«Тебе не обязательно видеть, чтобы знать, что это я.

Потому что ты меня чувствуешь».

Пять дней спустя

Мён Су

— Госпожа, — дама Хон снова и снова тормошила меня, сама едва сдерживаясь, чтобы не удариться в слёзы.

А мне выть хотелось. Где-то внутри то и дело раздавался нечеловеческий вопль, так и не вырвавшийся наружу.

По всему Чонгхону был объявлен траур. Его Величества и главного советника больше нет… Убиты бандитами, спрятавшимися в горах.

Когда Джи Мин появился на пороге моей комнаты в белом, на нём не было лица. Я сразу поняла, что случилось что-то страшное. Вот только мы оба не верили, что мифические разбойники имеют хоть какое-то отношение к произошедшему. Нет, вина только на предателях, осмелившихся помыслить о своей безраздельной и всеобъемлющей власти.

Но теперь уже ничего не вернёшь.

Если бы я не была так глупа и оставила у себя хоть что-то, способное помочь мне заглянуть в будущее, то беду удалось бы предотвратить. Поздно.

— Госпожа, — дама Хон всё не унималась, — вам нужно поесть. Прошу вас.

О какой еде может идти речь? Мне и раньше кусок в горло не лез, что уж говорить теперь… Я всё испортила, не справилась. Теперь всё, что мне остаётся — медленно угаснуть следом за мужем и мечтами о свободном Чонгхоне.

— Если позволите, я сам поговорю с сестрой, — Джи Мин зашёл в комнату, выпроваживая служанку, и сел на пол рядом со мной.

Я понимала, что он ужасно себя чувствует, глядя на меня в таком состоянии. Но меня будто заперли в этой пустой оболочке, и целыми днями мои глаза рассматривали одну-единственную точку на стене.

Брат — всё, что у меня осталось. И мне было просто необходимо возродить себя из пепла, заставить вновь шевелиться и дышать. Но где взять силы на это?

Обычно из груди рвётся крик, когда узнаёшь подобные новости, а я просто кивнула, легла на пол и начала тихо задыхаться в собственной агонии, корёжащей тело и душу. Никогда не думала, что такая боль может существовать в принципе.

Он был жив. Ненавидел меня, презирал, но жил. Ходил, дышал, радовался чему-то или огорчался. Уже одно это давало мне утешение. Теперь нет и его.

— Мён Су, ты же понимаешь, что так нельзя?

Кивнула, толком не соображая, о чём он говорит.

— Мы не можем сдаться, — голос брата дрогнул. — Не имеем права. Мы уже так близко подошли…

— Близко, — прохрипела бездумно.

— К тому же я подозреваю, что они живы.

— Жи… Что ты сказал? — я подняла голову и неверяще уставилась на Джи Мина. Мне хотелось вцепиться ему в ворот и попросить повторить, подтвердить, что он не шутит, что всё это не глупый розыгрыш.

Потому что с таким не шутят. Я не готова услышать эту новость дважды.

— Во дворец привезли тела.

Тела…

Нет, это выше моих сил.

— И?

— Её Величество велела найти меня. Она уверена, что там не её муж.

— Она убита горем, — я покачала головой, вспоминая, насколько сильно королева любила короля. Королева могла и умом тронуться на этой почве, не желая признавать очевидное. — К тому же много времени прошло. Никто не сможет сказать точно.

Конечно, в эти дни было холодно, но не стоит забывать о диких животных и… Нет, даже думать об этом не хочу!

— Её Величество уверена в этом. Сегодня ночью она бежала из дворца вместе со своей служанкой.

— Что?

Вот это уже было крайне неожиданно. Куда ей идти? К кому?

Насколько мне известно, Ён Кан Дэ доберётся до неё очень быстро, как и до любого члена своего клана.

— Её братья и отец взяты под стражу, их ожидает казнь. Мён Су, они живы и готовят переворот!

В голове по-прежнему царил туман, но всё сказанное Джи Мином превращалось в правду, отвоёвывая всё больше места в моём сознании.

Если ближайшие родственники королевы посажены под замок, значит, левый советник чувствует угрозу. Не просто чувствует, знает, что она близка и скоро воплотится в жизнь, а потому стремится убрать всех, кто может хоть как-то ему помешать.

