Пять

Каспия

Лунные лучи струились сквозь окна, когда я в последний раз осматривала свою комнату. На полу не было ни пятнышка, кровать была аккуратно застелена. На туалетном столике не было ничего, кроме трех писем на деревянной поверхности.

Одно для тети Олианы. Одно для Зендры. И одно для Грасиэллы.

Милостью Божества, я увижу их снова, и эти письма не будут моими последними словами. Но на случай, если у меня не будет такой возможности, я написала им по прощальной записке.

Я молилась о том, чтобы вернуться. О том, чтобы скоро полететь домой Старлингом и проводить лето за летом со своей семьей, паря над своим городом. И когда — если — я вернусь, я с радостью испытаю гнев Олианы за неподчинение ее приказам. Может быть, ее гнев поутихнет, если я завершу свой ритуал и отомщу за смерть Эмери.

С тех пор, как я увидела смерть Эмери в шестой раз, зов, который я почувствовала, стоя в вольерах, только усилился.

Моя кровь бурлила. Что-то манило меня из-за моря.

В глубине души я знала, что видение и мой ритуал связаны. И пришло время ответить на зов.

Возможно, тетя Олиана была права, и после того, как я завершу ритуал, видения прекратятся. А до тех пор я воспользуюсь тем, что открыло мне Божество, чтобы почтить смерть моей сестры. Я последую за этим зовом, чтобы узнать правду о ее судьбе и убить среброглазого мужчину, который посмел отнять жизнь у Старлинга.

В кожаном мешке у моих ног лежала запасная одежда, фляга и целебная мазь. В карманах лежали костяная расческа, две книги и крошечная баночка с маслом для моих кудрей. И в каждом свободном кармашке, который я смогла найти, лежали различные чаи, которые я купила в аптеке в Шоу. Чай от морской болезни. Чай от головной боли. Чай, который помогает мне уснуть, и чай, который не дает мне уснуть.

Мой кукри (прим. ред.: кукри — клинок, имеющий характерный профиль «крыла сокола» с заточкой по вогнутой грани (обратный изгиб)) был закреплен на спине, скрытый плащом с капюшоном. Самые острые ножи были прикреплены ремнями к предплечьям и вокруг бедер.

Я подняла рюкзак и закинула лямки за плечи. Он был таким же тяжелым, как и мое сердце.

Был шанс, что я ошибаюсь, и это путешествие окажется ошибкой. А даже если я была права, если это был мой зов к ритуалу, был шанс, что у меня не хватит сил для перевоплощения.

Не каждый Безмятежный переживал свое первое перевоплощение. Ритуал был столь же опасен и смертоносен, сколь и действенен.

Не потому ли моя мать ушла из Нелфинекса? Может быть, после рождения трех дочерей ритуал призвал ее, и эта перемена повлияла на ее жизнь. Я всегда обижалась на тетю Олиану за то, что она не рассказывала о моей матери.

Секреты в нашей семье станут нашей погибелью.

Мой пульс участился, когда что-то потянуло меня к окнам, словно веревка, привязанная к моей груди, тянула меня прочь от Нелфинекса. Пульсация прошла по моему телу, распространяясь от сердца к рукам и ногам. Это было похоже на аккорд, наигрываемый на гитаре, ноты звучали в идеальной гармонии.

За спящим городом океан простирался до самого залитого лунным светом неба. Волны сверкали в свете звезд. Каждый раз, когда я смотрела в сторону того неизвестного места на горизонте, я чувствовала эту пульсацию.

Пора было уходить.

Прежде чем у меня сдали нервы, я пересекла комнату и открыла дверь, задержавшись на пороге, чтобы в последний раз оглянуться через плечо.

— Прощай, — прошептала я, надеясь, что мое прощание задержится достаточно надолго, чтобы Зендра услышала его утром.

Когда она придет будить меня, дважды хлопнув в ладоши, ей хватит одного взгляда на прибранную комнату, чтобы сразу понять, что что-то не так. К тому времени я буду уже за много миль отсюда плыть навстречу рассвету.

Божество, укажи мне путь. Я закрыла дверь и бесшумно направилась к ближайшей лестнице.

Корабль, который я наняла, обошелся мне в целое состояние, я отдала почти все свои браслеты из элфалтера, но это было быстро, и, что более важно, капитан, печально известный пират, не задавал вопросов.

Был шанс, что тетя Олиана пролетит над Мариксмором и заберет меня. В Нелфинексе не было судна, которое сможет сравниться с ней по скорости, когда она перевоплощается в Старлинга. Но я надеялась, что, когда она прочтет мое письмо, когда поймет, что это не просто жажда мести, она позволит мне отправиться в это путешествие ради моего ритуала.

