Пепел и кровь смешались с грязным снегом, превратив улицы мёртвого города в некое подобие преисподней, от чего мне все чаще вспоминался план Смерти, который я и посещал, и вроде бы нет, вместе с Аторией Со. В итоге я и десятой части запланированных в черте города мест для мародёрства не успел проверить, слишком внезапно вмешалась та проклятая тлеющая сколопендра. По сравнению даже с Жнецом инсектоидов, существом, чья разумность далеко превосходила животные инстинкты, этой твари можно было позавидовать в коварстве и расчётливости. Она словно играла с нами, будто проверяла наши силы, высчитывая каждый шаг своей извращённой логикой хищника и стратега одновременно.

В воздухе висел запах гари, смерти и чего-то неуловимо чуждого, того, что источали инсектоиды. Этот смрад въедался в лёгкие, заползал под кожу, заставляя каждую клетку тела кричать о необходимости бежать прочь от этого проклятого места. Именно это я видел в глазах моих подчинённых, пусть даже ставших могучими штурмовиками.

После взрыва, того оглушительного, чуть ли не разрывающего низко нависшие серые облака, после которого половина восточного квартала превратилась в груду дымящихся руин, оставаться даже в пригороде было слишком опасно. Инсектоиды однозначно разъярились чрезмерно, их улей превратился в кипящий котёл ненависти и жажды мести. Волны тварей хлынули из глубин подвалов, которых уж где-где, а в самом городе было ну очень много. В итоге жуки, яростно пощёлкивая своими жвалами, заполняя каждую улицу, каждый переулок своими извивающимися телами, устремились к месту взрыва.

Очевидно, как минимум своей жизнью рисковать ради этих крох трофеев я точно не собирался, какими бы соблазнительными ни были несметные сокровища в особняках аристократов, моя новоприобретённая жизнь была мне дороже. Всё же той самой королевской сколопендре С ранга, существу размерами с полверсты, способному прогрызть насквозь толщу скал, мне было нечего противопоставить. Даже мысль о столкновении с ней заставляла часть моего разума однозначно начинать нервничать.

Да и чего уж говорить, даже Крушитель подземелий D ранга, эта бронированная махина с клешнями размером с приличную телегу, требовал для своего уничтожения слишком много времени и сил. Созданные мной взрывающиеся ледяные копья, каждое представляло собой произведение искусства смертоносной магии, заключённое в кристаллической оболочке, отнимали по пятьсот единиц маны за каждое. При том что метал их уже конкретно Дэрргеш самостоятельно, используя свою исполинскую силу для придания снарядам дополнительной скорости и пробивной мощи. Я всё ещё помнил, как эти копья разрывались в теле чудовища, превращая его внутренности в ледяную кашу, но даже этого едва хватило, чтобы не убить, а только остановить Крушителя подземелий, с его чудовищной регенерацией. Да и я не забывал, как одним ледяным копьём Дэрргеш, этот помёт нурглов, постыдно промазал, хотя может это был древль, но разбираться, кто понесёт наказание, я буду уже позже.

В любом случае я прекрасно понимал, что после такого нападения надеяться, что в пределах города нас жуки оставят в покое, было чересчур наивно. Их коллективный разум уже запомнил наш запах, уже поставил метку на каждого из нас, и где бы мы ни оказались в границах их территории, они будут охотиться.

Отступив же за пределы не только города, но и пригорода, пройдя сквозь заснеженные пустоши, где ветер выл как стая голодных волков, моё войско уже могло не бояться окружения. То, что в случае плотной застройки было смертельно опасным, здесь, на открытых пространствах, теряло свою критичность. Мы могли видеть врага издалека, могли маневрировать, могли, в конце концов, организовать оборону по всему периметру. Не страшась при этом, что прямо в наших рядах из очередного подвала выберутся пара десятков трутней или, того хуже, Лазутчиков и расстреляет бойцов, не ожидавших этого, почти что в упор.

Вскоре мы добрались до ближайшей, уже мёртвой деревни в пяти вёрстах от крайних домов пригорода Когтей Зарема, жалких останков того, что когда-то было процветающим поселением. После нашествия инсектоидов деревня ныне представляла собой лишь почерневшие остовы домов и заледенелые лужи крови и недоеденных частей тел и жуков, и гоблинов.

Там я приказал разбить временный лагерь, ведь основная часть выдохлась, несмотря на то, что мой текхарт, этот неутомимый механизированный монстр, пробивал в глубоком снегу путь, оставляя за собой траншею, по которой продирались воины. Однако после столь масштабного сражения и бегства на пределе сил, темп я задал очень высокий, ведь Дэрргешу с его огромным ростом это было несложно, но солдатам определённо нужно было перевести дух. Хотя и гражданские выбились из сил тоже, несмотря на то, что в крайнем сражении они не участвовали, а ждали нас за пределами пригорода, под небольшой охраной из трёх сотен воинов.

Хвост же нашей импровизированной колонны, арьергард, постоянно отбивался от попыток инсектоидов увязаться за нами следом. Жуки атаковали волнами, раз за разом бросаясь на наши задние ряды, пытаясь отрезать отставших, вырвать из общей массы слабейших. Благо воинов с не до конца пустым резервом маны было ещё достаточно, и раскаты грома, так и сопровождали нас на протяжении нескольких часов пути. Каждый разряд оставлял после себя отчётливо видимую в разбушевавшейся метели линию раскалённого воздуха и обугленную плоть инсектоидов. Каждая вспышка на мгновение освещала сумеречный зимний день ослепительным светом, после которого окружающая темнота казалась ещё более густой и зловещей.