— Нужно вытащить их оттуда, — пробормотала машинально, неловко поднимаясь на ноги. Немедленно!

— Не получится, — брат поднялся следом за мной. — Их охраняют лучше короля. Полагаю, подозревают, что кто-то снаружи может помочь.

— Чёрт…

— Он самый. В любом случае нам тоже нужно уходить.

— Здорово. А ты знаешь, куда именно?

— Если честно, то не очень. Но, скорее всего, они скрываются где-то в горах. Там проще всего затеряться.

— Где-то в горах, — фыркнула я. — Великовата площадь…

В какой-то момент я подумала, что Бён Чхоль мне будет не очень рад. Однако ему нужны бойцы. Каждая единица, хоть немного обученная, важна. Такую возможность нельзя упускать ни при каких обстоятельствах.

Пускай попытается прогнать снова. Я уйду. Но лишь когда мы закончим начатое. Если король и главный советник живы, то у нас ещё может что-то получиться, потому что без них любая борьба окончится провалом. Это они собирали мятежников со всей страны, они детально знали, что и как происходит во дворце. Изучали своих врагов не один год на расстоянии вытянутой руки.

— Слуги в доме советника Муна могут знать, где расположились силы сопротивления.

— Могут, — согласилась с братом. — Но тогда нам нужно туда попасть.

— Пойду один, ты не в том состоянии, чтобы удирать от городской стражи.

— С тобой говорить не станут. Ты знаешь, когда и где ходят патрули. Будем обходить. Займёт больше времени, но хотя бы не попадёмся. А тем временем Вон Ён и дама Хон соберут вещи. Уйдём до рассвета.

— Полагаешь, успеем?

— Очень на это надеюсь, братец. Очень на это надеюсь…

Гарантий никаких. Я действительно не в лучшем состоянии и держусь лишь на слепой надежде, что всё сказанное, правда. Что королева не ошиблась.

Почти месяц без сна и нормального питания не могут пройти бесследно. Тем не менее мой долг перед родными и близкими по-прежнему не оплачен. Как и долг перед самой собой. Если есть хоть малейший шанс, что этот последний рывок приведёт нас к цели, к которой мы с Джи Мином стремились так долго, то стоит попытаться.

— Если ты раньше гадала… — спросил Джи Мин, прежде чем покинуть мои покои. — Как ты сейчас будешь?

— Ну, к духам я обращалась далеко не всегда, — отметила, собирая волосы в пучок. — Да и остальные же как-то справляются без всего этого? Чем я хуже?

Ноги и руки подрагивали, словно старались показать мне, что я с собой сотворила. Но я знала, что в нужный момент они меня не подведут. Меч лёг в руку легко. Мы встретились, как старые друзья после долгой разлуки. Его я просто не смогла оставить в доме Бён Чхоля.

Знакомая чёрная одежда, маска и красные от недосыпа и пролитых слёз глаза. Вполне возможно, что совсем скоро всё закончится.

Служанки не перебивали меня и внимательно слушали каждое моё указание. Нам была нужна тёплая одежда и какие-то лёгкие припасы, которые позволят не умереть от голода. Всё это придётся нести достаточно далеко, расстояние точно не известно.

Брат тоже оказался готовым достаточно быстро, и, дождавшись темноты, мы вышли наружу. Ощутив порыв ледяного ветра, я поняла, что слишком давно не высовывала нос из дома, иначе бы оделась значительно теплее. Ткань моей одежды оказалась слишком тонкой для таких погодных условий. Но я стиснула зубы и зашагала дальше, не сказав ни слова.

Если Джи Мин узнает, что мне холодно, то моментально отправит домой, а у нас и так времени немного.

Он оказался прав, патрулей стало намного больше. Настолько, что нам приходилось перемещаться короткими перебежками и скрываться, как ворам. Не сосчитать, сколько раз мне приходилось задерживать дыхание и вжиматься в стену так, будто с ней можно слиться, лишь бы стража не почуяла неладное. Если раньше солдаты практически прогуливались, не особо стараясь что-то высмотреть, то теперь все были крайне сосредоточены.

Каждый, кто попадался им на пути, был допрошен со всем пристрастием. В какой-то момент я остановилась и едва удержалась от начала драки. Несчастного мужчину тормошили так, будто он порох с государственных складов украл и подпалил его прямо во дворце.

