Стоя на следующий день в ведьмовской кухне Ранесс, я пришла к выводу, что текила накануне была плохой идеей.

Ранесс должна была определить масштаб моих сил, чтобы понять уровень способностей и на основе этого скорректировать план тренировок. В этом был только один плюс: на занятии я присутствовала одна, и никто не видел моих страданий. Учитывая мой чувствительный желудок, чудо, что меня не вырвало прямо на кожаные туфли моей преподавательницы.

Когда она определяла масштаб, мне казалось, что все мое тело, начиная от кончиков пальцев, пожирал мерзкий демон, тщательно сгрызая внутренности и устраивая после этого у меня в груди вечеринку. Я уже готова была пообещать Ранесс своего первенца, когда она наконец-то оставила меня в покое. По крайней мере, Ранесс казалась довольной: она явно боялась, что мои силы будут менее развиты. Где-то в глубине души я тоже была довольна, но больше всего тем, что выбралась из подземелья.

По пути наверх я проглотила таблетку аспирина и запила ее водой. Тело умоляло меня пойти домой и оставшийся день провести на полу ванной, но что-то во мне противилось этому. Я вспоминала взгляд Фила, которым тот наградил меня, когда я вчера сбежала.

Артагианцы рассчитывали на меня.

И мне нужно было справиться с этим.

Я дошла до главного коридора в первом здании. Блестели хрустальные люстры, несколько человек сбились в кучку и тихо разговаривали.

По синему ковру прямо ко мне шла группа охранников, все были одеты в темные брюки, рубашки и кожаные куртки. Повстречай я их на улице, скорее всего, даже и не заметила бы. Сейчас же обратила внимание только потому, что знала одного из группы. Жесткий взгляд, оливковая кожа, темные волосы – это был Кейн. Когда группа поравнялась со мной, он остановился, остальные молча промаршировали дальше.

– Мисс Сиборн, – он сложил руки за спиной, – рад вас видеть. Вы уже освоились?

– Ну да, немного, – ответила я, удивившись, что он заговорил со мной.

– Я рад. Надеюсь, вы понимаете, какую ответственность приняли на себя. Я слышал, вы вчера пропустили силовую тренировку.

Шею обдало жаром.

– У меня… возникла чрезвычайная ситуация.

– Могу я вам чем-то помочь?

Кейн внимательно рассматривал меня. Казалось, он понимал по моему лицу, что я лгу.

– Нет, спасибо, я справлюсь, – наконец ответила я.

– Надеюсь. Такие ситуации не должны повториться.

Еще раз пронзив меня взглядом, Кейн отвернулся и проследовал дальше по коридору.

Я скрипнула зубами. Теперь у меня горел не только затылок, но и все тело.

Почувствовав на себе любопытный взгляд какой-то незнакомой девушки, я очухалась. Вообще-то я хотела выпить кофе, но вместо этого вернулась в подземелье и прислонилась к стене у двери, за которой должен был пройти мой следующий урок под названием «Покорение воды».

Стена была холодной, как и успокаивающие прикосновения воздуха на коже. Вокруг не было никого, кроме меня. Я сделала глубокий вдох, наслаждаясь кратким мгновением покоя, и услышала шаги, доносящиеся с лестницы.

– Я выиграл, – воскликнул Карлос, когда остальные члены внутреннего круга завернули за угол и подошли ко мне. Он требовательно протянул Пенну руку и улыбнулся мне, получив от него купюру. – Я поставил на то, что ты придешь сегодня.

– Да, очень мило, что она соизволила заявиться сегодня, – прокомментировал Дилан, сжав губы в жесткую линию.

– Ди, – сказала Скарлетт, коснувшись его руки.

– Ты бледная, – заметил Пенн. – Все хорошо?

– Лучше не бывает, – ответила я.

– По лицу незаметно.

И тут я вдруг рассердилась на саму себя из-за того, что прогуляла вчерашний день. Если бы я продержалась, мне не пришлось бы терпеть тупые лозунги и обеспокоенные взгляды, так же как и опять накатившую тошноту. К счастью, преподаватель не заставил себя долго ждать, избавив меня от дальнейшего позора.

Фаусто был крупным парнем немногим старше тридцати лет, с бесчисленными татуировками на темной коже. Его плечи были толщиной с дерево, и он первый не стал говорить мне при знакомстве уже ставшую привычной фразу, что знал мою маму. Вместо этого он просто кивнул нам и открыл двери.

