Заскочив домой, я быстро собрал в сумку свои вещи для бокса. Бабуля сидела в зале на диване и смотрела сериал, уплетая домашний творог.

– Ба, я вернусь сегодня очень поздно, не жди! – сказал я, поцеловав бабушку в щёчку, и уже собирался выходить, как она завела свою любимую пластинку.

– Антошка! Хватит таскаться ночами! – строго произнесла бабуля, сдвинув брови.

– Я уже взрослый мальчик, сам разберусь! – Я направился в коридор, накинул шарф и крикнул: – Не скучай!

На улице хлестал ледяной дождь, сильнейший ветер нещадно трепал тонкие ветки деревьев и шумно сотрясал густые кроны. Холод пробирал до самых костей. Я быстро открыл дверцу автомобиля, нырнул в салон и принялся греть озябшие руки у горячей печки. Внутри машины играла музыка – любимый трек рэп-исполнителя, столь близкий моему сердцу и нашему маленькому братству вообще. Ведь эта песня нравилась не только мне одному – парни тоже знали её наизусть и с удовольствием пели вместе со мной.

Машина, арендованная накануне Тарасом и Артёмом, плавно двинулась вперёд по городским улицам, многоэтажные здания потихоньку сменялись маленькими дачными домиками, а вскоре мы выехали за город. Нам предстояло провести в пути три часа – вполне достаточно, чтобы хорошенько отдохнуть и набраться сил перед предстоящим событием. Опытный и невозмутимый Тарас осторожно вёл машину, временами превышая скоростной режим. Артём расположился на заднем сиденье и увлечённо работал за ноутбуком, периодически прерываясь на шутливые разговоры.

За окном продолжала бушевать стихия, дождь барабанил монотонной дробью по лобовому стеклу, редкие деревья мрачно раскачивались вдали, напоминая сквозь тёмно-серую пелену одиноких великанов. Вскоре поля сменились густой рощей, окружённой болотистыми участками, и обстановка тревожного ожидания усилилась. Чувствовалось приближение важной развязки, переломного события, способного изменить жизнь каждого из нас.

Примерно спустя полтора часа пути Артём резко выпрямился на своём месте, придвинулся ближе к нам и развернул экран компьютера в нашу сторону. Наступил решающий момент – пришло время обсудить план мести Диме, вызвавшему столько проблем и неприятностей. Лицо Артёма стало серьёзным, голос зазвучал глубже и настойчивее, подчёркивая важность каждой детали.

– Итак, слушай внимательно, Тоха! – начал Артём. – Твоя задача – продержаться на ринге как можно дольше. Чем продолжительнее матч, тем больше времени у меня для успешного перевода денег Хирурга. Я активировал эксплойт и получил доступ к банковским счетам нашего Димочки. Получилось зайти в аккаунт буквально за секунды, но перенести миллиарды транзакциями по сети так же быстро не выйдет, это займёт немало времени – придётся выждать порядка двух часов, чтобы обезопасить вывод средств и избежать фишинга или детектирования алгоритмов банка.

Тёмыч перевёл дух и продолжил:

– Мила уже подкинула чёрный чемодан в кабинет Димы и внедрила в его системы шифрованный червь-малютку. Скоро он начнет фиксировать подозрительные активности и будет пытаться заблокировать доступ, но поздно – серверы уже захвачены. Кроме того, я накопал полноценный архив документов, фотографий и записей, подтверждающих причастность Димона к преступлениям, которые потянут на срок не меньше двадцати лет строгача.

Я присвистнул, Тарас, отвлёкшись от дороги, оглянулся на Тёмыча и одобрительно кивнул, а тот, довольный произведённым эффектом, продолжил объяснять мне всю схему:

– Этот дамп нужен для того, чтобы создать максимальную неразбериху и выиграть драгоценное время. Поэтому нужно действовать быстро, чётко и грамотно. Перехвачу управление всеми системами слежения и уберу метаданные, чтобы скрыть наши операции. Затем уйдём в оффлайн, отсечёмся от любого наблюдения и сделаем фальшивые следы передвижения. Тарас уже купил анонимные симки и забронировал билеты. Вылетаем в воскресенье. Надо спешить, иначе вероятность обнаружения повысится многократно. Скоро операционная группа накроет Диму, а пока наши финансы двигаются по каналам криптовалюты и скрытых финансовых путей. Слишком многое поставлено на карту, и отступать нельзя. Твой бой – последний элемент пазла. Победишь – выигрываем всё. Провалишься – нас ждёт серьёзная проблема, а нам надо сделать так, чтобы ставка Димы не сыграла.

