В первом сезоне «Слуги народа» есть сцена, где новоиспеченный вымышленный президент Василий Голобородько фантазирует о том, как врывается в парламент с автоматами в обеих руках и расстреливает старую гвардию, которая губила на корню любые его начинания. В реальной жизни Зеленский попытался проделать нечто подобное — правда, без автоматов в стиле «Лица со шрамом». Он потребовал немедленной отставки главы Службы безопасности Украины (СБУ), министра обороны, генерального прокурора и целого ряда других чиновников. Большинству членов первого кабинета министров Зеленского было меньше 40 лет, и лишь один из них — многолетний министр внутренних дел Арсен Аваков — ранее уже занимал министерский пост. Алексей Гончарук, первый премьер-министр Зеленского, в свой первый рабочий день приехал в офис на электросамокате, одетый в футболку-поло, джинсы и кроссовки.

Первой проблемой Зеленского стал парламент, в котором по-прежнему доминировали члены партии побежденного Порошенко. В апреле 2019 года Верховная рада, понимая, что ее дни сочтены, приняла спорный закон, обязывающий всех государственных служащих, военных, врачей и учителей использовать на работе только украинский язык. Это был очередной закон из длинной череды актов, призванных навязать украинский язык сорока процентам населения страны, для которых родным был русский. Одним из таких людей был и сам Зеленский. Закон сразу же вызвал резкую критику как в русскоязычных восточных регионах Украины, так и за рубежом — не в последнюю очередь потому, что новое законодательство, судя по всему, противоречило Европейской хартии региональных языков, разработанной для защиты прав носителей языков меньшинств.

Одним из самых ярых критиков этого закона был олигарх-миллиардер Виктор Медведчук. «Главная стратегическая ошибка нынешней власти — попытка построить единую национальную идентичность для страны, где люди говорят на разных языках, исповедуют разные религии и имеют разные взгляды на историю, — говорил Медведчук режиссеру Оливеру Стоуну в 2019 году. — Эта [единая] идентичность никогда не утвердится на всей территории Украины»41. Критика была несправедливой. Позже Зеленский приложит немало усилий, чтобы снять остроту с языкового вопроса как политического раздражителя, и произнесет несколько важных политических речей на русском языке. Закон был принят не его правительством, а уходящим парламентом, который Зеленский тут же решил распустить, назначив на июль 2019 года досрочные выборы.

На тех выборах Зеленский ожидал, что его партия «Слуга народа» получит около 80 мест из 45042. Вместо этого они получили 254 — в результате чего примерно на 154 парламентских кресла не оказалось готовых кандидатов. Зеленскому нужно было срочно искать единомышленников для реализации своего видения современной Украины. Зеленский вел избирательную кампанию под лозунгом «Нет кумовству и друзьям во власти!». На практике же ему пришлось спешно назначать на посты в парламенте и своей администрации друзей детства и университетских товарищей, множество сотрудников и партнеров «Квартала 95», а также фотографов, организаторов праздников, известных рестораторов и телевизионных руководителей. Один из друзей детства и бизнес-партнеров стал главой СБУ. Бывший директор «Квартал-Концерта» перешел от организации живых выступлений «Квартала 95» к креслу депутата Рады и должности советника Совета национальной безопасности и обороны Украины. Юрист «Квартала 95» Андрей Ермак сменил Богдана на посту руководителя Офиса президента, а бывший креативный продюсер и сценарист компании стал его заместителем. И так далее. «„Семью“ Порошенко сменила „семья“ Зеленского, — писал Руденко. — Или, точнее, Студия „Квартал 95“… Люди, которые без Зеленского никогда бы не оказались в украинской политике»43.