Мои же офицеры Тикас и Леур меня определённо порадовали. В моём оруженосце Тикасе я и не сомневался никогда, его преданность и благоразумие были известны мне уже давно, отточены и долгой службой, и безоговорочным подчинением, и верой в своего господина Таталема Со. Правильное развитие событий и выполнение поставленных в моём последнем ментальном сообщении задач меня не удивляло, а лишь радовало, подтверждая правильность выбора столь надёжного помощника и оруженосца. В отличие от него, Леур после вторжения инсектоидов в мир Асшор словно переродился, не отключая свою новую боевую форму ни на миг. Он будто принял ипостась Короля арахнидов, не просто свыкнувшись с дополнительными конечностями, но и явно получая от их обладания и даруемой ими силы истинное наслаждение.

Его трансформация была ужасающе прекрасна: восемь паучьих лап, покрытых чёрным хитином с красными прожилками, двигались с такой синхронностью и грацией, что это восхищало и радовало глаз. Его гоблинское тело теперь вырастало из паучьего брюха. Глаза Леура, в щелях хитинового панциря на голове, приобрели странный янтарный оттенок, множественные зрачки позволяли ему видеть в темноте лучше любого ночного хищника.

В целом же мои офицеры лично спасли очень много жизней, что при атаке на главные врата города Когти Зарема, когда мы врывались в самое логово противника, что и при отступлении, когда каждый удар сердца промедления мог стоить десятков жизней. Леур благодаря своей невероятной скорости и практически полному игнорированию наметённых сугробов снега, успевал направлять отбившиеся группы солдат. Часто он отбивал их от превосходящих стай трутней инсектоидов или лично разрывал на куски Лазутчиков, ловко подстерегавших моих воинов в засадах. Эти хитрые твари научились маскироваться даже в снегу, зарываясь под белоснежный покров и выскакивая в самый неожиданный момент. Ориентируясь лишь на звуки, запахи и свои навыки, но Леур загодя чувствовал их вибрации, ощущал малейшие колебания почвы под снегом, а может, он научился ощущать их нетерпение и жажду.

Вот только к сожалению, даже несмотря на все старания, ослабленные воины гибли. Те, кто переоценивал свои силы, обессиленные, замерзали насмерть, так и оставаясь лежать в сугробах, превращаясь в ледяные статуи, застывшие в предсмертной агонии. Их тела мы находили позже, синие от холода, с инеем на ресницах и искажёнными гримасами на лицах. Некоторые умирали, протягивая руки вперёд, словно пытаясь дотянуться до спасения, которое было так близко и так недостижимо.

Как были пожраны и те, что поддались жадности, то ли пытаясь собрать больше других очков Системы, лихорадочно бросаясь поверженных на магией или стрелами инсектоидов. То ли грабя очередной дом зажиточного гоблина, не в силах устоять перед соблазном лёгкой наживы. Они тоже часто встречали не самую завидную судьбу в пастях инсектоидов, которых становилось только больше с каждой минутой. Жуки чувствовали кровь, они сходились на запах страха и алчности, словно голодные нурглы в сезон холодов.

Естественно, спасти всех я просто физически не мог, как бы ни хотел сохранить каждую боевую единицу. Моё могущество имело пределы, особенно сейчас. Безразлична была мне судьба лишь тех самых чересчур хитрых аристократов, что только оказавшись вне стен города, отчего-то решили, что уж из пригорода они смогут выбраться и сами. Тщетно полагаясь лишь на свои жалкие титулы и воображаемое величие, вот их существование меня не волновало вовсе.

Правда, большая часть их гвардейцев, побывавших в своей жизни в настоящих войнах и сражениях, повидавших реки крови и горы трупов, сделали правильный выбор. Те благоразумно посчитали, что обладатель личного могучего демона, куда надёжнее как командир, нежели жалкие отпрыски аристократов, не имевших реальной силы. Именно что никчёмные, раз их никто эвакуировать не стал, раз их бросили умирать в осаждённом городе, как бесполезный балласт.

Судя по проведённой мной идентификации, это были аристократы-маги на уровне в лучшем случае полевых чародеев, с очень скудным резервом маны и набором навыков.

Бегать за этими недоумками я точно не собирался, ведь обобрать их ещё во время спасения, оставив им только самое необходимое для выживания, жалкие остатки провизии и тёплую одежду, я уже, конечно же, успел. Помог им лишь ради редких карт навыков, пусть и всего Е ранга, а на другие я и не рассчитывал на самом деле, учитывая, что всё, что представляло реальную ценность, забрали куда раньше. При этом каждая карта навыка представляла для меня ценность в этой непростой ситуации, каждая могла усилить моих бойцов, сделать их чуть более живучими, чуть более смертоносными.

В целом, всё прошло более чем удачно, хотя и не с точки зрения добычи материальных ценностей. Ведь ещё множество особняков аристократов я так и не посетил, точнее, их тщательно спрятанные сокровищницы, набитые золотом, артефактами и магическими предметами, остались нетронутыми. Однако дружащих с головой гвардейцев и младших сынов аристократов, как минимум желающих выжить и принявших моё командование в городе, под мои знамёна удалось собрать. Получилось, как итог, вывести порядка трёх с половиной сотен голов. Это были хоть на что-то похожее воины, хотя бы умеющие держать строй и не паниковать при виде чудовищ. Конечно, если не говорить о самих аристократах.

Тогда как от изначальных разбойников, наёмников и откровенных отморозков из пригорода Когтей Зарема, которых заранее прикармливали Мареш с Улером и мои оруженосцы, обещая добычу и власть, осталось немного. Обитателей городского дна, коих в моем лагере насчитывалось вместе с другим отребьем, часто сугубо гражданским, изначально было больше двух тысяч душ. Однако из атаки у городских врат вышло всего порядка двенадцати сотен, остальные пали, были растерзаны, заморожены или просто сбежали при первой возможности.

Итого под моим командованием оказалось чуть меньше семнадцати сотен разномастно вооружённых гоблинов, фактически орда, собранная из осколков, но всё же почти армия, закалённая кровью и ужасом. Главное, что остались под моим командованием лучшие, как минимум из тех, что были.

