— Истинное серебро в смеси с портальным, — отвечает Юрий Олегович. — В обычной свободной продаже ты такого не найдёшь. Функций в этой штуке не так чтобы много — всего две. Главное, что это надежная защита от любого первого удара.

— Вообще от любого? — удивляюсь.

— Если время удара будет протяжённостью не больше пяти-семи секунд — да, — подтверждает имперский маг. — Если дольше — тогда справляйся сам.

— Простите, а как это вообще возможно? — удивляюсь. — Амулет же должен реагировать на какое-то моё действие, если я правильно разбираюсь в специфике. Мы на днях разговаривали с одним из продавцов артефактов. — Амулет же не разумен.

— Мой амулет работает совсем по-другому, — смеется имперец. — Я его делал сам. Как видишь, не только мой брат умеет ваять разные штуки. Амулет работает на основе моего таланта. Ты же помнишь про него?

— Да, помню — киваю. Возможность открутить время на несколько секунд назад — это, конечно, невероятно.

— Ну вот, — продолжает имперский маг. — А себе я ещё один сделаю. Тебе сейчас нужнее.

— Его нужно как-то заряжать? — задаю вопрос, вспоминая, как совсем недавно некроманты умудрились почти полностью разрядить директорское кольцо.

— Нет, ничего не надо, — отвечает Юрий Олегович. — Кольцо зарядится самостоятельно — от твоей магии. Сейчас оно полностью заряжено. В общем, ты понял: любой первый удар он нивелирует. И второе свойство — теперь я смогу найти тебя, где угодно.

— Маячок? — догадываюсь.

— Да, маячок, — подтверждает имперский маг. — Мне на твои передвижения, в общем-то, начхать. Но сама возможность того, что пророк некромантов увидел не очередной бред, а возможную версию реальности, даёт мне основание постараться тебя…

— Защитить? — предполагаю.

— Нет. Пророчество, если оно реально, само себя защитит, — поясняет имперец. — Кольцо поможет тебя найти. И помочь тебе выбраться, если вдруг что. Ладно, студент, иди. Занимайся, люби, живи. Здесь пока ты не нужен.

Залпом выпиваю чуть остывший кофе и выхожу в холл к ребятам.

— Ну, неужели! — меня встречает обеспокоенный Макс. — Мы уж думали придется до утра ждать. Тут вроде всё разрешилось, я бы уже отужинал и спать завалился.

— Так и сделаем, — киваю.

Бойцов в черном уже нет. Вместо них в стеклянные двери заходят повар и официант. Оба выходят из подсобки и возвращаются на свои рабочие места.

— Тогда я постараюсь заказать нам еду в номер, как ты изначально и предполагал, — обращаюсь к Максу. Остальные ребята тоже потягиваются. — У вас тут всё тихо-спокойно? — уточняю.

— Настолько спокойно, что чуть не уснули, — отвечает Аглая. — Без тебя женщины не падают и никто ни на кого не нападает. Слушай, если согласятся принести еду, закажи и на нашу комнату. — Девчонка протягивает мне листок с двумя цифрами. — Пусть принесут сюда. Этот ваш с ребятами, — показывает на правый номер.

— Я думал, вы хотите посмотреть меню, — обращаюсь к девушкам. Те поднимают на меня уставшие взгляды.

— Пусть несут то, что побыстрее готовится, — говорит Марина.

Когда возвращаюсь в ресторан, чтобы сделать заказ, имперского мага уже и след простыл. Наверное, вышел через черный ход. За барной стойкой ворчливо прибирается официант.

— Простите, можно сделать заказ в номер? — уточняю у парня.

— Через стойку администратора, — отвечает он, не поднимая взгляд.

— Там никого нет, а мы с друзьями весь вечер не можем поужинать, — говорю ему. — В силу разных обстоятельств.

Парень все-таки поднимает на меня взгляд и меняется в лице.

— Нам бы что-то простое и побыстрее, — добавляю и протягиваю листочек с номерами. — Принести вот сюда. Спасибо большое.

Официант молча кивает и уходит передавать заказ на кухню. Мы с ребятами расходимся по номерам.

— Думал, что нам всем выдадут по номеру, — замечаю. Тем более, что к администратору вроде как подходил человек Марии Львовны, чтобы договориться.

