– Меладея, что здесь делает Кармин? – Леа не пыталась даже скрывать свой шок.

– Без понятия, – она шагнула назад. – Он же должен быть на плечах Первого великана, поджидать Айон и команду.

– Синделай, тебе же четко выдали указание. Никакого разрушения искры. Ты перевыполнил задачу почти в два раза, заставив появиться Лею, и забрал Грисдиса у Меладеи. Твои способности очень ценны и понадобятся в будущем, зачем размениваться жизнью для бессмысленной мести, – голос Кармина звучал как обычно, подобно неспешному ручью – мелодично и успокаивающе.

Как и все они, заклинатель не изменился внешне. Когда его время остановилось, ему исполнилось пятьдесят лун, поэтому коротко стриженных каштановых волос уже коснулась седина, лицо могло похвастаться сетью морщинок у глаз и в уголках губ. Обычно его мало что могло вывести из себя, поэтому, когда Кармин смотрел на Синделая спокойными светлыми глазами, неприятные воспоминания о Великой Войне снова вернулись. Он был худощав и высок. И независимо от сражения никогда не надевал броню, а использовал обычную мантию темно-красного цвета. Как сильнейший заклинатель, он не видел смысла использовать грубую силу, всегда таская в руке книгу. Одна из особенностей Кармина в том, что его татуировки располагались именно в ней. Его появление – это худшее, что могло произойти.

– Леа, готовься использовать пожар, сейчас будет непросто, – Меладея активировала свой пожар, заставляя кольца появляться тут и там.

– Да я уже, – она фыркнула. – Придется мне, кажется, использовать их…

– Выбора не много… – прошептала Меладея.

– Рад, что вы счастливы видеть меня, Меладея, Леа, – высокомерно бросил Кармин. Он щелкнул пальцами. – Знак тысячи щупалец осьминога. Сохранение.

Сразу после этого полностью обездвиженного Синделая утянули щупальца, появившиеся из круга знаков с западной стороны, и замотали в кокон.

– Может, поделишься, где Ноа? Стоит ли нам ожидать полного воссоединения стражей? – Леа оскалилась. – Я всегда могу пригласить Азелина переговорить с вами.

– Не злись на меня, Леа, если ты не можешь нас отследить… В конце концов, у каждой силы есть противодействие. Или ты думала, что всемогуща? Ноа выполняет свою роль. А мне прекрасно известно, кого охраняет Азелин, он не придет к вам на помощь, – Кармин хмыкнул. – Надеюсь, вы еще не растеряли свои навыки? Без Ранцикуса будет не так просто, Леа? – он пожал плечами. – Впрочем, неважно, сейчас мы это и проверим.

– Так ты пришел сражаться, – навигатор усмехнулась. – Никакой пощады.

– Нет, я пришел остановить Синделая от глупостей, – он посмотрел вдаль на кокон с ним. – Но вряд ли вы отпустите меня с миром и сами уйдете… куда-нибудь?

– Сообразительность всегда была твоей сильной стороной, Кармин, – огрызнулась Леа: они всегда не ладили.

– Великий пожар. Цепь тысячи звеньев бога Фламадея. Память Океана. Стрела Эо, – прервала их замечательный спор Меладея.

Кольцо над головой Кармина засветилась ярко голубым цветом, и над ним стала формироваться та самая стрела, что была направлена на Рата.

Битва резко набирала обороты. Меладея не мелочилась, решая снести с лица земли весь город окончательно. Кармин же открыл книгу, и зашелестели листы: он без слов указал рукой вверх, и знаки мертвого языка на стреле начали сливаться в узоры других слов. Как и всегда, прочитать их не мог никто. Однако после этого вся толща воды, используемая для стрелы, взорвалась и потеряла свою форму. Огромный водопад устремился на них, но в этом момент настала очередь действовать Лее. Меладея прекрасно знала, Кармина им не победить, но истощить и вывести из боя возможно. Глаза навигатора загорелись белым, коса из волос развязалась, и она сложила руки вместе.

– Вторая истина. Координаты бесконечного космоса. Циркулирующие потоки.

Под толщей воды, где была стрела Эо, надломилось пространство и принялось воронкой затягивать все в себя, словно живое существо. Только поднятая в недовольстве бровь Кармина намекнула – ему тоже не просто, хоть он и не использовал свою сильнейшую способность.

Он махнул рукой, подбросил книгу в воздух, и рядом с ним появились шесть кругов, состоящих из знаков древнего языка. Они горели оранжевым и двигались по часовой стрелке. Первый разлом появился прямо под Кармином, вынуждая его прыгнуть на один из своих созданных кругов. Следом за ним открылись порталы со всех сторон света, и заклинателю пришлось передвинуть другие знаки для самозащиты. Они позволяли ему отражать пламя других людей. И в этот момент из еще одного портала появилась Меладея и отправила его в полет крепким ударом.

