Мы привезли пьяную Иру домой и уложили её на кровать.

– Спасибо вам, я одна точно бы с ней не справилась, – поблагодарила я ребят за помощь.

Артём присел на край кровати и бережно снял туфли с моей спящей подруги.

– Она всегда так надирается? – спросил Тёма.

– Нет, просто ей парень изменил, – вздохнула я. – Люди часто горе запивают.

Я взяла лаковые «лодочки» из рук Артёма и предложила парням выпить кофе.

За три часа посиделок на кухне мой холодильник опустел. Остались лишь закрутки, которые нам всучила перед отъездом бабушка Иры. На секунду мне показалось, что ребята не прикасались к еде несколько дней, настолько зверский аппетит у них был.

– Вы точно наелись? – убирая единственный оставшийся кусок пиццы обратно в коробку, спросила я.

– О-о-о… да! – довольно потянулся Артём. – Спасибо, Уль, за твою щедрую душу. Где толкан?

– Прости, кто? – не поняла я.

– Справа по коридору, – ответил за меня другу Антон и, когда тот вышел из кухни, обратился ко мне: – Извини его, он просто не всегда фильтрует свою речь.

– Ничего страшного, он… интересный, своеобразный, – улыбнулась я.

– М-м… Ульян, я всё хотел у тебя спросить, но не знал как, – сказал Антон, заметно нервничая.

– Спрашивай что хочешь. Я для тебя открытая книга – отвечу как на духу, – произнесла я, при этом подумав: «Божечки, я вру в глаза человеку, который заставляет моё сердце биться так быстро и сильно, словно оно вот-вот сломает рёбра».

– Тут видео одно в сети гуляет… – смущённо начал Антон, но не успел договорить – на кухню вбежал его друг.

– Ребята, это что за бабкина мода? – хохотнув, сказал Артём, прикладывая к себе Иркино платье для нашего маскарада.

Ох, чёрт! Что делать? Что говорить? Как он его нашёл? Я вскочила со стула, отчего он с грохотом упал на пол.

– Ты где это взял? – забирая у Артёма платье, закричала я.

– А что? Прикольное такое, вы на бал-маскарад собираетесь? – не унимался Артём.

– Да, то есть нет, не знаю ещё, – ответила я.

Я унесла платье обратно в комнату Иры и убрала его подальше в гардероб. Подруга моя развалилась звездой на большой кровати. Укрыв Иру синим пледом, я поправила ночник, чтобы он не светил ей прямо в лицо, и вернулась к парням. Они уже стояли у входной двери и надевали куртки. Антон что-то шёпотом говорил своему бестолковому другу, отчего на меня обрушилась лавина тревожности.

– Уже уходите? – обратилась я больше к Антону. – Может, останетесь? Я всё хотела узнать… Как вам удалось так быстро танец поставить? – Я взяла холодную, шершавую руку Антона.

– Поздно уже, поэтому закрой за нами дверь и ложись спать, хорошо? – мягко сказал Антон и крепко меня обнял. – А насчёт танца – мы его на первом курсе ставили, так что повторить было несложно.

– Ректор тогда впервые нам выговор в дело занесла, – усмехнулся Артём.

– Ну, он, мягко говоря… провокационный и очень сексуальный, – улыбнулась я парням.

– Согласен, даже у меня на Антошку встал, – заржал во весь голос Артём и, выходя из квартиры, заговорщически добавил: – У вас, голубки, три минуты, я за ожидание платить не буду.

– Скройся! – рыкнул Антон.

Мы смотрели друг другу в глаза и пытались найти там ответы на все наши вопросы, но, увы, не всегда глаза говорят больше слов, в этот раз уж точно. Я приподнялась на цыпочках и легонько притронулась ртом к губам Антона, таким тёплым и манящим. Он обжёг моё лицо горячим дыханием, и внутри меня, будто расплавленный шоколад, растеклась сладкая нега. Крепкие руки Антона обвили мою талию, мы слились в страстном поцелуе, заставившем моё сердце биться в бешеном ритме. От невероятного возбуждения я вся мелко дрожала, голова кружилась, и, чем смелее становились ласки Антона, тем сильнее мне хотелось большего. Я чувствовала, что и Антон изнемогает от жгучего желания. Но вдруг он отстранился и прошептал:

– Я ещё никогда такого не испытывал, принцесса. Закрой, пожалуйста, дверь на все замки, или я за себя не ручаюсь.

Антон помахал мне на прощанье, и я закрыла за ним дверь на один поворот замка. Тут же пришло сообщение от абонента «Антошка-картошка»: «Я сказал, на все! Сладких снов, принцесса».

Улыбнувшись дурацкому экрану, я отправилась в душ. Придётся пользоваться вибратором, иначе не усну.

***

Утро воскресенья мы с Иришкой провели за учебниками и конспектами. В голове вместо нужной информации была сплошная каша. Я постоянно мысленно возвращалась к нашему поцелую с Антоном и думала о том, что если бы он остался, то наши отношения вышли бы на новый уровень. Я боялась признаться себе, что этот парень прочно засел в моей голове, не оставив шанса никому другому.

– Ох… Уль… Ну почему так плохо? – умирала Ира после алкогольного отравления, лежа рядом со мной на диване.

– Ты, Ирка, с головой перестала дружить, скажи честно, это ты из-за Вадима так надралась вчера? – отложив учебник по истории журналистики, спросила я и подала подруге газированную воду. Ира сделала несколько жадных глотков.

– Он вчера подошёл и предложил уединиться в кабинете информатики. У него ключи были, – сказала Ира и, поправив влажное полотенце на лбу, продолжила: – Я сделала вид, что ничего не знаю, и пошла с ним в кабинет…

– Ну а дальше что? Не томи! – нетерпеливо воскликнула я.

– Ничего. Раздела Вадима, завязала ему галстуком глаза и намазала его член маской для роста волос с перцем. Стены универа таких матов ещё не слышали, – расхохоталась Ира.

– Это ты называешь «ничего»? – ошеломлённо уставилась я на подругу. – Подожди… А где ты взяла маску для волос?

– Да пробник прислали на рекламу, – пожала плечами Ира. – В общем, жжение есть, а насчёт быстрого роста волос… увы, история умалчивает. Ну а дальше ты всё видела.

После откровенного рассказа подруги всё желание штудировать учебники испарилось само собой. Мы решили переключиться на приятное занятие и направились в торговый центр, ведь шоппинг – прекрасный способ отвлечься и развеяться. По пути заглянули в новую популярную кофейню, о которой слышали восторженные отзывы. Там отсняли свежий интересный контент для нашего блога, стараясь запечатлеть каждый уютный уголок помещения. После кофе мы неспешно прогулялись к центральной площади города, наслаждаясь прекрасной погодой, возможно, последнего тёплого денёчка осени. Это был один из тех редких моментов спокойствия среди суеты нашей повседневной жизни, который хотелось продлить подольше.