— Шамс! — закричал он, выныривая из внутреннего мира и вскакивая на ноги. — Я всё понял! И представь себе, догадался сам, без твоих подсказок!

— И что же ты в итоге понял, среднеумок? — с лёгкой улыбкой спросил Шамс, подходя ближе.

— Ам-м-ма, ну, это уже лучше, чем «нижеумок», — Крас довольно усмехнулся, — глядишь, так и до гения когда-нибудь дойду. В общем, слушай: королева паразитов, она ключ ко всему, главная координация. Если на неё начать давить, кошмарить её, то остальные, мелкие, сразу начинают реагировать и защищать ядро.

— И? — Шамс выжидающе поднял бровь.

— Что значит «и»? Всё же просто и гениально: когда на меня когда-нибудь нападёт менталист, я просто мысленно попытаюсь проникнуть к матке, как сейчас чтобы создать угрозу. А паразитики, охраняя королеву, тут же облепят ядро со всех сторон, и тем самым я буду автоматически защищён от любого внешнего ментального вторжения!

— Нижеумок, — вздохнул Шамс. — Тебя ничего не смущает в твоём «гениальном» плане?

— Что⁈ — Крас опешил. — Да он идеален, лучше не придумать!

— Ой, дебил, — Шамс осуждающе покачал головой и цокнул языком. — Ты что, собрался вежливо спрашивать каждого встречного врага, прежде чем начать с ним драться: «Извините, вы случайно не будете могущественным телепатом и менталистом? И вы не хотите ли мной поуправлять на досуге?» А потом, когда он тебе ответит утвердительно, ты скажешь ему: «Подождите, пожалуйста, одну минуточку, я сейчас настрою свою ментальную защиту поудобнее, и тогда мы с вами честно сразимся!» Так ты себе это представляешь, увалень? Ты идиот!

Шамс повысил голос:

— Телепаты, менталисты, как правило, слабы в остальных аспектах силы и энергетики: мечи, кулаки, щиты у них хромают. Их главная фишка это бесшумное управление разумными на расстоянии, причём инкогнито, исподтишка. Ты даже не поймёшь, не осознаешь, что тебе встретился самый опасный противник, пока ты сам себе, по его воле, мозги не вышибешь из пистолета или не перережешь горло собственным ножом. Какие сделаешь из этого очевидные выводы, нижеумок?

— Твою мать… — до Краса дошло. — Защита от чтения мыслей и контроля должна быть постоянной. Круглосуточной. Она должна работать на автомате, сама по себе, всегда.

— Бинго! — Шамс кивнул. — И что, скажи на милость, нужно сделать, чтобы она стала постоянной?

— Хрен его знает, что именно нужно сделать, — Крас развёл руками. — Наверное, нужно так настроить систему, чтобы королева всегда находилась под лёгким, непрерывным прессингом, под угрозой. Тогда и мелкие будут в постоянной боевой готовности.

— Молодец, смышлёный малый! — Шамс похлопал его по плечу. — Дальше я тебе подскажу и расскажу про природу и структуру твоей паразитической энергии, которую ты, возможно, уже знаешь по рассказам старого. По сути, частички подселяются к разумному и живут за его счёт, как настоящие тунеядцы, питаясь его энергией. Но при этом, парадоксально, они дают и некоторые преимущества, которыми ты уже научился успешно пользоваться. Изначально, когда их популяция невелика, паразиты почти никак не влияют на разумного, просто потихоньку воруют энергию. Затем, со временем, они начинают активно расти и безудержно размножаться, вследствие чего оказывают огромное влияние на своего носителя.

Шамс сделал паузу.

— Чем дольше живёт разумный, тем больше паразиты на него влияют, пока не начинают практически полностью брать управление на себя. Как правило, у обычных, необученных смертных процесс в конце жизни перерастает в старческий маразм. Паразиты размножаются до такого невероятного количества, что забирают практически всю энергию разумного. Это и объясняет немощность и слабость глубоких стариков. В конечном итоге, паразитики выпивают энергососуд полностью, как апельсин, и человек умирает. А вот развитые, дисциплинированные разумные берут под полный контроль своих паразитиков и превращают их в полезных помощников и защитников, чётко и жёстко регулируя их популяцию, численность. Чему настоятельно советую научиться и тебе. А для этого всего-то необходимо одержать вверх над их королевой. Кажется просто… но на самом деле это невероятно сложно.

