С приближением зимы северный тракт становился пристанищем для тех, кто спешил вернуться в большой город до начала холодов: торговцы, воины, артисты, чиновники в богатых паланкинах – все собирались на широкой дороге и вереницей двигались в сторону Байшаня.

Потратив уже несколько дней на дорогу, Фэн Мэйфэн плелась за чьей-то поскрипывающей повозкой, ведя за собой лошадь. Последние рисовые колобки, которые она прикупила во время привала, закончились ещё утром, и теперь от голода у неё сводило живот. До деревни Сянь, где Мэйфэн собиралась сегодня заночевать, оставалось всего около пяти ли, но другие путешественники двигались слишком медленно, отчего все рисковали вместо тёплой комнаты на постоялом дворе довольствоваться лишь небом над головой.

Солнце клонилось к закату, ярко освещая пологие склоны горной гряды, и из долины, которая раскинулась с левой стороны от тракта, послышался низкий клёкот, словно перекрикивалась стая птиц. Путники сразу заволновались и принялись зажигать факелы и фонари, отчего вереница людей стала больше напоминать праздничную процессию. Многие ещё ни разу в жизни не видели демонов вживую, но каждый знал, что с наступлением сумерек эти твари выбираются из своих гнёзд и рыщут по округе, а потому следовало разводить огонь, чтобы отпугнуть яогуаев.

Фэн Мэйфэн могла бы подсказать им более действенные приёмы против демонов, но не собиралась раскрывать себя и всю дорогу притворялась простым юношей в бамбуковой шляпе. По крайней мере, с такой маскировкой она избегала неприятностей с мужчинами и не привлекала ненужного внимания.

Повозка впереди громко скрипнула и остановилась, преграждая путь всем, кто ехал следом. Путники за спиной Фэн Мэйфэн сразу разразились руганью и подтолкнули её, как самого молодого и бойкого юнца, чтобы сходила проверить, в чём дело. Потянув лошадь за поводья, она обошла повозку и увидела, как несколько пожилых торговцев, чьи телеги тоже застряли в этой очереди, уже собрались в тесном кругу и принялись что-то обсуждать, не выбирая выражений.

– Руки бы выдернуть здешнему магистрату!

– Да при чём здесь он?! Ты выше, выше смотри! Как думаешь, кто на самом деле развалил нашу провинцию?

– Тише ты…

Фэн Мэйфэн приблизилась к торговцам и перед тем, как заговорить, прокашлялась, пытаясь сделать свой голос ниже.

– Господа торговцы! – Она опустила поля бамбуковой шляпы, скрывая глаза. – Доброго вечера вам! Не знаете, долго ли нам стоять?

– Тьфу ты! – фыркнул один из них и ткнул кривым пальцем в воздух, указывая на длинную вереницу лошадей и повозок. – Слепой, что ли? Смотри, сколько народу впереди! И вообще, не мал ли ты для таких путешествий? Небось ещё волосы в узел не собрал[68], а уже сбежал из дома и решил, что можешь кататься по тракту в одиночку.

– Я простой путник и спешу поскорее добраться до деревни Сянь. Если вам больше нечего мне сказать, то прошу меня извинить.

– Ладно-ладно, этот господин просто шутит, – вмешался другой торговец, его полные щёки порозовели от вина, а пустую тыкву горлянку он уже закинул на плечо. – Похоже, мы здесь застряли до утра. Дальше по дороге застава: дозорные спрашивают документы и досматривают все повозки. Говорят, это из-за банды мятежников, которые разбойничают в наших краях, а ещё недавно ходили слухи, что они стали промышлять тёмными заклинаниями и перевозили по провинции гробы с цзянши! Страх-то какой… неспокойно совсем стало, правда ведь?

Фэн Мэйфэн сглотнула и закивала, подыгрывая торговцам. Неужели их с Ван Юном безобидная поездка через Долину холмов уже обросла такими легендами? Как бы то ни было, сейчас ей стоило подумать о более важных вещах: пропустят ли её на заставе и успеет ли она сегодня добраться до деревни.

В дороге она провела слишком много времени, а День восьми ветров наступал уже завтра, поэтому больше задерживаться Мэйфэн не могла.

– А есть ли другой путь до деревни Сянь? Дело в том, что я и правда очень спешу.

– Насколько я знаю, отсюда ведёт охотничья тропа, – понизил голос всё тот же мужчина с пустой тыквой горлянкой. – Но это опасно, сейчас всякие нечистые твари гнездятся в лесах, а тебе, малец, с яогуаями ни за что не справиться!