— Ага. А потом догонят и ещё выдадут, — смеется Макс. — Взяли, что оставалось, выбирать особо не пришлось, — разводит руками. — Аглая так переживала, что нам не хватит спальных мест или комнат, но как оказалось зря. Девчонки неплохо разместились. Им там весело. Да и нам нормально. Соседи не буйные, мы спокойно выспались.

Небольшой номер под самой крышей имеет необычную, но очень удобную для таких ночевок планировку. Три комнаты и небольшая гостиная со столом и вместительным диваном. Ванна одна на всех.

— Я первый в душ! — занимает очередь Макс, но осекается. — Точнее, уже второй, — обескураженно замечает он, глядя в спину Марку. Парень, не произнося лишних слов, уже исчезает за дверью ванной.

— Соответственно, я третий, — смеюсь. — Ну и ладно, зато успеем поесть горячего. На самом деле, здесь удобно.

— Жалко только, что все устали, и не получится прогуляться или ещё куда-нибудь сходить, — продолжает Макс, но ловит мой удивленный взгляд. — Хотя мы за сегодня нагулялись на несколько недель вперед.

За стеной раздаётся знакомый смех. Кажется, девчонки живут по соседству и уже приходят в себя.

Как я и рассчитывал, пока Марк намывается, в дверь стучат.

— Я открою. — Поднимаюсь с мягкого дивана.

Открываю дверь и выглядываю в коридор. За дверью официант с нашим ужином. Похоже, парень приносит нам еду во вторую очередь: сначала он зашел к девчонкам.

Марина все еще стоит в дверях соседней комнаты.

— Ларик! — улыбается она. — Зови ребят, посидим все вместе. Не ресторан, конечно, но наготовили нам на десятерых.

— У нас тоже прилично, — отвечаю, оценивая размеры принесенной еды.

— Я уже собрался! — отзывается Макс.

— И я почти! — Марк выходит из душа, но прекрасно слышит предложение Марины.

Берём еду и перемещаемся к девчонкам. У них точно такая же планировка, разве что гостиная чуть побольше. В каждой комнате находим по стулу — и нам как раз хватает мест, чтобы разместиться. Стол почти полностью занят едой, принесенной из ресторана. Как я и заказывал, принесли всё, что быстро готовится.

Судя по ассортименту, в гостинице заранее делают мясные заготовки. Тут и ребрышки, и крылья, и котлеты. В многочисленных контейнерах салаты — аж по два штуки.

— Они решили в этот раз убить нас по-другому, — смеется Аглая.

— От вкусной еды ещё никто не умирал. — Потирает руки Макс и набрасывается на свой салат. — Не понимаю, кого вы ждете: я голодный как волчара.

И тут я с ним согласен. Под непринужденные разговоры тоже приступаем к ужину. Хоть вечер заканчивается нормально и нас больше никто не дергает.

Утро наступает слишком быстро. После пробуждения впервые за долгое время ловлю себя на мысли, что с удовольствием поваляюсь ещё. Несмотря на маленькие комнатки, которые выделяет нам гостиничная администрация, сами постели невероятно удобные — из них совершенно не хочется выбираться.

— У меня уже второй будильник! — кричит из своей комнаты Макс. — Мы точно хотим лететь утром? — Кажется, он тоже разделяет мой настрой.

— Точно-точно, — подтверждаю и уже собираюсь встать, чтобы всё-таки принять душ. Вчера от девчонок мы возвращаемся чуть позже, чем ожидалось и сразу заваливаемся спать.

Слышу, как в ванной включается вода.

— Да как он это делает? — смеюсь.

К дирижаблю мы успеваем впритык. Приходится торопиться. Ещё бы — проснуться задолго до рассвета после активного дня и затянувшихся вечерних посиделок выходит с трудом. Позавтракать не удается: слишком мало времени. Благо, Аглая ещё вечером настояла на своём и сходила расплатилась за еду и за проживание.

Умываемся, одеваемся и с трудом сбрасываем сонную одурь. Уже полностью собранные стучимся в комнату к девчонкам. Дверь открывается сразу. Все трое ждут в гостиной. Девчонки выглядят так, будто бы и не спали — абсолютно свежие, красивые и уже давно готовые выходить. Удивительно: пока мы еле разлепляем глаза и с трудом вытаскиваем себя из постелей, наши согруппницы уже готовы к новым свершениям.

