В сложной конструкции шаманского бубна необходимо выделить в качестве самостоятельного элемента колотушку. У эвенков колотушка была первым атрибутом, приобретаемым шаманом, и носила название гис~гисун~гихун~гихивун (от глагола ʻгисуʼ – говорить), тем самым указывалось на главное значение колотушки как предмета для говорения, предсказывания [337]. Нарымские селькупы называли колотушку соланг, что в переводе означает «ложка» [338]. Хантыйское слово ʻпалэнтивʼ (palǝńt´iw) – термин, имеющий бытовое и сакральное содержание. В первом случае им обозначают лопатку для размешивания чего-либо, а также ложку; во втором – колотушку шаманского бубна [339]. К.Ф. Карьялайнен отмечал, что колотушка бубна называется ńali, кое-где pǝń, что означает ʻложкаʼ, на Вахе palańt´iw – ʻчерпакʼ и ʻрулевое веслоʼ (первоначально, видимо, лопатообразный предмет) [340]. В ритуальной традиции манси колотушка бубна могла носить несколько названий: няли – ложка, койп-йив – дерево бубна, мант – лопатка. Кроме того, манси наделяли ритуальные лопаточки мант самостоятельным значением. Они дополняли культовую атрибутику мансийских святилищ и, по мнению манси, именно ими, а не обычными ложками, пользовались боги на своих трапезах. Мант использовали и души людей, покинувшие земной мир [341]. То есть это был атрибут обитателей потустороннего мира, прообразом которого служила шаманская колотушка, помогавшая поддерживать шаману связь с инобытием. А. М. Сагалаев выдвинул предположение о том, что шаманский атрибут типа «ковш-ложка» мог быть ритуальным предшественником колотушки [342].

На самостоятельную роль колотушки в шаманском ритуале нанайцев и ульчей указывала А.В. Смоляк. Колотушка использовалась как средство гадания, а также в обрядах в отношении детей, чьи души охранял шаман. При камлании шаман оглаживал колотушкой ребенка по спине и головке, чтобы он хорошо рос и была благополучна его душа. При этом, если шаман камлал без бубна, считалось, что он не мог никуда улететь и оставался дома [343]. У кетов колотушка от бубна также была первым атрибутом, который получал шаман, и служила средством для гадания. Называлась она хат-бул (= бубна нога), но в разговоре ее могли называть также доңамас-бул (= третья нога) [344]. Колотушку шаману достаточно было иметь (наряду с налобной повязкой, обувью и рукавицами) для действий в окружающем мире. Бубен, парка и железный головной убор свидетельствовали о доступности шаману верхнего сакрального мира [345]. У якутов колотушка булаайхан имела особое значение в лечении болезней. На конце рукоятки у нее находилась волчья голова, которая, направляясь то в одну, то в другую сторону, отыскивала место болезни. Затем она должна была проткнуть больное место, тем самым укусив болезнь, после чего больной выздоравливал [346]. У селькупов колотушка капшит также имела большое значение в лечении болезней. С ее помощью шаман извлекал забравшегося в человека злого духа или водворял на место потерявшуюся душу больного [347]. Селькупское слово ʻкапшитʼ переводится как «орудие камлания». По предположению Е. Д. Прокофьевой, это отражает следы самостоятельного значения колотушки, которое она имела в прошлом в шаманстве всех народов Сибири [348]. У саяно-алтайских тюрок колотушка носит название орба, орбу, орбы, орбак. У бурят она называется олбыр[349]. В финском языке arpa – жребий или жезл (прут) для узнавания тайн [350]. Колотушка у тюрко-монгольских народов Сибири также может служить заменой бубна и является первым атрибутом, который получает шаман. Некоторые шаманы всю свою жизнь камлали только с колотушкой, без бубна. Сама колотушка могла представлять собой погремушку, поскольку к ней иногда привязывали металлические предметы для создания дополнительного звона и шума [351]. В. И. Анучин, описывая колотушку кетов, обратил внимание на наличие погремушки в виде железной трубочки (иногда двух-трех погремушек на одном ремне) на конце рукоятки колотушки [352]. У селькупов колотушка прежде имела полость, в которую помещали камешки [353].

На основе краткого анализа употребления колотушки у народов Сибири можно предположить ее самостоятельную роль в шаманском ритуале, которая могла быть связана с использованием колотушки еще до появления бубнов, а также тесную генетическую связь колотушки (вместе с рукояткой от бубна) с самыми простыми звуковыми и ритуальными инструментами – погремушкой или двумя палками, ударяемыми друг об друга. Осмысление колотушки как ложки, лопатки, весла и т. д. говорит о совмещении в ее семантике ритуального и прагматического смыслов. Колотушка, являясь прежде всего орудием предсказания, «говорения», то есть общения с миром духов, выполняла также охранительную и лечебную роль в шаманской деятельности.