– Погоди… Как это «вылетаем в воскресенье»? Куда? – не понимал я.

Тарас повернул голову в мою сторону и сказал, слегка волнуясь :

– Билеты на руках, вылетаем в воскресенье. Нужно переждать некоторое время, спрятаться подальше. Вернёмся примерно через полгода, когда пыль уляжется.

– Вы что, сдурели? – вспылил я. – Какие вылеты, куда вы собрались валить? А как же бабуля и Уля?

– Тоха, очнись! – не выдержал Тарас, повысив голос. – Если тебя засекут, твои родственники окажутся первыми подозреваемыми. Лучше пусть всё будет тихо и спокойно. Придумаешь легенду: скажешь бабуле и Ульяне, что ты срочно уехал на спортивные сборы.

– Нет, план – дерьмо! – вспыхнул я. – Дерьмовый абсолютно! Давайте отменим операцию, вернём назад товар и забудем обо всём. Живём дальше спокойно и честно. – Я пытался сохранять спокойствие, вразумляя парней.

– Забудь! Нас уже один раз подставили, и теперь единственный выход – бежать! – настаивал Тёма. – Ночью арестуют Димаса. Деньги уже движутся по сетям, система запущена автоматически. Единственный вариант – это залечь на дно! —прокричал он мне на ухо.

Выдохнув сигаретный дым в открытое окно, я ощутил холодный пот на лбу. Время стремительно утекало, а ситуация становилась опаснее с каждым мгновением. Выбор предстоял непростой, и цена ошибки могла оказаться смертельной.

Мы подъехали к закрытой площадке у цирка, где уже было припарковано множество машин, и с каждой минутой их становилось всё больше. Нас встретил радостный Дима, он провёл нас в комнату, где я мог подготовиться и переодеться.

– Ребята, бой будет нелёгким, – сказал Хирург. – И ещё – в этот раз без перчаток и, естественно, без правил. – Он присел на скамейку и подкурил сигару.

Мы с парнями переглянулись, и я обратился к долговязому:

– Как это? А предупредить? – Я кинул сумку на пол.

– Ну это же не проблема для такого профессионала, как ты, – усмехнулся Хирург, поднялся и хлопнул меня по плечу. – Готовься, у тебя десять минут.

Я повернулся к парням, и меня охватила паника: дрожащими руками я пытался расстегнуть пуговицы на куртке, но получалось из ряда вон плохо.

– Тише, тише… – сказал Тарас и помог мне снять куртку. – Не кипишуй, всё будет тип-топ.

Друг обнял меня, и мне стало легче. Пока я переодевался, заметил, как Артём что-то шептал себе под нос.

– Ты молишься? – спросил я, и Тарас, перехватив мой взгляд, тоже непонимающе уставился на Артёма.

– Ну да, – неуверенно ответил Тёма.

– Ты веришь в Бога? – ухмыльнулся Тарас.

– Ну мы же до сих пор живы, – ответил Артём.

– Не поспоришь, – кивнул я.

В этот раз бой должен был пройти под большим белым шатром, в кольце машин со зрителями. Прозвучал сигнал начала вечера. Я глубоко вдохнул, и мы с Тарасом отправились на выход. Артём остался работать за ноутбуком. Диктор громко заговорил в рупор:

– Уважаемые дамы и господа! Вас ждёт потрясающий вечер, грандиозное зрелище! Сегодня здесь, на этом ринге, сойдутся самые смелые, сильные и отчаянные бойцы планеты Земля, чтобы показать вам настоящую борьбу без ограничений и запретов! Вот он, великий миг, которого вы ждали долгие месяцы, – бой без правил, поединок настоящих воинов, готовых доказать свое превосходство в жестокой схватке! Перед вами два лучших представителя боевых искусств современности!