В Кремле избрание Зеленского встретили со смешанными чувствами. С одной стороны, Зеленского считали «клоуном, наркоманом и посмешищем», вспоминала российский телепродюсер Анна Бондаренко. «Руководство сказало: „Оторвитесь на нем по полной“. Мы вдоволь повеселились, крутя все его самые дурацкие ролики… на каблуках, играющего членом на пианино, монтируя их встык с кадрами, где он пытается выглядеть серьезным государственным мужем»44. Кажущаяся слабость Зеленского могла сделать его легкой добычей для очередного раунда кремлевских операций влияния — а его заявленная готовность сотрудничать с Россией ради достижения мира открывала возможности, которые были немыслимы при непримиримо настроенном против Москвы Петре Порошенко. С другой стороны, избрание Зеленского рассматривалось как очередной этап срежиссированной США операции по подчинению Украины и превращению ее в инструмент против России. «Актера наняли делать его работу, — говорил мне тогда сенатор Олег Морозов, бывший в то время членом Комитета Совета Федерации по международным делам. — Вашингтон поставил своего человека, чтобы продвигать свою стандартную программу… создание анти-России»45.

Кремль был не одинок в своих попытках нащупать у неопытного Зеленского слабые места. В июле 2019 года Дональд Трамп позвонил Зеленскому и попросил его расследовать деловую активность в Украине Хантера Байдена, сына соперника Трампа на предстоящих ноябрьских президентских выборах, а также помочь соратнику Трампа (и бывшему мэру Нью-Йорка) Руди Джулиани в расследовании предполагаемого вмешательства в выборы 2016 года, якобы спонсировавшегося пророссийскими украинскими олигархами. Хотя дословная стенограмма разговора (что вызвало немало споров) не велась, опубликованная позже под давлением Белым домом расшифровка беседы указывает на то, что Трамп прозрачно намекал: продолжение военной помощи США Украине будет напрямую зависеть от сговорчивости Зеленского.

«Международные СМИ позже утверждали, что Трамп пытался заключить сделку по принципу „услуга за услугу“... Украина, к сожалению, предстала в роли жертвы своего давнего союзника, — вспоминала пресс-секретарь Зеленского Юлия Мендель. — Для Украины, чей национальный имидж строился на самостоятельности и силе, было тяжело просить о помощи для поддержки наших военных». Сам Зеленский оказался в крайне затруднительном положении. «Отец Хантера, Джо, вскоре мог стать следующим президентом, поэтому в наши интересы точно не входило наживать врага в лице Соединенных Штатов», — продолжала Мендель. После того как Конгресс начал слушания по импичменту Трампа из-за попытки вымогательства, сам Зеленский настаивал: «Я никогда не разговаривал с президентом с позиции „услуга за услугу“. Это не в моих правилах... Я не хочу, чтобы мы выглядели попрошайками»46. На Хантера Байдена не нашли ничего компрометирующего, и Украине был выделен пакет военной помощи США в размере 400 миллионов долларов. Однако роль жертвы в попытке Трампа запугать союзников ослабила международные позиции Зеленского.

Новоизбранные реальные «слуги народа» Зеленского, по словам Юлии Мендель, работали как «бешеный принтер», еженедельно штампуя новые законы. Но Андрей Богдан, как пишет Руденко, считал победу Зеленского на выборах своей собственной заслугой47. Богдан, назначенный главой президентской администрации Зеленского, начал увольнять чиновников, которые представляли угрозу интересам Коломойского, среди них были генеральный прокурор и глава Национального банка Украины. Когда первый премьер-министр при Зеленском, Алексей Гончарук, попытался ослабить контроль Коломойского над государственной энергетической компанией, его тоже отправили в отставку.

К концу первого года пребывания Зеленского у власти казалось, что его администрация — вопреки своему первоначальному идеализму — скатывается в привычное болото коррупции, против которой сам Зеленский когда-то так страстно выступал. В октябре 2019 года Антикоррупционная прокуратура Украины возбудила уголовное дело в отношении 14 народных депутатов (11 из которых были членами партии «Слуга народа») по подозрению в получении 30 тысяч долларов каждым за голосование против законопроекта о ликвидации коррупционных схем при оценке недвижимости. Никто из подозреваемых так и не оказался за решеткой, и никто не покинул пост народного депутата. Александр Трухин, еще один депутат от «Слуги народа», избежал тюрьмы после ДТП, которое он совершил в нетрезвом виде48.