– То ли дело адепты школы Дафэн, – шёпотом заговорил ещё один торговец, на вид самый старший. – Они по-настоящему защищали эти земли, помогали простым людям, таким как мы. Помню, тогда жилось спокойно и на дорогах всегда было безопасно. После того как пик Юнфэй сгорел, мы и так претерпели немалые невзгоды, а теперь и вовсе останемся ни с чем, ведь даже за проезд по тракту придётся выложить мешок монет.

– Тшш, глупый, что ли? – прервал его первый. – Такие слова говоришь прямо под носом у солдат! Беду на нас накликаешь.

– Спасибо вам, добрые господа! – Фэн Мэйфэн уважительно поклонилась торговцам. – Я всё же попробую проехать по тропе.

Мужчины только покачали головами и проводили её долгими взглядами, выражающими непонимание и безмолвный страх. Для них любой, кто с наступлением ночи решался идти через горный лес, сразу мог считаться мертвецом.

Сверив слова торговцев с картой, Мэйфэн сошла с освещённого огнями тракта, запрыгнула в седло и тихим шагом направила лошадь в чащу. Отыскать нужную дорогу в наступающих сумерках было нелегко, но вскоре копыта уверенно зацокали по каменистой земле, и охотничья тропа повела путницу к крутому обрыву, рядом с которым в неглубоком ущелье протекал ручей Цзиньси.

– Хорошая девочка, вперёд! – Фэн Мэйфэн погладила тёплую шею лошади и с опаской посмотрела вниз, куда срывались вылетавшие из-под копыт камушки. – Осталось немного, и мы доберёмся до постоялого двора.

Шум быстрой реки отдавался эхом от скал, кроны высоких деревьев поскрипывали из-за резких порывов ветра, и холодный воздух медленно пробирался под ворот Фэн Мэйфэн, отчего по её спине пробежали колючие мурашки. Она постоянно оглядывалась: в воздухе явно чувствовался кисловатый смрад – такой запах оставляли после себя демоны.

Тени, ползущие со стороны леса, зашевелились, и между высокими стволами, которые цеплялись за склон крепкими корнями, загорелись жёлтые глаза. В одиночку вступать в бой с тварями было опасно, поэтому Мэйфэн посильнее ударила по бокам лошади, заставляя её бежать рысью по краю обрыва.

Чем дальше она продвигалась, тем больше появлялось призрачных огней во тьме: впереди, среди деревьев, тоже замелькали глаза, и прямо на охотничью тропу, передвигаясь на четвереньках, вышла стая яогуаев. Демоны напоминали детей не старше трёх лет, их кожа имела красноватый оттенок, а чёрные волосы паклей свисали до самой земли. Фэн Мэйфэн не остановилась и сложила два пальца левой руки вместе, сплетая из лунной ци технику.

– Пошли прочь! – сказала она твёрдо, и дрожащий шар света возник из ниоткуда в том месте, где стояли демоны.

Послышался визг, твари бросились врассыпную, но яркая вспышка ослепила и кобылу: та заржала, вставая на дыбы. У Мэйфэн перехватило дыхание, а мир так быстро перевернулся, что она от неожиданности выпустила поводья и беспомощно замахала руками.

Бах. Правая нога застряла в стремени, и Фэн Мэйфэн повисла вниз головой над обрывом, ударившись о каменный склон затылком. Перед глазами всё поплыло, а в лодыжке, кажется, что-то хрустнуло. Лошадь беспокойно запрядала ушами и ещё отступила, ближе подходя к краю.

– Стой, стой! – крикнула Фэн Мэйфэн и попыталась приподняться, но виски пронзило тупой болью, словно в череп вколачивали деревянные колышки. – Агх! Не могу…

Откуда-то сверху до неё доносился мрачный детский смех, от которого волосы на теле вставали дыбом, но стоило ей представить маленьких красных демонов, заполнивших тропу, как звенящий над ущельем шум внезапно утих. Послышались чьи-то быстрые шаги, и спустя мгновение лошадь послушно пошла вверх по склону, как будто кто-то повёл её за собой.

Неизвестный человек в чёрном вытащил ногу Мэйфэн из стремени и легко подхватил заклинательницу, не давая ей упасть на землю. Удалось разглядеть только часть лица, прикрытого капюшоном, но даже этого хватило, чтобы понять, что наследница клана Фэн точно знала этого мужчину, видела его несколько раз в школе Юэин.

– Вы же… вы Е Тао? – спросила она, когда спаситель осторожно усадил Фэн Мэйфэн прямо на тропу. – Что вы здесь делаете?