Он помолчал и закончил:

— Хоть она и сидит в твоём собственном ядре, ты не сможешь им овладеть полностью, пока не подрастёшь в энергетике, не повзрослеешь. Так что на данном, стартовом, этапе тебе придётся либо договариваться с королевой, либо искусно манипулировать ею. Сейчас у тебя нет никаких доступных инструментов для диалога с королевой паразитов, а на этой отсталой планете сделать подобное, к сожалению, невозможно. Так что методом исключения у тебя остаётся только манипуляция.

После услышанного Крас заметно посмурнел лицом. Ему категорически не понравился тот неприятный факт, что он не может чем-то управлять в своём собственном, казалось бы, организме. Хотя если начать мыслить логически, обычные люди всю свою жизнь так и живут, даже не задумываясь, как именно у них работают внутренние органы. Вот только Крас был уже не совсем человеком в привычном понимании этого слова, он перешагнул незримую грань. И, естественно, он желал полностью контролировать каждую частичку своего нового тела и энергии.

— Очень интересно, — процедил он сквозь зубы, — но, ничего не понятно! Что мне конкретно требуется делать на практике?

— Неудивительно, нижеумок! — Шамс вздохнул. — Растолкую сейчас для тугодумов на пальцах. Скажи-ка мне, что нужно сделать в политике для того, чтобы подчинённые одного государства добровольно пошли на условия другого, враждебного государства, и приняли их как свои родные?

— Ну, наверное, самый простой и действенный способ — убить их лидера, — предположил Крас. — Устранить верхушку власти.

— Или?.. — с намёком протянул Шамс. — Думай лучше, шире мысли. Ведь убив их старого лидера, ты моментально станешь вне закона государства, и тебя будут яростно преследовать до скончания веков и пытаться уничтожить твою семью. Это классика.

— Лучше не убивать, а захватить лидера в плен и держать на мушке, — сообразил Крас. — А затем диктовать свои требования. А на пост лидера поставить своего, послушного человека.

— Именно, в точку, среднеумок! — Шамс довольно кивнул, сверкнув глазами. — Пропущу твой тупой вопрос «что же мне теперь делать?», потому что знаю, что ты хочешь его задать. И сразу на него отвечу, не тратя время. Облепи своё энергоядро плотным слоем коричневой энергии, создай вокруг него иллюзорную, обманную тюрьму для королевы. На самом деле, это очень простой, по сути своей технически ничего не дающий трюк, но с огромной, неожиданной психологической отдачей для системы.

— Почему «ничего не дающий»? — удивился Крас. — Зачем тогда вообще заморачиваться?

— Потому что королеве паразитов, по большому счёту, глубоко фиолетово на твои игры. Она всю свою долгую жизнь живёт внутри ядра и не покидает его ни на секунду, даже под страхом смерти. И если ты её там искусственно закроешь, запечатаешь, то для неё это, в общем-то, даже лучше, подумает, что о ней заботятся. Но тут в дело вступает коллективный, стайный разум подчинённых: раз кто-то посторонний воздействует на ядро, пусть даже формально, значит, кто-то пытается проникнуть к матке, захватить её. И тогда её нужно немедленно защитить, любой ценой. Тем самым, применяя топой трюк, ты убиваешь сразу двух жирных зайцев одним метким выстрелом.

Шамс загнул пальцы:

— Во-первых, паразитики моментально, рефлекторно, облепят ядро со всех сторон плотным слоем и защитят тебя от менталистов, даже довольно сильных. Во-вторых, ты создашь дополнительную преграду в виде энергокаркаса, который будут постоянно подпитывать энергией сами же паразиты из своих резервов. Круговорот энергии в твою пользу.

— Круто, — Крас присвистнул. — И всё на самом деле оказывается так просто, когда начинаешь разбираться в вопросе.

— Давай, пробуй, нижеумок, не рассуждай, — поторопил его Шамс. — Всё же мой драгоценный бонус от Равновесия за обучение тебя неминуемо сократится из-за того, что ты жуткий, непробиваемый тугодум и не догадался до всего сам, без моей подсказки. Но у нас, к сожалению, уже совсем нет времени ждать, когда до тебя дойдёт своим ходом. Ты можешь и месяц ходить гадать и медитировать, а бой завтра.