По иронии судьбы, учитывая его последующее непреклонное сопротивление российскому вторжению, в первой половине своего президентства Зеленский часто подвергался нападкам за излишнюю готовность договариваться с Кремлем. И это было правдой: Зеленский был твердо намерен выполнить свое главное предвыборное обещание — положить конец российско-украинской войне и урегулировать конфликт с поддерживаемым Россией сепаратистским движением. В июне 2019 года он назначил бывшего президента Леонида Кучму — ветерана переговоров с Москвой, имевшего давние связи в России — представителем Украины в Трехсторонней контактной группе по мирному урегулированию конфликта. В июле он провел первый телефонный разговор с Путиным и призвал его начать новый раунд переговоров при посредничестве европейских стран. Он также предложил Путину рассмотреть возможность обмена 35 российских военнопленных на такое же число находившихся в российском плену украинских военных и моряков, включая режиссера Олега Сенцова, приговоренного российским судом в августе 2015 года к 20 годам лишения свободы по обвинению в подготовке терактов.

Обмен пленными, о котором в итоге договорились в сентябре 2019 года, мог бы стать важным шагом на пути к прочному миру. Направляясь на встречу с возвращающимися пленными, Зеленский опрометчиво опубликовал в Твиттере новость о предстоящем обмене. Это тут же спровоцировало со стороны России новое требование, выдвинутое в самый последний момент: включить в список еще одного человека — Владимира Цемаха, бойца-сепаратиста с востока Украины и ключевого свидетеля по делу о сбитом российской ракетой в июле 2014 года рейсе MH17. Нидерланды, возглавлявшие расследование этого преступления, просили Зеленского ответить отказом. Но украинский лидер оказался в ловушке: поскольку он уже объявил об обмене, отступать было некуда49. Хрупкое сближение, которое Зеленский пытался наладить с Москвой, рухнуло, едва начавшись.

Давление со стороны Путина в самый последний момент перед обменом пленными стало «моментом, когда [Зеленский] на собственном опыте по-настоящему понял, с какими людьми в Кремле нам приходится иметь дело», вспоминал один из высокопоставленных советников Зеленского, непосредственно участвовавший в переговорах об обмене50.

Тем не менее Зеленский продолжил идти вперед, ведя переговоры напрямую с руководством повстанцев на Донбассе. Ключевым пунктом соглашения «Минск-2» 2015 года было проведение в ЛДНР референдума о том, хотят ли жители мятежных республик остаться в составе Украины. Однако главным камнем преткновения оставалось то, что правительство Порошенко наотрез отказывалось допускать проведение таких выборов силами администраций сепаратистов, а не киевских властей. Но в октябре 2019 года Зеленский объявил, что достиг предварительного соглашения с сепаратистами, согласно которому украинское правительство признает результаты выборов на Донбассе в обмен на вывод Россией своих войск без опознавательных знаков51. Формула референдума была разработана в 2016 году тогдашним министром иностранных дел Германии Франком-Вальтером Штайнмайером и предусматривала контроль за голосованием со стороны независимых представителей Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). Если ОБСЕ признает голосование свободным и честным, а его результат окажется в пользу сохранения регионов в составе Украины, то Киеву будет возвращен контроль над этими территориями с предоставлением им особого статуса самоуправления.

Зеленский одобрил «формулу Штайнмайера», равно как и ЛДНР, и Россия. Ситуацию осложнило то, что СМИ сепаратистов на оккупированном Донбассе торжествующе трубили, что подписание Зеленским соглашения — это «победа ДНР и ЛНР над Украиной»52. Но самое яростное сопротивление инициативе Зеленского оказали радикальные украинские националисты. Тысячи протестующих собрались на киевском Майдане под лозунгом «Нет капитуляции!»53 Что еще более угрожающе, несколько украинских националистических вооруженных формирований, включая батальон «Азов», который в то время вел бои в Луганской области на Донбассе, отказались признать соглашение. Андрей Билецкий, лидер праворадикального «Национального корпуса» и первый командир батальона «Азов», обвинил Зеленского в «неуважении» к ветеранам и действиях в интересах Кремля54. Зеленский встретился с Билецким и другими лидерами вооруженных формирований, пытаясь убедить их сдать незарегистрированное оружие и принять мирное соглашение. Они отказались, и план проведения референдума рухнул — а вместе с ним и любые реальные шансы на мир на Донбассе.

