Лёва не ответил. Корсаков тем временем уже разувшись, подошёл к Марине сзади.

- Марина, положи кассету! Не хватало ещё её потерять.

- Именно поэтому я не бросаю её где попало. От этой кассеты зависит свобода Аркаши. Пусть она будет со мной! - возразила Марина и пошла на кухню.

Корсаков пожал плечами и, вздохнув, прошёл к Лёве в комнату и сел рядом с ним на диван, Лёва покачал головой.

- Не нравится мне всё это!

- Да ладно! Может эта кассета её греет.

Лёва подставил Корсакову тарелку с бутербродами, и тот, подумав, взял один и стал лениво жевать.

А на кухне Марина села на табурет, посмотрела ещё раз на кассету, положила её перед собой на стол, достала из кармана шубки другую, точно такую же, положила рядом с первой. Посмотрела пристально, словно собираясь показать фокус, потом спокойно взяла кассету, вынутую из тайника, и положила в карман, а двойника оставила лежать на столе...

Шуры не было часа два. За это время все действительно проголодались. Марина приготовила яичницы с ветчиной на скорую руку, и друзья перекусили сидя перед включённым телевизором, сосредоточенно смотря, как Тина Канделаки разделывается со своими умниками. Однако никто толком не слышал вопросов и ответов, никто даже толком не смотрел. Все были заняты своими мыслями. Кассета, которую Марина всё же оставила в покое, спокойно лежала на полке над телевизором и ждала, когда, наконец, её будут смотреть.

Когда раздался характерный стук в дверь, первым встал Корсаков. Он прошёл в прихожую и открыл Шуре. Это был, конечно, он. Шура вошёл, держа в руках чёрный пакет, в который было завёрнуто что-то небольшое и нетяжёлое.

- Что это?

- Видеокамера цифровая.

- Такая, какая нам нужна?

Шура кивнул, снимая куртку. Корсаков, провожаемый тоже вставшими и прибежавшими в прихожую Лёвой и Мариной, прошёл в комнату, разворачивая на ходу пакет. Внутри была маленькая, больше похожая на мыльницу, камера и шнуры. Корсаков вынул эту "чудо-мыльницу" как её тут же окрестила Марина.

- А ты умеешь ею пользоваться?

- Конечно! Думаю, это не труднее чем включить обычный магнитофон.

Шура перенял у Корсакова камеру, установил на полке, вынул из пакета шнуры и стал их приспосабливать к штекерам позади телевизора. Лёва взял кассету, нетерпеливо постукивая ей по ладони, и... вдруг застыл в недоумении, глядя на кассету.

- А это не та кассета.

- Что? - поднялся от телевизора Шура.

- Может, конечно, мне кажется, но у настоящей кассеты плёнка была перемотана почти до середины, а здесь она на начале. Это другая кассета. Это... абсолютно новая кассета. - Лёва сказал и повернулся к Марине. Марина, в свою очередь, будто ничего не понимая, смотрела на Лёву.

- Что?

- Марина, это другая кассета. Где настоящая? Зачем ты подменила кассету?

- Ничего я не меняла. С чего ты взял-то?

Шура и Корсаков смотрели то на кассету, то на Марину.

- Лёва, ты точно помнишь? - спросил Шура.

- Да! Он прав, плёнка была перемотана до середины, - подтвердил Корсаков, - и она, только она оставалась какое-то время с кассетой наедине.

- Она подменила кассеты, - вынес приговор Лёва, - когда уходила на кухню.

Друзья двинулись на Марину. Марина отступила на шаг, но потом, вынув из кармана шубки, в которой она находилась до сих пор, пистолет, тот самый, что совсем недавно упирался дулом в шею Логинова, вытянула его перед собой.

- Стоять!

Друзья в шоке отступили назад к телевизору.

- Руки! - глаза Марины вдруг приобрели звериный прищур. - Извините, мальчики! Думала по-хорошему с вами расстаться, да видно не получится.... Оставайтесь на месте!

- Где же ты взяла другую кассету? - спросил Корсаков.

- Где взяла, в магазине, конечно. Ещё с утра. Когда, будто бы за прокладками бегала, - пояснил Лёва.

- Допустим, и что?

- А то, что ты всё заранее продумала, а для подстраховки ещё и ментам позвонила. Значит, арест Аркадия, всё-таки твоих рук дело?

- Моих. Жаль только, что вас всех четверых не взяли. - Марина стала отступать к двери. - Ладно! Я бы ещё с вами поболтала, но некогда, меня Костя ждёт. Пока, мальчики! - Держа пистолет всё так же на вытянутой руке, Марина взялась за ручку двери.

- А ты не боишься, что мы и тебя ментам сдадим как главного организатора ограбления казино? - спросил Шура.

Марина уже готовая выйти, остановилась и усмехнулась.

- А кто же это вам поверит? Где это видано, чтобы хозяйка грабила своё собственное казино?

- Зачем ты покрываешь Логинова, Марина? - спросил Корсаков. - У тебя ведь на руках улика, благодаря которой можно засадить Константина лет на десять. И тогда ты будешь свободной от него.