Он не ответил, раскрыл портал тени и исчез, оставив её в одиночестве среди мёртвых тушек демонов. Раздавленные красные тела лежали повсюду, и след от техники третьей ступени ещё витал в воздухе горячим шлейфом.

Яогуаи в лесу всполошились и завыли, послышался высокий звон клинка, впивающегося в плоть. Сжимая виски пальцами, Фэн Мэйфэн обернулась в сторону неприятных звуков и выдохнула – похоже, этот заклинатель решил перебить всех демонов в округе.

– Откуда он здесь вообще взялся? – прошептала она и потянулась к своему затылку, нащупывая влажные от крови волосы. – Появился подозрительно вовремя.

Догадаться обо всём было несложно: человек Ван Юна мог оказаться в Долине холмов лишь потому, что хозяин послал его следить за своей названой сестрой. Он отпустил её, но по-настоящему не оставил одну… Мысли о гэгэ согревали, и камни в цзюане на запястье отозвались лёгким подрагиванием, словно кто-то по ту сторону их связи тоже думал о ней.

Сердце билось слишком быстро после падения, поэтому Фэн Мэйфэн ещё немного посидела, пытаясь успокоиться. Когда шум в ушах затих и снова стал слышен лишь скрип старых деревьев, качающихся под напором ветра, она схватилась за гриву лошади и поднялась на ноги. Внезапная боль в лодыжке заставила её зашипеть и покрепче обхватить шею кобылы. Но она каждый день в течение многих лет поднималась к храму Юншэн по острым камням Пути Очищения, поэтому умела терпеть и сейчас, прихрамывая, медленно пошла вперёд по тропе.

Минула половина часа, прежде чем Фэн Мэйфэн наконец увидела деревянные ворота деревни Сянь. Огни на стене горели тускло и освещали фигуру человека, который стоял на дозорной башне. Увидев приближающегося путника, мужчина сначала вскрикнул что-то о яогуаях, но как только наследница клана Фэн ступила в свет фонарей, он успокоился и замахал руками:

– Быстрее, господин! Мы закрываем ворота на ночь!

Шляпа слетела, пока Фэн Мэйфэн висела над пропастью, и теперь у неё оставался только чёрный капюшон, который мог помочь скрыть лицо с нежными чертами. Накинув ткань на голову, она прошла на территорию деревни.

Молодой дозорный, на вид чуть старше самой Мэйфэн, быстро спустился вниз и, ещё раз осмотрев лес неподалёку, навалился на массивные ворота, которые вскоре захлопнулись с глухим стуком.

– Спасибо, что впустили меня.

– Не стоит благодарности, господин, сейчас хуже всего – остаться ночью без укрытия, поэтому мы стараемся принимать всех путников. Постоялый двор прямо по дороге, это единственный видный дом в деревне, так что точно не пропустите. И ещё, раз уж мы ровесники, мой вам совет: не попадайтесь на глаза здешней страже.

– Почему?

– К нам прислали магистрата из столицы, а вместе с ним и солдат, которые досматривают всех, кто выглядит подозрительно. – Юноша кашлянул в кулак и неловко произнёс: – Я не имел в виду лично вас, просто знайте, что эти люди избили уже многих жителей.

– Понятно. Благодарю вас за помощь!

Фэн Мэйфэн обозначила поклон и направилась дальше по пустынной улице, на которой ей ни встретилось и пары прохожих, только один пьяный старик, что сидел у забора и напевал унылую песню.

Постоялый двор представлял собой обшарпанную двухэтажную постройку с ветхой черепичной крышей и покосившейся табличкой над входом. Подведя лошадь к пустующей коновязи, Мэйфэн с опаской прошла к двери и раскрыла деревянную створку: её сразу окатило запахом дешёвого вина и кислого риса. Внутри всё оказалось так же печально, как и снаружи: в пустующем зале стояло несколько низких столиков, тускло поблёскивающих от жира, и пожилая женщина в поношенном платье убирала золу из очага, поднимая вокруг себя клубы пыли.

– Прошу прощения! Есть ли у вас свободная комната на эту ночь?

– Великие небожители, неужто посетитель? – Женщина бросила железный совок на пол и подбежала к Фэн Мэйфэн, даже не отряхнувшись от золы. – Конечно, комната у меня есть, выделю лучшее, что имеется! Всё же спрос теперь на моё заведение небольшой, и я ценю, что вы смогли добраться в такую глушь!

С трудом освободив руки из крепкой хватки хозяйки, Мэйфэн присела за первый попавшийся столик и спросила низким голосом:

– Что-то случилось в этой деревне?

