Бум - бум - ля-ля-ля. Бум - бум - ля-ля-ля.

Корсаков, сам себя не контролируя, стал тупо кивать головой в такт звуку. Он даже разозлился на себя, но остановить нелепое движение не мог.

-- Залепи уши глиной!

Корсаков с трудом поднял глаза. Натягивая рубашку на хлипкое тело, перед ним стоял Шура.

-- Шура, как ты здесь оказался? - глупо улыбаясь, спросил Корсаков.

-- Молчи! - Шура вынул из кармана и протянул Корсакову кусочек хорошо размятой белой глины. - Держи! Залепи уши, а то ты очень смахиваешь на идиота.

Корсаков, насколько это было возможно, сохраняя координацию, взял глину и торопливо залепил уши. Стало тихо, но одновременно, Корсаков почувствовал, как вибрирует тело Есении у него на коленях. Ещё не до конца придя в себя, девушка, полулежа, подтанцовывала дьявольскому ритму. Корсаков взглянул на Шуру. Тот уже протягивал ему кусочек глины. Корсаков залепил уши девушки. Сначала одно, а потом второе с помощью Шуры. Есения успокоилась и открыла глаза.

-- Где я? - прочёл по губам Корсаков.

Корсаков не ответил, а лишь улыбнулся и погладил девушку по голове. Есения, вспомнив всё, залилась стыдливым румянцем и зажмурила глаза.

-- Ничего. Всё уже позади! - сквозь пелену услышал Корсаков собственный голос.

Шура помог встать Есении и Корсакову. На волнах уже качался парусник, и старик крепил верёвки. Переговариваясь жестами, Корсаков и Есения поднялись на борт. Шура остался в воде и стал толкать лодку от берега. Когда он вошёл уже по пояс, Корсаков протянул ему руку, но Шура отмахнулся и стал отступать обратно на берег. Корсаков непонимающе развёл руки, но Шура жестом объяснил, что всё нормально, и Корсаков пожал плечами. Лодка быстро отдалялась от берега, но беглецы ещё увидели, как берег на горизонте почернел. Это возвращалась толпа. Корсаков тревожно глядел на Шуру. Тот выбрался на берег и сел. И вдруг исчез.

Лодка отплывала всё дальше, пока остров не превратился в тоненькую полоску на горизонте, а потом и вовсе растаял. Только тогда Корсаков очистил уши от глины, услышал плеск волны и тихую песню рыбака. Есения сидела у борта на корточках, вся сжавшись. Корсаков подошёл к ней и тронул за плечо. Есения обернулась.

-- Почему мы были так слабы? Я не могла себе противиться.

-- Потому что вы люди. Люди слабы. Только цивилизация отделяет вас от тех тварей. А в прошлом вы та же самая толпа! - ответил за Корсакова рыбак. Есения слышала его слова, потому что ещё раньше Корсакова очистила свои уши.

-- Пора мне домой! А вам пора дальше. Оставлю вам эту лодку, пожалуй. Она покрепче будет вашей старой. - Рыбак поднялся, подошёл к путникам, потрепал их за плечи. - Надеюсь, больше не свидимся. Прощайте! - и растаял в воздухе. Корсаков и Есения остались на лодке одни.

-- Как он здесь оказался? - спросил сам себя Корсаков.

-- Кто он?

-- Шура. Это один сумасшедший.

-- Спроси у него. Тебе пора просыпаться, а мне остаться одной.

-- Ты не будешь одна. Я буду рядом.

-- Нет! Это море пустоты и одиночества. Здесь мы не можем быть вдвоём. Просыпайся!

-- Да, конечно. Но я вернусь ещё.

-- Да, конечно! - эхом ответила Есения. - Просыпайся!... Просыпайся, слышишь? - Есения вдруг стала трясти за плечо Корсакова. - Просыпайся, хватит спать. Так можно и вовсе не проснуться.

-- Хорошо! Я уже просыпаюсь-просыпаюсь!..