Дождавшись, когда одобрительный свист и возбуждённые крики зрителей стихнут, ринг-анонсер продолжил пафосно объявлять в рупор:

– Из угла номер один выходит тяжеловес из каменных джунглей, мастер рукопашного боя и профессионального спорта. Представляем вашему вниманию беспощадного убийцу на ринге, итак, перед вами Бешеный Бык! Со стороны противоположного угла движется настоящий атлет, привыкший побеждать, несмотря на опасности и трудности. Встречайте несгибаемого чемпиона – Красного Волка!

Я вышел на площадку, окружённую машинами. Фары ослепляли глаза, в ушах звенело от гула голосов и громких улюлюканий. Передо мной стояла скала – огромный мужик в чёрных трико и с голым торсом. Грудь громилы была забита разноцветными татуировками, а длинная рыжая борода заплетена в тонкую косичку. Здоровяк принялся ходить вокруг меня, сильно ударяя себя в грудь и готовясь к битве.

Под резкий звук автомобильного гудка начинается бой. Противник, высокий и массивный, с хищным взглядом, наступает первым, демонстрируя агрессивную тактику нападения. Он применяет мощные удары ногами и кулаками, стремясь подавить меня психологически и физически. Я предпочитаю уклоняться и контратаковать, используя скорость и технику. Каждый удар звучит гулко, утопая в криках болельщиков. Костяшки моих пальцев впиваются в плоть соперника, но и мои рёбра буквально трещат от его ударов, а кровь каплями течёт по лицу. Болевые ощущения обостряются, но боль становится частью стратегии: тот, кто сможет выдержать её дольше, победит. В этой битве решают не только мускулы, но и стальная воля, упорство и жажда победы.

Чувствую, что работаю на последнем дыхании, испытывая предел своих возможностей. Руки онемели, правый бок разрывает невыносимая боль от мощных ударов противника. Огромный соперник держит мою голову жёстким захватом, методично атакуя меня по рёбрам. Каждое движение отдаётся болью, дышать становится практически невозможно. Я изо всех сил пытаюсь освободиться из цепких рук врага, хватая его за пальцы и сдавливая их с максимальной силой. Противник кричит от боли и, резко оттолкнувшись, даёт мне небольшую передышку.

Переводя дыхание, осознавая собственное бессилие, я слышу странный гул в голове, перед глазами появляется пелена. Оглядываюсь в поисках Тараса. Тот, заметив моё состояние, смотрит обеспокоенно и показывает на часы, давая понять, что надо ещё потянуть время, ситуация критична. Усилием воли поднимаюсь, но колени дрожат, ноги теряют устойчивость, и я вновь оказываюсь на земле.

Боль пульсирует в животе, сжимая внутренности в тугой узел. Вокруг шум, я слышу свист воздуха и звуки падения тела об асфальт – это остатки моего сознания воспринимают происходящее. Стараясь подняться, поворачиваю голову в сторону, вижу друга, в его глазах застыли слёзы. Он пытается поддержать меня и кричит: «Ты сможешь, Тоха! Ты выдержишь! Мы верим в тебя!». Голос Тараса кажется искажённым, глухим, но надежда на победу заставляет меня собрать последние силы. Потеря координации мешает двигаться свободно, я тянусь к другу, но рука соскальзывает и хватает ногу женщины, оказавшейся рядом. Она вскрикивает, изумлённо глядя на меня. Тарас хлопает меня по спине со словами: «Вставай, Тоха! Ты сильный, вставай!»

Хочется закрыть глаза и забыть обо всём, но инстинкт самосохранения и поддержка товарища заставляют продолжить бой. Стиснув зубы, принимаю решение – победа необходима.

