Легкие у меня заполнились водой. Я с криком вскочила, схватившись обеими руками за горло. В панике попыталась выплюнуть воду и тут поняла, что никакой воды нет. Это был просто очередной кошмар.

– Елена?

Я поморгала и повернулась к лежащей рядом Марисоль. В тусклом свете я ее разглядела: несмотря на закрытые глаза, она почувствовала, что со мной что-то не так. И протянула ко мне руку. Само ее присутствие меня успокоило – я глубоко вдохнула, пульс и мысли утихомирились.

Я взяла ее руку, наклонилась и поцеловала ее в белоснежные волосы.

– Извини, – прошептала я. – Спи, все в порядке.

Осмотрев крошечную комнату, я сразу поняла, что что-то не так. Затуманенным взглядом я обшарила полумрак и рядом с Марисоль разглядела худенькую фигурку Исы. С другой стороны были Ли и Луна. Я протянула руку, коснулась светлого меха Луны, прищурилась и продолжила вглядываться.

Нана нигде не было.

Внутри разрасталось неприятное ощущение.

Правитель Миктлана почти потерял контроль… Все становится неуправляемым. Я покачала головой, пытаясь выкинуть из головы ужасные сценарии происходящего в деревне. В какой-то момент мне просто захотелось все забыть. Больше ничего не чувствовать, перестать бояться. А лучше всего просто опять заснуть.

Внезапно дверь в комнату открылась и вошла незнакомка. Я восхищалась ее красотой и одновременно боялась.

– Где Нан? – спросила я шепотом, чтобы не разбудить остальных.

Женщина кивнула куда-то себе за спину. В свете расставленных по углам комнаты нескольких свечей снова показалась эта странная улыбка, которая, похоже, никогда не сходила у нее с лица.

– Мы тебя разбудили?

Она демонстративно провела рукой по своим слегка растрепанным волосам и разгладила платье.

Что за…

Я уставилась на нее. Скрытый в ее словах намек ранил меня сильнее, чем я могла предположить.

– Нет, меня разбудили не вы. – Стараясь не обращать внимания на покалывание в груди, я постаралась улыбнуться. – Надеюсь, вы прекрасно провели время.

– Ты выглядишь так, как будто больше всего на свете хотела бы меня убить. – Она рассмеялась. – Это была шутка. Он на улице, если тебе нужно с ним поговорить. Или заняться с ним чем-нибудь еще.

Луна забралась мне на плечо и покусывала за ухо, а я решила не поддаваться на провокации. Мне ничем таким не хотелось заняться с Наном, конечно же, нет! Он был богом. Просто чертовым богом. К которому мне все равно нельзя было по-настоящему прикасаться.

Решившись, я поднялась. После моего кошмара я бы все равно не смогла заснуть, и неизвестно, когда в следующий раз я смогу спокойно поговорить с Наном. У меня было много вопросов, мне хотелось понять, что здесь происходит. После встречи с двумя мертвецами из деревни он поспешно втолкнул меня в эту комнату, ничего не объяснив.

Я двинулась к двери, ощущая успокаивающий мягкий свет, исходящий от Луны.

– Что у тебя с богом, человек? – поинтересовалась незнакомка.

Я помедлила.

– Ничего.

Она снова рассмеялась:

– Я слышу, ты беспокоишься о нем. У тебя дрожит голос.

Я оглянулась на нее через плечо:

– Может, он дрожит потому, что я тебе не доверяю.

– Здесь, внизу, ты не должна доверять никому. – Она снова кивнула в сторону двери. – Особенно если рядом нет бога.

А потом она вдруг начала падать.

Я поспешила к ней и присела рядом. Потом схватила ее под мышки, приподняла и усадила. Кожа у нее сделалась очень горячей.

– Что с тобой?

Независимо от того, что я думала о ней и ее комментариях, мне было больно видеть, как кто-то так страдает.

Женщина отмахнулась:

– Малокровие. Ничего страшного.

Она хрипло хихикнула, когда заметила, что я занервничала.

– Не волнуйся. Я не собираюсь на тебя нападать. Бог мне отомстит, а это последнее, что мне сейчас нужно.

– Почему ты не пьешь кровь?

Она пожала плечами:

– Потому что на вкус она похожа на то, чего у меня никогда не будет. Какой бы длинной или короткой ни была твоя жизнь, используй ее на все сто, человек. Все в этом городе завидуют тебе и старухе. – Она посмотрела на Ли. – В том числе и боги.

Я еще помедлила около нее, пока она не сказала, что можно ее оставить и идти на улицу.

