– Что ты собираешься сделать со стадом альпак Родни Симмонса? – спросила я Пэтти Джин на парковке «Речных крыс». Ее план был настолько безумным, что я сомневалась, правильно ли расслышала.

Она заговорщически хихикнула.

– Я открою загон, чтобы они перекрыли трассу. Риду и Берни придется регулировать движение, пока Родни не загонит их обратно. Делов-то. Мисти-Дон сможет быстро найти нужный файл в компьютере Раджа и убраться оттуда, пока они ничего не заподозрили.

– Мне нравится этот план, – обрадовалась Мисти-Дон.

– Ты выведешь альпак на шоссе? – возмущенно спросила Кэтлин. – Мы не можем подвергать их такой опасности. А вдруг кого-то собьют?

– Никого не собьют, – покачала головой Пэтти Джин. – Потому что мы с тобой и Дианой Мари будем действовать сообща. Я подам сигнал, и вы подъедете так, чтобы ваши машины стали первыми в заторе. Вы проследите, чтобы никто из животных не пострадал, пока Сэди и Мисти-Дон добывают нужную информацию.

– Гениально, – сказала Лорали. – Тебе помочь направить альпак?

– Не откажусь, – ответила Пэтти Джин. – Ты можешь написать Мисти-Дон, когда начнется представление.

Я изумленно проследила, как мои подруги бросились выполнять план. И когда Пэтти Джин, Кэтлин, Диана Мари и Лорали умчались с парковки, я повернулась к Мисти-Дон:

– По-моему, им слишком уж нравится устраивать проблемы шерифу.

Она расхохоталась и обняла меня за плечи.

– Это наши подруги. Чего ты ожидала?

– Пожалуй, именно этого, – я усмехнулась. – А нам не пора ехать?

Она покачала головой:

– Мне пора. Думаю, тебе показываться в участке не стоит. Я схожу сама и потом позвоню. Я запросто могу придумать повод появиться в кабинете Раджа. Подручные ничего не заподозрят. Но если Рид узнает, что приходила ты, он так этого не оставит. Лучше не будить зверя. По крайней мере, когда речь идет о взломе компьютеров.

Мне вдруг стало не по себе, и я скривилась.

– Мисти-Дон, если у Раджа из-за нас будут неприятности, может быть, не надо этого делать? Не хватало, чтобы еще кто-то из моих друзей вляпался в проблемы с законом. Я могу позвонить Пэтти Джин и все отменить. Если их поймают, они окажутся в камере как минимум за незаконное проникновение. Есть статья о подвергании альпак опасности? Мы будем первыми, кто понесет по ней ответственность.

– Сэди! – приструнила меня Мисти-Дон. – Возьми себя в руки. Никого не арестуют. Скот постоянно разбегается. Рид и Берни решат, что кто-то просто забыл закрыть калитку. А меня тебе ни за что не остановить. Теперь иди домой и выгуляй Нектаринку. Я позвоню тебе, как только найду отчет.

– Но…

– Нет! – Она подняла руку. – Мы справимся.

Она коротко меня обняла и мягко подтолкнула к «Хонде». Затем открыла дверь своей машины, забралась внутрь и крикнула:

– Будь на связи!

Я посмотрела, как она выезжает с парковки, а потом отправилась домой.

Сорок пять минут спустя я лежала на диване с Нектаринкой, переключая каналы телевизора, когда начались местные новости. Я уставилась на экран, разинув рот.

План Пэтти Джин сработал идеально. Моросило. Местный репортер стоял перед фермой Родни и докладывал о происшествии. Альпаки все еще бродили по дороге, а на заднем плане отсвечивали мигалки.

– Движение на шоссе № 27 перекрыто, транспорт направляют на улицу Пивоваров, – говорил репортер. Камера переключилась на общий план местности, а затем сфокусировалась на до боли знакомом человеке, стоявшем посреди дороги и жестами объяснявшем что-то тем, кто еще не знал о перекрытии. Мимо него прошел Берни, ведя за уздечку альпаку обратно в загон. Но она вдруг резко остановилась, вытянула шею и стащила с головы Рида темно-синюю бейсболку.

– Эй! – крикнул Рид.

Но альпака кинулась прочь, проскочила мимо Берни и скрылась в загоне, прежде чем Рид успел хоть что-то сделать. Я не смогла сдержать смех. Следующая альпака, проходя мимо, выбрала цель пониже и тыкнула носом ему в филейную часть, отчего Рид взвизгнул. Прикрыв рот рукой, я захохотала так громко, что чуть не свалилась с дивана, живот заболел от смеха. Я перевела дух и вытерла выступившие слезы. План Пэтти Джин не только оказался блестящим, но и отлично меня развлек.

Как раз когда в кадре снова появился репортер, на экране телефона зажглось имя Мисти-Дон.