Комната, в которую мы вошли, была квадратной, выложенной темной грубой каменной кладкой. Здесь не было окон – тусклый свет давали факелы и несметное множество свеч. Посередине расставили по кругу семь бочек, доверху наполненных водой. На их поверхности отражались легкие блики света.

Все подошли к бочкам, явно делая это уже не в первый раз. Я последовала их примеру и снова, как назло, оказалась между Пенном и Диланом.

Видно, такая у меня карма.

Фаусто указал на бочку перед собой. Я чуть не открыла рот от удивления, когда она неожиданно поднялась в воздух, покачиваясь в нескольких сантиметрах от пола. Изящным движением он заставил ее проскользить к концу комнаты, там поставил на землю и прошел через образовавшуюся щель в круг.

– Вам что, приглашение нужно? – спросил он, отчетливо и раскатисто выговаривая «р». – Вы знаете, что делать. Начинайте.

Остальные тут же указали на бочки перед собой. Я с изумлением наблюдала, как Карлос создал из воды шар идеальной формы, поднял его и оставил висеть в воздухе на несколько секунд – примерно так Фаусто до этого поступил с бочкой. Поверхность шара блестела, как стекло. Внутри голубым цветом засветилась энергия, внезапно шар разлетелся на части. Капли легким ореолом окутали голову Дилана. Через несколько секунд они снова объединились, превращаясь обратно в шар, прозрачный, как стекло. «Холдеры управляют составом воды», – вспомнила я.

– Начнем, Реган?

Фаусто остановился у моей бочки. Его голубые глаза блестели в тусклом свете.

– Я этого еще никогда не делала, – призналась я.

– Но ты знаешь, что тебе предстоит.

– Да, Кестон объяснил мне суть ритуала.

Он довольно кивнул.

– Чтобы у тебя получилось объединить магию пятерых участников, ты должна на тренировке связать свои способности с силой остальных сирен, изучить ее. Чем чаще ты будешь это делать, тем сильнее станет связь и тем дольше ты сможешь ее поддерживать. Вода, как и твоя память, может сохранять все, поэтому ты должна тренироваться каждый день, пока не сможешь повторить последовательность даже во сне.

За его спиной Карлос отправил свой шар Пенни. Она указала на него руками, и через мгновение он застыл, превратившись в кристалл. Гладкие поверхности и края отражали свет факелов и свечей. «Шарпы обладают ремесленными навыками».

– Сначала ты строишь мост, ведущий к воде, и связываешь себя с ней. Если у тебя получится, я тоже соединюсь с водой. Затем ты попытаешься с помощью своей энергии найти мою и построишь второй мост ко мне.

В пустом животе все скрутилось узлом. Я не поняла ни единого слова. Найти его энергию? Построить мосты? И как мне все это сделать?

Я подняла руку и нащупала магию, поймав ее через несколько долгих секунд. Одного этого хватило, чтобы я запыхалась. Закрыв глаза, я представила себе, как связываюсь с водой, и увидела перед собой четкую картинку моста. Я почувствовала легкое тянущее чувство, как и в тот раз, когда рисовала руну, чтобы попасть в Грот. Я открыла глаза и увидела в воде голубое мерцание, ускользнувшее от меня с такой же быстротой, как и кусок мокрого мыла.

– Еще раз, – велел наставник. – Работай с водой, а не против нее.

Я кивнула и снова потянулась к магии. Фаусто не сводил с меня внимательного взгляда. Энергия, как гладкая прохладная змея, обвилась вокруг моих пальцев. Она гудела, формировалась, освещала воду – и опять ускользала от меня.

В третий, четвертый и пятый раз было то же самое.

В это время остальные вокруг меня с легкостью поднимали воду из бочек, заставляя ее метаться в разные стороны, как будто перед ними была плазменная лампа, или превращали ее в струйки пара. И только я снова и снова терпела неудачу. Несколько раз на поверхности моей бочки показывалась рябь, и на мгновение я чувствовала на языке прохладу, но на этом все.

Лишь капельки пота на лбу показывали, как я старалась.

– Продолжай попытки и к следующему занятию загляни в те книги, которые тебе дал Кестон, – сказал Фаусто, видимо, убедившись, что большего он от меня сегодня не дождется.

