- Что же вас интересует?

- Позвольте представиться... я владелица одного художественного салона. У нас вскоре намечается выставка работ одного современного художника. Вы его должны знать. Он умер в вашей больнице пару дней назад.

- Андрей Раич?

- Да!

- И что от меня требуется?

- Дело в том, что по нашим данным здесь в больнице находится последняя из работ мастера.

- Вы уверены?

- Да! Мне сообщили, что он забрал её с собой в больницу. Мы собрали большую экспозицию его работ, но без этой картины экспозиция была бы не полной. Поэтому от имени организаторов выставки мы просим вас содействовать нашей миссии...

...Лёва, Шура и Корсаков то и дело оглядываясь, обошли забор больницы и оказались у задних ворот, где вчера встретились. Прислонившись к столбу, Лёва осторожно выглянул во двор больницы. Было тихо, снег мягко падал наземь кристаллами, пропадая на фоне уже выпавшего и никем не убираемого. Чёрный ход так же хранил молчание. Создавалось полное впечатление безмятежности и безопасности. Но Лёва при этом ещё неистовей крутил в руках своё яблоко.

- Нет! Туда соваться не следует. Мигом схватят.

- А, по-моему, всё тихо, - с сомнением сказал Корсаков.

- Тихо! - обернулся к нему Лёва. - То-то и оно что тихо.

Вдруг дверь чёрного хода распахнулась и, на ходу вытаскивая из кобуры пистолеты, выскочили трое мужчин и побежали в сторону главного входа. В то же время раздались приближающиеся звуки милицейской сирены. Вдоль забора по дороге мчалась милицейская машина с мигалками. Шура оттащил друзей от ворот к недалеко стоящему жилому дому.

- Чёрт! Они возьмут Аркашу. Нужно туда...

- Куда?! Хочешь с ним вместе в камере сидеть? - Шура ухватил, собравшегося было бежать на выручку другу, Корсакова.

- Так что, просто так стоять и смотреть, как его арестовывают?

- Нет, лучше конечно, чтобы нас арестовали вместе с Аркашей! Отходим!

Лёва и Шура ухватили рвущегося в бой Корсакова к подъезду. Отсюда было видно, как, заломив руки за спину, ведут к милицейской машине Аркашу.

- Откуда они узнали?

- Чёрт их ведает.

- Может в окно увидели и опознали?

- Может и так!

- А как же Марина? Её тоже схватят. Или даже уже схватили.

- Может и так. Всё равно высовываться пока нельзя. Постоим, посмотрим. Если Марину взяли, то мы увидим, как её выведут.

- А её выведут?

- Ну, если взяли, то выведут, конечно.

Друзья, сжавшись у подъезда дома в один испуганный комочек, наблюдали, как вдалеке провели к милицейской машине Аркашу с заломленными за спину руками и усадили в неё. Офицер что-то кричал своим подчинённым, и те, не тратя времени, побежали к больнице. Двое обогнули здание и направились к воротам, невдалеке от которых стояла наша троица.

Шура тут же достал из кармана составленные в стопочку пластмассовые стаканчики и сунул их друзьям.

- Берите быстро!

Лёва и Арсений удивлённо расширив глаза, однако вынули по стаканчику из стопочки. Шура достал из внутреннего кармана куртки початую бутылку водки, отвинтил крышку и принялся наливать сей напиток в подставленные стаканчики.

Тем временем один из служителей порядка, заметив подозрительную троицу, приблизился к ним, разглядывая издалека. Это был как раз тот сержант, что вчера выглядывал из милицейского "бобика" и делал замечание очень громко разговаривающим гражданам.

- А я вчера выпил одну, а потом ещё с соседом пивка... Голова трещит. Вот полечимся, и всё пройдёт. Давай, тяни! - приведя друзей в ужас, почти орал Шура.

Корсаков думал, что сейчас их немедленно схватят, если не за ограбление казино, то, по крайней мере, за распитие спиртных напитков в общественном месте. Однако запыхавшийся от бега сержант даже не стал подходить к трём выпивохам. Он развернулся и побежал обратно к напарнику. Из-за угла здания выбежали ещё двое, но, увидев коллег, уже шагом подошли к ним. Поговорили, закурили и спокойно пошли к главному входу к милицейской машине. Там их встретил офицер. Он размахивал руками и громко орал на подчинённых, указал рукой на больницу, сел в машину и уехал с Аркашей на заднем сидении. Подчинённые, послушно следуя по направлению указанному офицером, весело разговаривая, прошли к заднему входу и скрылись в дверях.

- Ты чокнутый! - выдохнул Лёва. - Нашёл время пить!

- Всё нормально! - успокоил Шура, засовывая бутылку обратно в карман. - Элементарные правила отвлечения внимания.

- Ни один нормальный преступник не станет привлекать к себе внимание, нарушая закон на глазах у хранителей порядка.

- В том-то и дело! Если бы мы строили из себя невинных овечек, то, несомненно, сержант заинтересовался бы нашими персонами.

- Что за ерунда?

