Орк почувствовал, как я сжалась, словно обхватывая его тисками, – и потерял контроль. Он вбился в меня еще раз и утробно зарычал, когда его бедра задрожали, заполняя меня семенем. Это была его победа, которой он по-настоящему упивался.

Чувство эйфории постепенно отступало, и я стала чувствовать вес орка. Шевельнулась. Крог̕ хаун тут же повернулся на бок, позволяя мне свободно вздохнуть. Но его рука тут же сгребла меня, прижимая к себе. Хотя, даже если бы он встал и ушел, у меня бы не было сил сейчас подняться и бежать прочь. Я была побеждена.

Я притихла рядом, глядя вверх, в темноту, слушая ночные звуки леса, ощущая прилипшие к разгоряченной коже листья. Внизу еще тлело пульсирующее чувство – остатки сотрясшего меня оргазма. Но там, за ним, в глубине меня я уже различала пустоту. Зато больше не было и страха. Только безразличие и чувство вины. Я предала Драх’эна. Оказалась слабой. Любая орчиха на моем месте выбрала бы смерть, но не отдалась врагу. А я растаяла в его объятиях.

– Затихла… Жалеешь? – произнес Крог̕ хаун, и я вздрогнула. – Я дал тебе выбор. Ты его сделала. Пути назад нет, девочка. Теперь ты моя.

Я не ответила, продолжая безразлично смотреть в темноту. Да, выбор был. И я предала не только Драх’эна, но и себя.

Отдохнув, орк поднялся, а затем легко взял меня на руки.

– Мы не звери, чтобы спать в лесу. Я отнесу тебя домой.

Глава 12

Утро встретило нас новым переполохом в поселении. Я проснулась, чувствуя боль во всех мышцах, израненные побегом босые ноги саднили, хотела приподняться, но тяжелая рука орка прижала меня к себе.

Воспоминания о том, что произошло в лесу, окатили меня душной волной стыда. Я предала Драх’эна. Теперь пути назад нет…

Чья-то тень замерла у входа в шатер:

– Предводитель! К воротам пришел Драх’эн, он зовет тебя!

Крог̕ хаун тут же проснулся, бодро поднялся и, лишь наскоро умывшись, вышел из шатра. Он не произнес мне ни слова, и теперь я не знала, что делать. Имею ли я право выйти? Мне хотелось увидеть Драх’эна, узнать, почему он так долго не приходил, но в то же время мне было бы стыдно посмотреть ему в глаза.

Пометавшись в сомнениях, я все же решила пробраться к воротам. Я выхватила из сундука Крог̕ хауна какую-то шкуру и поспешила наружу.

Найдя небольшую щель в частоколе, я с замиранием увидела мощную фигуру Драх’эна – он был в начищенных доспехах, с боевым топором, а за ним шестеро воинов. Всего шестеро. Значит, он пришел на смерть.

– Я уж думал, ты не придешь. Твоя пташка тебе надоела? – Крог̕ хаун уверенно вышел вперед. Это была его территория, его сила.

– В моем доме была смута. Орчихи подняли восстание, а воины не могли пойти против воли своих жен, матерей и сестер. Этот пройдоха шаман никак не успокоится и продолжает плести интриги, даже находясь за пределами племени. Но я пришел к тебе за честным боем. Зачем проливать кровь орков – ее и без того осталось мало. Давай сразимся и раз и навсегда решим наши разногласия.

– Ты знаешь, чего я хочу. Наши племена должны объединиться. Сегодня я поставлю тебя на колени, но перед последним ударом дам тебе выбор между жизнью и смертью.

– Не спеши праздновать победу. Если выиграю я, ты оставишь мое племя в покое и вернешь мне Ай̕’лу. А я помилую тебя.

– Певчая теперь моя. Она разделила со мной ложе.

На лице Драх’эна выступил оскал, а все мышцы напряглись, словно перед прыжком.

– Ты взял ее силой, подлый орк! Ай̕’ла – дар духов, она принадлежит мне! – прорычал он.