Мои ботинки зашуршали по каменным ступеням, когда я поспешила на главный уровень. Добравшись до вестибюля дворца, я накинула капюшон своего темно-коричневого плаща, скрывая волосы от посторонних глаз.

Когда я стану Старлингом, я смогу приходить и уходить, когда мне заблагорассудится. Любимым временем для полетов Саскии было время восхода луны. Как и у Олианы. Но, я была Безмятежной принцессой, и для нас действовал строгий комендантский час.

Чтобы покинуть дворец, я должна была находиться в сопровождении роты охранников. Не имело значения, что я могла превзойти любого из них в бою. Пока я не научусь принимать облик, пока не придет время, когда я смогу перевоплощаться в любого животного, чтобы защититься от угрозы, я буду под защитой «Королевских клинков».

Я осторожно ступала на цыпочках и низко надвинула капюшон.

Из коридора впереди донеслись звуки шагов и мужских голосов.

Я метнулась к ближайшей стене и спряталась в нише как раз в тот момент, когда двое охранников завернули за угол и вошли в вестибюль.

Оба мужчины были одеты в форму цвета экрю и вооружены мечами, ножами и кинжалами. «Королевские клинки» были названы так, не просто так.

Я затаила дыхание, ожидая, пока они пройдут мимо, так и не заметив моего присутствия. Когда их неуклюжие фигуры завернули за угол, я оторвалась со стены и поспешила в коридор, ведущий в сады.

Как только я оказалась за дверью, прохладный ветерок коснулся моего лица. Непреодолимое желание расплакаться обожгло мне нос.

Ни разу в жизни я не проводила луну за пределами этого дворца. Какая-то часть меня сомневалась, что мне удастся зайти так далеко. Еще меньшая часть надеялась, что меня поймают. Что я пропущу корабль, ожидающий меня в доках.

Я проглотила комок в горле, затем быстро пересекла выложенные камнем дорожки сада, лавируя между яркими цветами и вдыхая их благоухающий аромат, и направилась к ближайшим железным воротам. Когда они показались в поле зрения, я сделала глубокий вдох и расправила плечи, откидывая капюшон с волос.

Стражники в садах не были «Королевскими клинками». Только лучшим воинам разрешалось входить в дворцовые залы.

Мужчины и женщины, стоявшие снаружи, были просто часовыми, которым в первую очередь было поручено не впускать внутрь людей. И в отличие от Клинков, которые тренировались с Куэсентсами каждое утро, часовые не знали мое лицо. Я рассчитывала, что в темноте они примут меня за Саскию.

Десять колец на моих пальцах должны были помочь.

Только Старлинг носила кольца из элфалтера, символ статуса и способностей. Они были широкими, охватывали нижнюю половину каждого пальца. Кольца на моих руках принадлежали Эмери. Я украла их из комнаты тети Олианы, когда ходила навестить Грасиэллу, чтобы оставить Хопа на ее попечение и обнять на прощание.

Когда моя сестра уезжала из Шоу с Максом, она оставила свои кольца. И Грасиэллу.

Вероятно, это было задумано как пощечина нашей тете после их ужасной ссоры из-за Макса. Поскольку у Олианы не было дочерей, престол должна была унаследовать Эмери. Моя тетя запретила Эмери выходить замуж за бисанца и выдвинула ультиматум.

Оставить Макса или забыть о том, чтобы стать королевой.

На следующее утро Эмери исчезла. Она оставила свои кольца — подарки от Олианы по завершении ритуала — на прикроватном столике Грасиэллы.

Я не виню Эмери за то, что она выбрала мужчину, которого любила. Но оставить свою дочь? Этого я не понимала.

Наша мать бросила нас. Эмери знала, каково это. Как она могла так поступить со своим собственным ребенком?

Несмотря на ее ссоры с Олианой, Эмери любила Грасиэллу. Я должна была верить, что моя сестра не уехала бы, если бы не планировала вернуться. Возможно, Эмери направлялась домой, когда ее убил среброглазый мужчина.

Я намеревалась это выяснить.

Мне казалось неправильным носить ее кольца, но, по крайней мере, они давали мне свободу.

Я ускорила шаг, чтобы стук моих сапог был слышен часовому. Затем, подняв подбородок, я протянула руку, чтобы кольца блеснули в лунном свете.

— Старлинг. — Мужчина поклонился, опустив глаза.

— Ворота, сэр. — Только милостью Божества мой голос звучал ровно.

Он поднял рычаг, который закрывал ворота, и, еще раз поклонившись, толкнул железные прутья. Петли заскрипели, когда ворота распахнулись.

Если он и удивился, почему я вышла через ворота, а не перелетела через стену, то не стал спрашивать.

Не говоря ни слова, я прошла через проем и оказалась на соседней улице.