– Меладея, рука! – Леа тут же переместила ее назад. – Знак перемещения, сила Ноа, быстро сюда, – она взяла ладонь Меладеи, которая покрылась черной коркой и посыпала пыльцой единорога. – Как ты?

– Нормально, сгибается разве что похуже. Он не мог не защитить себя от ближнего боя. Он прекрасно знал, с кем вступал в битву. Надо использовать пламя, касаться нельзя, – она цокнула. – Но сила Ноа может и пламя разрушать.

– Проклятый Синделай, не мог меня дождаться, – фыркнул встающий с земли Кармин. – Знак исцеления. Знак туманности, – урон, который нанесла ему Меладея начал понемногу исчезать. Вокруг него стала появляться переливающееся пелена пара. – Великий пожар. Сплетни Широ. Печать двенадцати.

– Кто-то разозлился, – усмехнулась нервно Леа.

– Не отвлекайся.

Границы столицы загорелись оранжевым, и сразу же за ними в небо устремились слова на древнем языке. Главная способность Кармина заключалась в том, что его знаки не требовали пламени для существования. По легенде, Широ сплетничал о братьях, когда они сидели за одним столом – и никто не ловил его на лжи. Так и Кармин нагло обманывал законы мироздания и не тратил пламя во время пожара. А знак, который никто не мог повторить, – истинное отрицание. Суть его проста, но опасна – ни одно пламя, кроме сил Азелина и, вероятно, Архитектора, пока что не могло коснуться его знаков, не считая особых пассивных эффектов. Так как искра Архитектора постоянно перерождалась, точно сказать о влиянии ее на знаки Кармина невозможно. С силами более могущественными он пока не сталкивался. Если в ситуации с Марил знак мог потерять эффективность, форму, суть проявления, то в ситуации с Кармином нет никаких шансов отменить их. Или Кармин еще просто не сталкивался с людьми, способными на подобное. И сейчас он поместил их в свою зону сражений. Сбежать не получится даже с помощью сил Леи. Они и так не планировали, но теперь битва будет до конца.

– Ну, Меладея, миру уже осталось жить в принципе недолго, что хранить эти секреты? – Леа пожала плечами.

– И не говори. Терпели, терпели и вот, – она усмехнулась. – Попали в ловушку к старику. Какая неприятность.

– Убью вас, с Саргоном уж мы все вместе справимся, – не обратил на их издевки внимания Кармин, – в целом я могу оставить вас тут умирать от голода. Даже Саргон сюда пролезть не сможет, а Азелина уже не позовешь.

– Верно, – только и бросила Леа.

– Великий пожар. Цепь тысячи звеньев бога Фламадея! Пламя Архитектора, – только и сказала Меладея, вызывая у Кармина удивление.

– Не может быть, как ты смогла связать пламя Архитектора? – он сделал шаг назад, оглядывая все вокруг.

– Что, сам попался в свою ловушку? – она пожала плечами. – Я больше тебе скажу… Я смогла связать сразу три пламени архитектора воедино. – Меладея сложила руки вместе. – Айон приходил в гости, я времени зря не теряла. И знаешь, что самое приятное из этого? – она замолчала. – Этого хватило на костер.

Все ее кольца полетели к ней, параллельно уменьшаясь в размере, из смертельных и огромных орудий они превратились в обычные украшения. Сильнейшая способность Меладеи наконец-то нашла способ проявить себя. Захватывать, связывать и использовать пламя других людей. Теперь на следующие десять минут она хоть и копия, но все же Архитектор. А с этой силой Кармину придется несладко.

Она сложила руки, и огромные плиты появились по бокам от заклинателя. Их размер вновь напомнил, насколько сильна была Эн. Они сжали Кармина и собирались измельчить его в ничто. Но по камню пошли трещины, и он выскочил из них, на ходу складывая знаки, листы его книги шелестели. Меладея не давала ему расслабиться и создавала каменные копья в след за ним.

– Знак тяжести. Знак отрицания. Знак легкой поступи. Знак щита, – он говорил так быстро, что понять его было почти невозможно, – Великий пожар. Сплетни Широ. Печать шести, – он вдохнул и продолжил. – Знак неминуемой гибели, – он зарычал. – Знак двадцати четырех защитных кругов!

Вокруг Кармина, словно пчелиный рой, стали появляться небольшие, всего метро диаметром, круги, состоящие из знаков. Их количество определяло его потенциал атаки и защиты. Максимальное известное им число – семьдесят два. Именно столько он использовал, когда запечатывал седьмой материк, поэтому двадцать четыре – это очень серьезное заявление. Они закружились вокруг него, каждый по своей орбите, готовые в любую секунду атаковать врагов и защищать хозяина. Меладея ударила в землю кулаком, уже не произнося название атак. Пики, что вырастали рядом с Кармином, разрушались с помощью кругов, в которых вписан знак неминуемой гибели. Им необходимо рисковать, если они хотели победить, иначе у них просто иссякнет пламя.