Сергей не стал больше медлить ни секунды и тотчас сделал всё то, что предложил ему Шамс. Он внутренне сконцентрировался и приказал коричневой энергии облепить ядро плотной, непроницаемой сферой. И практически сразу же сработал механизм, описанный наставником. Паразитики, почуяв неладное, в панике сгруппировались, облепили ядро поверх коричневой сферы, выдавив её оболочку за пределы своего действия, и начали самозабвенно подпитывать её своей энергией, делая только толще. А самым неожиданным и невероятно полезным оказался тот факт, что коричневая энергия под активным воздействием паразитиков начала спонтанно, в ускоренном режиме, преобразовываться в фиолетовую энергию ментала, которую Крас до сего момента совершенно не умел воспроизводить самостоятельно, сколь ни пытался. Таким образом, герой получил минимальную, но уже хоть какую-то, защиту собственного сознания от воздействия извне.

Затем, заинтригованный результатом, Шамс предложил провести небольшой учебный спарринг для проверки новых возможностей. И Крас с удивлением и радостью заметил, что без своих обычных усилений и ускорений учитель стал ему заметно проигрывать, опаздывая с реакциями на доли секунды. Это наглядно говорило о том, что Шамс больше не может в режиме реального времени читать его мысли и предугадывать действия.

— Так-то лучше, ученик! — Шамс, несмотря на поражение, улыбнулся. — Теперь ты практически готов к тому, что тебя ждёт.

— Мне нужно знать что-то ещё? — спросил Крас, чувствуя внутреннее спокойствие.

— Всегда и в любом деле полезно узнавать что-то ещё, если это, конечно, не плохие новости. А в нашем конкретном случае новости именно плохие, скрывать не буду. Короче, не буду томить и ходить вокруг да около. Твоим следующим противником в турнире может стать один из двух претендентов: оба мастера, оба смертельно опасны.

Шамс помрачнел лицом.

— Первый вариант — это ящеролюд с очень серьёзной, подавляющей ментальной атакой, но довольно слабый в физическом, рукопашном бою. Второй вариант — это огромный драконид, который ужасно силён в боевом искусстве и обладает гигантским запасом чистой энергии, которой может питать свои усиления часами.

— М-м-м, — задумался Крас. — И какой вариант развития событий нам нужен? Я думаю, что менталист, однозначно, предпочтительнее для меня на данном этапе. С ним хоть какой-то шанс.

— Правильно думаешь, неожиданно, — похвалил Шамс. — Твоей новообретённой ментальной защиты, в теории, должно хватить, чтобы противостоять полному захвату разума ящеролюдом. Да, будет очень тяжело и непривычно, состояние будет близким по схожести с сильным алкогольным опьянением, когда движения замедляются, а мысли путаются. Но это не смертельно и, включив все свои усиления и ускорения, ты всё же сможешь победить его, скрепя зубами и теряя сознание от перенапряжения.

Он поднял палец.

— А вот с драконидом Алаверсом дешёвый номер уже не пройдёт. Он сын одного очень властного и могущественного лорда в своём мире. С рождения их древний род имеет великолепную, передающуюся по крови и генетике ментальную защиту, пробить которую практически невозможно без специальной подготовки. Так что они в своей жизни развиваются конкретно и целенаправленно только в двух направлениях: энергетика и чистая физика, грубая сила. Если говорить проще, то у Алаверса просто колоссальный, неиссякаемый запас энергии, и он невероятно силён физически. В честном, открытом поединке тебе его не одолеть, твоего жалкого запаса энергии не хватит даже на то, чтобы измотать его щит.

— И что же мне тогда делать? — растерянно спросил Крас.

— Как что⁈ — усмехнулся Шамс. — Биться, однозначно, нечестно! Использовать любые, самые подлые методы.

— Это как? — Крас нахмурился. — Мне казалось, или мне кто-то говорил, что на турнире можно использовать в бою абсолютно всё, что угодно, никаких правил нет?

— И да, и нет, — Шамс загадочно покачал головой. — Короче, ты, наверное, заметил, что, как только ты попадаешь на арену поединка, кровавая мясорубка не начинается тотчас же, с первого мгновения?

— Да, согласен, — припомнил Крас. — Первый мой противник, этот… с гаммами, что-то долго лепетал сначала, прежде чем атаковать. А Хим вообще подослал ко мне свою куклу-двойника поговорить, а при личной встрече тоже много говорил, прежде чем напасть.

— Во-о-от, именно об этом я и веду речь! — Шамс оживился. — Тебе никто намеренно не объяснял все тонкости правил только по одной простой причине: потому что высшие миры изначально считали твою личность и личность твоих собратьев расходным материалом, пешками в большой игре. Так вот, запоминай: существует негласный, но строгий этикет начала сражения на турнире. Категорически запрещается нападать из засады, не представившись своему противнику и не соблюдя формальности. Не знаю, для чего именно придумали это правило тысячи лет назад, и кому это было нужно настолько, чтобы его соблюдали все, но так уж повелось во всех мирах, где проводится турнир. Сначала, прежде чем обнажить оружие, необходимо обязательно показать себя во всей красе, представиться и произнести пару дежурных фраз. И только потом, после взаимного согласия или сигнала, начинать бой.