Не самое великое войско по меркам больших войн, но учитывая, что уровни они поднимали быстро, при том что изначально по большей части у всех он был первым, сейчас же они не только в среднем повысили его до десятого. Вдобавок ещё и обзавелись навыками, не только владения оружием, но и особенностью Хитиновый покров. Это умение, добытое у убитых инсектоидов, позволяло хоть немного повышало их выживаемость в этих жестоких условиях.

Причём те, кто не брезговал совершенствовать эту особенность, вкладывая в неё драгоценные очки опыта, как раз по большей части и выжили. Они пережили укусы трутней без большой кровопотери, их модифицированная плоть заживала быстрее, сопротивлялась инфекциям, которые несли эти твари. Как раз этих воинов нам и удалось, пусть даже раненых, истекающих кровью, но живых, вывести из пригорода. Ведь они, будучи ранеными, потеряв много крови, и часто лишившись даже примитивного снаряжения, не замёрзли в этот лютый мороз благодаря изменённой физиологии. Их тела генерировали больше тепла, в целом же частично пористая структура хитиновых пластин сохраняла его.

В противовес им, бестолочи, в попытке сбежать от очередной стаи трутней инсектоидов, бывало даже сбрасывали с себя часть снаряжения в панике, пытаясь обогнать более нагруженных сослуживцев, надеясь, что жуки выберут более медленную жертву. Причём в итоге всё равно гибли, получив обморожение конечностей, и в суматохе отступления так и оставаясь лежать в очередном сугробе, проклиная свою глупость последним дыханием.

Ведь Тикас и Леур со своими подготовленными сотнями штурмовиков, попросту физически не успевали защитить всех. При отступлении столь широким фронтом бойцы бежали по параллельным улицам. Часто теряя чувство направления в лабиринте разрушенных зданий, дезориентированные страхом и усталостью, но, благо, таких безмозглых нурглов в моём подчинении было немного, а становилось ещё меньше.

Да и учитывая тот напор инсектоидов, что пёр из врат города, я даже навскидку насчитал не меньше тридцати тысяч туш, извивающихся, ползущих, заполнявших всё видимое пространство. Даже промелькнула у меня мысль провести ритуал по открытию прокола в ткани реальности, но лишних взглядов Богов мне сейчас точно не нужно. Не в пределах города Когти Зарема, где наверняка присутствовал божественный пригляд. Вдобавок память павшего демонического Бога Вариш’Дааша говорила именно об этом, что именно в крупных городах взгляд Богов самый пристальный. Да и смысла пока в этом не было, враг был силён, но не настолько, чтобы призывать запретные силы. Мой скрытый козырь. Время ещё не пришло.

Однако в любом случае на каждого моего воина пришлось порядка пятнадцати трутней, не говоря о более развитых тварях, Ратниках, Лазутчиках, хотя тех же Стражей, как ни удивительно, практически мы не встречали, словно они так и остались оборонять свои гнезда в мире Ссшорс.

В других же условиях, не на открытой местности, а в узких тоннелях подземелий мира улья, моим воинам было бы просто нереально выстоять. Очевидно, их смяли бы в один миг, превратив в кровавую кашу, но не с той жадностью и алчностью жуки столкнулись на этот раз. Мои воины, движимые обещаниями богатства и власти, сражались с отчаянием обречённых, понимая, что отступление равно смерти.

Больше нескольких сотен пусть и примитивных магов, но из них у меня получилось выковать нечто полезное, каждый, во-первых, улучшал в первую очередь свой источник маны, что увеличивало их резерв, делая способными поддерживать заклинания дольше. Ну и, во-вторых, используя Ледяной ветер, базовое заклинание школы криомагии, они серьёзно ослабляли буквально сотни трутней одновременно своими массированными залпами. Жукам и так наша ласковая зимняя погода не пришлась по нраву, они были созданиями подземелий, любителями тепла и влажности, а магический холод усиливал эффект в разы, замедляя их реакцию, делая хитин ещё более хрупким.

Грозовые же раскаты, более грубая и энергозатратная, но эффективная боевая магия, успокаивал крупных Ратников и особенно наглых Лазутчиков на расстоянии выше их эффективной стрельбы. Всё же частенько эти твари, которые несколько раз, атакуя координированными группами, пытались переломить ход битвы. Вот к счастью только это им не удалось, каждая волна разбивалась о наши укрепления, каждая атака захлёбывалась под градом стрел и заклинаний. Да и гром от ударов молний серьёзно дезориентировал восприятие Лазутчиков, после чего они с трудом могли стрелять действительно метко. Словно это заклинание специально было создано против этих хитиновых тварей.

Амуниции и, что главное, боеприпасов к лукам я ещё давно подготовил огромное количество, расположив их в специальных тайниках по всему городу, схроны, о которых знали только мои самые доверенные подчинённые. Пользуясь этим, на открытых пространствах, в сотнях шагов от врага, моя армия, предварительно изучив навык Владение луком, осыпала этих ползучих тварей таким огромным количеством стрел, что небо темнело от их множества. К первым двум шеренгам с щитами и копьями, нашей последней линии обороны, подходили уже серьёзно ослабленные, обезображенные стрелами жуки. Тогда как искусственные маги, те, кого я насильно наделил магическим даром через кровавые ритуалы, атаковали особо прытких тварей рангом повыше, концентрируя огонь на опасных целях.

Как итог, на моих воинов пришлось порядка трёхсот тысяч очков Системы, астрономическая сумма, способная превратить обычного солдата в настоящее чудовище. Однако если раскидывать на всю мою армию, то это от ста до трёхсот единиц на каждого, и это только в битве за центральные врата города, не считая более мелких стычек.