Меладея посмотрела на Лею и кинулась к Кармину. Нужно выиграть время. Она собиралась попытаться сломать шею заклинателю, используя один трюк. Скорость, реакция остались при ней, поэтому круги, используемые Кармином, промахивались. Королева Оборотней не прекращала создавать плиты, пики, каменные руки, трубы, все то, что когда-то показала ей Эн, чтобы заставить Кармина использовать нынешний максимум сил.

До заклинателя оставалось всего пару шагов, когда двенадцать лезвий окружили Королеву Оборотней, и тогда она прыгнула влево, чтобы через секунду Кармина настиг удар Архитектора.

– Отлично сработано, – только и ухмыльнулась Меладея, которая использовала пламя Леи и сама создала портал.

– Воровка! – крикнула подруга. – Ха, подожди меня немного… Я скоро.

– Это наш первый бой за столько лун, Меладея. До этого мы были на одной стороне, – заклинатель поднимался, явно испытывая последствия от удара Архитектора. – Если бы не знаки на мне, прах полетел бы по Виаруму. Они компенсировали урон.

– Не волнуйся, в следующий раз так и будет, – она усмехнулась, но в следующее мгновение ее глаза распахнулись.

– Знак переноса, – прошипел Кармин.

– Меладея!

Но зов Леи затерялся в крике Королевы Оборотней. Ее кисть резко вздулась черной жижей и закипела. Она прекрасно знала, что все тело Кармина покрыто знаками переноса сил от Ноа. Его сила способна разрушать пламя с помощью проклятий и отравлений. Одно из самых мучительных – кипящая кровь – сейчас передалось Меладее. Все стражи – монстры. Единственный способ не умереть в течение тридцати секунд – отрубить руку.

У Королевых Оборотней просто не осталось выбора. Превозмогая боль, она так сильно уменьшила одно из колец на локте, что оно оторвало ей левую конечность по плечо. Над раной пошел пар, и она замерцала странным зеленным блеском. Не вскипающая кровь и отрезанная конечность злили Меладею, а усмешка Кармина. Он осознавал, что та приближалась к пределу, раз использовала силу Архитектора.

– Мразь, рано ухмыляешься, – Меладея рыкнула. – Великий пожар. Цепь тысячи звеньев бога Фламадея. Связь нерушимой цепи, – ее оторванная рука в черной жиже истлела. – Леа?

– Да.

– Как бессмысленно, – Кармин ухмыльнулся.

– Великий пожар. Пульс сердца Космоса. Падение звездного неба, – Леа засмеялась после того, как назвала свой пожар. – Хаос навигатора! Да начнется безумие!

– Великий пожар. Сплетни Широ. Знак сорока восьми защитных кругов! – только и успел закричать Кармин.

– Слабак, – прошептала Леа.

И дальше, как и сказала Леа, начался настоящий хаос. Защитные круги Кармина полностью окружили его, создавая сферу. В это время небо раскалывалось, подобно стеклу, и рушилось им на головы. Оно падало, взрывалось и устраивало торнадо из-за высокой плотности энергии. Одна из способностей Леи – неконтролируемая смена потоков пламени с помощью неба. Лишь круги позволяли Кармину избежать смерти, но и этого было достаточно. Их ограниченную территорию накрыли полупрозрачные смерчи из-за все той же резкой смены плотности пламени. Его знаки, логично, не могли сдержать сами небеса. Все закончилось только через три минуты.

– Сами еле выжили! – рыкнула на Лею Королева Оборотней, – Последняя защита циркулярной защиты Широ от Эн разлетелась в прах. Еще бы чуть-чуть…

– Чуть-чуть все равно не считается! – возразила Леа. – Он еще живой.

– Не удивительно, – Меладея посмотрела на Лею. – Мое пламя…

– Да, я знаю, – навигатор кивнула.

– Битва с вами двумя не могла быть простой, это факт, – Кармин наконец-то позволил своим защитным кругам расступиться.

Лоб Кармина был рассечен, на правом бедре из открытой раны хлестала кровь, ушибы по всему телу, порванная одежда. Он тяжело дышал из-за физического перенапряжения. Он нахмурился, выдохнул и сложил руки перед собой. Раны на его теле снова стали стремительно исчезать.

Меладея посмотрела на Лею: им оставался только один рискованный шанс поразить его. Она успела лишь шаг сделать, как в них полетело не менее двадцати лезвий Кармина, больше передышки от него ожидать не стоило.