– Ох, молодой господин, это не только у нас, а по всей провинции! Неужто вы не слышали? Летом к нам пожаловали люди из столицы, которые построили на тракте три заставы и привели отряды имперских солдат для защиты наших земель. Сначала мы думали, что теперь жизнь станет лучше, но всё оказалось совсем не так: через заставы мало кого пускают, и даже торговцы часто не могут до нас добраться, поэтому мы голодаем. Ещё и новому магистрату поручили найти мятежников, которые прячутся где-то в наших местах, и этот ужасный человек тоже не даёт нам свободно вздохнуть.

– Вот как… – Фэн Мэйфэн нахмурилась и оглядела хозяйку из-под капюшона: вблизи было заметно, что её щёки впали, а старое платье мешком висит на острых плечах. – Не знал, что вы так бедствуете. Слышал, что раньше здесь было хорошо, когда рядом жили ученики школы Дафэн, а теперь совсем никого из заклинателей не осталось?

Женщина вытерла о подол руки, испачканные сажей, и покачала головой:

– Никого! – Она ответила слишком уверенно, словно точно знала, о чём говорит, и понизила голос до шёпота. – Нас бросили ещё десять лет назад, и только путники с серебристым месяцем на плече иногда захаживали к нам и помогали то с разбойниками, то с задержавшимися на границе миров духами. Как-то так и выживали. Сейчас же имперцы заняли город Байшань и медленно подбираются к пику Юнфэй, но пока боятся ловушек, которые там расставлены. Думаю, скоро они найдут способ захватить его, и тогда на наших шеях завяжется удавка.

Что-то во всей этой истории не давало Фэн Мэйфэн покоя. Она была здесь чужаком, но хозяйка слишком рьяно рассказывала ей о деяниях империи, как будто совсем не боялась, что её могут обвинить в измене.

Повисло долгое молчание, которое прервал грубый голос, доносившийся откуда-то сверху:

– Ужин!

Другой постоялец спустился со второго этажа, грузно ступая по скрипящим под его немалым весом ступеням. Мужчина, облачённый в богатые синие одежды и носивший чёрную шапку гуаньмао[69], приземлился за соседний столик, чуть его не перевернув, и снова повторил:

– Неси ужин!

– Конечно, господин, сейчас! – Хозяйка отошла от Мэйфэн, пряча дрожащие руки за спиной. – Хотела только предупредить вас, что сегодня будет подана та же самая лапша, что и вчера. К сожалению, торговец так и не доехал до нас.

– Да вы издеваетесь?! Чтоб я ещё раз сунулся в эту треклятую провинцию! Сечь вас всех надо, раз работать не хотите!

– Прошу прощения за такую оплошность. К вашему следующему визиту в деревню Сянь, магистрат, мы обязательно подготовимся лучше.

Магистрат? Так, значит, именно этого человека опасался тот юноша, который закрывал ворота на ночь. Обойдя имперскую заставу стороной, Фэн Мэйфэн неожиданно оказалась слишком близко к людям, которые могли раскрыть её личность. Стоило вести себя спокойно и не выделяться, поэтому она сказала негромко:

– Хозяйка, и мне принесите, пожалуйста, ужин.

– А ты что за новое лицо? Я тебя раньше не видел, – заговорил магистрат, поигрывая длинными вязками своей шапки. – Неужели обошёл заставу и пробрался в деревню незаконно?

– Я…

– Ничего подобного, господин! – засмеялась хозяйка и поставила на стол мужчине чашку с горячим супом. – Это наш мальчуган, жил на соседней улице за старым вязом, а год назад ушёл навестить старуху-тётку, что живёт в деревушке на границе земель клана И. Да вот незадача, за это время дом его сгорел во время пожара, поэтому ему пришлось пока остановиться здесь.

– Хм, подозрительно ты одет для простого крестьянина, да и голос такой нежный, прямо как у юной девицы! – Магистрат пристально уставился на Мэйфэн и даже приподнялся со своего места. – А ну-ка, сними капюшон, лицо твоё рассмотреть хочу.

Она ещё больше прикрылась тёмной тканью и опустила взгляд, в то время как пальцы её левой руки под столиком сложились вместе, чтобы быстро сотворить заклинание. Если станет опасно, она просто оглушит мужчину и сбежит отсюда.

– Я не могу снять капюшон, господин, в детстве болезнь сильно изувечила моё лицо.

– Что за бред?! – Тяжёлый кулак магистрата опустился на стол, и горячий бульон вылился из миски с лапшой. – Думаешь, я не заметил? Ты явно что-то скрываешь!