-- Заговорил наконец-то. А я уж думал, что конец тебе.

Корсаков открыл глаза. Склонившись, над ним стоял Аркаша, за Лясиным Марина и ещё двое.

-- Вы чего? - потянулся Корсаков как невыспавшийся кот.

-- Чего?! Да, мы тебя еле добудились. Если бы не Шура...

Только тогда Корсаков узнал тех двух, что стояли за спиной Марины.

-- Как они тут оказались?

-- Долгая история. Главное, мы вас нашли. - Лёва пододвинулся ближе.

-- А если бы не Шура, ты бы вообще, похоже, того!

-- Что того? - Корсаков тряхнул головой. - Так ты что, действительно был в моём сне?

-- Лёва ввёл его в транс и внедрил в твой сон. Ты уж извини, но ты был почти мёртв.

Корсаков оглядел комнату. Было светло. Солнечный зимний день бился в окно.

25. Планы - парапланы

Немного позднее за завтраком Шура рассказал о произошедшем в больнице. Аркаша с Мариной эту историю уже слышали, и лишь иногда задавали вопросы рассказчику.

-- Куда же девалась твоя болезнь? Ты, кажется, не мог глядеть никому в глаза, а теперь... теперь ты совсем другой человек.

Шура с Лёвой переглянулись.

-- Это уже совсем другая история, как сказал один классик, - ответил Шура.

Корсаков кивнул и потупился.

-- Значит, ты всё видел?

-- Что?

-- Остров, Есению, ...всё!

-- Когда мы с Лёвой отыскали вас в этой квартире, сразу всё рассказали о событиях в больнице, но тебя едва нашли. Ты забился в угол и не подавал признаков жизни.

-- Мы тебя перенесли на кровать. Думали, ты отравился чем-то. Я всё на хрен выкинул. И икру, и колбасу! - влез в рассказ Аркаша.

-- Но я понял, что не в отравлении дело. Ты просто не мог проснуться. Нужно было вмешаться в твой сон. Аркаша нам рассказал о твоих снах. Согласись, это очень странные сны. А после того, что рассказал Шура...

-- В общем, Лёва ввёл меня в транс.

-- Он умеет это делать, понимаешь! - прошептал Аркаша.

-- Я увидел тебя и эту девушку на острове. Ваше, мягко говоря, странное поведение. А потом понял, что дело в этих звуках.

-- Почему они на тебя не подействовали?

-- Сначала я был далеко, вверху. Смотрел вроде как со стороны. А потом решил...

-- Мы решили, - вставил Лёва.

-- Да, мы решили вмешаться. Мы могли и не успеть. Эти твари уже почти растоптали вас, но...

-- Раньше вас появился рыбак, - догадался Корсаков.

-- Да, он вытащил вас, но было ясно, что всё так не закончится.

-- Я ввёл Шуру ещё глубже, - пояснил Лёва.

-- Я оказался на острове, и первым делом заткнул уши, хотя и это мало помогало. Я едва не последовал вашему примеру и не помчался вскачь вместе с этой толпой, но мне пришла идея использовать способ Одиссея.

-- Что за способ? - спросила Марина.

-- Одиссей залепил уши воском, чтобы не слышать пение сирен, - сказал шепотом Аркаша Марине.

-- Да! Воска у меня, конечно под рукой не оказалось, зато глину я раздобыл, замазал ей уши и почувствовал, кстати, себя уже гораздо лучше.

-- Да, я тоже ощутил разницу! - кивнул Корсаков.

-- Потом было делом техники управиться с этой толпой.

-- Опыт у тебя, конечно, имеется, - с сарказмом, как показалось Корсакову, заметил Лёва.

-- Дело в том, - нахмурился Шура, - что до больницы я работал в ... одном месте. Мы изучали психологические способы влияния на массы людей.

Аркаша присвистнул от удивления.

-- Существуют соответствующие разработки, по которым с помощью определённых слов, словосочетаний, интонаций и технических средств, которые, кстати, наиболее эффективны, осуществлялось влияние на людей.