Поднимаюсь с колен, трясу головой, чтоб избавиться от звона в ушах. Собираю остатки сил и взмахом руки призываю соперника приблизиться. Бык устремляется навстречу, тяжело ступая и угрожающе глядя на меня исподлобья. Концентрирую внимание, мысленно рассчитываю дистанцию и траекторию удара. Дождавшись нужного момента, стремительно прыгаю и приземляюсь прямо на противника, мощным ударом ногой крутящейся вертушки попадая точно в челюсть. Голову Быка резко отбрасывает назад, громкий хруст костей сопровождает это ужасающее мгновение. Наваливаясь сверху, обрушиваю шквал коротких ударов по лицу соперника. Ярость охватывает меня, зрение сужается, и я вижу перед собой лишь багровое месиво. Мои кулаки в липкой крови, от монотонных ударов по скулам Быка они словно каменеют. Резко останавливаюсь, осознавая полную потерю чувствительности рук. Медленно поднимаюсь, ноги дрожат, я шатаюсь. Идти сложно, каждое движение даётся с трудом. Шаркая, еле волочась, я двигаюсь в сторону Тараса, зная, что друг ожидает моего возвращения. Он что-то кричит и машет руками, призывая меня оглянуться. Оборачиваюсь и в ужасе застываю. Бешеный Бык поднимается с земли, его окровавленное лицо искажается в жутком зверином оскале. Зрелище пугает, вызывает головокружение и тошноту. Начинается новый виток борьбы, напряжение достигает максимума.

Ударив с ноги шатающегося соперника в живот, я быстро прижимаю его к капоту красной машины и, схватив одной рукой шею говнюка, другой резко заношу окровавленный кулак над головой соперника. Звучит сигнал. Бык хлопает ладонью по капоту, признавая поражение. Зал взрывается аплодисментами, восхищёнными возгласами и бурными эмоциями, празднуя мою победу и приветствуя нового короля арены – Красного Волка.

Ноги подкосились, и, потеряв равновесие, я упал на асфальт. Ко мне тут же подбежал Тарас. Он помог мне подняться, и мы медленно двинулись к машине. Ощущая слабость во всём теле, я с облегчением сел на пассажирское кресло, но тут же вздрогнул, взглянув в зеркало заднего вида: в нём отражались вспышки сине-красных мигалок полицейских автомобилей. Перед глазами всё поплыло, в ушах зазвенело, и я услышал лишь приглушённые встревоженные крики друзей, доносившиеся откуда-то издали. Голова закружилась, мысли стали путанными, реальность растворилась в тумане. Сердце билось учащённо, дыхалка отказывала, давление начало падать. В памяти мелькнул образ Ульяны, и я резко провалился в темноту. Мой личный нокаут накрыл меня лавиной…

***

Щёлкнул выключатель. Яркий луч света резанул мои веки. Я моргнул, пытаясь избавиться от неприятного ощущения песка в глазах. Поднял руку ко лбу, чтобы прикрыть лицо. От каждого движения тело пробирала острая пульсирующая боль. Наконец убрав ладонь с лица, я медленно повернул голову влево: часы возле кровати равнодушно отображали цифры – 08.03.

– Ох, фак! – прохрипел я, мысленно поражаясь, насколько глухо звучит мой собственный голос.

Я попытался привстать, но тут же в бессилии рухнул снова в постель, ощущая невыносимую боль в каждой клеточке тела. С опаской посмотрел на свои ноющие руки – они покрылись глубокими царапинами и распухли. Вся одежда была в крови: некогда серая футболка превратилась в бесформенную грязную тряпку, толстовка и штаны выглядели примерно так же. Я взял небольшое зеркало с прикроватной тумбы и ужаснулся собственному отражению: на скулах темнели огромные синяки, губы были разбиты, кожа вокруг глаз покраснела и распухла. Но страшнее всего была громадная фиолетовая гематома справа. Было ясно, что именно эта травма стала причиной столь мучительной боли, которую я испытывал каждую секунду. Дверь скрипнула и приоткрылась: в комнату заглянул Тарас.

– Брат, как себя чувствуешь? – с беспокойством спросил он.

Появление друга вызвало одновременно облегчение и раздражение. Почему-то казалось несправедливым то, что кто-то был цел и невредим, в то время как я изнемогал от невыносимой боли, а вчера и вовсе был на грани смерти. Я попытался выдавить улыбку, но губы свело судорогой, и лицо исказилось в мучительной гримасе.

– Будто грузовик переехал дважды, – ответил я на вопрос Тараса, и эти слова прозвучали настолько слабо и невыразительно, что я едва услышал собственный голос.

Тарас присел на край кровати и внимательно посмотрел на меня. Помедлив мгновение, он спросил:

– Ты сможешь встать?

