку с Белым Дьяволом, наконец-то найден. Теперь более-менее понятно, что надо сделать для завершения моей инициации мага.

…

К обеду мы прокопали проход до первого здания. Видя «наши» успехи, сержант Томпсон решил задержать группу здесь ещё на сутки. Не из-за мяса, а чтобы пробить на уровне земли тоннели до всех объектов на газодобывающей станции. Это также означало, что надо соорудить навес над местом для раскопок.

Инженеры долго ругались в духе «нас о таком не предупреждали». В итоге мы нашли пару кусков внешней обшивки от газгольдера. Из них соорудили шалашик над спуском под землю.

…

11 марта (пятый день)

Маркус Гринч

На следующий день завершились все работы по прокладыванию тоннелей под снегом. Удалось узнать, что уцелел и сам газгольдер, и газодобывающая установка. А вот здание управления снесло лавиной подчистую. Инженеры смогли подключиться через терминал в подвале к насосам — и вуаля! Стоящий здесь газовый электрогенератор заработал. Появился свой независимый источник электричества.

[Форпост для охотников начнёт функционировать в ближайшее время.]

Потратив несколько часов на тесты, инженеры подтвердили главное:

[Город Фриджмонт сможет использовать газ, добываемый на этой установке.]

Собрав инструменты и остатки волчьего мяса, мы выдвинулись в обратный путь.

…

11 марта (пятый день)

Детектив Крауч последние четыре дня ощущал себя новорождённым птенцом. Беззащитным, вынужденным всему быстро учиться и ни черта не знающим о мире.

Всё началось в тот день, когда Декс разошёлся с Гринчем на вербовочном пункте.

Понимая, что в будущем его могут выдать мелкие детали, Крауч первым делом зарылся в базу данных Комитета Конкисты. Он узнал всё о личности, которую позаимствовал: в каких комнатах жил Зиг Крауч, чем занимался и с кем общался.

Затем Декстер допросил десяток задержанных под предлогом «проверки данных». Так детектив выстраивал карту собственной легенды. Он выяснил, какими проблемами жили обитатели разных этажей. Еда, начальство, налоги, банды, связи мародёров с охранниками.

Крауч не мог понять, почему Комитет Конкисты решил заблокировать нижние семьдесят пять этажей, а не верхние. Геологию Декстер в школе хорошо учил и потому знал, что есть такая штука, как «геотермический градиент».

По мере спуска под землю температура постепенно повышается. На глубине в километр она вырастет на двадцать пять или даже тридцать градусов.

[Здесь, в холодных горах Невады, на нижних ярусах жизнь казалась бы максимально комфортной. Так зачем Шеридан приказал всех переселить наверх?]

Пара техников в изоляторе Конкисты прояснила этот момент.Оказывается, обслуживать нижние этажи Фриджмонта В РАЗЫ сложнее, чем верхние. Всё дело в конденсате, неизбежно возникающем на стенах, и трудностях с циркуляцией воздуха. На нижних этажах он плотнее и проблем с ним больше.

Умные головы из Комитета Конкисты предпочли собрать всех выживших наверху. Освободившиеся от Совета Правления двадцать этажей оказались оборудованы гораздо лучше, чем нижние.

В ходе плана «Большое Отключение» плотность заселения Фриджмонта выросла вдвое. Тех, кто много возмущался, отправляли на принудительные работы в шахты. Декстер такой ход даже одобрил. Генерал-губернатор и впрямь борется за выживание города, а не за комфорт для отдельно взятых жителей.

В первый день Крауч составил карту своей легенды. Во второй — прорабатывал мелкие детали, вроде смены данных о себе в личном деле. Благо у него теперь имелся доступ в базу данных службы безопасности.

На третьи сутки Крауча заставили пахать по полной. Шеридан направил детектива на самое сложное направление — раскрытие связей между мародёрами и новой властью.

Существовавшие ещё с эпохи Совета бандиты никуда не делись. Самые опытные из них СРАЗУ стали давать взятки сотрудникам НОВОЙ службы безопасности Фриджмонта. Прикормленный пёс не укусит лапу того, кто его кормит. Кто знает, что случится в обозримом будущем⁈

Декстер Крауч стал «кулаком правосудия» генерал-губернатора. Он лично отвечал за поиск пособников криминала среди охраны.

С одной стороны, Крауча ТЕПЕРЬ ненавидели все бандиты. С другой — побаивались сотрудники охраны из числа военных. И те и другие вставляли Декстеру палки в колёса везде, где только могли. За пару дней о детективе, специализирующемся на допросе, знал уже весь Фриджмонт.

[Людям всегда нужно кому-то перемывать кости.]

Что же касается самого детектива, то он думал совсем о другом:

[Что будет, если жители Фриджмонта узнают обо мне правду? Что я не Зиг… И вообще, пришелец из другого мира?]

За минувшие пять суток Декс увидел в десять раз больше трупов, чем за самый плохой день службы копом в пригороде Нью-Йорка. Тела погибших сносили на нижний ярус к биореакторам. Из миллиона семисот тысяч жителей Фриджмонта осталось около миллиона четырёхсот тысяч.

Пользуясь своим положением, Крауч навёл справки о верхушке города. Шеридан оказался отставным генералом, внезапно возглавившим восстание. Его правая рука — майор Дуглас Момоа — теперь отвечает за связи с военными. Кабинет чиновников представляет Филип Моррис — политик, сбежавший из Израиля десять лет назад. Всю хозяйственную часть на себя взял сержант Берни Сандерс.

[Эти четверо и держат судьбу Фриджмонта в своих руках.]

Через служебный терминал Крауч узнал, что Гринч ушёл в разведывательный рейд. Там же детектив увидел, что на имя парня записан внушительный кусок мяса йети… И дл-и-и-и-и-н-ный список желающих купить столь дефицитный продукт. Новая элита Фриджмонта предлагала баснословные суммы за килограмм этой диковинки.

[Даже Улисс Шеридан проявил интерес к мясу йети, указав цену в два раза выше, чем остальные.]

Под вечер четвёртых суток разведгруппа вернулась с добычей. Солдаты притащили на волокушах разделанные туши двух волков. Народ встретил трофеи разведгруппы даже радостнее, чем новости о газодобывающей станции.

Сдав всё интенданту, Гринч отправился в свою комнату.

[Может, Маркус и домой чего-то вкусненького принесёт⁈ А холодильник у нас один на двоих.]

Декстер пришёл в комнату на полчаса раньше. Как работнику службы безопасности, ему теперь известно, что терминалы около дверей прослушиваются.

Едва переступив порог, Декс прижал к панели управления подушку и придавил её стулом. Теперь их с Гринчем разговор никто так просто не услышит.

Едва зайдя в комнату, парень вдруг остановился и с прищуром глянул на детектива.

— Ого.

— Что не так?

Гринч подошёл к Декстеру поближе.

— Мистер Крауч… Как это сказать… У вас аура проклёвывается. Слабенькая, но признаки налицо. Кажется, вы скоро тоже станете магом.