– Сегодня она стонала мое имя. Принуждения не было. А духи оберегают оба племени. Певчая не принадлежит тебе.

– В таком случае пусть она сама решает, с кем хочет быть. Пусть скажет свое слово. Если она не пленница в твоем племени, то приведи ее.

– Она свободна. Если бы хотела – сама пришла бы. Кажется, она просто не хочет тебя видеть.

– Лжец! – Драх’эн зарычал, играя топором. Он был готов броситься на Крог̕ хауна.

Второй вождь тоже перехватил поудобнее свое оружие – он был доволен тем, что вызвал ярость в своем сопернике. Ярость и ревность застилают разум, мешают в схватке.

Два вождя сделали шаг навстречу друг другу и стали кружить. В их глазах разгоралась жажда крови. Я смотрела, замерев от ужаса. Мне было страшно и стыдно, и все же, я не могла допустить напрасной гибели. Не из-за меня.

– Стойте! – я выскочила из своего укрытия, скидывая шкуру. – Не надо! Я не стою твоей крови, Драх’эн!

Орки застыли. Драх’эн посмотрел на меня, внимательно изучая мою фигуру и лицо.

– Это ты называешь «без принуждения»? Да на ней живого места нет! – зарычал он и бросился в атаку.

Раздался оглушительный лязг стали, орки зарычали друг на друга, наотмашь замахиваясь боевыми топорами, нападая и кружа. Я закричала, боясь, что вот-вот кто-нибудь погибнет.

– Хватит! Не надо! Стойте! – бросилась вперед, не боясь попасть под оружие, лишь бы остановить дерущихся.

Но они не слышали и не замечали меня. Металл встречался с металлом с звонким пением. Крог̕ хаун был холоден, точен, словно хищник. А Драх’эн – полон ярости и боли, в каждом его ударе пульсировала ревность, застилающая разум.

– Ты изнасиловал ее, шкуромет! – крикнул он, толкая плечом Крог̕ хауна и занося топор над головой. – Воспользовался, как трофеем!

– Но ей понравилось! Видишь, она даже просит тебя уйти! – усмехнулся Крог̕ хаун, легко уходя из-под удара.

Снова ужасающий рев. Они закружились так быстро, что я перестала понимать, что происходит, лишь заметила, что на вытоптанной земле появляются капли крови. Кто-то из них ранен. Эта битва не закончится перемирием, если я не вмешаюсь.

– Драх’эн, прошу тебя, хватит! Уходи! – я попыталась ухватить орка за локоть, но тут меня с силой толкнуло, а плечо обожгло страшной болью.

Я вскрикнула, падая на землю, прижимая ладонь к ране. И тут оба орка остановились, глубоко втягивая носами воздух. Они почувствовали запах моей крови.

– Ай̕’ла, как ты? Прости, это все моя вина… – Драх’эн отбросил топор и опустился подле меня на колени.

– Зовите лекаря, быстро! – отдал приказ Крог̕ хаун, опускаясь с другой стороны от меня.

Я сидела, поджимая губы, стараясь не застонать, чтобы не вызвать новой вспышки вражды между вождями, а боль в плече пульсировала. Я чувствовала, как горячая кровь пропитывает одежду.

– Драх’эн, не нужно сражаться из-за меня. Я этого не достойна. Прошу, прекратите эту вражду… – прошептала, пользуясь тем, что орки притихли вокруг меня.

– Мой долг – защитить тебя. Я обещал, что ты в безопасности. Но подвел тебя.

– Ты ни в чем не виноват… Я сама ослушалась тебя. Но прошлого не воротишь.

Прибежал лекарь, он сел рядом и разорвал ткань на моем плече, затем плеснул алкоголем из фляги, чтобы очистить рану. Я вскрикнула от обжигающей боли и провалилась в темноту.