Причём это не говоря о моих, так сказать, офицерах (не только Леуре и Тикасе), но и проявивших себя бывших бандитах, и их личных группах солдат, которые серьёзно вырвались по поглощённому опыту и уровням. Оказавшись действительно могучей силой, пусть не превратившись в действительно гигантов, способных в одиночку крушить армии, но кто-то даже успел улучшить особенность Хитиновый покров до Е ранга.

Став похожим на настоящего полуарахнида, эти воины вымахали в росте больше четырёх локтей, их тела покрывала плотная броня из серого хитина. Они куда увереннее врывались в ряды трутней даже высоких уровней, их клинки рассекали хитиновые панцири уверенно. Да и в целом именно трутни инсектоидов даже в больших количествах для таких воинов уже не представляли настоящей угрозы. Как и стрелы такие бойцы выпускали уже совсем с другой силой, их модифицированная мускулатура позволяла натягивать луки, способные пробить что хитин, что стальную броню.

Во время крайнего боя мои офицеры сумели поглотить серьёзное количество очков Системы, и тот же Леур достиг уже 16 уровня на Е ранге, невероятный скачок для столь короткого периода. Тогда как Тикас поднялся с 29 до 34, что серьёзно выделяло их на общем фоне гоблинов моей армии. К тому же Тикас сумел не потерять и даже не получил серьёзных повреждений, сохранив выданный ему экзокостюм, в котором он щеголял как яркое кровавое пятно на поле боя, притягивая взгляды и вселяя страх.

Впрочем, Леур, перебирая своими восьмью лапами с ужасающей грацией хищника, вызывал не меньший трепет у солдат. Другие офицеры в лучшем случае достигли или приблизились лишь к двадцатым уровням, что, учитывая их посредственное снаряжение, не сделало их действительно опасными воинами, скорее, просто куда более живучими единицами в этой кровавой игре на выживание. Правда, наличие магического дара у этих воинов позволяло им даже в одиночку убить хоть сотню трутней. Лишь только если бы не вездесущие Лазутчики, то… но жуки тоже были не глупы.

Покушение произошло уже на привале, когда были разведены костры, а их оранжевое пламя было единственным источником тепла и света в этой мёртвой деревне. Тогда как часовые получили по плошке горячей каши и уже почти сонно смотрели на приближающийся закат. Светило же уже садилось между заснеженными верхушками деревьев, окрашивая тяжёлые облака в небе в кровавые оттенки, словно предвещая новые беды. Я же, ощутив взгляд, коснувшийся меня холодный, полный ненависти, сразу активировал дополнительные Личный защитный полог Игира и Магическую сферу экзокостюма.

В следующий миг лагерь огласил раскат грома, а по моему теперь тройному щиту, включающему ещё и Личный защитный полог Игира, невидимой сфере магической энергии, постоянно окружавшей меня, ударила молния. Оказалось, что одному из спасённых мной аристократов не понравилось его новое положение при дворе нового повелителя умирающего мира Журека Скользкого. При моём дворе! Безмозглая и беспринципная тварь уговорами успела во время этого короткого затишья на привале, на миг забрать артефактную винтовку у одного из моих офицеров, попросту посулив за её осмотр какую-то карту навыка, обман, который сработал только из-за наглости предателя.

Впрочем, узнать подробности я не столько не мог, сколько не хотел. Ведь древль, паразит, вживлённый в тело Дэрргеша, мог поглощать память и передать её мне. Очевидно это, во-первых, показало бы Изрушу, управляющему моим демоном, что я стал уже не столь всемогущим, что мне нужно опираться на чужие воспоминания. Ну и, во-вторых, этот злосчастный инцидент нужно было решить куда как иначе, не просто чтением чужой памяти, что с учётом армии почти в две тысячи душ было нереально силами древля. Нужно было решить это публично, демонстративно, чтобы урок запомнили все.

Гоблин Артром из семьи Сатис, стрелявший в меня с расстояния в десятки шагов, упал с простреленным плечом, моя ледяная игла, запущенная почти инстинктивно, прошила его плоть насквозь. На расстоянии в сотню шагов это было лучшее и быстрейшее оружие из моего арсенала, точное, смертоносное, не требующее долгой подготовки. Тогда как уже после Дэрргеш, повинуясь молчаливому приказу, притащил обеих тварей к моим ногам, волоча их по снегу, оставляя кровавый след.

Ситуация была неприятная, мерзкая в своей предсказуемости. Ведь подобной наглости я даже предположить не мог, или скорее, даже не наглости, а неблагодарности столь вопиющей. Не в тот момент, когда весь мир катится под откос. Потому как часть безмозглых аристократов просто сбежала при первой возможности, бросив своих подчинённых, а этот выродок удумал мне за что-то отомстить, возомнив себя героем или мстителем.

Впрочем, почти две тысячи солдат стали свидетелями того, как Дэрргеш с наслаждением откусывал части тел ещё живого предателя Артрома. Каждый хруст костей, каждый крик агонии эхом разносился по лагерю, мои подчинённые однозначно десять раз подумают о подобной ошибке в будущем. Демон пожирал его медленно, смакуя, начиная с конечностей, давая предателю прочувствовать каждое мгновение своей казни. Да и я был, как всегда, великодушен: безмозглому нурглу, передавшему предателю артефактную винтовку, я всего-то выжег пентаграмму на его хитиновой спине. Магическую метку, которая будет напоминать ему о его глупости каждый день, многие месяцы его жизни, постоянно источая тупую боль.

Впрочем, этот инцидент не слишком меня отвлёк от планирования дальнейших действий, лишь заставил по итогу поторопить бойцов с установкой моей офицерской палатки, единственного относительно комфортного укрытия в этом лагере. Прицелиться в меня из-за её наличия будет куда сложнее, ведь навыка Поиска жизни, редкого умения, позволяющего видеть живых существ сквозь препятствия, ни у кого из моих подчинённых не было, как и их аналогов.