Когда я вышла, меня поразила абсолютная темнота. Странно. Куда подевались бесчисленные огни? После недолгих поисков я обнаружила высокий силуэт, прислонившийся к фасаду нашего укрытия. Впервые я видела бога Солнца в полной темноте. Исчезло пламя, обычно играющее у него на пальцах, когда поблизости не было другого источника света.

Его фигура сгорбилась, будто он был в отчаянии. Мне было больно на него смотреть. Он не был похож на человека, который только что развлекался. Он выглядел так, как будто в нем что-то сломалось.

Внезапно мне вспомнился мой недавний вопрос: «Ты боишься темноты, бог?»

И я молча коснулась его плеча.

Нан вздрогнул, но, когда я прошептала его имя, успокоился. Меня встревожило, что он ничего не ответил и даже не назвал меня адмирадорой. Я подошла еще ближе и услышала его прерывистое, учащенное дыхание.

И сразу вспомнила о своей собственной одышке. О нашей первой встрече, которая произошла несколько месяцев назад, хотя мне казалось, что это было вчера. Не задумываясь, я его обняла.

Сначала мускулы у него напряглись, но потом едва заметно расслабились.

– Дыши, бог. – Я прижалась лбом к его спине. – Дыши, черт возьми.

Было странно видеть, как наши роли вдруг поменялись местами. Как вода сменилась тьмой, а испуганная смертная сменилась дрожащим богом. Нас связывала слабость, в которой нам обоим было трудно признаться друг другу.

Грудь Нана лихорадочно поднималась и опускалась. Он схватил меня за руки и крепко сжал. А когда зайчиха перебралась с меня ему на плечо, дыхание у него стало успокаиваться.

Нан стал дышать спокойнее, увидев мягкий свет Луны. Значит, моя догадка была верна.

– Нет ничего постыдного в боязни темноты, – прошептала я. – Это просто делает тебя похожим на человека.

Нан хрипло засмеялся. Мне показалось или он сжал мои руки чуть сильнее?

– Ты так зациклена на том, чтобы видеть во мне что-то человеческое, адмирадора.

– Разве это плохо?

Бог ничего не ответил.

– Зачем ты это сделал? – чуть слышно спросила я через некоторое время.

Я повернула голову, прижалась щекой к его спине и закрыла глаза. Дыхание у него постепенно пришло в норму, но он не отпускал мои руки, поэтому я тоже не пыталась от него отойти.

– Зачем ты пошел в эту темноту, если она так на тебя действует?

Нан осторожно провел большим пальцем по тыльной стороне моей ладони.

– Потому что пытаюсь побороть страх.

Я невольно вздрогнула и крепче прижалась к нему.

Он был таким теплым. Даже сквозь ткань его накидки я чувствовала это тепло, которое всегда исходило от бога Солнца.

– И получается?

Когда я начала дышать с ним в унисон?

– Я имею в виду, тебе это помогает?

– Иногда.

Правой рукой Нан начал медленно поглаживать мою руку. Я прикусила нижнюю губу. Не хотелось это признавать, но мне нравились его прикосновения.

– Твоя абуэла умерла бы со смеху, если бы об этом узнала.

– Ты ей не нравишься, но это не значит, что ей захочется потешаться над твоими страхами, – возразила я.

– А тебе? – спросил он.

– Конечно, я не стану над этим издеваться.

– Я не это имел в виду. Я тебе нравлюсь?

Я вытаращила глаза.

– Что за странный вопрос?

– Ты явно не хочешь на него отвечать.

Убрав руки у него с пояса, я принялась рисовать ему буквы на спине.

– Что ты там делаешь?

Мне так нравилось чувствовать кончиками пальцев его твердые мускулы.

– Пишу тебе ответ.

Внезапно Нан обернулся. В исходящем от Луны мерцании мне показалось, что он чуть заметно улыбается.

– Недавно ты слишком крепко меня обнимала, чтобы я тебе не нравился.

Он посмотрел на зайчиху, которая по-прежнему сидела у него на плече.

– Пора идти.

Словно в ответ Луна прижалась мордочкой к его шее. Похоже, уходить ей не хотелось.

– Ну ладно. – Явно смущенный, Нан погладил зверька между ушами. – Можешь остаться.

У меня потеплело на сердце.

– Спасибо.

Я не сразу поняла, что бог обращался ко мне.

– Не за что, – ответила я с улыбкой.

Нан еще мгновение молча на меня смотрел, потом шагнул вперед.

– Пойдем?

Сначала я думала, что он зовет меня вернуться в наше убежище, но он двинулся в противоположном направлении.

– Куда?

Он бросил взгляд через плечо:

– Хочу тебе кое-что показать.