Леа высыпала последнюю пыльцу, взятую с собой, и начала переправлять круги с помощью порталов в разные части их боевой арены. Меладея активировала еще немного пламени и бросилась к Кармину.

– Жалкие попытки.

Она уворачивалась от кругов, прыгала из одного портала в другой, уже чувствуя подступающую тошноту от нехватки пламени. Она сжала руку в кулак, чтобы вложить максимум сил Архитектора. Кармин же в свою очередь облепил свое лицо и тело защитными знаками.

Она замахнулась, но ее костяшка остановилась в миллиметре от его носа. На нее устремилось сразу двадцать лезвий. Бежать было некуда. В следующее мгновение в тело врезались круги, дробя кости, разрывая кожу на лоскуты, кровь расплескалась вокруг Кармина. Навигатор закричала от ужаса. Металлические круги Меладеи стали слетать с нее и растворяться.

Кармин усмехнулся и взял ее за волосы.

– Вот и все. Я не показывал облачение знаками никогда. Понимаю, неожиданно, – его лицо вновь стало беспристрастным. – Минус одна, – сказав это, Кармин отрубил ей голову одним из дисков.

– Меладея!

– Ты следующая, – он посмотрел на Лею.

– Великий пожар. Цепь тысячи звеньев бога Фламадея. Нерушимая связь, – раздался голос Меладеи, и Кармин опустил взгляд вниз на ее голову, но губы оборотня были неподвижны, – Я не так горда, как вы думаете. Я умею учиться, – голос звучал сразу со всех сторон. – Особенно у своих детей.

– Опять провела меня! – закричала Леа, вытирая слезы.

– Вторая истина. Зеркала, искажающие судьбу, и роза Древа Жизни. Великая связь.

Пространство вокруг Кармина и Меладеи начало трескаться, и в этот раз Леа была тут ни при чем. Королева Оборотней решила нанести финальный удар, используя сразу несколько способностей своих детей и шанс, предоставленный Кармином. Как когда-то Келдая спала команду принца, она создала иллюзию для Кармина, и силы Редлая позволили ей вытерпеть боль от сил Ноа.

Ошеломленный заклинатель развернулся по сторонам и увидел, как Меладея, еле стоявшая на ногах, держала его книгу. А та, что летала рядом с ним, растворилась в мираже. Он открыл рот, не в силах сказать и слова.

– Удивлен, да? Никто не может коснуться твоей книги, – Меладея дышала через раз. – Это уже подарок от ринханто моего сына. Сильный парнишка. Все, что воображает, происходит наяву, – она закусила губу. – Вот и я с нетерпением представила твое пламя в своих руках.

– Меладея! – выкрикнул Кармин. – Если ты уничтожишь ее, то знаки с седьмого материка исчезнут и…

– Я знаю. Я лишь заставлю тебя страдать, – она прищурила глаз. – Великий… пожар. Цепь тысячи звеньев бога Фламадея. Связь, – на ее руках появились знаки самого Кармина, и тут же книга закипела черной жижей. – Вот тебе привет от Ноа, мразь.

Сказав это, Меладея начала падать на колени, но ее подхватила Леа. Та успела открыть под ней портал и переместить ближе, чтобы поймать. У них появилось время на передышку, потому что Кармин издал противный вопль и схватился за голову. Его созданные круги начали лопаться, как пузыри. Единственные знаки, что остались, – это сдерживающие поле боя. Он, не переставая кричать, схватил свою книгу и стал вырывать из нее листы, чтобы снять знак. Главную задачу Меладея выполнила, уничтожила любое вмешательство Ноа. Конечно же, на Кармине стояло проклятие смерти. Даже убив его, они бы погибли следом. Каждый поставил на кон свою жизнь.

Пока Кармин приходил в себя и стабилизировал пламя, Меладея посмотрела на Лею.

– В последний раз я лишалась всего пламени на Великой Войне, – говорила она шепотом. – Леа, ты должна сейчас сделать так, как я скажу. Хорошо?

– Нет. Я не разрешаю тебе разрушать искру, – Леа строго посмотрела на Меладею. – Ты все равно не разрушишь его знаки. Это бессмысленно.

– Я знаю, – она улыбнулась. – Я не собиралась разрушать искру. Я не могу… Грисдис просил меня жить. И хоть моя жизнь, вероятно, здесь закончится, я постараюсь выполнить его просьбу, – ее глаза горели красным. – Если я разрушу искру, то исчезнет связь оборотней. И… я предам их всех, но, – она взяла паузу. – Я сделаю кое-что… Это поможет тебе сбежать. Ты пообещаешь убежать, не оглядываясь?

– Что мне мешает взять тебя с собой? – рыкнула Леа.

– Кармин.

– Я вас уничтожу! Не думал, что использую это еще когда-либо! Да еще и с вами! – он полностью потерял над собой контроль. – Великий пожар. Сплетни Широ. Знак семидесяти двух защитных кругов!