Дверь на постоялый двор раскрылась, впуская внутрь прохладный осенний ветер, и в зал вошли два солдата в имперских пластинчатых доспехах. Их щёки разрумянились от бега, а в руке один из них держал обрывок яркого одеяния, что сразу насторожило Фэн Мэйфэн.

– Господин магистрат, во время обхода деревни мы поймали нарушителя границ. Он перебрался через стену и вёл себя как сумасшедший, крича что-то о яогуаях, но при личном осмотре мы не обнаружили документов, разрешающих ему въезжать в северо-восточные земли.

– Ну и что вы тогда здесь забыли?! – рявкнул магистрат и сплюнул на пол. – Теперь о каждом шаге докладывать будете? Задержите его до утра, а потом хорошенько выпорите, в первый раз, что ли?

– Дело в том, что это молоденькая девушка, – отчитался солдат и протянул ладонь, показывая кусок ткани, вырванной из подола или рукава. – Прикажете высечь её?

Магистрат на мгновение умолк, после чего прочистил горло, кашлянув в кулак, и поднялся из-за стола, так и оставив лапшу нетронутой.

– Что ж, – протянул он. – Думаю, в таком случае я сам должен заняться допросом: вполне возможно, что она связана с мятежниками.

Еле скрывая нетерпение, которое можно было заметить по масляно заблестевшим глазам и дёрганым движениям, магистрат подошёл к солдату и хлопнул того по плечу:

– Хорошая работа! Веди.

Напоследок бросив в сторону Мэйфэн презрительный взгляд, он словно потерял к новому постояльцу интерес и быстро вышел во двор вместе со своей стражей. Когда дверь захлопнулась, наследница клана Фэн немного расслабилась, опустив напряжённые плечи. Если бы этот похотливый мужчина узнал, что она тоже девушка, наверняка пришлось бы драться.

– Спасибо вам! – Фэн Мэйфэн склонила голову перед хозяйкой, которая не побоялась солгать прямо в лицо магистрату, и приняла из её рук миску с дымящейся лапшой. – Не каждый решился бы рискнуть жизнью ради незнакомого человека.

– Ничего-ничего, все мы должны держаться вместе и помогать друг другу.

Женщина мягко улыбнулась, а Мэйфэн склонилась над своей едой и задумалась: люди в этой деревне были слишком добры к ней, такое отношение и правда настораживало.

После неплотного ужина она поднялась в комнату на втором этаже, которую ей выделила хозяйка, и захлопнула за собой дверь. Здравый смысл говорил, что не стоило оставаться под одной крышей с магистратом, но плутать в ночи за пределами деревни в окружении яогуаев тоже казалось не лучшим выбором, поэтому Фэн Мэйфэн решила задержаться здесь до рассвета.

Она расстелила циновку на пыльном полу и села у стены, чтобы наблюдать за входом, но как только все звуки в главном зале утихли, её глаза закрылись сами собой. Долгая поездка в седле не прошла бесследно, и Мэйфэн сразу провалилась в беспокойный сон.

Острые камни впивались в ладони, и где-то под рёбрами невыносимо жгло, словно туда воткнули раскалённый докрасна клинок. Она дёрнулась, попыталась разлепить тяжёлые веки и вскоре смогла разглядеть сквозь черноту, что прямо под ней, растекаясь по мелким трещинам в каменной плите, собиралась алая лужа крови.

Страха она не чувствовала, только холод, который кусал её кожу и запускал когти куда-то в самое нутро, отчего всё тело будто покрылось тонкой ледяной коркой.

– Я должен был дать тебе умереть ещё в той пещере!

Знакомый низкий голос, пропитанный ненавистью, заставил Фэн Мэйфэн поднять взгляд: перед ней сидел Ван Юн, побледневший, осунувшийся, с глубокой раной на боку, которую он прикрывал двумя ладонями.

Точно такой же раной, как у неё самой.

– Не стоило нам совершать Обмен.

– Никто не просил тебя жертвовать собой ради меня, – заговорила она, не в силах управлять собственным языком. – Ты сам принял это решение.

– Верно, я виноват. Теперь, похоже, либо мы оба умрём, либо оба останемся в живых, какая досада.

– Если ты ещё можешь слушать, гэгэ, то позволь мне всё объяснить.

Она закашлялась, по горлу вверх поднялось что-то тёплое, и в это мгновение её оглушило металлическим звоном, как будто совсем рядом с ухом что-то упало. Тело налилось невыносимой тяжестью…

Мэйфэн вздрогнула и открыла глаза. Кинжал, который она держала в руке перед тем, как уснуть, теперь лежал на циновке, видимо, именно он звонко ударился об пол. По вискам скатывались капельки холодного пота, а из головы не выходила странная сцена: тёмная пещера, много крови и Ван Юн.