– Что, нашла? – спросила я вместо приветствия.

Она фыркнула.

– А ты уж из штанов выпрыгиваешь.

– Да, – сказала я. – Выкладывай. Что-нибудь интересное?

– А как же!

В трубке раздался хлопок двери машины, а затем – громкая музыка. Неужели это Rosanna группы Toto? Я поняла, что не ошиблась, когда Мисти-Дон сказала:

– О, ты знаешь, я обожаю эту песню. Какая она мощная!

Это была одна из ее самых любимых песен.

– Мисти-Дон, не хочу портить тебе удовольствие, но что там с результатами вскрытия? – нетерпеливо сказала я.

– Ах да, – она прокашлялась и убавила громкость. – Смерть наступила не от попадания спицы в глаз.

Я села прямо и застыла в напряжении.

– Правда? Тогда что случилось? Сердечный приступ? Инсульт?

– Руби наверняка предпочла бы эти варианты, но нет. Установлен факт убийства путем отравления. Наперстянкой, если конкретно. Это растение…

– …Ядовито для людей, – закончила я за нее, прижав руку к сердцу. – А ты знаешь, кто не выращивает наперстянку у себя в саду?

Мозг лихорадочно заработал.

– Клем? – спросила она.

– Верно. Клем вывешивает несколько корзин с петуниями, и все. Кроме этого, она занимается луковичными и розами. Больше я у нее во дворе ничего не видела. Она всегда говорила, что за другими растениями ей ухаживать тяжело.

– Вот именно! – сказала Мисти-Дон. – Даже ежику понятно, что причастность Клем очень сомнительна и выдвигать обвинения нет смысла, ведь убийцей может быть буквально кто угодно.

– Казалось бы, да? – сказала я, внезапно сильно разозлившись на Рида. Он видел эти данные и все же позволил людям думать, что Клем – главная подозреваемая. И ее обвинили в убийстве, в котором истинное орудие преступления могло указать на кого угодно.

– Ну, обвинения выдвигает прокурор, так что я уверена, Рид делает все возможное, чтобы найти веские доказательства, которые позволят снять обвинения с Клем. А до тех пор, похоже, нам придется осмотреть все сады в городе на наличие наперстянки.

– Сады перед домом, – напомнила я ей. – Мы же не собираемся стучать во все двери.

Это занятие мне не нравилось, но если оно поможет очистить имя Клем, я не буду колебаться ни секунды.

– Я съезжу завтра к дому Рэндольфа, пока ты на работе, и проверю, что там растет, – вызвалась Мисти-Дон.

Я сильно сомневалась, что он держит ядовитое растение у всех на виду, но не собиралась отказываться от предложения Мисти-Дон.

– Сажать наперстянку перед домом было бы невероятно глупо, но он и не семи пядей во лбу, так что кто знает.

– Так выпьем же за поимку идиота с спущенными штанами, – сказала она и пожелала мне спокойной ночи.

Потом я позвонила Риду. Вызов сразу ушел на голосовую почту. Положив трубку, я снова посмотрела в телевизор и заметила, что Рид и Барни гонятся за тремя сбежавшими альпаками.

Я хмыкнула. Так ему и надо за то, что молчал о вскрытии. Завтра я где-нибудь его поймаю, пропесочу насчет отчета и заставлю его во что бы то ни стало убедить прокурора снять обвинения с Клем.

Телефон завибрировал от уведомления. Пэтти Джин написала:

Миссия выполнена. Отчитываюсь о возвращении на место всех альпак, кроме той, что, похоже, приняла Рида за своего нового папочку.

Дальше последовало фото: Альпака трется головой о бедро шерифа, словно прося почесать между ушей.

Вы просто невероятны. Спасибо. Я вас обожаю.

– напис бала я.

Пэтти Джин ответила почти мгновенно:

Мы знаем.

* * *

В ту ночь я спала беспокойно – волновалась из-за разговора с Ридом. К шести утра я сдалась и перестала пытаться уснуть снова. К семи я оделась и выпила три чашки кофе, отчего все тело потряхивало.

– Давай, Нектаринка. Пройдемся, пока я не полезла на стену.

Собачка подбежала к входной двери, явно жаждая бодрой утренней прогулки. Накинув легкий свитер, чтобы побороть утреннюю весеннюю прохладу, я застегнула на Нектаринке поводок, и мы вышли. Нектаринка сразу потянула меня в парк, но, дав ей обнюхаться, я направила ее дальше, в сторону полицейского участка и маленького домика на две спальни, спрятанного за зданием суда. Этот дом принадлежал городу и сдавался шерифу по сильно сниженной ставке. Такому городку, как Хмельвилль, было выгодно, чтобы шериф жил достаточно близко и мог быстро появиться в случае чрезвычайной ситуации.

Я сама не поняла, как оказалась на маленьком крыльце, держа в одной руке поводок, а другой – стуча в дверь.