Вот кто так делает, а? Он ведь просто домой шёл!

Неужели совет настолько трясётся за своё место в иерархии, что готов подозревать любого прохожего?

— Идём, — шепнул брат, когда очередная партия стражников скрылась за поворотом. — Почти пришли.

— Знаю…

Когда я увидела знакомый забор, сердце забилось чаще. Оно, глупое, рассчитывало, что тот, ради кого оно бьётся, выйдет навстречу и скажет, мол всё это — глупые слухи, и вообще события последнего месяца оказались лишь дурным сном.

Света в окнах не было, поскольку ставни закрыли. Но что-то мне подсказывало, что немногочисленные слуги, по-прежнему жившие здесь, последние дни не зажигали свечей.

Я не думала об этом раньше, однако теперь они практически осиротели. И их судьба незавидна, как только пройдёт новая коронация, до которой осталось не так уж много времени, если тела Его Величества и главного советника объявлены найденными.

К моему удивлению, двери никто не запер. Зародилось неприятное подозрение, что в поместье проводили обыск…

— Кто здесь?! Убирайтесь! — из глубины коридора раздался знакомый голос. Один из слуг моего супруга.

— Это я! — крикнула, не скрываясь, за что получила возмущённое шипение от Джи Мина. — Хван Мён Су.

— Госпожа? — фигура приблизилась, и прямо перед нашими лицами оказалось пламя свечи. Пришлось спустить ткань на шею, чтобы слуга мог убедиться в правдивости моих слов. — Госпожа! Как вы…

— Сейчас это не столь важно. Расскажи, ты знаешь что-нибудь о господине? Если он жив, то нам пригодятся любые сведения.

Мужчина немного помялся, продолжая глядеть на нас с братом, как на призраков, а затем заговорил:

— Господин велел нам отправиться завтра ночью и ничего никому не говорить.

— Прошу, — я схватила слугу за руку и сжала её. — Ему ведь тоже нужна помощь!

— Если скажу, он…

— Ничего не сделает, я тебя не выдам. Только скажи, как его найти.

Тяжёлый выбор. Господин отдал приказ, и слуга просто обязан подчиниться, иначе впадёт в немилость. Но Бён Чхоль глупцов к себе не брал. Он прекрасно понимал, что преданность должна быть основана на способности мыслить и отличать хорошее от плохого, а не на слепом подчинении.

И мужчина сделал верный выбор:

— Возле ущелья между Великой Белой горой и Туманной горой. Там, где оканчивается драконий гребень.

Вот он — минус женского затворничества. Я примерно понимала, о чём он говорит, но осознала масштаб катастрофы лишь после слов Джи Мина:

— Это невозможно.

— Почему? — непонимающе посмотрела я.

— Идти к драконьему гребню — обречь себя на верную смерть.

— Но они же дошли!

— Мы лишь предполагаем, госпожа, — вмешался слуга. — Вестей от господина не поступало, но до его отъезда я получил все указания на случай, если его не станет. Боюсь, что сейчас именно тот случай.

Я сжала руки в кулаки и поджала губы, не желая показывать свои истинные эмоции. Это было бы похоже на то, как маленький избалованный ребёнок топает ножками, не получив долгожданную сладость или игрушку.

В этом доме я заработала репутацию достойной госпожи и должна держать её, если хочу, чтобы слуги относились ко мне с уважением…

— Госпожа, — из-за спины евнуха вышла ещё одна тоненькая фигурка. Как только свет пламени попал на её лицо, я сразу узнала в ней Ха Рин.

Из забитой девочки она превратилась в уверенную и исполнительную девушку за то время, что я была в поместье. Своим трудом добилась уважения и признания.

— Здравствуй, Ха Рин, — я мягко улыбнулась ей. — Я рада тебя видеть.

— И я вас, — она быстро поклонилась и продолжила тараторить. — Вам нужно бежать, госпожа! Туда же, куда велел господин Мун. Они найдут вас и принесли не его!

И вот оно… Не опять, а снова. Невольно вспомнилась наша первая встреча, когда мне понадобился переводчик в виде дамы Хон. Ха Рин всегда говорила так сбивчиво, что разобрать сказанное ею было крайне трудно.

— А теперь медленнее и по порядку. Кто меня должен найти?