Однажды ей уже снилось нечто подобное, в день семнадцатого дня рождения, перед самым возвращением гэгэ в деревню Юэ, но тогда Фэн Мэйфэн подумала, что это только кошмар. Теперь же липкий страх коснулся её затылка и пополз по спине, принося сковывающее ощущение неизбежности. Что, если всё и вправду произойдёт?

Стук, стук, стук.

Кто-то тихо стучал, и не успела Фэн Мэйфэн подняться с циновки, как в щель под дверью просунули сложенную записку.

– Господин! – Шёпот, без сомнений, принадлежал хозяйке постоялого двора. – Прочтите и скорее спускайтесь по ближайшей лестнице к чёрному входу, буду ждать вас там.

Каморка была совсем маленькой, поэтому Мэйфэн с лёгкостью дотянулась до пожелтевшего листа и развернула его:

«Уходи до рассвета, будет облава. Ждём тебя в сосновой роще недалеко от восточных ворот пика Юнфэй».

Внизу стояла кривоватая печать, словно её вырезал неумелый мастер: две линии, закручивающиеся по спирали. Знак клана Фэн и школы Дафэн, который давно никто не использовал.

– Неужели… – Она задержала дыхание и провела пальцем по чуть размытым следам киновари.

Сердце забилось в груди так быстро, что казалось, будто оно и вправду вырвется наружу, и от сильного волнения у Фэн Мэйфэн даже задрожали руки. Больше не медля ни мгновения, она взяла сумку, подхватила кинжал, который сразу прицепила к поясу, и накинула на плечи дорожный плащ. Оставив за собой пустую комнату, она выскользнула в коридор и остановилась.

Снизу доносился звон посуды и крики пьяных мужчин, среди которых слышались негромкие всхлипывания:

– Прошу, отпустите меня, я не могу больше пить… – Тонкий девичий голосок выделялся на фоне отвратительного гулкого смеха.

Вполне возможно, что это была та самая девушка – нарушительница границ, о которой недавно говорили стражи. Фэн Мэйфэн никогда прежде не сталкивалась с плохим отношением к женщинам: в школе Юэин учениц, конечно, наказывали наравне с учениками, но никто не смел оскорблять их или проявлять неуважение. Теперь же, когда она услышала, какие грязные слова бросали в сторону своей пленницы солдаты внизу, у неё всё похолодело внутри.

Раздался звонкий шлепок, словно кого-то ударили ладонью по щеке.

– Пей ещё! – прикрикнул магистрат. – А то мне твоё бледное лицо что-то не нравится, пусть оно будет розовеньким, как лепесточки сливы.

Девушка плакала под гогот стражей, а Мэйфэн стояла на втором этаже и не решалась сдвинуться с места. Если она сейчас ввяжется в бой, чтобы защитить человека, то её точно поймают, и всё сразу закончится. Пик Юнфэй… о нём можно будет навсегда забыть.

Крепко зажмурившись, Фэн Мэйфэн одними губами беззвучно проговорила: «Это не моё дело, не моё!»

Внутри что-то скрутилось в тугой узел, и она схватилась руками за резную перегородку, после которой начиналась лестница, но вскоре её пальцы расслабились, и ноги словно бы обрели собственную волю, унося наследницу клана Фэн подальше от спуска к главному залу. «Спасти каждого несчастного просто невозможно!» – так она думала, пока бежала к неприметной двери, что расположилась в другом конце коридора.

Пройдя по подгнившим ступеням, Мэйфэн вышла на задний двор, который предназначался для въезда телег и повозок с провизией. Там уже стояла хозяйка, держа в руках поводья.

– Слишком долго! – прошептала она и кивнула в сторону лошади, беззаботно отгоняющей хвостом мошкару. – Я уже всё приготовила.

– Кто вы? – Фэн Мэйфэн надеялась услышать хоть что-то о школе Дафэн. – Почему помогаете?

– Не спрашивай ни о чём, лучше уезжай поскорее отсюда. Если отправишься по этой улице, то попадёшь прямо к старым воротам, которые откроет для тебя мой племянник.

– Я могу вам доверять?

Пусть даже она получила послание от людей, к которым так стремилась попасть, но всё же это, как и говорил Ван Юн, слишком походило на хорошо спланированную ловушку.

– Не можешь, мы с тобой лишь незнакомцы на дороге жизни. Но знай, что я не желаю тебе зла, никто из нас не хочет тебе навредить.

Хозяйка обернулась к приоткрытой двери, откуда доносились выкрики вперемешку с треском разбитой посуды, и повторила:

– Уезжай! Магистрат что-то заподозрил, стража сегодня обыщет деревню Сянь в поисках мятежников.