Глава 13

Очнувшись, я первым делом почувствовала запахи. Обволакивающие, насыщенные. Жареное мясо. Запеченные овощи. Что-то терпкое и чуть сладкое – может быть мед? Затем нос защекотало от лечебных трав, резких и горьких, которые входили в состав мази. Я чихнула, и плечо тут же отозвалось болью.

– Ай̕’ла, ты очнулась? – Передо мной тут же появился Драх’эн.

– Хочется пить, – я разлепила пересохшие губы.

Тут же появился Крог̕ хаун, протягивая мне небольшой черпачок с водой, он осторожно поднес его к моим губам.

– У тебя глубокий порез. Для орка – ерунда, но люди такие хрупкие. Лучше не напрягай раненую руку.

– Тебе нужны силы, давай я отнесу тебя к столу? – снова заботливый голос Драх’эна.

Я не успела ответить, как сильные руки подхватили меня и перенесли на скамью, застеленную мягкими шкурами.

В шатре Крог̕ хауна был накрыт большой стол и стояли откупоренные кувшины с хмельным медом. Я удивленно осмотрелась. Еще утром эти орки были врагами, но все изменилось, пока я лежала без сознания.

В мою пиалу тут же положили еду, а в кружку налили напиток.

– Не ради пира. Ради мира, – сказал Крог̕ хаун, поднимая свою кружку.

– Ради мира, – повторил Драх’эн. Их кружки встретились, расплескивая мед.

– Как так получилось, что мы стали врагами? Ведь это ты учил меня кидать копья… – задумчиво произнес Крог̕ хаун.

– Бремя обязанностей. Каждый из нас действовал во благо своего племени.

– В наших жилах течет одна кровь. Мы один народ. Вместе мы станем сильнее, – с чувством произнес Крог̕ хаун.

– Ты хочешь, чтобы я тебе поклонился? – насторожился Драх’эн.

– Раньше – хотел этого. Теперь – нет. Мы можем стать новым советом. Ты осторожен, я слишком порывист. Но вместе из нас вышел бы отличный вождь.

Драх’эн помолчал, поглаживая пальцем пузатый бок кружки.

– Если бы ты сказал это раньше, – наконец, тихо произнес он, – может, и не было бы столько напрасных смертей.

– Я тогда не умел говорить, только рычать, – хмыкнул Крог̕ хаун. – Да и ты был глух ко всему, что не нашептывали тебе духи.

– И все же… – Драх’эн перевел задумчивый взгляд на жаровню, – странно сидеть с тобой за одним столом, а не сжимать рукоять топора.

– Мне больше нравится держаться за кружки. Ведь раньше я уважал тебя… Это уже потом страх и боль за свое племя превратили тебя во врага…

Я сидела молча, чувствуя, что сейчас решается судьба орочьего народа, и была очень рада, что это происходило не на поле боя. Есть не хотелось, но хмельной мед оставлял приятное послевкусие, согревая меня изнутри. Я с опозданием заметила, что порванная туника съехала с плеча, почти обнажив грудь. Попыталась поднять ткань, но поморщилась от боли в плече.

Драх’эн провел ладонью по моему плечу, не задевая повязку. Его потяжелевший взгляд был прикован к моей груди. Неожиданно, с другой стороны, ко мне подсел Крог̕ хаун, его рука легла на мое бедро. Я затаилась, боясь, что может снова возникнуть спор, но вожди продолжили свой разговор, вспоминая юность. Но я уже не слышала их слов – мое сердце громко стучало в висках, а ладони мужчин обжигали кожу. Губы сами потянулись к кружке, и я сделала пьянящий глоток.

Рука Крог̕ хауна скользнула между моих бедер, а губы Драх’эна коснулись виска. Я не понимала, что происходит. Неужели теперь я стала их полем боя? Что делать? Если я воспротивлюсь хоть одному из них, то хрупкое перемирие может быть разрушено. Я была как искра между двумя клинками. Нужно просто принять их прикосновения. Пусть духи помогут мне выдержать…

Губы Драх’эна опустились на мою шею, вызывая волнение на чувствительной коже, а рука Крог̕ хауна разгоняла волны возбуждения, лаская меня внизу. Полумрак шатра и хмельной мед дурманил. Мне хотелось просто отдаться этим ощущениям, не делая никакого выбора, не беря на себя ответственность за два племени.