— Нам даже завтраки отказались выдать, — жалуется Аглая. — Сказали, что мы выезжаем слишком рано — не положено. Что за сервис?

— Перекусим в Академии или на борту у Прокофьева, — успокаиваю её.

— Я попросила заварить нам хотя бы по чашке кофе каждому, и что ты думаешь? — продолжает сокрушаться менталистка. — Опять же! Не положено!

— Ты не знаешь, что теряешь, — смеюсь. — Лучше мы обойдемся без их чудесного кофе. — Вспоминаю вчерашний разговор с имперским магом и ту бурду в чашках, которую обычно тут подают посетителям.

Остальные ребята спокойно принимают тот факт, что выдвигаться придется без завтрака или легкого намека на него. Спускаемся на улицу по центральной лестнице. Следователи закончили свою работу, и холл уже абсолютно свободен. Вчера тут даже успели убраться, но о вчерашнем происшествии довольно чётко напоминает отсутствие стойки администратора и несколько дыр в стенах. А вот стёкла уже успели вставить. Похоже, кто-то работал ночью.

— Нас даже проводить не вышли, — констатирует Аглая.

— Не страшно, — говорю ей, и мы оставляем ключи на остатках стойки.

Выходим в промозглое утро. На улице никого. Похоже, так рано никто не работает и уж тем более не гуляет. Тем лучше. Можем позволить себе дойти пешком. Здесь, по идее, относительно недалеко до порта. По крайней мере, из-за домов видны грузовые дирижабли — один улетающий, другой ждущий своей очереди. В городе, ещё до рассвета, довольно серьёзное воздушное движение.

— Могли ещё немного поваляться, — зевая, замечает Макс. Он никак не может полностью проснуться.

— Зато не надо искать на улицах сразу два экипажа, — замечает Марина. — Спокойно дойдем пешком.

— А то на стойке администратора мы бы вряд ли их заказали, — язвительно замечает Аглая. — Напишу им разгромный отзыв, и больше туда ни ногой.

— Да ладно тебе, обычное место, — отвечаю. Лично у меня к гостинице ноль претензий. Кормили сносно, спать удобно — на пару дней большего и не надо.

Не торопясь идём до порта и постепенно просыпаемся. Интенсивное движение около диспетчерской и со стороны грузовых ворот говорит о том, что я прав. Похоже, город начинает работать задолго до рассвета, и крупные грузовые машины уже бесшумно покидают порт. В такую рань разгрузка идёт полным ходом.

Проходим через диспетчерскую — там до нас абсолютно никому нет никакого дела. Наш дирижабль узнаём сразу. Он сильно поменьше грузовых и стоит на своём привычном месте, недалеко от складов. Искать не приходится. В другое время в порту, кроме дирижабля Прокофьева, особо никого не встретишь. Зато сейчас активно разгружаются сразу два грузовых, их интенсивно разгружают все те же боты поддержки. На наш дирижабль, похоже, выделен только один, да и тот, кажется, уже заканчивает. Вовремя мы.

Прокофьев тут же нас узнаёт.

— О, ранние студенты! И вам доброе утро! — здоровается капитан. — Поднимайтесь на борт, рассаживайтесь. Как закончим погрузку, сразу взлетаем.

Как мы и рассчитывали. Киваем капитану и по очереди забираемся на борт. Из пассажиров никого нет, только уже знакомые матросы суетливо бегают туда-сюда, здороваясь с нами. Занимаем небольшой столик в кают-компании и дожидаемся отправления.

— Студенты, надо же, и вы тут! — На последних минутах прямо перед отправкой в кают-компанию заходит Пилюлькин. — Как ваши выходные? Не ожидал встретить вас здесь так рано.

Ребята смотрят на меня, и мы все вместе начинаем смеяться. Видимо, напряжение последнего дня догоняет нас только сейчас.

— Разве я сказал что-то смешное? — удивляется Пилюлькин, но не обижается.

— Нет-нет, что вы, — выдавливаю сквозь смех. — Но лучше, когда таких выходных в жизни поменьше.

— Это уж как сами выберете, — улыбается целитель. — Но хорошо, что вы довольны. Так. Раз уж вы все здесь. Олеся, Ларион — жду вас завтра у себя на дополнительных занятиях. Подходите утром к моему кабинету, а дальше разберемся.