- Ты уж мне поверь! Менты, ловящие грабителей, скорее всего не обратят внимания на трёх алкашей. И естественно, что грабители казино не стали бы пить горькую у подъезда из пластмассовых стаканчиков и без закуси.

- Что ж, тебе видней! - наконец согласился Лёва.

- Что нам теперь делать? - спросил Корсаков, до этого удручённо молчавший.

- Дождёмся Марину!

- А дождёмся ли? - с сомнением спросил Лёва.

- Что ты имеешь ввиду? Думаешь, она уже не выйдет?

- Я думаю, что это она и сдала нас.

- Зачем ей это? Ты уже совсем!

- А что? Всё, между прочим, сходится. Марина пропала сегодня утром на два часа. Зачем?

- По-моему, она объяснилась.

- Ну да! Объяснилась. А я так думаю, она как раз тогда связалась с ментами и выдала наши планы. Им оставалось только ждать, когда мы заявимся.

- Они и так нас ждали. Тем более, что если бы очень ждали, то взяли бы нас тогда же, когда мы все ещё стояли у главного входа.

- Так и взяли бы, если бы я вас не увёл оттуда.

- Интуиция?

- Да, интуиция! Тем более странно, что, взяв Аркашу, они на этом не остановились, а бросились искать кого-то ещё. Будто точно знали, что Лясин пришёл не один.

- Но зачем Марине сдавать нас? Она ведь тоже...

- Деньги, которые были украдены в казино, где они?

- Аркаша с Мариной отвезли большую часть и оставили в камере хранения в одном из отделений связи.

- Ты знаешь где?

- Нет. Только Аркаша знает и Марина. Ты думаешь, она стала бы сдавать нас ради денег? Вздор! Не такие уж там большие деньги.

- И всё-таки, это возможно.

- В принципе возможно, но....И кстати, зачем нас нужно было ждать здесь, если можно было просто взять на квартире? Нет, Марина тут не причём.

- Что ж, посмотрим! - Лёва нервно крутил в руках своё яблоко.

Корсаков так и не выпив водку, бросил стаканчик в урну.

- Давайте пройдём вокруг забора к главному входу, а то можем пропустить Марину.

- Чтобы нас тоже взяли?

- Мы встанем в стороне, у остановки. Никто на нас и внимания не обратит.

- Да! А если что, у Шуры есть бутылка водки, - саркастически ухмыльнулся Лёва.

Больше не пререкаясь, друзья отправились на остановку. Тем более что других мыслей, что дальше делать, ни у кого не было. Оставалось только дождаться или не дождаться Марину.

- Одно ясно. Если Марина не выйдет с картиной, значит я прав, и это она нас сдала, - бубнил себе под нос Лёва, идя вслед за Корсаковым.

Друзья не успели дойти до остановки. Едва они дошли до угла забора, дверь больницы услужливо растворил милиционер, и из них выпорхнула Марина, держа подмышкой квадрат картины, завёрнутый плотной бумагой и перевязанный верёвкой.

- Стой! Это Марина.

- И она с картиной. Что ж, Лёва, похоже, ты был не прав.

- Похоже на то, однако... ещё совсем ничего не ясно.

Марина улыбнулась кокетливо охраннику и сбежала по лестнице, прошла к калитке и, не оглядываясь по сторонам, пошла по тротуару как раз туда, где за углом поджидали её Корсаков и компания. Друзья вышли к ней навстречу.

- Ох! - Марина резко остановилась, едва не потеряв равновесие. Она оглядела друзей бегающим взглядом. - Вы! Испугали. А где Аркаша?

- Давай картину! - Шура ухватился за раму. Марина неохотно отдала.

- Мне совсем не тяжело. Где Аркаша?

- Его арестовали.

- Как арестовали? А вы... в смысле, вы не вместе что ли были?

- А нужно было, чтобы и нас арестовали? - поинтересовался Лёва.

- Я не в том смысле. Я... Но как? Почему? Почему вы не отбили его? Как вы могли его оставить?

- Марина! Это милиция, а не какая-нибудь шпана. Так получилось, мы отошли от Аркаши к задним воротам, а он остался тебя ждать, и вдруг...

- Как вы могли его оставить! - закричала вдруг Марина, зарычала, будто в бессильной злобе и, закатив глаза, прижалась к забору. По её щеке покатилась слеза.

Друзья, опустив глаза, чувствовали себя неуютно. Будто действительно сильно провинились перед Мариной и Аркадием.

- Ничего! - сказал спокойно Шура. - Мы его освободим.

- Как? Каким образом?

- Картина и кассета у нас. И Логинов у нас на крючке. Мы заставим его забрать заявление или не опознать Аркашу в обмен на кассету.

- Ещё не известно, что там на кассете, - снова себе под нос ворчал Лёва.

- Что ты там бормочешь?

- Ничего! Я думаю, надо двигать отсюда домой, достать кассету из тайника и посмотреть её. Кстати, как мы её посмотрим? Это ж нужен специальный магнитофон или камера такая же цифровая. Где мы её возьмём?