Зевс тут же начал лаять, следом раздалось громкое «Тихо!», и дверь распахнулась. На пороге стоял Рид с мокрыми волосами, в белой футболке и черных форменных брюках.

Я уставилась на него, медленно обводя взглядом, а затем мысленно дала себе пинка. Я пришла не для того, чтобы глазеть на шерифа.

– Сэди? Что случилось? – спросил он.

– Случилось? Что случилось? – передразнила я. – Ты сам знаешь, что случилось, Рид Хокинс. Руби Поттс умерла от яда, а не от вязальной спицы в глазу. Это не доказывает вину Клем. Ты видел ее дом? У нее нет никаких необычных растений. А если бы и были, она бы не знала, что с ним делать. Обвинения должны быть сняты. Немедленно.

Рид удивленно заморгал.

– Откуда ты знаешь о результатах вскрытия?

Холодность тона могла бы напугать меня в другой ситуации, но по пути я успела как следует разозлиться.

– Да какая разница?

– От Раджа? Если от Раджа, его ждут серьезные последствия.

Лед в его тоне наконец пробрал меня до дрожи.

– Радж тут ни при чем.

По крайней мере, это была правда. Рид пристально посмотрел на меня, явно подозревая неладное.

Я посмотрела прямо ему в глаза, и он смягчился. Раздражение никуда не делось, но он выглядел скорее смирившимся, чем шокированным.

– Наверное, мне стоит просто привыкнуть к одним и тем же спорам, пока дело не будет закрыто. Скажу прямо. Мне нужно, чтобы ты не вмешивалась в это расследование. Если не послушаешься, будут последствия, которые даже я не смогу остановить. Понимаешь?

Это что, угроза? Пожалуй, нет. Он просто делал свою работу.

– Я не понимаю, почему у тебя нет других подозреваемых, – сказала я, скрестив руки на груди. Нектаринка в это время бестактно обнюхивала Зевса.

– С чего ты взяла, что у меня нет целого списка подозреваемых, Сэди? – спросил Рид.

– Тогда почему обвинения предъявили Клем? – Я уже почти кричала.

– Про спицу в глазу ты забыла? Это явная связь, Сэди.

– Эти спицы могли принадлежать кому угодно, и ты это знаешь. В них не было ничего особенного.

– Нет, но на них были отпечатки Клем, и для прокурора этого достаточно, – сказал он. – И это все, что я скажу по этому делу. Пожалуйста, Сэди, ради себя и меня, не лезь. Иначе остановить последствия мне будет не под силу. Пожалуйста, не ставь меня в такое положение снова.

Я не смогла найти слов для ответа, а Рид только покачал головой:

– Хорошего дня, мисс Сэкстон.

Затем они с Зевсом отступили, и дверь закрылась у меня перед носом.

Я постояла еще мгновение, а потом мягко дернула поводок Нектаринки.

– Пошли, девочка. Кажется, мы злоупотребляем гостеприимством в столь ранний час.

Нектаринка снова рванула в сторону парка, и мне пришлось ускорить шаг, чтобы поспеть за ней. Но вдруг она остановилась и начала радостно запрыгивать на старого знакомого.

– Доброе утро, Сэди, – сказал Тейт и наклонился погладить собаку с теплом во взгляде. – Доброе утро, Нектаринка.

Его приветствие настолько контрастировало с реакцией Рида, что я чуть не расплылась от такой доброты.

– Ты в порядке? – нахмурился Тейт.

– Пожалуй, – вздохнула я.

– Может, выпьем кофе…

– Только не кофе, – прервала я, подняв дрожащую руку. – Но от булочки бы не отказалась.

– Договорились.

Он усмехнулся, я взяала его под локоть, и мы зашагали в ногу по направлению к кофейне в квартале от Главной улицы.

Мы с Нектаринкой сели за столик на улице, а Тейт зашел внутрь сделать заказ. Вернувшись, он протянул мне кусок кофейного кекса, а Нектаринке – собачье лакомство, а затем сделал большой глоток кофе.

– Я так понимаю, ты не хочешь говорить о том, что тебя беспокоит?

– Не очень, – сказала я. – Но компания хорошая.

– Согласен, – сказал он, затем наклонился и добавил: – Хочешь услышать последние сплетни?

– Да, – без раздумий ответила я и не смогла сдержать ухмылку, когда он пустился в рассказ о сбежавших альпаках.

Пока мы смеялись над свободно разгуливающим скотом, мимо медленно проехал патрульный автомобиль Рида, и наши взгляды на мгновение встретились. Он оценивающе глянул сначала на Тейта, а затем на меня, явно раздумывая, свидание у нас или нет.

Я слегка пожала плечами и вернула все свое внимание Тейту. Рид Хокинс может думать что угодно. А я тем временем буду наслаждаться завтраком с другом.