– Думаю, смогу… – неуверенно кивнул я, стараясь сохранить достоинство перед другом. Превозмогая боль, я осторожно поднялся с постели, чувствуя, как каждая мышца сопротивляется моим усилиям. Сдерживая стон, я еле дошел до стула и, сев на него, слабо улыбнулся Тарасу: – Дай мне пару минут прийти в себя…

– Кофе хочешь? Или чай лучше? – спросил Тарас.

Это предложение прозвучало успокаивающе. Казалось, жизнь возвращалась на круги своя. Я утвердительно кивнул, хотя понимал, что даже просто пить кофе мне будет больно и каждый глоток превратится в очередное испытание выносливости.

Через минуту перед нами появился высокий парень с коробками и пакетами в руках.

– О-о, проснулся! – бодро воскликнул Тёма. – А вот и завтрак. Кто-нибудь хочет мёд? Кофе горячий.

Артём быстро положил коробки с едой на стол и аккуратно расставил чашки. Его суетливые движения выдавали внутреннее беспокойство и тревогу, которые Тёмыч пытался скрыть за нарочито весёлым и дружелюбным тоном.

– Спасибо! Надеюсь, кофе достаточно крепкий, иначе моя голова рискует снова отправиться в нокаут, – пошутил я.

Тарас и Артём засмеялись, хотя в душе оба понимали, насколько тяжело нам всем дались прошедшие сутки. Однако сейчас важнее было не упасть духом, собраться с силами и уверенно действовать дальше.

«Мы выжили», – повторял я себе мысленно, глядя на кружку горячего напитка. Теперь оставалось выяснить, каким образом продолжать жить дальше.

За столом Артём и Тарас детально описали, как прошла ночь, пока я был в отключке. Дмитрия задержала полиция. На его счетах не оказалось денег, а наличные и ценные бумаги Мила забрала себе. Она спрятала важные документы и нелегальный товар весом почти три килограмма в сейфе. Мужик, решивший сбежать и продать содержимое за бугром, погиб, а Дмитрия ждёт тюрьма. С таким послужным списком ему не откупиться. Банда Хирурга разбежалась, большинство участников полиция поймала, но некоторые смогли скрыться. Нам же оставалось лишь провести пару месяцев на острове и вернуться домой. План – капкан, но что-то сильно тревожило меня, не давая толком сосредоточится на деталях. Я всё ещё не понимал, зачем нам прятаться. Ведь всё закончилось нашей победой, или я настолько слеп, что что-то не замечал?..

Включив телефон и обнаружив десятки пропущенных звонков, я позвонил бабушке и написал Уле, что мы с Тёмой приедем к празднику. Пока дети будут наслаждаться сладостями, Артём подготовит всё необходимое оборудование. Вспомнив, что из предложенных Ульяной маскарадных нарядов я выбрал костюм страшилы Салливана, я искренне обрадовался, что в нём никто не увидит моего лица.

Тарас высадил нас с Тёмой у входа в кафе, расположенного в центре города. Войдя внутрь, я почувствовал волну тепла и восхищения. Кафе превратилось в сказочный мир, где воплощаются детские мечты. Зал украшали радужные воздушные шары, переливающиеся гирлянды мерцали мягким светом, цветочные композиции дарили аромат свежести, а специально созданная детская фотозона с жёлтыми гномами так и звала сделать яркие стильные снимки. Девушки-официантки в элегантных платьях принцесс грациозно перемещались по помещению, приветливые улыбки играли на их лицах, создавая атмосферу настоящего волшебства.

Я тут же заметил Улю – девушку с нежными чертами лица и большими зелёными глазами, излучающими любовь и заботу. Она стояла чуть в стороне, всматриваясь в толпу гостей. Увидев меня, Ульяна мгновенно направилась мне навстречу. Её губы задрожали, по щекам покатились слёзы, во взгляде сквозили тревога и сострадание.

– Милый, как же так? Сильно больно? – обеспокоенно спросила Уля, и её прохладные пальчики нежно коснулись ран на моём лице, вызывая щемящее тепло в груди.

Я попробовал изобразить улыбку, скрывая реальную боль, и ответил как можно спокойнее:

– Поверь, ничего страшного, пройдёт! Лучше помоги мне надеть костюм.

Ульяна понимающе кивнула, почувствовав мою искреннюю попытку отвлечь её от неприятных мыслей.