Фэн Мэйфэн больше не колебалась и быстро оказалась в седле, но всё же не сдвинулась с места и спросила неуверенно:

– Та девушка… что с ней будет?

– Она оказалась здесь не случайно. Ты должна выполнить своё задание, а она своё.

Раздался лёгкий хлопок – хозяйка ударила ладонью по бедру лошади, и животное припустило быстрым шагом, тут же унося Мэйфэн за покосившиеся ворота. Стоило немного отъехать от постоялого двора, как и без того убогие улочки превратились в настоящие трущобы: в просветах между домами спали друг на друге истощённые жители деревни, одетые в лохмотья, и среди них, похоже, лежали не только живые. До Мэйфэн доносился тяжёлый запах гниения, от которого невозможно было укрыться. Северо-восточная провинция и вправду бедствовала.

Впереди из подворотни вышел сонный страж, который что-то насвистывал и пытался завязать штаны, но как только он услышал стук копыт, сразу замахал руками и закричал:

– Стоять! До утра любые передвижения запрещены!

Фэн Мэйфэн не собиралась задерживаться и только сильнее ударила поводьями: лошадь сбила часового крепкой грудью и пустилась галопом. Не прошло и нескольких мгновений, как над деревней Сянь раздался резкий звон – били в колокол.

– Нет, нет, нет! – прошептала Мэйфэн, оглянувшись назад.

На дорогу уже выбежали пешие солдаты и наездники, которые бросились в погоню. Поднялся шум, где-то засвистела стрела и пролетела совсем рядом, чуть не задев ухо наследницы клана Фэн. Она прижалась к спине лошади, вцепилась в жёсткие поводья до рези в ладонях и увидела впереди небольшие открытые ворота, как и говорила хозяйка.

Ещё три быстрых вдоха, и она оказалась за стеной, выстроенной вокруг деревни. В лицо ударил холодный воздух и смолянистый запах хвои, от которого улетучились последние остатки сна. Деревянные створки за спиной захлопнулись прямо перед носом стражи, словно кто-то и вправду помогал ей скрыться, и над высокими соснами раздалось гулкое эхо.

Больше не оглядываясь, она направила лошадь в лес и исчезла из виду.

* * *

Ночь быстро сменилась промозглым утром и моросящим дождём: небо над головой висело тяжёлым серым покрывалом, и прохладная влага оседала повсюду, отчего Фэн Мэйфэн казалось, что её одежда промокла насквозь.

Иногда вдалеке слышались топот копыт и чьи-то крики, но в собирающемся среди деревьев тумане ей наконец удалось оторваться от погони. Она уже и сама не разбирала дороги и просто упорно подстёгивала загнанную лошадь, чтобы та шла вперёд по тропке, усеянной опавшими иголками и крупными камнями.

Слева над зелёными кронами сосен возвышался пик Юнфэй, вершина которого тонула в облаках, а это означало, что Мэйфэн уже приближалась к нужному месту, указанному в записке. Спрыгнув на землю, она решила дальше идти пешком и ступила на мягкий ковёр из хвои и прелой листвы.

Где-то сверху хрустнула ветка. Среди высоких голых стволов, плавающих в серой дымке, появились движущиеся тени. Спустя мгновение Фэн Мэйфэн поняла, что её окружили: люди в чёрных одеждах стояли повсюду, их лица были скрыты масками и капюшонами, а в руках они держали луки с натянутыми стрелами.

Она сразу потянулась к кинжалам, висевшим на поясе, но острый наконечник обжёг кожу на затылке, и ей ничего не оставалось, кроме как поднять ладони вверх.

– Похоже, ты и правда наследница клана Фэн, – заговорил один из мятежников таким мелодичным и приятным голосом, что Мэйфэн покрылась мурашками. – У тебя проницательный взгляд отца и нежное лицо матери.

– Значит, я была права: она та самая! – подтвердила девушка в мужском костюме, которая вышла из общего строя и встала рядом с мятежником, приобняв того за плечи. – Ты проиграл мне связку монет!

Они оба носили маски, но даже так их облик и манера поведения всё равно казались Фэн Мэйфэн смутно знакомыми.

– Кто вы такие? – спросила она, сглатывая вязкий ком, вставший поперёк горла. – Вы знали моих родителей?

– А ты как думаешь? – Голос мужчины обволакивал, его хотелось слушать. – Мы бы не позвали тебя в такую даль, если бы не твоё родство с ними.