– Это не предел, Леа, – Меладея начала подниматься. – Он последует за тобой и на Пятый материк.

– Но…

– Беги, Леа, беги. Ты еще должна помочь Гилему. Мой сын… Он… Ты должна его защитить, раз уже я не смогу, – она прошептала и сделал шаг вперед.

– Меладея… – Леа протянула руку, но тут же опустила. Из ее глаз брызнули слезы.

– Умрите уже обе! Знак непоколебимой смерти. Печати миллиона искр!

Кармин сложил руки, и за его спиной стали появляться круги со знаками разного размера. Меладея видела, что они изменились с прошлого раза и, вероятно, это уже не предел его сил. Они все чему-то научились и долго готовились. Вместо того, чтобы атаковать самим кругами, каждый знак отделился и заискрился. Когда они полетят в нее, подобно стрелам, остановить их будет уже невозможно – это абсолютное копье. Щит против них может выстроить лишь Архитектор, и то на пике сил. Однако Меладея припасла еще один козырь. Несмотря на желание отомстить Синделаю, Кармину, сюда они пришли для одной цели – убить Закариаса. И если Леа сейчас сбежит, то сможет помочь выполнить эту миссию в будущем. А ее время уже сочтено. Она выдохнула и собрала остатки своего пламени.

– Великий пожар. Цепь тысячи звеньев бога Фламадея. Связь, – последняя татуировка исчезла, и на выдохе Меладея произнесла то, что повергло в шок всех, – реальность.

Яркая вспышка озарила их территорию битвы, знакомая тонкая линия разделила ее пополам. Никто не ожидал, что Меладея настолько отчаянная, чтобы связать с собой искру Азелина. Минимум половина ее пламени тратилась на сохранение всего одной атаки. Зато сейчас она попала в цель. Почти. Она планировала разрубить Кармина на пополам, но атака ушла в сторону и отрубила ему лишь руку. Этот урон он восстановить уже с помощью знаков не сможет. Она начала заваливаться на землю под очередные крики Кармина, но Леа вновь ее поймала.

– Я же сказала убегать… Даже без руки его не победить, – прошептала Меладея.

– В этом уже нет смысла, – глаза Леи горели золотым, а значит, она использовала силы навигатора. – Это уже не наша забота.

– А чья… – глаза Меладеи распахнулись.

– Моя.

Синяя пыльца полетела по полю, и барьер, созданный Кармином, рассыпался. Атака Азелина полностью разрушила его знаки. Меладея прекрасно знала, какой эффект возымеет костер их предводителя, поэтому ограничилась лишь искрой. Да и вряд ли бы у нее хватило пламени на его сдерживание.

Силы Архитектора, Океана, Меладеи, Леи и других стражей, драконов впечатляли, однако, вероятно, только Азелин не боялся обычной золотой монеты, что летела с небес. Она упала, ударилась о камень с характерным металлическим звуком. Все знали, что это означало.

Кармин даже перестал стонать, когда прижигал рану. Перед ним стали появляться один круг знаков за другим. Вся эта паника направлена против лишь одного человека, который загородил своей спиной женщин.

– Использовать силу Азелина, чтобы разорвать клетку… Меладея, ты настолько безрассудна? – раздался насмешливый голос.

– Саргон, – только и выдохнула Меладея перед тем, как отключится.

– Где же ты пропадал? – помахала на него кулаком Леа. – Мы не ожидали появления Кармина! Этот старичок все нервы мне вытрепал.

– Леа, отнеси Меладею в безопасное место, – он не стал отвечать ей на претензии. – Скоро начнется очень тяжелая фаза битвы.

– А потом? – она кивнула.

– Возвращайся, – он не сводил глаз с Кармина. – Боюсь, Ранцикусу придется заглянуть на встречу, иначе ситуация будет… сложная.

– Даже так? Мне призвать…

– Нет, это должно остаться нашим последним козырем, – не дал ей договорить Саргон. – Или сами, или никак. Поторапливайся, у меня много дел.

– Поняла.

Леа взяла Меладею на руки и создала портал. Оттуда полетели бабочки, насекомые, замерцала пыльца и показалась морда единорога, которую она ногой затолкала назад. Лучше места, чем Пятый материк, для укрытия не придумаешь.