Даже три года спустя упущенный в октябре 2019 года шанс на прочный мир оставался крайне болезненной темой для высокопоставленных членов администрации Зеленского. Оппоненты Зеленского «говорили, что он стал заложником ультранационалистов, — и, честно говоря, в этом была доля правды», признал один из советников президента. «[Зеленского] выбрали для того, чтобы принести мир. Но с обеих сторон были вооруженные люди, которые не были готовы идти на необходимые компромиссы... они предпочитали воевать, не желая уступать ни сантиметра»55. Угроза националистического Майдана, непримиримо настроенного против любых компромиссов с Кремлем, сорвала попытку Зеленского установить мир в 2019 году — и останется главной угрозой для любого будущего мирного соглашения в финале войны 2022 года.

И все же, хотя выполнение соглашений «Минск-1» и «Минск-2» буксовало, Зеленский подталкивал Францию и Германию к тому, чтобы они поспособствовали его личным мирным переговорам с Путиным. Два лидера встретились в первый и единственный раз в Париже 9 декабря 2019 года. С первых же минут встречи Зеленский заметно нервничал. Во время протокольной фотосессии перед переговорами Зеленский по ошибке занял место Путина, затем повернулся, чтобы поговорить с журналистами, и случайно показал фотографам документы с позицией Украины на переговорах. Путин, как обычно, опоздал. Когда фотосессия закончилась, Путин наклонился к Зеленскому. «Как только все уйдут, мы начнем переговоры», — сказал российский президент, констатируя очевидное, чтобы показать, кто здесь главный56.

Публично Зеленский заявлял, что надеется возобновить мирный диалог. Но и он, и Путин понимали: октябрьские протесты под лозунгом «Нет капитуляции» показали, насколько ограничены возможности для компромисса у Зеленского внутри собственной страны. Путин, со своей стороны, намеревался проверить, в какой степени возобновление переговоров со стороны украинского президента можно использовать к выгоде Кремля.

Встреча Зеленского и Путина не принесла никакого политического прогресса — да и не могла принести, поскольку Зеленский уже пошел на значительные уступки в октябре, но его планы были сорваны собственной националистической оппозицией. Повелительный тон Путина делу не помогал. «Путин умел отдавать приказы, но не умел вести переговоры, — вспоминала Мендель. — Более двадцати лет ему никто не перечил, и никто не осмеливался приносить ему плохие новости. Это делало Путина слабым переговорщиком. Вместо этого для ведения переговоров он использовал только шантаж и различные инструменты войны»57.

Но встреча, по крайней мере, принесла прекращение огня. Еще до парижского саммита число погибших в результате спорадических боестолкновений вдоль линии соприкосновения на Донбассе было гораздо меньше, чем во время ожесточенных боев в начале войны: по данным Генерального штаба Украины и собственным отчетам ЛДНР, в 2017 году с обеих сторон погибли 60 и были ранены 308 человек, в 2018 году — 51 погибший и 304 раненых, а в 2019 году — 36 погибших и 129 раненых58. После парижских соглашений число потерь сократилось до единичных случаев, а режим прекращения огня продержался до февраля 2022 года.

Но Украина Зеленского становилась проблемой для Путина. Традиционные методы, которые Кремль до сих пор использовал для контроля над киевскими правительствами — газовые войны, подкуп министров и использование медийного влияния олигархов, — больше не работали, поскольку Зеленский начал ограничивать власть олигархов, включая своего прежнего покровителя Коломойского. Что стало самым роковым, Зеленский также начал укреплять связи Украины с НАТО и ускорять ее путь к членству в альянсе. Для Кремля это стало еще одним доказательством того, что Зеленский — марионетка Вашингтона. Стремление Зеленского превратить Украину из военного и политического союзника Запада в полноправного члена западного альянса было квинтэссенцией всех страхов Кремля.