— А что будет, если глупого этикета не соблюдать? — спросил Крас, уже догадываясь об ответе. — Как я понимаю, при встрече с Алаверсом мне, возможно, придётся действовать очень быстро и грязно?

— Всё верно, ученик, соображаешь. Если перед тобой на арене окажется драконид Алаверс, не медли ни секунды. Заканчивай бой молниеносно, одним единственным ударом, без всякого предупреждения и представления, даже если он начнёт говорить. Да, за таким грубым нарушением этикета последуют штрафные санкции от Равновесия в виде потери части завоёванных очков, возможно, наложения каких-то временных ограничений. Но это гораздо лучше, чем верная и мучительная смерть, поверь мне. Поединок уже на носу, совсем скоро. Поэтому, советую тебе, Морф, переселись сейчас подальше от источника силы, в самый дальний угол базы, чтобы не мешать энергокаркасу готовиться. И как только почувствуешь приближение переноса (лёгкий мандраж), сразу усиливайсь и ускоряйся на полную катушку, держи косы наготове и будь готов ударить в любую секунду. Если появится Алаверс, то руби с плеча, не думая. Со вторым же противником, с ящеролюдом, можешь сделать всё по правилам и дать ему представиться.

— Понял, запомнил, — Крас кивнул. — Слушай, ещё один, последний, вопрос, который меня давно мучает. Почему Аргон, при всех своих талантах, наотрез отказывается переделать мои косы в нормальные мечи? Вот не по душе мне странный, заморский вид оружия, непривычно, в бою неудобно. Мастерскую себе знатную забацал, инструменты достал, а такой, казалось бы, простяк не может выполнить.

И тут Шамс так громогласно и заливисто расхохотался, что даже слёзы выступили на глазах.

— Простяк! ПРОСТЯК! — захохотал он, хватаясь за живот. — Ну, насмешил, увалень, до колик! Парень, перековать такое оружие, как твои гамы, без потери их свойств, это вообще мало кто в принципе может сделать во всей Вселенной, даже среди великих мастеров. А твой молокосос-артефактор, который лишь недавно начал постигать азы, уж точно не осилит сложнейшего задания, да ещё и на вашей нищей планете без нормальной базы и материалов. Короче, ты уж смирись и не мучай парня. Будешь ходить как сама смерть, с косой. Всё на сегодня, отменяю все дальнейшие тренировки до боя. Отдыхай, медитируй, набирайся сил и готовься морально к поединку. Свободен, Морф.

Крас так и поступил, не задавая больше вопросов. Он перебрался в самый дальний от источника силы жилой модуль, который едва ли был пригоден для жизни, и почти не выходил оттуда до самого часа икс. Много медитировал в тишине, думал о предстоящем поединке, прокручивал в голове различные сценарии и очень надеялся на лучшее, хотя понимал, что надежда — плохое подспорье в бою. Через несколько часов, ближе к полуночи, когда луна светила в окно, энергосистема Сергея внезапно начала сходить с ума. Он в панике почувствовал сильные, хаотичные приливы энергии в своём энергокаркасе, не поддающиеся контролю. Это были те самые странные, пугающие ощущения, про которые когда-то давно говорил Уравнитель. Именно так, по его словам, все разумные себя чувствуют перед неизбежным переносом на арену турнира.

Крас, не мешкая ни секунды, по максимуму усилил каждый мускул своего тела, включил ускорение на полную мощность и начал как безумную мантру, заклинание, повторять про себя одну и ту же короткую фразу, словно надеясь обмануть судьбу:

«Ящеролюд, ящеролюд, только бы, пожалуйста, ящеролюд… Ящеролюд, ящеролюд, только бы, ну пожалуйста, ящеролюд…»

Спустя несколько минут, показавшихся ему вечностью, его, наконец, мягко подхватило и перенесло в совершенно другое место, вырвав из душного модуля. Это был огромный стадион, похожий на римский Колизей, только современный, с ровно подстриженным, ярко-зелёным искусственным травяным покрытием, которое пружинило под ногами. Со всех сторон ослепляли мощные прожекторы, заливавшие поле белым, стерильным светом. Было прохладно, градусов восемнадцать по Цельсию, не больше.