Когда портал за ней закрылся, Саргон усмехнулся и пошел к Кармину вразвалку. Он смотрел на него, перепуганного, с улыбкой. Кармин не ожидал такой подлянки от Меладеи в виде атаки Азелина. А вот Король Сорокатысячи Ног совсем не удивился. Он взял свою золотую монету и покрутил в руках. Он запустил ее в заклинателя. Один из кругов тут же отбил ее, но когда Кармин присмотрелся, то уже не нашел Саргона и в следующее мгновение получил сокрушающий удар в скулу. Причина, по которой Кармин даже не пытался сопротивляться, это полная бессмысленность. Король Сорокатысячи Ног видел каждый его шаг, знак, для него не существовало секретов. Единственный способ сделать так, чтобы Саргон ничего не узнал, – банально ничего не делать. Перед тем, как Кармин потерял сознание от очередного крепкого удара, разрушил все свои знаки.

– Девчонки так постарались, что даже разогнали облака. Хорошо. Не люблю дождь. Не привык к такой погоде, – Саргон смотрел на Кармина. – Убить тебя, что ли? – он пожал плечами и развернулся. – Ты, как всегда, думаешь только о себе, Зак. Хотя в этом случае я бы просто сидел и не двигался.

– Давно не виделись, мой дорогой друг, – Закариас шел к Саргону. – Желательно еще столько не виделись бы, но, увы, пришло время вам всем сдохнуть самой мучительной смертью.

– Около полутора тысяч лун нужно, чтобы мозги встали на место. Запомню. Когда в последний раз я держал тебя за глотку и ты дрыгался, лишь Азелин остановил меня от убийства, – он оглянулся по сторонам. – Ой, а его здесь нет. В этот раз все закончится.

– Азелин бы не позволил нам насладится битвой, – корона Закариаса расплавилась у него на голове. – Впрочем, приятного будет мало.

– Это точно.

В следующее мгновение Саргон оказался рядом с Закариасом, который ровно в эту же секунду полностью покрыл себя молнией. Хоть рядом и не нашлось источника в виде грозы. Впрочем, это не остановило Короля Сорокатысячи Ног от атаки. Голова Повелителя Грома взорвалась, как арбуз, и разлетелась искрами молнии. Тело же продолжало функционировать и схватило нападавшего за руку, поднимая столб из чистой энергии в небо. Однако даже скорость молнии не могла соперничать с глазами Саргона, который сделал всего пару шагов, чтобы увернуться. Повелитель Грома же уже материализовался рядом со шпагой из небесной стали, направляя ее прямо в сердце врага. Король Сорокатысячи Ног, не смотря в его сторону, присел на корточки, чтобы сразу же провести апперкот. Закариас подлетел на три метра от удара, но Саргон не остановился и, прыгнув за ним, схватил за шею, отправляя копьем в землю. Он смотрел, как ноги Повелителя Грома торчали из земли, как он разлетелся на молнию.

– Я слишком долго ждал, чтобы пытаться победить тебя старыми методами, насекомое! – Закричал Закариас, – Вторая истина. Полюса бога Ранди. Небесная сеть, – он взорвался вспышкой.

– Пытаешься сбежать? – Саргон усмехнулся.

Его внимание привлекло небо, там над его головой образовывался огромный шар из стали. Он, подобно жидкости, собирался в сферу колоссальных размеров, и в следующее мгновение вся масса упала на землю, взрываясь. Вокруг Саргона замерцало нечто синее, защищая от небесной стали. Но атака Повелителя Грома только начиналась.

Металл под ногами Короля Сорокатысячи Ног закипел, и его капли начали подниматься вверх. Они имели разный диаметр и застывали на различной высоте. Расстояние между ними было крохотным. Таким образом вся небесная сталь превратилась в сеть, у которой Саргон не видел ни конца, ни края ни сверху, ни по бокам. Ему пришлось активировать костер, чтобы нормально двигаться в этой сети. Он прекрасно осведомлен об истинных способностях Повелителя Грома и не собирался давать ему и шанса. Тем более все, что происходило, он уже видел… Миллионы раз.

– Наверное, дорого обходится использовать на такой посредственный прием костер, Саргон? – Закариас появился сбоку на расстоянии в сто метров. Он явно собирался сократить количество прямых столкновений. – Смена полюсов.

Поток пламени для нейтрализации атаки Закариаса у Саргона резко вырос. Помимо того, чтобы развеивать его небесную сталь, теперь приходилось отменять эффект от постоянной смены полюсов как окружающего пламени, так и собственного. Король Сорокатысячи Ног уступал по количеству пламени Закариасу, так как тот имел возможность использовать вечную грозу от слезы четвертого материка.

Косы Саргона начали закручиваться в одну большую, и выражение лица со спокойного изменилось на безумное. Синяя вспышка ослепила Закариаса. Над их головой появился рисунок, повторяющий татуировку Саргона за спиной, и прежде, чем Закариас успел предпринять хоть что-то, оказался в ловушке. От Короля Сорокатысячи Ног пошла куполообразная волна, напоминающая сферу, и накрыла всю территорию битвы.