- Разберёмся! - спокойно ответил Шура.

Корсаков и Шура подхватили Марину под локти и повели прочь от больницы.

35. Маски сброшены

Друзья добрались до убежища без приключений. Во дворе всё было спокойно. Качели по-прежнему стояли, обрезки труб торчали, подъезд пестрил рисунками. Было тихо и спокойно. За углом двое малолеток настойчиво клянчили деньги у третьего. Третий не давал, утверждая, что денег нет. Лёва, шедший впереди друзей, спугнул пацанов. Вымогатели разбежались кто куда словно утренние коты. Третий так же убежал, воспользовавшись моментом.

То и дело оглядываясь, друзья вошли в подъезд, поднялись на этаж и попали в квартиру. Только здесь они почувствовали себя в полной безопасности.

- Фу! Добрались, - даже не разуваясь, пройдя в комнату и завалившись на диван, выдохнул Лёва.

Шура, нёсший картину, проследовал следом за Лёвой, кинул свою ношу у дверей и из-за шторы стал оглядывать двор за окном.

- Давайте, отдыхайте, а я схожу кое-куда.

- Куда?

- За магнитофоном или... короче, найду, на чём можно просмотреть кассету.

Корсаков один из всей компании стал раздеваться. Он расстегнул пальто, но на этом пока остановился, засунул руки в карманы и задумался, навалившись на дверь. Марина, сидя на корточках у дверей, казалось, тоже была в глубокой задумчивости. Из транса их вывел Шура. Он оставил свой пост у окна и вернулся к картине.

- А для начала предлагаю достать кассету, если она, конечно, там есть.

Когда Шура стал срывать с картины обёрточную бумагу, все заинтересовались этим процессом и подошли. Даже Марина вышла из ступора, поднялась с корточек и, расстегивая шубку, встала рядом с Корсаковым. Шура тем временем жестоко расправился с обёрткой, разбросал её останки по полу и, подняв картину повыше, стал внимательно изучать раму.

- Вот! - негромко сказал он.

- Что там? - нависли над Шурой все остальные.

- Кажется, это тайник. Да!

Раздался глухой щелчок, и на пол упала тонкая пластинка под цвет рамы - крышка тайника, а за ней упала и кассета. Маленькая, действительно, чуть больше спичечного коробка, чёрного цвета со светло зелёной крышечкой. Марина тут же как кошка юркнула вниз и подняла кассету.

- Есть!

Пока Марина разглядывала кассету, в мужчинах проснулась тяга к созиданию. Корсаков поднял отлетевшую крышку тайника, и друзья принялись так и сяк приставлять её на место поверх небольшого углубления в раме, которое открылось после выпадения кассеты. Наконец им это удалось. Пластинка идеально легла на прежнее место, закрыв углубление.

- Слава богу, кассета есть! - вздохнул Корсаков.

- Да уж!

Кассета пошла по рукам. Все рассматривали её. Те, кто не видели прежде таких, очень удивлялись. Лёва даже подошёл поближе к люстре, чтобы рассмотреть получше.

- Что ж, оставайтесь пока дома, я пойду на поиски аппарата для этой кассеты. Всё же нужно её посмотреть. Надо быть абсолютно уверенными, что это та самая кассета и на ней действительно запись убийства Шамилова.

- Хорошо, мы пока что-нибудь приготовим поесть, - кивнул другу Лёва и торжественно вручил кассету Марине.

- Как ты можешь в такой момент думать о еде? - удивилась Марина.

- Какой такой момент? Обыкновенный момент. Что ж теперь не есть? Лично я посмотрю, что там у нас есть в холодильнике.

- Давай! - усмехнулся Корсаков.

Он сейчас испытывал смутное чувство. С одной стороны, Аркашу арестовали, и значит его собственный арест вовсе не за горами, а с другой стороны, наконец-то у них в руках главная улика. Корсаков взял у Марины из рук кассету и стал её рассматривать, будто и без всякого магнитофона мог прокрутить её от начала до конца. Шура, не теряя времени, вышел из квартиры на поиски магнитофона.

- Интересно, где он найдёт этот магнитофон? - с сомнением сказала Марина.

- Не беспокойся! Если уж он нашёл эту квартиру, то магнитофон он найдёт, - ответил Корсаков.

Лёва вернулся из кухни с тарелкой со вчерашними бутербродами, уже жуя один из них.

- Угощайтесь!

Корсаков и Марина посмотрели на него с отвращением.

- Ну, не хотите, нам больше достанется! - Лёва плюхнулся на диван, от чего тот страдальчески заскрипел.

Корсакову, по-видимому, надоело разглядывать кассету, он бросил её на полку и, снимая пальто на ходу, вышел в прихожую. Марина, в свою очередь, взяла кассету и, задумчиво её разглядывая, отправилась на кухню.

- Марина! - перестав жевать, строго сказал Лёва. - Положи кассету, пожалуйста! Куда ты её понесла?

- А что такое? Ты мне не доверяешь? - выглянула женщина из-за дверей.