— Три дня назад в ваших покоях была стража.

— Та-ак.

— И там был… Он такой страшный, госпожа! Маска на лице, а глаза… Они звериные, дикие!

— Ну-ка замолчи! — прикрикнул на неё евнух.

— Пусть говорит, — резко обрубил его Джи Мин.

— Он спрашивал, где вы, но мы не сказали. Честное слово, никто не сказал!

Наёмник Ён Кан Дэ. Они должны были знать, что я нахожусь в родовом поместье, если только Бён Чхоль не промолчал. Похоже, они были настолько заняты неразберихой, вызванной отравлением короля, что не заметили перемен.

— А кого принесли? — напомнила про вторую составляющую сумбурного признания. — Ты сказала…

— Они сказали, что это тело господина! И завтра его похоронят. Но это не он, я точно знаю!

— Где он? — хрипло спросила, игнорируя возникший шум в ушах.

Я вцепилась в свой ворот, чтобы скрыть дрожь в пальцах и проглотить ком, мешавший дышать. Тело здесь.

— Госпожа, он… — слуга пытался исправить ситуацию и развернуть нас с братом к выходу, но разве это было в его силах?

— Ха Рин, покажи мне.

Девочка не пыталась ослушаться и спокойно отвела меня в покои мужа, в которых я была всего лишь пару раз, однако запомнила каждую трещинку. В свете свечей на доске лежало тело, накрытое белой тканью. В комнате стоял отвратительный сладковатый запах. Если бы я послушала даму Хон и Вон Ён, то вся еда вышла бы наружу.

Пересилив отвращение, я подошла ближе и пыталась высмотреть хоть что-то. Но разве различишь? Рука потянулась к ткани, однако Ха Рин меня остановила.

— Его вытащили из реки. Тело долго пробыло в воде, лица не различить. Так сказали стражники. Не нужно вам этого видеть.

Лица не различить…

Лица не различить.

Чёрт возьми, неужели это никак не проверить?!

Мне нужно было убедиться во всём самой, даже если правда меня убьёт. Сдерживая рвущиеся наружу рыдания, я аккуратно провела по ткани в районе лица, шеи, плеч… Так, погодите!

Плечи я сжала плотнее и поняла, что они узкие. Слишком узкие для Бён Чхоля. Такого не может быть, это не он!

Взглянув на ситуацию трезвее, я поняла и что и рост не соответствует.

Они не нашли его. Не смогли!

— Не он, — выдохнула я, не скрывая облегчения. — Точно.

— Мён Су, ты уверена? — похоже, брат не до конца мне верил.

— Да, посмотри сам. Бён Чхоль выше этого человека минимум на голову. Плечи шире. Они просто нашли кого-то другого.

— Вполне вероятно, что кого-то из королевской стражи.

— Согласна. Они живы. Если Её Величество сумеет до них добраться, то и мы сможем.

— Однако выйдем завтра.

— Почему? — я вопросительно взглянула на него, выходя из покоев мужа и закрывая двери.

— Если отправимся сегодня, то ваши слуги выйти уже не смогут. Мою завтрашнюю пропажу на совете быстро заметят.

Верно. И поднимут тревогу. Тогда из города вообще никто выйти не сможет, а весь наш путь будет проходить при свете дня. Если советники не нашли короля и его брата погибшими, то, скорее всего, они продолжают поиски.

Во всяком случае, я бы поступила именно так.

— Тогда выйдем завтра. Зря только даму Хон и Вон Ён на ноги подняла.

— Не зря. Они уже готовы.

Готовы, да.

Вот только разве можно быть готовым к такому?

— Как вы будете выходить? — поинтересовался Джи Мин.

— Через восточные ворота, они ближе всего к горам.

— Ждите моего посыльного. Восточные ворота сейчас охраняются особенно сильно. Завтра я узнаю всё подробнее и уже будем решать.

— Слушаюсь, господин Хван, — слуга поклонился и проводил нас до выхода.

А я в очередной раз убедилась, какой у меня хороший и умный брат. Я со своей порывистостью могла бы снова наломать дров и обречь ни в чём не повинных людей на тяготы, а он быстро всё обдумал и принял взвешенное решение.

Джи Мин — тот человек, который доведёт нас до лагеря. Всех без исключения.