Резкий температурный контраст очень сильно чувствовался после удушающей, знойной жары Афганистана. Но Крас сейчас не обращал ни малейшего внимания на все эти отвлекающие мелочи и детали. Его взор, его сознание были прикованы к тому, кто стоял прямо перед ним, преграждая путь. И он произнёс, не сдерживаясь, всего одно слово, в котором отразилось всё его отчаяние:

— Бля… ть…

В десяти метрах от Краса, ровно в центре поля, на зелёной траве, широко расставив ноги и сложив руки на груди, стоял массивный драконид с удивительно белой, почти снежной шкурой, переливающейся в свете прожекторов. Он был облачён в ослепительно золотые, украшенные рунами доспехи, сияющие, как начищенный самовар. Крас сразу, с первого взгляда, холодным потом понял, что это не ящеролюд. У последних никогда не бывает за спиной огромных, кожистых крыльев, по размеру превосходящих само тело, складывающихся в гармошку. Да и на человека, на гуманоида, это чудище было совсем не похоже, ни единой общей черты, кроме способности стоять на двух ногах. Хотя и ногами их назвать было нельзя, скорее мощные, покрытые чешуёй лапы с огромными когтями, закованные в тяжёлые, кованые доспешные сапоги.

Верхние конечности также не выказывали ни малейшей схожести с человеческими руками: четыре толстых пальца вместо пяти, с длинными, смертоносными когтями. В них противник крепко, уверенно сжимал огромный двуручный меч, больше напоминавший по размерам небольшую шпалу. Размером оружие было с рослого взрослого мужчину, не меньше. На первый взгляд казалось, что грубой махиной невероятно неудобно размахивать в бою. Но у Сергея не было и малейшего сомнения, что золотой крокодильчик будет управляться с ней легче и быстрее, чем обычный человек с зубочисткой. Так что у него, к сожалению, не оставалось иного выхода, кроме как нарушить правила.

Противник, как и полагалось по дурацкому этикету, попытался что-то громко и торжественно начать говорить, приветствуя соперника. Скорее всего, это было длинное, пафосное приветствие, где он перечислял свои титулы и заслуги, которое необходимо было произнести перед честным боем. Но закончить ему выступление было не суждено.

Сергей, не дожидаясь ни секунды, крепко, до побелевших костяшек, сжал свои косы в руках, подал на них невероятно мощный, сокрушительный импульс почти всей накопленной энергии и резко рванул вперёд, срываясь с места, как спринтер на Олимпиаде.

Под его нечеловеческим ускорением, перегружающим все системы, с треском рвались сухожилия на ногах, он вырывал огромные, жирные клочья искусственной травы из газона и нёсся на своего противника, как разъярённый ураган, как пушечное ядро. В самый последний, критический момент Алаверс, видимо, обладая какой-никакой интуицией, всё же понял, что задумал безумный человек. Это чётко читалось в его огромных, вертикальных глазах: удивление, гнев и страх одновременно.

Но было уже слишком поздно что-либо предпринимать. Сильнейшим, отработанным до автоматизма движением рук Крас опустил свои косы крест-накрест, словно ножницы, на тонкую, незащищённую шею драконида, перерубая её, как сухую ветку. Одним ударом он отрубил ему голову. Горячая, почти кипящая, густая кровь фонтаном брызнула из обезглавленного тела и обильно, с головы до ног, облила Краса.

— Вот и всё? — прошептал Сергей, глядя на падающую тушу. — Ну, и что же будет со мной дальше?

А дальше была непроглядная, густая тьма. Победителя мягко, но властно подхватило и перенесло с места кровавой битвы. Он понял это по резким, непривычным колебаниям энергии, ощутив их всем телом. Так же, по воспоминаниям, было и в прошлый раз после успешного завершении боя. Вот только очутился парень сейчас отнюдь не на своей уютной базе в Афганистане. Он находился в каком-то странном, пустом пространстве, заполненном кромешной, звенящей темнотой, где даже привычные законы физики, похоже, не работали.

Крас с ужасом понял, что не ощущает собственного тела, ни рук, ни ног, ни головы. Существовал только его голый разум, парящий в пустоте. Внутренний мир, к которому он привык, и энергокаркас тоже были недоступны, заблокированы, словно их никогда и не существовало.

— Приехали, — тихо, с горечью сказал он сам себе в пустоту. — Похоже, это и есть конец. Доигрался, Кравцов.