– Как тебе моргается, Зак? Ты чувствуешь, с какой скоростью бьется твое сердце? Не пугайся… Оно не остановилось. Просто время в моем пузыре замедлилось в тысячу раз. Следующий его удар ты услышишь через шестнадцать минут, – он пожал плечами. – Но этого не произойдет. Твоя смерть наступит раньше. Мне даже не нужно использовать пожар, чтобы справиться с тобой. Ты плохо подготовился. Столько лун прошло!

Он медленно направился к нему, отодвигая на пути сферы небесной стали, словно они надоедливые мухи. Они стремились вернутся в заданное Закариасом положение, однако из-за пузыря времени словно застыли на месте. Саргон посмотрел наверх, там безо всякой грозы сверкнула молния и часы в небе стали крутиться еще быстрее. Теперь даже молния не могла спасти Закариаса, застревая в ловушке.

Он подошел к Повелителю Грома, вглядываясь в его не поспевающие за ситуацией эмоции. Скорее всего, головой он уже все осознал, а вот тело такой скоростью не обладало. Саргон взял его за горло и поднял над землей. По его скромному мнению, слишком много телодвижений и громких слов для такого жалкого финала битвы. Все это он уже видел.

– Я до сих пор не могу понять, к чему все это, Закариас? Ты же знаешь, что не можешь победить меня, – он говорил, по сути, сам с собой. – И это не высокомерие или принижение твоих сил. Нет. Правда. Так распорядилась судьба, что я вижу будущее, – его глаза загорелись ярче. – Мы могли бы жить в мире, запечатать седьмой материк и просто… – он замолчал. – Мы потеряли так много… каждый из нас, зачем же терять, в конце концов, себя? После твоей смерти я убью Синделая и после того, как Айон запечатает седьмой материк Кармина и Ноа, – он улыбнулся. – Ноа всегда удивлял своим безумием и авантюрами. Поставить проклятие разума, чтобы я не смог загнать тебя снова в лабиринт… Умно. Но этого мало. Умри.

Раздался хруст, и тело Закариаса упало к ногам Саргона со сломанной шеей.

– Таков финал, – прошептал Король Сорокатысячи Ног, изображение часов над его головой исчезло. – Леа, пора… – он замер с широко распахнутыми глазами и медленно опустил взгляд вниз.

Из его груди торчала шпага Закариаса.

– Битва еще не окончена, Саргон.

* * *

– Какая красота… – прошептал Кайл и посмотрел вперед.

Они шли вверх по очередному крутому холму, но теперь из-за горного воздуха у него слегка кружилась голова и чувства стали острее. Команда наконец-то смогла хоть и вдалеке, но увидеть те самые колоссальные плечи Первого великана.

Им еще предстояло дойти до каких-то ворот, потом взобраться по очередной лестнице и только там сорвать снежный цветок, однако цель перед глазами давала отличный стимул. Еще Кайла пугал неестественно синий цвет кожи Айона. Их согревали знаки госпожи Марил, одежда, Гилем повышал температуру вокруг, да и в целом было не холодно. Вот только их Архитектор все больше становился похожим на труп.

На середине пути Ранцикус резко остановился. На его правом плече начал крутиться один из кубиков, потом другой. Он развернулся к Азелю с ошеломленным лицом.

– Азель, Леа использовала пожар! – все его татуировки двигались. – Азель, что делать? Мое пламя…

– Готовься, что еще? – сказал тот строго. – Если нет выбора, зачем сожалеть, – он быстро окинул команду взглядом, вытащил шпагу. – Я здесь, госпожа Марил тоже и Гилем. Нам хватит сил, если что. Сколько времени у тебя есть?

– Нисколько.

– Тогда начинай.

– Великий пожар. Абсолют равновесия. Тысяча событий.

Он сложил руки вместе. Все бинты, что скрывали его кожу, начали слетать с него и рассыпаться в труху. А татуировки отделились и рассыпались вокруг. На гранях кубов горели цифры, и, вероятно, лишь Гилем мог понять их предназначение. Через пару мгновений они растворились, и он достал саблю, втыкая ее перед собой. Следом даже над ними начало трескаться пространство. Илай сразу понял, что происходило. Объяснение свалилось им буквально на голову. Леа, израненная, уставшая и недовольная, поднималась со снега. К ней тут же бросился Ранцикус, но она оттолкнула его. Спорить тот с ней не решился.

– Дела плохи, – начала она. – Меладея потеряла силы и руку, Саргон вступил в битву… а главное! Кармин, оказывается, на четвертом материке. Я без понятия, куда делся Ноа и на шестом ли он материке. Будьте осторожны. Ноа… Азель, ты знаешь, что Ноа больной на голову. От него можно ожидать чего угодно.

– Хорошо, Леа, – Азель кивнул. – Не волнуйся. Нас слишком немного для него. Мы справимся.

– А что происходит? – Айон сделал шаг вперед.