– Но Марисоль…

– Ничего с ней не случится. Ни с кем из вас ничего не случится. Чипла никогда бы в этом не призналась, но она боится Ли.

Я нерешительно последовала за богом Солнца.

И снова ничего не смогла с собой поделать – меня очаровывал Мертвый город. Все существа, чьих имен я даже не знала, наполняли это кольцо невероятным количеством жизни. Бросали вызов смерти. Чем дальше мы удалялись от нашего укрытия, тем больше становилось огней. Спустя некоторое время мы снова оказались перед воротами, где был выгравирован диск с Миктлантекутли. Нан тут же снял перчатку, снова вонзил лезвие обсидианового клинка в ладонь и прижал окровавленную руку к центру диска.

Мне показалось, что после этого в глазах у него что-то изменилось. В них будто стало чего-то не хватать. Я сглотнула комок в горле. Скорее всего, так оно и было.

Но едва мы вошли в ворота, я тут же обо всем забыла.

– Боже мой.

Я остановилась, не в силах оторвать глаз от открывшегося зрелища. Это кольцо было намного шире предыдущего.

Вместо невысоких жилищ здесь вдоль стены выстроились здания, которые могли быть только храмами. С их устремленными вверх формами и крутыми лестницами во многом они напоминали ацтекские храмы из мира живых. Вообще, мне бросилось в глаза, что многие элементы архитектуры здесь напоминают древний город ацтеков Теночтитлан.

– Целительница рассказывала о месте, где все становится как в мире живых, – медленно произнесла я. – Она говорила об этом кольце?

Нан покачал головой:

– Здесь только храмы низших богов.

Он повел меня вдоль зданий, называя имена тех, кто здесь когда-то жил.

Каждый раз я повторяла выгравированное на статуе у подножия лестницы храма имя, а потом разглядывала рисунки и старалась угадать, за что отвечало очередное божество.

– Бог снега? – предположила я, глядя на храм, который был немного меньше остальных.

– Почти. Холода.

Я прочитала термин на науатле и повторила его пальцами.

– Бог зерна? – спросила я перед следующим храмом.

Нан кивнул. Я снова пробормотала это слово на науатле и попыталась произнести его руками, но безуспешно, потому что не смогла подобрать нужные жесты. Нан что-то изобразил пальцами, и тогда я за ним повторила. Потом благодарно ему улыбнулась, и он улыбнулся в ответ.

Фасад одного из ближайших храмов был украшен самыми искусными росписями, которые я когда-либо видела. Они рассказывали о множестве богинь, богов и существ, которых больше не существовало.

– Их всех больше нет? – тихо спросила я, когда мы остановились перед храмом. На самом деле я и так знала ответ, но не могла этому поверить.

Нан, не глядя на меня, кивнул. Он сосредоточенно разглядывал храм, будто тоже увидел его впервые. Внезапно я почувствовала, что им овладел страх, и остановилась.

– Ты боишься стать смертным, Нан?

Бог посмотрел на меня, открыл рот, будто хотел ответить, но затем передумал.

– У тебя есть любимые художники?

Он явно хотел сменить тему, и я его понимала. Я не имела права лезть к нему в душу и заставлять его раскрывать свои секреты.

– Фрида Кало и Мария Искьердо.

– Почему именно они?

Его вопросы были вроде бы поверхностными, но на самом деле это было совсем не так. Они затрагивали ту часть меня, при мысли о которой я улыбалась – даже здесь, в подземном мире.

– Своим искусством они рассказывали истории. Мне тоже всегда хотелось уметь это делать. – Я водила рукой по стене храма, повторяя изображение истории о боге Дождя Тлалоке. – Создавать истории.

Нан посмотрел на меня, а я продолжала разглядывать изображения чудесных существ. Это были существа из легенд, и, возможно, их никогда и не существовало. Я впитывала эти легенды, погружалась в них. Такое счастье было хоть ненадолго забыть о том, что мы можем все это скоро потерять. В какой-то момент мы подошли к храму, перед которым не было статуи или рисунка соответствующего божества. Я стала подниматься по лестнице к входу в храм, Нан шел за мной по пятам. При этом Луна спрыгнула у него с плеча и помчалась вниз по ступенькам.

Когда мы оказались внутри храма, я потеряла дар речи. Пространство храма было огромным. Освещенные факелами стены были покрыты фресками, перед ними стояли искусно вырезанные статуи, изображающие самых странных существ. На постаментах статуй лежали кучки золотых монет. Это были подношения?