Я смущенно кивнула, и он подошел к Пенну, указав на образованный им яркий столб воды. Внутри тут же вспыхнул темно-синий свет. Когда Дилан последовал примеру преподавателя, голубая энергия Пенна и темно-синяя Фаусто слились в своеобразный цвет, пронизанный белыми вспышками энергии. «Ловетты связывают различные энергетические нити и управляют ими. Эвианы – мастера защитных печатей». У других все получалось как по маслу, только мне одной по-прежнему ничего не удавалось.

Когда нас наконец-то отпустили, я чувствовала себя как выжатый лимон. Магия горела у меня в венах, и я понятия не имела, как перенесу силовую тренировку. Совсем измучившись, я пошла за остальными в столовую, надеясь, что немного еды и крепкий кофе помогут мне продержаться до конца.

– Сядешь к нам? – спросил Карлос, когда мы друг за другом набирали еду на линии раздачи.

– Ладно, – сказала я.

– Здорово, у меня столько вопросов.

– Может, мы сначала найдем столик? – вмешалась Пенни. – Мэдди плакала полночи, и у меня на завтрак был только двойной эспрессо.

– Ой, она уже пробудилась? – спросила Скарлетт, направляясь к свободному столику в стороне.

– Еще как. – Пенни зевнула, взъерошив рыжие волосы. – Мама работала в ночную смену, и мне пришлось присматривать за ней.

– Речь идет о магии, – прошептал Пенн мне на ухо, скользнув на сиденье рядом.

– Что? – переспросила я, взглянув на него.

– Сестре Пенни четыре года. В этом возрасте у некоторых сирен уже начинают развиваться артагианские способности. Хотя вряд ли тебя это смутило.

– Возможно, дело в том, что она только что проявила себя просто отвратительно, – тихо сказал Дилан, но я его прекрасно поняла, как и остальные.

Когда он поднял голову, я увидела, что в его голубых глазах застыл лед.

– Итак? – спросил Дилан. – Только не говорите, что вы не поняли масштаба трагедии. Наша избранница совсем ни на что не способна.

– Ты что, сдержаться не можешь? – пробурчал Пенн.

– Я говорю правду. Раз уж ты ее сюда притащил, тебе с этим и разбираться.

– Да что тебе не нравится?

– С чего начать? – грустно рассмеялся беловолосый. – Возможно, с того, что она согласилась участвовать в магическом ритуале, о котором не имеет ни малейшего понятия.

– Следи за словами.

– С какой стати, принц? Пусть послушает, что я…

– Дилан! – резко оборвала его Скарлетт.

Дилан застыл, руки его сжались в кулаки.

– Посмотри на меня, Ди.

Дилан сглотнул. Прошло несколько секунд, потом он повернул голову, и они посмотрели друг на друга. Напряженный взгляд, полный тоски, смешался с горящей яростью, отражающейся в глазах парня.

– Она делает это для нас, – нежно произнесла Скарлетт, протягивая руку. – Не обижайся на нее.

На мгновение показалось, что Дилан расслабился. Но внезапно он отдернул руку и схватил поднос.

– Извините. – Он встал и исчез между столами.

Я смотрела ему вслед, сильно билось сердце, а грудь жег стыд. И дело не в его отношении ко мне – он был прав. У меня совсем ничего не вышло, и все это видели. Вдруг мне кое-что пришло в голову, и вина начала мучить еще сильнее. Неужели это был Дилан? Он потерял кого-то во время последнего ритуала и поэтому так плохо относился ко мне?

Я уже хотела взять поднос и уйти, но Скарлетт опередила меня.

– Я поговорю с ним, – сказала она. У нее побледнел нос, хотя несколько секунд назад я этого не замечала. – Прости, Реган.

– Спасибо, Скар, – откликнулся Пенн.

Я не успела ответить, Скарлетт схватила свой поднос и тоже исчезла. Карлос взъерошил волосы.

– Вечно одно и то же, – пробормотал он.

– Так у него всегда такое хорошее настроение? – спросила я.

– Ты тут ни при чем, – объяснил Пенн. – Это же Дилан. Скарлетт со всем разберется.

– А пока, может, наконец расскажешь, как ты задала Пенну невероятную взбучку? – попросил Карлос.

– Ты серьезно? – Пенн взял вилку и нанизал на нее несколько макарон.

Никто из нас до сих пор еще не прикасался к еде.

– А то! Я хочу все знать.

Было ясно, что он пытался нас отвлечь. Мне совсем не хотелось говорить, но я взяла себя в руки. День ритуала обязательно придет. Нам придется заключить союз, чтобы волшебство подействовало, а для этого мне надо было научиться доверять остальным. Разговор – это уже начало.