Марина вздохнула и, покачав головой, вышла из квартиры.

- Ты ещё не понял? - тихо спросил Шура.

- О чём ты?

- Это не Логинов, это Марина убила Шамилова.

Корсаков открыл рот и так стоял ещё долго, переваривая сказанное и происшедшее. Однако Шура не дал Арсению долго размышлять.

- Так! Нам нужно убираться отсюда и как можно скорее.

- Почему?

- Потому что Марина сейчас же натравит сюда ментов. У нас есть какие-нибудь полчаса, если не меньше. - Шура уже сворачивал обратно в пакет только что принесённую камеру.

- Это точно! - согласился с другом Лёва. - я уже чувствую запах погони. - Нужно взять жратвы. - Лёва уже было кинулся на кухню.

- Успокойся! Сейчас ещё будем с сумками таскаться. У нас есть деньги.

- Мало!

- Хватит, чтобы ночь прокантоваться где-нибудь.

- Опять квартиру снимем? - спросил Лёва.

- А у меня есть предложение, - вдруг воскликнул Корсаков.

- Какое? К твоим родителям?

- Нет! Чердак художника. Там нас точно уж никто не станет искать.

- А мы туда попадём?

- Там всегда открыто. Только,... а дальше что?

- А дальше у меня есть кое-какие соображения на этот счёт, - кричал уже из прихожей Шура, натягивая куртку.

- Рассказывай! - Корсаков тоже прибежал в прихожую, держа подмышкой картину.

- А картину ты зачем берёшь?

- Я с ней сросся.

- Нет, серьёзно, зачем?

- Я так ближе к Есении. Так что у тебя за соображения?

- Потом! Сейчас некогда.

- Правильно! План номер один - смотаться отсюда. - Лёва всё же принёс из холодильника палку колбасы и пакет с овощами и теперь всовывал всё это "богатство" в сумку.

- Я же сказал, не надо! - прикрикнул на него Шура.

- Ладно! - махнул рукой Лёва. - Ты занимайся своим делом, а я займусь своим.

- Ты готов? - спросил Шура Корсакова, застёгивая куртку.

- Готов! Уходим?

- Уходим!

- Подождите, я не оделся, - сунув сумку Корсакову, почти обиделся Лёва.

- Давай уже быстрее! С минуты на минуту...

- Нет! Пока я не чувствую опасности, - завязывая шнурки кряхтел Лёва.

- Не чувствует он. Пошли!

Наконец, Шура с видеокамерой, завернутой в пакет, Лёва с сумкой с продуктами, а Корсаков с картиной, покинули "убежище".

37. Кто убил Шамилова?

Друзья, стараясь не создавать много шуму, поднялись по лестнице к двери ведущей на чердак дома. Корсаков смело открыл дверь и поднялся на высокий порог, Лёва с Шурой проследовали за ним. В комнате было темно и довольно прохладно. Корсаков пошарил по стене, нащупывая выключатель.

- Не зажигай свет! - шепотом предупредил Шура.

Корсаков кивнул и опустил руку. Друзья прошли вглубь комнаты. Едва освещённая окном комната была пуста. Сквозь разбитую створку окна тянуло холодом. Шура подобрал с пола плед и всунул его в прореху в стекле.

- Да уж! Не очень гостеприимное жилище.

- Мы замёрзнем здесь. Да и спать негде. - Лёва ходил взад и вперёд, разглядывая в полумраке расписанные стены и электрошкафы.

- Может наверху потеплее будет? - Корсаков поставил картину, которую не захотел оставлять в "убежище", на единственный сохранившийся в целости и сохранности предмет - станок и поднялся по лестнице наверх. Слава богу, кровать вынести ещё не успели, и на самом деле, здесь было теплее. - Здесь кровать есть, втроём поместимся.

- Как это ещё бомжи не облюбовали это местечко? - поднявшись следом за Корсаковым, удивился Шура. - Что ж, пожалуй, жить можно!

- Да ну! Даже стола нет. На чём есть-то? - говорил снизу Лёва, всё также ходя по комнате и попинывая осколки стекла и обломки рам от картин.

- Поднимайся сюда! ...И стол есть. - Шура вытащил из обломков, бывших некогда душевой кабинкой, табурет.

- Здесь, конечно, не гостиница "Беларусь", но ночь провести можно.

Лёва вздохнул очень тяжко, всё-таки отсутствие стола сильно отравляло его мнение о бывшем жилище художника Андрея, и стал грузно подниматься наверх.

За скромным ужином Корсаков, наконец, обратился к Шуре с вопросом, который его очень интересовал.

- Что будем делать дальше?

- А что и думали! Нам необходимо, прежде всего, снять с вас подозрения в ограблении.

- Но у нас нет кассеты. Чем же нам оперировать?

- Знаешь, что я подумал... Возможно, Логинов не в курсе дел Марины.

- Почему?

- Потому что если бы был в курсе, он не стал бы приплетать в это дело милицию. Нет! Он, по крайней мере, до сегодняшнего дня был уверен, что Марина, действительно, решила его кинуть. Как ты думаешь, Лёва?