Я начала поворачиваться во все стороны, чтобы разглядеть все. И тут заметила изображение на дальней стене комнаты. Образ, который был мне более чем знаком. Я подошла ближе и протянула руку к отлитой из чистого золота картине. Провела пальцами по пяти солнцам, которые в свете факелов выглядели так, будто светились.

Внезапно я почувствовала, что сзади подошел Нан.

– Это твой храм, да?

Его рука легла рядом с моей.

– По крайней мере, то, что от него осталось.

Я погрузилась в разглядывание замысловатых гравюр, украшавших все солнца. Будто отправилась в путешествие по огромному произведению искусства.

– Эти картины, – пробормотала я. – Эти истории. Они посвящены тебе. И всему, чего больше нет.

– Это же храм, верно?

Голос у Нана звучал хрипло и казался более низким, чем обычно. Когда я на него посмотрела, взгляд у него был таким пронзительным, что зажег мое сердце.

– Место поклонения.

Я с трудом сглотнула, чувствуя, как покраснели щеки. Что-то подсказывало мне, что он говорит уже не об изображениях. Я заставила себя снова повернуться к стене.

– Расскажи мне истории, которые здесь изображены.

Возможно, это поможет мне вырваться из этого странного состояния.

– Расскажи о каждой из них.

И он начал говорить. Я почти окунулась в грезы, проводя руками по образам богов и мифических существ, о которых я даже не знала, существовали ли они на самом деле. И может быть, они и не обязательно должны были существовать. Может быть, именно те истории, где не было правды, были самыми важными. Потому что они лучше остальных вырывали меня из реальности. В какой-то момент мы подошли к куску стены, где не было изображений какой-либо истории. Он был пуст, будто ждал, чтобы его заполнили. Я инстинктивно вытащила из джинсовой куртки кусок угля.

Нан негромко усмехнулся.

– Разрисовывать стены храма граничит с кощунством, адмирадора.

Я закатила глаза и хотела засунуть уголь обратно, но Нан задержал мою руку.

– Если только соответствующий бог при этом не присутствует и не разрешает это сделать.

Я повернулась к нему.

– И? Ты позволяешь мне это сделать, о великий бог Солнца?

Он приложил мою руку к стене.

– В виде исключения.

Я нарисовала свою самую любимую работу Марии Искьердо: ее автопортрет, который я знала до мельчайшей черточки.

– Рассказывай не ее историю, адмирадора.

Я почувствовала, что Нан не сводит с меня глаз.

– Рассказывай свою.

Мою? Но в чем она заключалась? Уголь замер, и я не понимала, что делать дальше.

– Я не думаю, что мне есть что рассказать, – наконец призналась я и спрятала кусок угля обратно.

– Это не твоя…

Остальные его слова заглушил непонятный звук. Я обернулась и увидела, что мы больше не одни. Вход в храм преграждали какие-то темные существа. Таких созданий я еще не видела.

– Что?..

Я не успела закончить вопрос, потому что Нан бесцеремонно оттеснил меня к стене храма, подальше от света факелов. Он заслонил меня своим телом, и я оказалась прижата спиной к камню. Руками он оперся о стену по обеим сторонам от моей головы.

– Что это за штуки? – прошептала я. Они не походили на людей, но ни к одному животному я тоже не могла их отнести. Они напоминали тени и были крупнее Нана. Что заставило меня нервничать.

– Тлайоалли. Слуги Миктлантекутли. Они чувствуют запах всего живого. Обычно они держатся только рядом с храмом бога Смерти. Не около других храмов. И уж точно не во внешних кольцах.

– Как нам мимо них пройти?

– Никак. – Нан быстро посмотрел на вход в свой храм. – Нам придется ждать, пока они сами не уберутся.

Я нащупала свой макуауитль, но Нан придержал мою руку.

– Это только вызовет ненужный шум, мы сейчас не можем себе этого позволить.

Он отпустил мою руку и снова оперся о стену.

– Будем надеяться, что они нас не заметят.

Мы уставились друг на друга, будто впервые увидев по-настоящему. Он был так близко ко мне. Слишком близко.

– О чем ты думаешь? – прошептал Нан.

– Почему тебя это интересует?

Он наклонился ко мне, и я поняла, что ощущаю на губах его дыхание. И непроизвольно вцепилась в камень за спиной.

– Потому что ты меня очаровала, адмирадора.

Сердце у меня снова замерло.

– Расскажи мне что-нибудь, – попросила я его.

Нан поднял брови:

– Что тебе рассказать?

– Что-нибудь. – Я прикрыла глаза. – Я хочу отвлечься, Нан.

Какое-то время он молчал. Когда я снова открыла глаза, то увидела, что он не сводит с меня глаз.

