Я прочитал эссе Акутагавы «Литературное, слишком литературное». Не имею особого желания вступать в полемику – подобные споры бесконечны, – но хотел высказать несколько мыслей. Подобно тому, как Акутагава обращался не только лично ко мне, так и мой ответ предназначен не исключительно ему. Скорее, я хотел бы, чтобы его прочитали все.

Вообще, устанавливать правила того, «каким должно быть» произведение – не только роман, но и любое искусство, – самое пагубное, что можно придумать. Искусство – живой организм. Оно развивается и совершенствуется вместе с человечеством. Сколько ни устанавливай заранее правил о том, «каким оно должно быть», редко когда получится им соответствовать.

Возьмем, к примеру, классическую драматургию с ее единством времени и места. В конце концов от него отказались. В Японии были бесконечные споры о плоском изображении, о недопустимости субъективности – но стоило появиться талантливым произведениям, нарушающим эти каноны, как все эти правила пошли прахом. То же и с вопросом, «должен ли роман иметь сюжет», – если появляется по-настоящему сильное произведение, способное тронуть людей, уже неважно, соответствует оно правилам или нет. В эпоху расцвета натурализма случайные шедевры иного направления обязательно критиковали за нарушение канонов – это дурная привычка японского литературного мира, которая потомкам покажется смешной. (Кстати, и сейчас нередко произведения отвергают с порога, просто называя их «буржуазной литературой».)