- Я тоже считаю, что Марина действовала в одиночку. И если это она убила Шамилова, что, кстати, тоже не факт, он об этом может только догадываться.

- А если это всё-таки Логинов убил Шамилова? - не унимался Корсаков.

- Зачем тогда Марина выкрала кассету?

- Может она, всё ещё любит Логинова и просто покрывает его, а мы уже напридумывали бог знает чего.

- Может и так. В любом случае, нужно попробовать надавить на Логинова.

- Как?

- Шантажировать его кассетой, - ни к селу, ни к городу, вдруг сказал Лёва.

Шура с Корсаковым посмотрели с недоумением на Лёву.

- У нас нет кассеты, ты забыл? Марина её час назад увезла в неизвестном направлении.

- Увезла, да не ту!

Повисла пауза.

- Чего не ту? Почему не ту?

- Потому что... короче говоря, когда мы шли из больницы и вели Марину под руки, мне прямо в бок упёрлось что-то. Я руку сунул, и рука случайно в кармане её шубки оказалась. Хотел уже отдёрнуть, всё-таки не хорошо по чужим карманам лазать, но тут в голове словно фонарик зажгли, ухватился я за предмет и вон его из кармана. А это... кассета. Вот так!

- И как она потом снова оказалась у Марины?

- Не она... Сначала я думал, что это как раз кассета из тайника и, возможно, по дороге Марина решится бежать, а то, что она заранее вытащила кассету, чтобы она не попала к нам, я не сомневался. Но Марина не сбежала, и тогда я предположил, что в больнице Марине кассету подменить было несподручно, и она дождётся удобного момента уже дома. Так оно и вышло. Мы достали из тайника настоящую кассету, а когда все её внимательно разглядывали, я на мгновение отошёл ото всех и поменял кассеты.

- Почему ты ничего не сказал?

- Всё же я сомневался. Хотя, конечно, никто просто так в карманах видеокассеты таскать не станет, но.... А потом я просто подошёл и кинул кассету с записью в карман Марине. Помните, она весь вечер ходила в шубке? Она ведь уже заранее была готова убежать.

- Значит, она заменила новую кассету на кассету с записью? А ты не боялся, что она раскусит тебя? Ты ведь сам заметил разницу между ними - на кассете с записью плёнка была не перемотана на начало.

- Отнюдь! В том то и дело, что была перемотана. Я обманул Марину, чтобы разоблачить её. Она, конечно, когда меняла кассеты, не обратила на плёнку никакого внимания. У неё просто не было достаточно времени.

- И всё-таки ты рисковал.

- Кто не рискует...

- Так значит, - Шура взял в руки свёрток с видеокамерой, - значит кассета с записью у нас?

- Да! Если, конечно, Марина действительно меняла кассеты.

- Это можно проверить только одним способом.

Шура развернул пакет, вынул видеокамеру и кассету, которую, уходя из "убежища", бросил туда же.

- Как же мы её посмотрим? - спросил Корсаков. - Здесь же нет телевизора.

- Кассету можно посмотреть и без телевизора, просто через видеоискатель или по ЖКМ.

- По чему?

- Жидкокристаллический монитор, - пояснил Лёва.

- Так включай!

- Включаю! - Шура поставил камеру на табурет, открыл экран монитора и нажал кнопку. - Главное, чтобы зарядки хватило.

Сначала экран был просто синим, потом пошли полосы и, наконец, возникла картинка. Друзья с бьющимися сердцами ещё сильнее скучились перед маленьким экраном.

- Кабинет Шамилова?

- Да! Это та самая кассета.

- Лёва! Ты гений.

- Я знаю!

Звука не было, но он был особо и не нужен. Друзья и так всё видели. Камера захватывала практически всё помещение, был виден стол, но хозяина кабинета за ним не было.

- А где Шамилов?

- Может он не попал в кадр.

- Почему?

- Потому что стоит вне поля обзора камеры.

На экране была отлична видна дверь. Вот в дверь вошёл мужчина.

- Антон! - прошептал Лёва.

- Слышь, одно лицо! - ткнул Шура пальцем в экран.

Долгое время Антон, видимо, о чём-то разговаривал с невидимым Шамиловым. Его губы шевелились. И вот откуда-то снизу к столу прошёл коренастый тёмноволосый мужчина и сел развалясь. Но дальше двери Антон не шёл, а потом и вовсе собрался уходить, повернулся и уже сделал шаг через порог, но вдруг вздрогнул и обернулся и снова вернулся в кабинет.

- У Шамилова пистолет, - ткнул пальцем в экран камеры.

- Это револьвер, - поправил Шура.

- А есть разница?

- Есть, хотя в принципе...

- Шамилов, видимо, не хочет просто так отпускать своего друга.

- Разговор не окончен.

- Похоже, вот тут и начинается самое интересное.

Шамилов приставил револьвер к голове, потом протянул его Антону. Антон неспеша подошёл ближе и взял из рук Шамилова оружие.