Губы Крог̕ хауна накрыли мои, и я не отпрянула. Наоборот – приоткрыла ротик, пропуская его язык. Когда Драх’эн прикоснулся к моему затвердевшему соску, я выдохнула тихий стон. Сильные руки тут же подхватили меня. Я оказалась на постели, между двумя мощными телами. Как такое возможно? Неужели они не станут меня делить? Духи, в этом был ваш замысел?

Странно, но страха не было. Может быть, все дело в алкоголе, а может, и правда меня вели сами духи?

Кожа горела под их прикосновениями. Губы Крог̕ хауна продолжали владеть моими – теплые, уверенные, требовательные. Я отвечала, просто позволяя себе растворяться. Его язык ласкал мой, а руки скользили вверх по телу, избавляя от одежды.

Драх’эн наклонился, прикасаясь к моей груди. Чутко, осторожно. Он приоткрыл рот и обхватил сосок, медленно провел по нему языком, вызывая внутри меня дрожь.

Я взволнованно выдохнула, чувствуя, как четыре больших ладони нежно ласкают мое обнаженное, такое уязвимое перед ними тело. Они не спешили, распаляя меня. Я отбросила все мысли, тянулась то к одним губам, то к другим. Сегодня через меня говорит воля духов. И пусть будет так, как они задумали.

Но когда возбужденный член Крог̕ хауна уперся в меня сзади, я взволнованно отпрянула. Губы Драх’эна тут же меня успокоили, а его рука стала дразнить и ласкать мой клитор, вызывая желание и заставляя меня течь. Член Крога продолжал тереться сзади – и это уже казалось волнующим, но невозможным… Его пальцы играли с моим соском, а вторая рука придерживала бедро, не давая мне отстраниться. Он надавил своей головкой, и я взволнованно задышала, распахнула глаза, ища поддержки у Драха.

– Все хорошо, ты справишься… – прошептал он, скользнув к моей шее.

Еще одно движение – и головка Крога проникла внутрь. Мое тело задрожало, а ногти впились в плечи Драх’эна. Его пальцы стали ласкать меня еще быстрее, дразня клитор, скользя по влажным складочкам, слегка проникая внутрь.

– Нет… Это слишком… – прошептала я, закусывая губу.

– Духи послали тебя нам. Ты справишься, – обжигающий шепот Крога.

Он протиснулся еще глубже, вызывая долгий, томный стон. Пальцы Драха не оставляли меня ни на минуту. Я была близка к пику, а чувство невероятной заполненности сзади делало ощущения острыми, на грани… Мне хотелось высвободиться и в то же время двигаться, насаживаясь на его большой член. Крог стал медленно двигаться, растягивая и заполняя, а я цеплялась за Драх’эна и теряла голову от ощущений. Я была уже близка к пику, когда почувствовала, как меня заполняет член Драха. Его головка легко скользнула внутрь, но дальше места просто не было.

– Не могу… вы не поместитесь… это невозможно… – выдохнула я, откидываясь на Крога.

– Просто доверься нам…

Драх’эн немного приподнял меня и мучительно медленно заполнил собой. Я задохнулась от немого крика, ощущая себя заполненной целиком, до краев, до безумия. Растянутой до предела…

По телу прошлась волна судорог, но это было томительно сладко, обжигающе и в то же время мучительно. Мне хотелось, чтобы они двигались – и мужчины уловили мое желание, высказанное нетерпеливым движением бедер.

Их руки держали меня, обнимали, ласкали, скользили по разгоряченной коже, губы опаляли своими прикосновениями. Они двигались внутри меня, вызывая волны, накрывающие меня одна за другой, уносящие мое сознание, оставляя только пульсирующее удовольствие, блаженство, от которого немели ноги, закатывались глаза, а из горла вырывались хриплые стоны.