-- Двадцать пятый кадр?

-- Ну, это вчерашний день. Хотя тоже используется.

-- Сейчас?

-- Конечно! В общем, мне удалось усмирить эту толпу на острове и направить её движение в интересном для нас русле.

Все помолчали.

-- Значит, Лёлик погиб из-за нас?- спросила Марина.

-- Выходит, что так! - ответил Аркаша. - Не стоило бесить эту свору. Деньги - дерьмо! - Аркаша неожиданно махнул рукой, снеся со стола пару бутылок. Все охнули.

-- Давайте помянем, что ли, Лёлика! - предложил убитым голосом Аркаша. Он взял оставшуюся на столе бутылку и разлил по рюмкам и стаканам коньяк. - Хороший был парень, хоть и со сдвигом немного. - Аркаша поднял свой бокал, никого не дожидаясь, и опрокинул его разом.

Больше никто не притронулся к коньяку.

-- Ладно! Хватит бесцельной болтовни, и подумаем, что мы можем сделать, - сказал Шура.

-- А что мы можем сделать? Убить всех этих!..

-- Погоди! Чем мы будем лучше, если возьмёмся за стволы? - Лёва вынул из кармана своё яблоко. - Нужно воздать им по заслугам. Уверен, - это не первые их злодеяния.

-- Конечно, не первые! - усмехнулась Марина. - Если бы вы захотели, я рассказала бы вам о пол сотни таких злодеяний. Хотя и это, я думаю, было бы не всё.

-- Почему же вы молчали всё это время?

-- Что бы я могла сделать?

-- Пойти в милицию.

Простодушность Лёвы развеселила всех.

-- Чего вы?

-- Милиция, конечно, это хорошо, но боюсь мы ничего не докажем.

-- Как это не докажем? Мы все видели этого Логинова в лицо.

-- Кто поверит двум душевнобольным?

-- К тому же этот вариант не подходит нашему случаю. Вы ограбили казино. А это не может остаться безнаказанным, - жуя, сказал Шура.

-- Откуда вы знаете про казино?

-- Отсюда! - указал Лёва на яблоко.

Шура не удивился, продолжая спокойно жевать свой бутерброд, а остальные уставились на Лёву и на его яблоко.

-- Яблоко у него - главный советчик, - пояснил Шура.

-- Да! Кстати, только благодаря ему мы вас и нашли. Как, вы думаете, из сотни агентств мы нашли именно то, в которое обратились именно вы, а в этом единственном агентстве отыскали именно ту квартиру, которую выбрали именно вы, да ещё и ночью?

-- Да уж! Мы полгорода объехали, пока до вас добрались.

-- Очень интересно, - Марина протянула руку к Лёве, - а можно посмотреть?

-- Нет! - отдёрнул руку Лёва.

-- Он никому его не даёт, - сказал Аркаша.

-- Ну и не надо! Сумасшедший! - шепотом добавила Марина.

-- Ну, сумасшедший или нет, неизвестно, а вот о чём вам стоило бы подумать, так это о том, что если мы смогли вас разыскать, значит и Логинов найдёт. Не сегодня, так завтра, - ответил спокойно Лёва.

-- Да, нужно сматывать отсюда.

-- Что, так и будем всю жизнь бегать? - поинтересовался Корсаков.

-- А что ты предлагаешь?

-- По-моему, нужно идти навстречу судьбе.

-- Правильно! - подался вперёд Шура. - Правда на нашей стороне.

-- Какая ещё правда. В нашем мире кто сильнее, тот и прав.

-- Но и бегать я не собираюсь. По-моему, настало время мстить.

-- Правильно! За Лёлика.

-- И за Антона.

-- Кто это?

-- Это мой брат. Антон Корсаков. Я уверен, что смерть Антона на совести Логинова. Антона убили. В тот же день в меня стреляли, очевидно, приняв за Антона.

-- Интересно-интересно! - убрав яблоко в карман, сказал Лёва. - Расскажите-ка! Может это как-то поможет делу.