Толстое полотнище палатки станет моим убежищем на эту ночь, пока армия отдыхает и зализывает раны перед новыми испытаниями. Ну и конечно, делится впечатлениями о случившемся. Всё же им теперь есть о чём подумать, не каждый день демоны на их глазах сжирали предателей, тем более с таким вкусом.

При этом, если взглянуть на произошедшее с холодной отстранённостью стратега, в какой-то мере нечто подобное стоило бы ожидать заранее. Ведь в столь бурно развивающихся обстоятельствах, когда мир рушится под ногами, когда привычный порядок вещей переворачивается с ног на голову, когда титулы и звания теряют всякое значение перед лицом смерти, не каждый аристократ может воспринять происходящее правильно. Их разум, взращённый в тепличных условиях роскоши и власти, просто не приспособлен к суровой реальности выживания, где единственная валюта, это сила, а единственный закон, это личное могущество.

Да и к самому Журеку, той личине, что я ношу с недавних пор, имелось предвзятое мнение среди этих напыщенных ничтожеств. Пусть и не открытые враги, но недоброжелатели у него имелись в достаточном количестве, шептавшие за спиной ядовитые слова, плевавшие проклятиями в его адрес. Показать свою силу и даже жестокость в такой момент точно стоило, урок должен был быть усвоен кровью и болью, выжжен в их жалких душонках раскалённым железом страха. К сожалению, моего уровня интеллекта, всего шести жалких пунктов, просто не хватило, чтобы предвидеть это заранее и это совершенно, абсолютно не нравилось мне.

Тьма сгущалась в углах палатки, отбрасываемая пляшущим пламенем масляных ламп, создавая причудливые, почти живые тени, которые ползли по стенам, словно голодные призраки. Снаружи доносились приглушённые звуки лагеря, стоны раненых, треск костров, лязг оружия и периодические окрики часовых. Именно здесь, в этом тесном пространстве, окружённом запахом старой кожи, крови и чего-то неуловимо чуждого, я мог сосредоточиться на действительно важном.

Возвращаясь же к добыче, единственному, что делало эту кровавую бойню хоть сколько-нибудь оправданной, я проверил свои новые накопители опыта. Эти артефактные кристаллы, пульсирующие слабым голубоватым свечением, были настоящими сокровищами, способными хранить в себе ОС. В них удалось собрать силами в основном Дэрргеша, этого неутомимого жнеца, чьи когти не знали пощады, 5789 очков Системы. Внушительная цифра, способная превратить новичка в опытного бойца, но для моих амбициозных планов это была лишь капля в океане необходимого.

К тому же, пока уровень Дэрргеша повышать до двадцать пятого я не собирался. Демон был достаточно силён и в нынешнем состоянии, а каждый последующий уровень требовал всё больше и больше ресурсов. Пусть немного, но в этом плане я собирался повременить. В любом случае пара-тройка уровней роли не сыграет в критической ситуации. Тут нужны улучшения полномасштабные, фундаментальные изменения, которые потребуют под сто тысяч очков Системы, учитывая, что уже сейчас один уровень у Дэрргеша стоит 960 ОС. Астрономическая сумма сотню тысяч ОС, накопление которой займёт недели, если не месяцы кровавой работы. Так что пока я намеревался обзавестись пусть небольшим, но запасом, резервом на чёрный день, когда всё пойдёт не по плану.

(0/240)

(6978/35000)

Цифры перед глазами во внутреннем интерфейсе напоминали о текущем прогрессе, холодная статистика, превращавшая жизнь в набор параметров и показателей. Но именно Система давала власть, давала силу изменять реальность по своей воле.

Так что армия у меня получилась почти что достойная, по крайней мере, для сброда, собранного из отбросов общества и напуганных аристократов. Может, только крики, эти протяжные, часто безумные вопли, полные одновременно агонии и экстаза, что не стихали всю ночь от повышения характеристик солдат, несколько придавали происходящему оттенок зловещего безумия. Словно я превратил этот лагерь в некое подобие преисподней, где души грешников проходят через очистительные муки трансформации. Каждый крик отдавался эхом в ночи, заставляя вздрагивать даже бывалых воинов, а что уж говорить о новобранцах.

Очевидно, что боль была необходима, изменение тела, перестройка плоти на фундаментальном уровне не могли происходить безболезненно. Кости удлинялись и утолщались, мышцы наливались новой силой, органы приспосабливались к возросшим нагрузкам. Некоторые проходили метаморфозу хитиновым покровом. Другие корчились в судорогах, когда их разум расширялся, открывая доступ к большему объёму магической энергии, ведь не все тела принимали безболезненно мистический дар, тем более который вживлял не Системой, а с помощью довольно топорных ритуалов. Метаморфозы превращали жалких гоблинов в нечто большее, в оружие, в настоящий острый клинок.

Я же сконцентрировался на изучении добытых трофеев из сокровищниц аристократических домов, этих храмов алчности, где накапливались богатства поколений, и всего двух отделений торговых домов, которые мне всё же удалось посетить в той кровавой круговерти. Перечень был одновременно большим, внушительным по объёму, но при этом полезных позиций там обнаружить было довольно сложно, словно искать золотую монету в куче навоза.

Равно как и список артефактов, в основном он состоял из бездонных сумок F ранга, и карт оружия такого же низкого ранга. Алхимии найти мне так и не удалось, ни эликсиров исцеления, ни зелий усиления, ни ядов и алхимических смесей, так что на все это рассчитывать не приходилось. Либо запасы были эвакуированы заранее, либо их разграбили до моего прихода другие мародёры, более проворные или просто удачливые. Все же времени на это было более чем достаточно. Так что уже хорошо, что удалось найти хоть что-то.