– Жил-был бог, который ничего не желал больше, чем быть человеком. – Взгляд Нана потемнел и устремился куда-то вдаль. – Но когда он стал жить среди людей, он ощущал только исходящую от них ненависть. Они не понимали его, называли чудовищем, уродом. Тысячи ударов кнутом оставили на нем шрамы, которые должны были оставаться с ним на всю жизнь.

Он снова посмотрел на меня.

– Возможно, именно поэтому он отвернулся от своей деревни. Потому что сначала она отвернулась от него.

В его словах слышалась боль. Я не знала, как это воспринимать, потому что никогда раньше не слышала этой истории. Если это было правдой, я вполне могла понять, почему он оставил мою деревню.

Я невольно подняла руку и провела пальцем по шрамам, которые тянулись у него через всю ключицу. Нан на мгновение закрыл глаза, чтобы почувствовать мое прикосновение. Что ж, теперь я знала, откуда взялись его шрамы.

– Почему Ли их не вылечил? – тихо спросила я.

– Потому что я хотел, чтобы они остались. – Его руки рядом с моей головой сжались в кулаки. – Как напоминание о том, что я всегда буду там чужим.

Я еще на мгновение задержала руку у него на ключице, и, когда хотела ее убрать, он положил на нее свою и крепко прижал. Между нами будто вдруг разрушилась стена, и обнажились вещи, которые раньше были спрятаны. Мы стали более уязвимы друг перед другом, чем когда-либо хотели быть.

– Можно мне? – прошептал Нан.

– Что?

Почему мне так трудно дышать?

– Прикоснуться к тебе, если у меня получится это сделать.

Клянусь богами, он на самом деле только что это спросил?

– Уверена, что ради твоего прикосновения умирать не стоит, – выдохнула я.

Он был так близко, что я почувствовала его смех по вибрации у себя на груди.

Я перевела взгляд на его губы. Мне стало интересно, какие они на ощупь. Они такие же нежные, как руки, которыми он переносил меня через реку, или такие же требовательные, как его голос?

– Смотри мне в глаза, адмирадора.

Когда я посмотрела на него, во взгляде у него было желание. Такое желание, какого я никогда раньше ни у кого не видела. Его глаза были как обсидиан, который меня уже однажды обжег. Теперь мне снова грозило обжечься.

И тут я начала что-то подозревать. Это возникшее желание было связано с его перевоплощением в человека? То есть теперь он чувствовал то, что раньше было ему недоступно? Это было чисто человеческое желание? И почему мне было все равно? Почему я хотела, чтобы он его чувствовал? Почему я хотела… его?

Миктлан, похоже, украл у меня вместе с воспоминаниями все мои принципы.

Я не знала, кем мы сейчас были. Оставались ли мы врагами или стали чем-то еще. Чем-то, чего никогда не должно было быть и чему не было названия. Я просто знала, что у меня очень сильно колотится сердце. Что мне хочется, чтобы все было по-другому. Что на самом деле мне очень хочется к нему прикоснуться.

– Нан, – прошептала я. Не вопрос и не ответ. Просто его имя.

– Мне нравится, как ты произносишь мое имя, адмирадора, – хрипло шепнул он мне на ухо. Почти задыхаясь.

– И как же я его произношу, бог?

Я задыхалась еще сильнее, чем он.

– Если бы я была такой, как…

– Должен признаться, что, когда ты говорил, что хочешь показать Елене кольцо храмов, я представлял себе нечто другое, брат.

Голос Ли вывел меня из транса. Я в ужасе открыла глаза и оттолкнула Нана. Боже мой, что это на меня нашло?

Бог Луны стоял посреди храма с Луной на плече и, скрестив руки, смотрел на нас.

Я прижала руку к сердцу в надежде успокоить его бешеное биение.

Это была просто игра.

– Просто тлайоалли до этого момента блокировали выход из храма. А больше ничего и не произошло.

Я поспешно взглянула на Нана, который шагнул ко мне.

– Твое определение понятия «ничего не произошло» неподражаемо, брат.

Ли посмотрел на нас, потом кивнул в мою сторону. Раньше я никогда не видела его таким серьезным.

– Лена, ты пойдешь со мной. Соль уже совсем извелась от беспокойства о тебе. Нан, перестань бросать на меня убийственные взгляды. Ты можешь быть счастлив, что это я первый тебя нашел. Соль оторвала бы тебе голову за такое посещение храма.

Выходя вслед за Ли из храма, я ощущала спиной взгляд Нана. Но не обернулась.

Это все была просто игра.

Смертельная игра, которая никогда не должна была начинаться.