«У древних художников есть немало выдающихся учеников. Но у современных их нет. Это происходит потому, что они берут учеников из-за денег или из-за высоких идеалов. Древние художники взращивали учеников для того, чтобы поручать им писать произведения вместо них. Следовательно, они полностью передавали ученикам и секреты техники. Неудивительно, что и ученики создавали шедевры». Эти слова Сэмюэля Батлера[84] отчасти верны, хотя подлинный талант, конечно, рождается не только благодаря этому. Недавно я узнал, сколько сил вложил Флобер в обучение Мопассана. (Когда он читал рукопись Мопассана, то придирался даже к тому, что предложения, следующие одно за другим, выстроены одинаково.) Однако абсолютно никто не может рассчитывать на такое (даже если у ученика есть талант).

Сегодня в Японии массовое производство востребовано даже в области искусства. Взять нас самих – писателям нелегко одеть и прокормить себя, не производя на поток. Однако увеличение количества, как правило, приводит к снижению качества. Тогда и привлечение учеников к созданию своего произведения – как, собственно, и поступали древние – может способствовать возникновению многочисленных талантов. Романисты и журналисты эпохи Мэйдзи также прибегали к этому удобному методу, не говоря уже о создателях несерьезной литературы гэсаку феодальной эпохи. Художники – например, Роден – всё-таки частично заставляли учеников создавать свои работы.

Такая традиция привлечения к созданию произведений, возможно, будет использоваться в будущем. Это вовсе не обязательно делает искусство вульгарным. После усвоения техники ученику, конечно, ничего не мешает стать самостоятельным или же, в свою очередь, воспитать второе и третье поколения учеников.

К великому сожалению, у меня пока не было возможности поручить писать кому-то работы вместо себя. Но я уверен, что смог бы написать работу для кого-то другого. Единственная сложность заключается в том, что создание чужой работы, бесспорно, требует гораздо больше времени, чем создание собственной.