Опять же доспехи, пусть даже Системные, наделённые особыми свойствами, но в целом паршивого, посредственного качества, с трещинами на пластинах и потёртостями на кожаных ремнях, я без сожаления раздал своим офицерам, как старшим, так и младшим. Стоили они от силы по десятку очков Системы каждый, может чуть дороже, пятнадцать или двадцать, если были зачарованы на крепость или защиту от огня. Однако в целом это был мусор и хлам, продать который вряд ли удастся. Тогда как если хотя бы часть из них сможет спасти жизни моих подчинённых, перехватить удар, отразить стрелу, выдержать магическую атаку, это будет прекрасным разменом. Более чем достойной инвестицией, учитывая, как много ОС уже вложено в обучение и рост этих бездарей. Каждая сохранённая жизнь, это сохранённый опыт, сохранённые затраты ресурсов и перспектива того, что они добудут мне во много раз больше.

Что же касалось скудности трофеев, то это было как раз ожидаемо, предсказуемо до банальности. Те же карты навыков и оружия F ранга или Е ранга, но не представляющие большой ценности, располагались не в личных хранилищах глав семей или управляющих торговых домов, где держали действительно драгоценные артефакты. В большинстве случаев для удобства они находились в десятках бездонных сумок, разложенные по категориям и типам, чтобы служащим было проще искать нужный товар для покупателей.

Да и такой объём по факту дешёвого мусора таскать постоянно с собой никто бы не стал, слишком громоздко, слишком непрактично, несмотря на продвинутые артефакты хранения. Не было в этом смысла, красть бы это никто не стал в нормальной ситуации, риск не оправдывал награду. Это навыки D ранга имели достаточную ценность, чтобы не выпускать их, так сказать, из рук, хранить в личных пространственных хранилищах. Или под магическими печатями и ловушками.

Опять же, часть трофеев, и весьма существенную часть, надо признать, я отнял как раз у спасённых мной аристократов. Эти жадные твари провели тщательные сборы всего ценного, что смогли унести из своих особняков, чем серьёзно порадовали меня, облегчив задачу поиска. Из реально ценных трофеев, тех, что заставили моё холодное сердце забиться чуть быстрее, я бы отметил четыре накопителя опыта на 5000 ОС каждый. Не сказать, чтобы это было сильным усилением, но расширяло мои возможности по накоплению ресурса для будущих метаморфоз, и давало стратегический резерв.

Жаль только личных пространственных хранилищ я у них не обнаружил, что, если честно, разочаровывало и даже злило. Видимо, аристократия Когтей Зарема не была настолько богата, чтобы позволить себе такие редкие артефакты, или же их владельцы успели эвакуироваться до катастрофы. Экспроприация, как любила говорить моя дорогая Себия, конечно, вызвала немало вопросов со стороны брошенных их главами семей отпрысков аристократов. Эти избалованные щенки, никогда не знавшие настоящих лишений, смели возмущаться, требовать, угрожать.

Именно как итог, сжираемый заживо Артром Сатис, в принципе расставил все приоритеты в нужном порядке. О потерянных трофеях уже никто не сожалел, никто больше не смел даже заикнуться о своих правах на имущество у всего лишь разжалованного полусотника. Всё же у всех было понимание, что самый страшный монстр, это не далёкие инсектоиды, оставшиеся в городе Когти Зарема за много вёрст отсюда, а Журек, их новый господин, стоящий перед ними во плоти. Господин, сумевший за время своей службы, как они наивно полагали, накопить средств для приобретения личного демона, заключённого в карте раба. Пусть и довольно нейтральной стихиальной направленности, не источающего явную ауру Скверны или Пламени. Ведь Тьма от текхарта практически не исходила, да и его технодоспех скрывал его истинную природу от большинства гоблинов, лишь оставляя простор для домыслов.

Я же продолжал методично подбирать необходимые для меня карты навыков, разочарованно откладывая уже не первую сотню в сторону, формируя растущую кучу бесполезного хлама. История мира Хворк (1/1), кому, во имя всех тёмных богов, нужны подобные знания в мире, балансирующем на грани уничтожения? Езда на ездовых кросках (1/1), навык для караванщиков и курьеров из далёкого мира Хартруш, абсолютно бесполезный для любого вне его пределов. Плотная шерсть реулов (½), расовая особенность редких животных, совершенно неприменимая для гоблина. Дополнительно ещё целая куча похожего хлама, который, по всей видимости, пылился на складах не одно, не то что десятилетие, а возможно и столетие.

Однако и ценные, именно для меня, учитывая мои специфические потребности, карты навыков там были, конечно с нюансами, с подводными камнями, но всё же. Всё-таки именно меня интересовали не заклинания, коих было не так уж и много в общей массе, и ввиду их низкого ранга и невозможности улучшить даже до следующего ранга D, они были тупиковыми для будущего развития, то смысла в их изучении я большого не видел.

Всевозможные ледяные кулаки или когти, покрывающие твои руки льдом, примитивная боевая магия, усиливающая рукопашный бой… Все они не несли не только практической пользы для мага дальнего боя, но и, учитывая мой низкий уровень текущего интеллекта, не то чтобы я не сумею разобраться в магических плетениях. Скорее не почерпну из них чего-то по-настоящему полезного в плане познания законов магии, не смогу экстраполировать принципы на более сложные заклинания. Не с шестью пунктами в Интеллекте заниматься магическими изысканиями, это всё равно что пытаться читать древние трактаты, едва зная буквы. Да и спешки в этом не было, заклинания никуда не денутся, карты не испортятся от времени. Вот поэтому я и решил их отложить, так сказать, до лучших времён, когда мой разум окрепнет достаточно.

Зато вот что мне действительно было нужно, учитывая невозможность повышать уровни традиционным путём из-за проклятого ограничения: так это навыки, которые могут повысить характеристики перманентно, навсегда изменяя саму суть моего существа. Однако и тут были определённые нюансы, подводные камни, способные превратить благословение в проклятие.