– Закариас побеждает. Когда мы победили Синделая и готовились уже уничтожить его, появился Кармин и… уделал нас. Я отнесла Меладею на Пятый материк, – она посмотрела на Закариаса. – Надо использовать печать. Без тебя она не сработает. Но что нам делать?

– Все уже решено. Ранцикус может отправиться с тобой, – Азель кивнул. – Леа, ты точно уверена, что хочешь воспользоваться общей печатью?

– Мы планировали использовать ее для Ноа и Кармина, но сейчас, – она показала руку, горящую красным. – Саргон на грани смерти, это значит… Закариас побеждает. У нас нет выбора, Азель.

– Я… – Азель поджал губы. – Мне жаль.

– Дружище, не переживай за нас, – Ранцикус подошел к нему и положил руки на плечи. – Мы же все здесь по собственной воле. Даже ты нас не заставлял. Все дорогие нам люди уже давно умерли, мир изменился, тут не осталось ничего знакомого. Но это не причина позволить ему разрушиться. Заверши свою миссию.

– Я требую объяснений, – Айон ударил ногой по земле, и гора задрожала. – Ой, простите, я не хотел никого напугать.

– Мы готовились нейтрализовать Кармина и Ноа, а вместе с ними и еще каких-нибудь приспешников с помощью печати времени, вероятности и космоса. После определенных событий у нас появилась на это возможность. К сожалению, это означает или нашу гибель или заточение. Все зависит от того, кто выйдет из конфликта победителем.

– Вы собираетесь умереть?.. – прошептал Илай.

– Мы приняли тот факт, что можем не вернуться, дорогой, – ответила Леа. – Мы – стражи, и наша задача спасти Виарум и вас, – она посмотрела на свою красную руку, – но времени уже не осталось.

– Прощайте, – вздохнул Ранцикус. – Надеюсь, еще увидимся, дружище.

Он с Леей подошли к Азелю и обняли, и случилось невероятное – тот обнял их в ответ.

– Я буду ждать вашего возвращения, – Азель отстранился и улыбнулся. – Если что, я заберу Меладею.

– Хорошо.

И сразу за их плечами пространство по щелчку Леи начало трескаться и разваливаться на золотые осколки, рассыпаясь в пыль. Подул по-настоящему теплый ветер, в проеме засверкали тысячи звезд, и аура стражей загорелась ярко-желтым. Первой шаг назад, не сводя взгляда с Илая, сделала Леа. Она улыбалась, смотря на обескураженного сына. Оно и понятно. Перед ним стоял самый чистый и некорыстный пример жертвы ради мира. На фоне собственной мамы он заколебался.

Последний взгляд Ранцикус подарил Азелю. Ему предстояло поведать своим друзьям, и главное, любимой, историю жизни, которая и породила все вокруг. И он ему совсем не завидовал, даже рассыпаясь на пыль и перемещаясь в самое пекло сражения.

– И что теперь? – первой нарушила тишину Риса. – Что нам делать, Азель?

– Как и сказал Ранцикус – идти дальше, подниматься все выше и выполнить наконец-то свое предназначение – спасти Виарум, – он повернулся к ней. – Нам повезло, что самый опасный участок пути с нами был Ранцикус. Поверьте моему опыту, до ворот осталось несколько часов пути.

– Тогда вперед, – решила Сина и первая пошла по заданному курсу.

Айон смотрел, как его команда начала формировать цепочку для поднятия вверх. Он все еще не мог свыкнуться с мыслью об их желании пожертвовать всем. Раньше, когда все только и пытались спасти его жизнь, принц корил себя за само существование. Если бы не он и не это проклятие, никто бы не умер. На шестом материке Айон отчетливо понял – на его месте мог быть кто угодно. Они все лишь фигуры на доске, ни у кого нет выбора. Даже у стражей, даже у самого Азеля. У них есть цель – спасти Виарум от надвигающейся катастрофы. Они так много потеряли и продолжали терять. Без сожалений и слез Ранцикус и Леа растворились в небытии и, скорее всего, уже никогда не вернутся. А он стоит здесь, посреди белоснежного поля, и все еще недостаточно силен, чтобы защитить своих друзей. Сейчас же его небьющееся сердце пронзило непомерное чувство вины. Эмоции стали также покидать его.

– Айон?

Его позвала Сина, которая остановилась, вероятно, чтобы привести принца в чувства и заставить идти. Ей предстояло умереть за него. Как и Редлаю. Она умрет. Только сейчас осознание водопадом упало на его плечи. Ее мягкая улыбка на губах подсказывала – она догадалась о его мыслях.

Он же смотрел на нее и прошептал одними губами извинения. Но Сина отреагировала удивлением и резким движением. В следующее мгновение трезубец направился ровно к голове Айона.

– Сина!