Пристальный взгляд часового был прикован к моим плечам, когда я уходила размеренными шагами. Не слишком быстро, не слишком медленно, пока улица не пошла под уклон от дворца, и я не нырнула за здание, прижавшись к его грубому белому камню.

— Векс. — Я прикрыла рукой свое бешено бьющееся сердце, и кольца, находящиеся на костяшках моих пальцев, звякнули друг о друга. Одно за другим я сняла толстые, гладкие кольца с пальцев и убрала их в карман брюк.

Пират, которого я наняла, в качестве оплаты получит мои браслеты из элфалтера, поэтому я не хотела, чтобы он знал, что у меня есть эти кольца. Я не была уверена, что он не изменит цену этого путешествия, если узнает, что я могу предложить больше.

У Безмятежных было очень мало денег, несмотря на огромное состояние нашей семьи. Это изменится после того, как я пройду ритуал и стану Старлингом. Мое наследство в виде элфалтера, золота, серебра и драгоценных камней сделает меня одним из богатейших людей Нелфинекса.

Но я еще не была богата.

Надежно спрятав кольца, я оттолкнулась от стены и поспешила через Шоу к докам.

Улицы были пусты, освещенные светом двух лун и редкими фонарями на домах. Белый камень, которым были облицованы все здания, излучал свой собственный слабый блеск, позволяя мне различать разные цвета.

Красные черепичные крыши. Деревянные двери из красного дерева. Дороги, выложенные темно-коричневым кирпичом. А за моим плечом — дворец цвета бледных персиков с сияющими лампами и сверкающими крышами из элфалтера.

Искушение развернуться и вернуться в свою комнату было настолько сильным, что я споткнулась о собственные ноги. Но, удержав равновесие, я продолжила идти, не позволяя себе оглянуться из страха, что дворец заманит меня домой.

К тому времени, как я добралась до входа в доки, мой желудок скрутило в узел, а голова закружилась.

Это был зов ритуала. Так и должно было быть. Я отказывалась верить, что стала жертвой бессмысленного видения. И все же мои шаги замедлились, когда сомнения, словно яд, распространились по моему разуму.

Неужели я ошиблась?

В темноте раздался короткий, пронзительный свист.

В другую луну я бы разозлилась, что пират зовет меня, как собаку. Но сейчас мне нужен был этот свист, чтобы двигаться дальше.

Кэп прислонился к фонарному столбу, грызя зубочистку. Его массивные руки были скрещены на массивной груди. Он стоял, небрежно закинув ногу на ногу. Его светлые волосы были длинными на макушке и подстрижены по бокам. В ушах красовался ряд золотых серег.

Он был похож на Макса Эмери, такого же красивого и озорного, с дьявольским блеском в кобальтовых глазах. Я поняла, почему моя сестра влюбилась в своего собственного пирата и почему позволила Максу забрать ее из Нелфинекса.

— Готовы, Старлинг? — спросил он, отталкиваясь от столба и отбрасывая зубочистку в сторону.

— Я не Старлинг. Пока нет.

— Пока вы мне платите, мне все равно, как вы себя называете. — Он протянул мясистую руку.

Я достала из кармана плаща браслеты из элфалтера и передала их ему.

— Ваша оплата, согласно нашему соглашению.

Он осмотрел украшения, поворачивая каждый браслет из стороны в сторону, чтобы металл отражал свет.

— Они настоящие.

Я закатила глаза.

— Конечно, настоящие.

— Осторожность не помешает. — Кэп ослепительно улыбнулся и повел меня по лабиринту деревянных мостков мимо палаток и хижин, где рыбаки и торговцы на рассвете обменивались своими товарами.

Наши шаги смешивались со звуком воды, бьющейся об опоры причала. Дойдя до самого дальнего ряда, мы миновали корабли и шлюпки самых разных размеров, пока не остановились возле корабля с высокими черными парусами.

Кэп протянул руку в сторону доски, которая была мостиком между лодкой и причалом.

— Только после вас, принцесса.

— Спасибо…

Пронзительный крик разорвал воздух.

Мой взгляд метнулся к небу в поисках бьющихся крыльев. Я увидела, как она парит над самым высоким шпилем замка, огибая вольеры.

Тетя Олиана.

Даже в темноте, даже с такого расстояния, я различила ее прекрасный силуэт, заслонявший звезды.

Я прижала кончики пальцев к центру лба.

— Я отомщу за нее, моя королева. Клянусь.

Кэп прочистил горло.

— Ваш корабль, Старлинг.

Я не стала поправлять его снова. Кивнув, я пересекла палубу и ступила на борт.

Корабль покачнулся под моими ногами.

И прежде чем я успела подготовиться, мы поплыли в черноту.