— Кому-то опять бесконечно везет, — закатывает глаза Аглая. — А мы как обычно к физруку, во все тяжкие?

Целитель поворачивается к остальным.

— Нет, из вашей группы только Марина, Максим и Марк, — отвечает он со всей серьезностью. — Вы, ребята, поступаете в распоряжение боевого мага. А кто у нас отвечает за боевку? Правильно, физрук. Сочувствую. Но дополнительные занятия нужны для специализации. Придется потерпеть. Потом отправитесь к Иннокентию Павловичу.

Неожиданно. Никто из нас не догадывался, что по возвращении в Академию начнется такое распределение. Нам с Олесей и правда, если так посмотреть, везет больше, чем остальным.

— А я? — задает вопрос Аглая. — Про меня забыли?

— Не забыли, — Пилюлькин поворачивается к девчонке. — С тобой всё немного сложнее… Ты пойдешь отдельно. Дополнительные занятия с тобой проведет директор. Последнее занятие на арене выявило у тебя довольно специфическую направленность таланта. Основу даст другой преподаватель, а тонкости будет рассказывать сам Генрих Олегович, когда у него будет на это время.

— Вы сейчас шутите? — не может поверить менталистка.

— Никак нет, — улыбается Пилюлькин. — Просто ему самому интересно твоё направление.

«Поздравляю», — одними губами говорю девушке. Аглая довольно улыбается. Примерно могу понять её чувства — когда оказываешься отдельно от остальных, чувствуешь, что в тебе есть что-то уникальное. А когда за тебя берется один из сильнейших магов в Академии, это о многом говорит.

— А почему мы не знали о распределении? — уточняю.

— Вам, по идее, должны сказать завтра, но раз уж вы всё равно здесь, да и тайны в этом никакой нет, поэтому почему бы и нет? — говорит Пилюлькин. — Так что готовьтесь: сегодня у вас ещё выходной, а завтра начинаются плотные рабочие будни. Главное, хорошенько выспаться — нужно работать со светлой головой.

— А почему я вместе с Ларионом? — пользуясь случаем, интересуется Олеся. — На арене все наверняка заметили, что у него способности намного шире. Я вообще засомневалась, точно ли мне нужно идти дальше в целительство.

— Ну-ну, не слушайте её, — вмешивается Аглая. — Она больше прибедняется. Вон, на ярмарке накупила всяких эликсиров и трав. Наверное, именно в этот момент и решила, что дальше не пойдешь?

Олеся кидает на менталистку недовольный взгляд. Та слишком воодушевилось новостью индивидуальных занятий и совсем перестала чувствовать берега.

— Сомнения — это нормально, — отвечает Пилюлькин, пропуская комментарии Аглаи мимо ушей. — Начинать всегда страшно и не всегда приятно. Предупрежу сразу, что на полноценного целителя я тебя не вытяну… — Олеся тяжело вздыхает. — Но на целителя поддержки — вполне. Так что тебе, девочка, завтра безусловно ко мне. И захвати всё, что ты там нашла на этой вашей ярмарке, надо посмотреть. Если не обманули с ингредиентами, сразу покажу, что делать на практике.

Кажется, Аглая нехотя сыграла немаловажную роль в завтрашнем обучении. Но девчонка уже отвлеклась от разговоров и полностью погрузилась в созерцание того, что происходит снаружи дирижабля.

— С тобой всё сложнее, — обращается ко мне Пилюлькин. — Ты же понимаешь, почему пойдёшь завтра ко мне?

— Да. Видимо, задание от Юрия Олеговича? — догадываюсь.

— Именно, — подтверждает целитель. — Сейчас мне нужно не только оценить твоё состояние, нам предстоит намного больше. Будем постепенно настраиваться на следующий уровень. Вопросы или, в принципе, все доходчиво?

— Вопросов пока нет — мы же ещё ничего не пробовали, — отрывается от иллюминатора Аглая и снова вставляет свои пять копеек.

— Ну вот и хорошо, — кивает Пилюлькин. — Тогда меня лишний раз не беспокойте, только если принесут завтрак. Хотя для меня тут порция явно не предусмотрена, — грустно усмехается целитель. — Я сильно подустал за эти дни, надо подремать.