Корсаков рассказал вкратце о том, что произошло с ним за последние три дня. Он вспомнил и о художнике Андрее, о картине, рассказал с начала до конца свои сны. Всё до теперешней минуты.

-- Очень интересно! - вновь достав своё яблоко, задумался Лёва. - Я думаю, - сказал он с расстановкой, - все эти события - звенья одной цепи. Они абсолютно взаимосвязаны, хотя мне ещё не до конца понятно как. Что-то пока выпадает. Одно событие, повлекшее за собой все последующие. - Лёва покрутил яблоко, а все смотрели на него как на фокусника, ожидая очередного кролика из шляпы. - Дальше! Сны нашего друга. Как эта девушка связана со всем вышесказанным?

-- Ну, здесь я помогу! - сказал Корсаков. - Я думаю, это та самая девушка, что, по словам художника Андрея, ушла в картину.

-- Почему?

-- Андрей упомянул в рассказе её имя. Её зовут Есения. Не часто встретишь такое имя.

-- Есения?! - расширила глаза Марина.

-- Да, Есения. Художник называл её Есей.

-- Еся - Есения. Ну, да. Может быть. И всё же, какая связь?

-- Ничего не понимаю! - помотал головой Аркаша. - Я, видимо, плохо спал. Объясните мне кто-нибудь!

-- Всё понятно! Мне, практически, всё понятно! - прошептал Лёва.

-- Что ты там шепчешь? Скажи всем! - потребовал Аркаша.

-- В общих чертах - такой расклад. Шамилов Сергей Викторович был убит выстрелом в сердце в своём кабинете месяц назад. Его жена Есения Шамилова была найдена той же ночью мёртвой. Она застрелилась из того же оружия, из которого был убит её муж. Пистолет был у неё в руке. Следствие пришло к выводу, что Есения и застрелила своего мужа, хотя в деле было полно белых пятен, его закрыли.

-- Это что, всё в яблоке написано? - уставился на Лёву Аркаша.

- Нет, это было написано совсем в другом месте, и каждый, кстати, мог в свое время это прочесть в ...газетах.

- Выходит, сны эти начались после посещения тобой палаты художника? - задумчиво спросила Марина у Корсакова.

Корсаков мучительно тёр лоб. Что-то вспомнилось ему вдруг. Что-то, что было связано с фамилией Шамилова.

-- Шамилов? - нахмурил лоб Корсаков.

-- Шамилов!

-- Стоп! Мне нужно съездить в больницу.

-- Зачем?

-- В моей палате в столе лежит папка с материалами того дела.

-- Какого дела?

-- Дела Шамилова. Мне Бражник принёс, чтобы я статью написал. - Корсаков вскочил и стал поправлять смятую за ночь одежду. - Я быстро. Ждите меня тут. - Корсаков накинул пальто, обулся и стремглав бросился к лифту.

-- Стой! - догнал его Аркаша. - Ты никуда не пойдёшь. Что если Логинов пасёт больницу?

-- Не беспокойся, я осторожно.

-- Даже и думать не хочу.

-- Аркадий! - твёрдо сказал Корсаков, взяв того за плечи. - Чем быстрее мы разберёмся с делом Шамилова, тем быстрее сможем засадить Логинова за решётку, и будем свободны. Понимаешь? И Марина свободна, и Шамиловы отомщены.

-- Ты уверен, что всё это его рук дело?

-- Конечно!

-- А он прав, между прочим. - Шура тоже вышел на площадку, спокойно пожевывая бутерброд. - Мы ведь хотим наказать Логинова?

-- Этим должна заниматься милиция.

-- Знаешь, мне кажется, что Логинов уже подал на вас заявление в милицию.

-- Не понял!

-- Вы же ограбили его казино.

-- Но Марина...

-- Причём здесь Марина? Деньги есть деньги. Так что за папкой, я думаю, нужно съездить. Только, мне кажется, Арсения нельзя отпускать одного.