Ведь навыки Е ранга в своём большинстве не могли сдвигать границу пределов расы или уже открытых лимитов, они упирались в невидимый барьер, установленный самой природой. Поэтому с той же Выносливостью, сейчас равной 9 пунктам, почти у самого потолка возможного для моего текущего тела, было довольно накладно разбираться. Ведь навык или особенность максимум добавит один пункт и упрётся в барьер, растратив потенциал впустую. Впрочем, особенностей, связанных с Выносливостью, в принципе мне так и не попалось среди награбленного добра, так что эти проблемы были скорее теоретическими.

Тогда как карт особенностей, повышающих Интеллект, именно то, что мне было нужно как воздух, мне удалось найти целых две штуки. Не слишком они пользовались популярностью среди аристократов, физическая сила и ловкость ценились куда выше, чем острота ума, и тратиться на них как будто никто и не хотел. Хотя, конечно, всё на самом деле обстояло несколько иначе, и именно эти образцы завалялись, так сказать, на складе по совсем другим причинам. Разумеется, именно из-за отрицательных мутаций, побочных эффектов, которые делали их использование опасным для тех, кто не был готов платить цену за более развитый разум.

Естественно, о картах навыков, повышающих Живучесть, самый ценный параметр как у гоблинов в мире Асшор, так казалось и во всей радуге миров, определяющий саму продолжительность существования, тут не могло быть и речи. На это я даже не рассчитывал, такие сокровища хранились в личных коллекциях или передавались как фамильные реликвии.

При этом я, конечно же, снял барьер с этой характеристики заранее, повысив её предел до 15 пунктов. С этим проблем не возникло, процедура прошла гладко. Шанс удачи был высок, девяносто процентов, почти гарантированный успех.

Так вот, возвращаясь к двум картам навыка, повышающим Интеллект. Первая была не сказать, что уникальной, скорее даже наоборот, типичный представитель своего класса, особенно учитывая её негативный аспект, который делал её непопулярной среди осторожных магов.

Карта особенности — Повышение частоты мозговой активности (1/1)

Ранг Е-

Описание:

Работа Вашего мозга ускоряется, увеличивая параметр Интеллекта на 5 единиц. Значительно повышается нагрузка на кровеносную систему и внутренние органы, снижая общую продолжительность жизни, параметр Живучести уменьшается на 2 пункта.

Насыщение: 87/100 ОС

Не самый роскошный вариант из всего перечня особенностей, которые я когда-либо видел в своих путешествиях между мирами и каталогах торговцев. Однако и выбирать мне сейчас не приходилось. Ведь чем дальше, тем сильнее раздражение одолевало меня, разъедало изнутри, словно кислота, из-за столь слабых возможностей моего текущего тела. Каждое заклинание давалось с трудом, каждое плетение требовало мучительной концентрации. Да и если учитывать, что я знаю, как избавиться от внедрённых в тело негативных последствий, не только с помощью перерождения на сотом уровне, но и с ростом параметров негативные эффекты сами собой пропадут. После первого божественного предела уж точно, когда тело трансформируется в нечто запредельное, как минимум связанные с особенностями Е ранга мутации исчезнут и перестанут хоть что-то значить.

Внимание! Вы хотите изучить особенность Повышение частоты мозговой активности (1/1) (100 ОС)?

Да/ Нет

(0/240)

(6915/35000)

Не самые приятные чувства, мягко говоря, скорее настоящая пытка, учитывая, что сконцентрироваться на заклинании лечения я не мог из-за охватившего мой разум хаоса. Боль всё сильнее одолевала меня, захлёстывала волнами, каждая из которых была сильнее предыдущей. В какой-то момент из глаз, ушей и носа кровь потекла так сильно, алые ручьи столь обильные, что пачкали уже поверхность экзокостюма, вытекая из-за гибкого горжета вокруг шеи, что я даже на миг забеспокоился по-настоящему, почувствовал давно забытое чувство опасности своей жизни.

Однако несколько применений заклинания лечения с помощью артефактной винтовки, моего универсального инструмента, способного как убивать, так и исцелять, практически устранило все негативные эффекты. Лишь ещё полчаса покалывало где-то глубоко в мозгу, словно там кто-то чесался ржавыми иглами, пробуждая нейроны к новой жизни. Да и словно бы температура тела, именно головы, как будто повысилась на несколько градусов. Именно тот факт, что я вспомнил слово «нейроны», изученное ещё в мире Ссшорс из планшета Себии, меня в глубине души радовал. Как и осознание того обстоятельства, какое универсальное сокровище я сумел создать, будучи могучим Титаном.

Печально, как я и ожидал, рост параметра Интеллект бессильно упёрся в десять единиц, так и не преодолев барьера. Зато вот Живучесть уверенно уменьшилась на два пункта, опустившись до восьми единиц, цифра, которая заставила внутренне поёжиться.

Очень неприятные ощущения, непередаваемые словами ни низшего гоблинского, ни Системного языка, словно часть души кто-то от тебя отрывает грязными руками, выдирает с корнем. Так ещё ты видишь, как твоё сердце бьётся в чужих руках. Не удивительно, что никто таким усилением пользоваться не желал добровольно, только отчаявшиеся или безумцы.

Да и в среде аристократов, тех, что ещё пользовались навыками Е ранга, не поднявшихся выше, интеллект уж точно был не в почёте. Физическая сила и боевые умения ценились куда выше, чем способность к стратегическому мышлению. Так что и не удивительно, что никто покупать эти карты навыков не спешил и они годами пылились на полках, дожидаясь своего часа. Дожидаясь, по всей видимости, меня.

Сам же мой разум, если и стал работать быстрее и чётче, мысли теперь проносились стремительнее, то не сказать, что результат меня сильно порадовал. Разница была едва ощутима, словно смотреть сквозь чуть менее мутное стекло. В любом случае окончательные изменения вступят в силу минимум через сутки, телу нужно время для адаптации, для перестройки нейронных связей.