Прежде Фэн Мэйфэн множество раз представляла, как встретится с этими людьми и задаст все свои вопросы по порядку, но сейчас голова вдруг опустела.

– Скажи: почему ты доверилась какой-то разбойнице и пришла к нам? – Он махнул рукой, и холод от наконечника стрелы, касающегося шеи, исчез. Видимо, он являлся главарём этой шайки.

– Мне нужно узнать правду о событиях десятилетней давности.

– И на что ты готова ради этой правды?

Она приоткрыла губы, но так и не смогла ничего сказать. На всё? Нет, заклинатели из школы Юэин следовали своим постулатам и никогда не решились бы сойти с верного пути даже во имя благих целей. И всё же Фэн Мэйфэн уже пришла сюда, на встречу с мятежниками…

– Ладно-ладно, можешь не отвечать, – усмехнулся мужчина, наверняка растягивая губы в обворожительной улыбке, которую скрывал под маской. – Условия у нас довольно простые: мы поможем тебе, если ты поможешь нам.

Выражение её лица, отражающее недоверие и безмолвный вопрос, говорило само за себя, поэтому он сразу продолжил:

– Подробности я смогу раскрыть только в храме Фэнлю, мы отведём тебя туда.

Как только главарь это сказал, лучники словно по команде расслабились и перестали держать Мэйфэн на прицеле.

– Неужели вы живёте в храме?

– Там наш дом уже много лет, – ответил он и чуть склонил голову набок. – Почему ты так удивляешься?

– Это священное место школы Дафэн, а вы всё-таки… – Она попыталась подобрать более мягкие слова. – Вы…

– Мятежники, разбойники, убийцы? – закончила за неё девушка, мужская одежда которой совсем не помогала скрыть стройную женственную фигуру. Она подкинула маленький кинжал, поймав его в воздухе, и недовольно хмыкнула: – Ты это хотела сказать?

– А разве всё не так?

Теперь, когда Фэн Мэйфэн не угрожали оружием, она могла получше рассмотреть людей, что стояли впереди, и в памяти всплыла картина её самой первой встречи с мятежниками. Тогда на склоне горы Фэнсинь шайка разбойников в чёрном пыталась забрать лунные камни из опрокинутой повозки, но Ван-гэгэ и Гэн-гэгэ их остановили. Сейчас она была уверена, что видела главаря в маске именно там!

– Клановое благородство… – протянул мужчина и развёл руками, указывая на свой отряд. – Настоящая жизнь за пределами ваших богатых городов и деревень гораздо суровее, чем ты можешь себе представить. Здесь либо тебе перережут глотку, либо перережешь ты, третьего не дано. Лучше самому запачкать руки во время борьбы за свободу, чем строить из себя наследников небожителей, а на самом деле стелиться перед чиновниками и императором из прогнившей насквозь столицы.

Холодок пробежал по спине Мэйфэн: эти люди будто пришли из совершенно другого мира, который отличался ото всего, что она знала и видела прежде.

– Читаю в твоём взгляде разочарование. Что ж, твоё право. Ты можешь уйти сейчас, но, если мы проведём тебя в храм Фэнлю, обратной дороги уже не будет.

– Я не отступлю.

– Я так и подумал.

Главарь показал условный знак своим подчинённым, и те обезоружили наследницу клана Фэн, после чего окружили её, подобно личной охране. Кто-то из мужчин сзади взял поводья и повёл её лошадь за собой, а Мэйфэн обернулась, вдруг вспоминая о погоне.

– За мной был хвост. Не уверена, что смогла достаточно запутать следы.

– Не волнуйся, мы расправились со стражей ещё до того, как они попали в лес, – похвасталась всё та же помощница предводителя в маске и повела отряд за собой через туман. – Имперцы, которые тебя видели, больше не смогут никому об этом рассказать.

Фэн Мэйфэн не чувствовала облегчения: внутри неё с каждым сделанным шагом нарастало беспокойство. Ещё и два крепких юноши в капюшонах, которые встали слева и справа от неё, совсем не соблюдали правила приличия. Они шли слишком близко, отчего захотелось дёрнуть плечами, чтобы отогнать их, но как только она взглянула на мятежников исподлобья, сердце в груди дрогнуло.

Один высокий, второй низкий, и эта их нелепая одинаковая походка…

– У Минли? У Кан?!

Сопровождающие остановились, и на их лицах, скрытых в тени, появились улыбки. Да, это и вправду были её друзья, которые покинули школу Юэин сразу после возвращения Ван Юна. Они уехали домой в город Шуйсянь и с тех пор пропали, так и не прислав ей ни одного письма.

– Давно не виделись, Мэйфэн.