Карлос и Пенни с интересом наклонились, без конца задавая мне вопросы. Тягостная атмосфера рассеялась так же быстро, как и появилась. Карлос явно обладал талантом разряжать обстановку.

После того как из меня вытащили все подробности нашей первой встречи с Пенном, я воспользовалась возможностью и стала сама задавать вопросы. Их жизнь почти не отличалась от моей.

Все пятеро выросли в Гроте и с детства знали, какую роль им предстоит сыграть. Их родители или старшие братья и сестры участвовали в последнем ритуале. Пенни и Дилан поступили в Лондонский университет. Он выбрал историю, а она – английскую литературу. Скарлетт заочно училась в Кембриджском университете, изучая юриспруденцию, а Пенн занимался экономикой и менеджментом в Лондонской школе экономики. Его отец входил в совет директоров «Ллойдс Банк»[19], что объясняло, как все это удовольствие финансировалось. Если не считать меня, в университете не учился только Карлос. Он поступил в спортивный вуз, но, бросив его, работал с тех пор барменом в «Моряке».

На несколько минут я забыла о происшествии с Диланом, однако настрой продлился ровно до того момента, как мы пришли в тренажерный зал. Союз распался, потому что Скарлетт и Дилан уже не вернулись.

Живот скрутило, и я встала на беговую дорожку. Жаль, что сегодня я была почти без сил. Уже через несколько минут я запыхалась и снизила скорость.

– Если это твой уровень, в пятницу в игрушки будем играть, – заметил Пенн, вставая на тренажер рядом со мной.

Он надел черные шорты и футболку с длинными рукавами, которая подчеркивала его бицепсы.

– Если тебе так хочется.

– Вообще-то нет. Я бы лучше сразился с настоящей Реган.

– Как будто ты меня хорошо знаешь.

– Я хотя бы знаю, что ты нехило бьешь.

Я сглотнула, отвернулась и посмотрела на экран перед собой, на котором я бежала по зимнему заснеженному лесу. Мне нравился снег, он успокаивал.

– Ты вчера вечером не была дома? – спросил Пенн после некоторого молчания и тоже сбавил скорость.

– Следишь за мной?

Он пожал плечами.

– Тогда было бы понятно, почему упражнения у Фаусто так тяжело тебе дались. Алкоголь влияет на твою магию, и раз уж ты теперь используешь ее чаще…

– Я правда ценю твою заботу, но я уже большая девочка и могу сама о себе позаботиться.

Он вздохнул.

– Не принимай все так близко к сердцу. Нам всем пришлось через это пройти, кому-то повезло больше, кому-то – меньше.

– А у тебя как было?

Раз уж он об этом заговорил, мне захотелось узнать подробности. И я сильно удивилась, когда Пенн ответил.

– Мне было семнадцать, и я тогда хорошо напился. У меня было несколько дерьмовых дней. После тренировки с Ранесс я не только испортил ей обувь, но мне еще и пришлось убирать котельную. Тебе не понравилось бы, поверь мне.

Представив себе этого мальчишку, который на четвереньках драил пол подземелья, я не смогла удержаться от смеха. Пенн тоже засмеялся.

– Ощущения довольно неприятные. С тех пор Ранесс относится ко мне намного строже, чем к остальным, и все время внимательно рассматривает меня. С тех пор прошло шесть лет.

Мы опять на несколько минут замолчали, и тишину снова нарушил Пенн.

– Дилан не это имел в виду. Временами он ведет себя как козел, но ты тут ни при чем.

– Забей, Пенн, – сказала я и снова посмотрела на экран, где теперь кружились хлопья снега. – Пока я и сама неплохо справляюсь. Я здесь не для того, чтобы заводить друзей, а для того, чтобы выполнить свой долг.

– Одно не исключает другого.

Я опять посмотрела на него, но он надел наушники и опять увеличил скорость.

«Одно не исключает другого».

Возможно, нас шестерых и заставили создать союз, но из-за этого мы не стали тут же друзьями. Дилан высказался резко, и он был прав. Я понятия не имела, во что ввязалась, и от моего поведения вряд ли кому-то стало легче.

Мы с артагианцами заключили сделку, и я выполню свою часть. Ради мамы и папы. Ради Леноры. Но доверять Пенну?

Нет, до этого еще далеко.