Снять барьер с Интеллекта тоже удалось без проблем, процедура прошла гладко. Шанс в 91% не сказать, что радовал, но и проблемой не выглядел.

Что касалось второго навыка, то он был ещё более экстравагантным, граничащим с безумием, настоящая находка для коллекционера странностей.

Карта особенности — Отражённая в Астрале Искра разума звенящего отклика Миртрана (1/1)

Ранг Е-

Описание:

Ваш разум видоизменяется под действием отражения Искры Миртрана. Параметр Интеллекта и Восприятия повышается на 5 единиц. В Вашем спектре восприятия теперь, возможно, могут быть видны остаточные тени и проекции сгинувших созданий мира.

Работа отражённой в Астрале Искры требует значительного потребления маны. Структура тонкого тела будет изменена. Параметр Мудрость будет снижен на пять единиц.

Внимание! Остаточные тени и проекции погибших созданий будут беспокоить Вас даже во сне.

Насыщение: 42/100 ОС

Странный и в каком-то контексте даже многообещающий навык, несущий в себе как благословение, так и проклятие. Всё неоднозначно, ведь насколько я помнил, если мне не изменяет память из прошлых инкарнаций, моё зрение, или точнее спектр восприятия, сильно изменится. Станет одновременно и шире, открывая новые пласты реальности, то ли Астрала, то ли Эфира, пусть и в ничтожных процентах, и с другой стороны, будет засорён избыточными искажениями, визуальным шумом.

В чём-то это было сомнительным приобретением, но всё-таки схожий навык, пусть и много полезнее, Взгляд Тхала, дарованный одним из тёмных богов, у меня уже ранее имелся в арсенале. Да и мощь настоящего Бога я тоже ощущал уже на собственной шкуре, все эти решения были всего лишь временной необходимостью, ступенями на пути к истинному величию. Так что в какой-то мере затуманенный взор искажениями энергии Тьмы, которые я смогу видеть, словно масляные пятна на воде, не вызывал у меня больших опасений. Да и уменьшение параметра Мудрость выглядело не так, чтобы проблематичным.

Конечно, хотелось улучшить и все остальные параметры, вот только с тем мусором, точнее с тем количеством побочных ухудшений, которые несли доступные мне карты навыков, я думаю справиться будет слишком сложно. Тело может не выдержать такого количества мутаций, превратившись в нежизнеспособного монстра. Да и в целом для создания магических конструкций высокое восприятие не столь критично, скорее для понимания чужой магии оно важно, для анализа заклинаний противника это бы мне пригодилось. В основном же я добивался повышенной скорости плетения магических узоров.

Ведь с пусть и всего одним накопителем маны на пять тысяч единиц, который мне удалось-таки раздобыть в том кровавом походе на сокровищницы города Когти Зарема, отобрав у нерадивых аристократов, моя боевая мощь возрастала многократно. Так они ещё сомневались, делиться ли со своим командиром!

Правда, пробовать проверять, осталась ли у меня возможность призвать ложного аватара, ту запредельную силу, что была со мной в прошлой жизни, силу настоящего Бога, я не собирался. Слишком это было опасно в мире Асшор, где Боги следили за каждым всплеском проявления такого могущества. В то же время просто ощутить его наличие мне было не под силу, связь оборвалась, превратившись в пустоту. Да и в целом я не хотел себя обманывать иллюзиями. Ведь шанс, что той силы у меня больше не осталось и во время прибытия на бой лорда с Богом жуков Сионшо, того апокалиптического столкновения, разорвавшего ткань реальности, то что даже в изменённом пространстве он погиб, был очень велик. Поэтому я ставку на его наличие делать не собираюсь, отталкиваясь лишь от своих нынешних, малых возможностей. Лучше быть приятно удивлённым, чем разочарованным в критический момент.

Внимание! Вы хотите изучить особенность Отражённая в Астрале Искра разума звенящего отклика Миртрана (1/1) (100 ОС)?

Да/ Нет

(0/240)

(6807/35000)

Стоило мне подтвердить активацию изучения карты особенности, мысленно нажать на пентаграмму в интерфейсе, как одновременно с рассыпающейся искрящейся пылью картой навыка мой мозг, кажется, ещё не до конца отошедший от предыдущей метаморфозы, завибрировал. Вибрация нарастала, превращаясь в невыносимую боль, от которой я отстраниться никак не мог, она заполняла каждую клетку, каждый нейрон. Вдобавок ещё перед глазами словно заплясали истлевающие пепельные силуэты, призрачные фигуры, лишённые черт и деталей.

Это были не духи, и не призраки в классическом понимании, собрать с них ОС точно не получилось бы, это были не разумные сущности с волей и желаниями. В моём понимании скорее остаточные эманации давно ушедших существ, их эмоции, превращённые в безумие, боль и отчаяние, запечатлённые в ткани реальности. Во всяком случае, мне так казалось, хотя разум, охваченный агонией трансформации, мог обманывать меня.

Наблюдая за этим странным танцем полупрозрачных энергий, с трудом удерживая своё тело на деревянном стуле в своей личной палатке, я пытался размышлять о совсем другом, отвлечь разум от боли. Сожалея, что ни навыка временного ускоренного восприятия, который позволил бы замедлить время в критический момент, ни хоть какого-то аналога рывка, ни даже полёта мне, конечно же, обнаружить не удалось. Именно это довольно сильно меня раздражало. Благо для солдат теперь в моём распоряжении было достаточно системного оружия, клинки, копья, способные собирать драгоценные очки Системы.

Вспышка боли, ослепительная, всепоглощающая, на миг затопила мой разум белым светом, и я словно провалился в тенета сна, в объятия забвения. Поддавшись впервые за столько дней этой смертной привычке после моего возрождения в этом проклятом мире, я потерял сознание, погрузившись во тьму, населённую теми самыми призрачными силуэтами, которые теперь будут преследовать меня вечно.