Как говорится, историю пишут победители. В данном случае победителями оказались экономисты, которые успешно оспорили «кейнсианский консенсус», определявший экономическую политику на Западе с 1940-х по 1970-е годы.

Послевоенный консенсус строился на определенных представлениях о рынках (6). Главные из них: рынки по своей природе нестабильны (склонны к подъемам и спадам) и не имеют естественной тенденции к полной занятости, при этом уровень занятости определяется уровнем выпуска, а не уровнем дохода. Поэтому задача государства – с помощью бюджетно-налоговой политики сохранять выпуск на уровне, обеспечивающем полную занятость, и поддерживать достаточный совокупный спрос.

К 1960-м годам казалось, что эта задача в целом решена. В западных странах полная занятость стала устойчивой нормой. Вот только достигнута она была ценой роста инфляции.

Например, в Великобритании с 1960-х годов годовой уровень инфляции составлял около 4%. В США он колебался около 3%. Если рост экономики составлял 3%, а инфляция – 4%, то в реальном выражении покупательная способность населения постепенно сокращалась.

Выход из этого положения при сохранении полной занятости стал главной задачей экономической политики. Ответы на этот вызов включали две меры.

Первая – попытаться опережать инфляцию за счет роста производительности. Это была сложная экономическая задача.

Вторая – напрямую сдерживать инфляцию с помощью контроля над ценами (что на самом деле означало контроль над прибылью) и зарплатами. Считалось, что это проще, но на практике оказалось еще более трудной политической задачей.