— Тиамат, я смотрю, ты питаешь слабость к этому унылому месту? — спросил Архидемон, восседая на разрушенном троне мёртвой планеты. Его красная кожа мерцала в тусклом свете умирающей звезды. — Почему мы не можем встретиться, например, в частном борделе Красного измерения? Там лучшие девочки всего Равновесия, которых только можно купить за деньги или душу. А ты опять затащил меня на унылые развалины, где даже камни воняют смертью.

— Карниван, скажи честно, все демоны такие похотливые скоты, или только ты, мой друг? — дракон даже не повернул головы, разглядывая горизонт. — Хлебом тебя не корми, а дай кого-нибудь замучить или отодрать, причём в любом порядке. Мы, драконы, спокойно относимся к интимному делу и, как правило, используем половой акт исключительно для продолжения рода, без лишних извращений. И слезь с моего трона, он тебе не принадлежит, облезешь ещё своей демонической шелухой.

Тиамат оскалился, обнажив ряды зубов, каждый размером с человеческую руку.

— Ты в него даже не поместишься, ящер, — усмехнулся Архидемон, устраиваясь поудобнее. — Он даже мне, маловат по размерам, что уж говорить про тебя, гору чешуи и высокомерия. И зря вы так с развлечениями, хотя представлять не хочу, как вы это делаете в своих пещерах. Наверное, та ещё картина, достойная кисти безумного художника! И именно по этой причине ваша раса, друг мой, считается вымирающей, под угрозой полного исчезновения. Вы мне напоминаете проклятых эльфов: тоже заносчивые особи, кичащиеся на каждом шагу чистотой своей крови и знатностью рода. У меня, знаешь ли, как минимум по паре десятков наследников в каждом более-менее значимом мире, а ублюдков и вовсе не сосчитать, за всеми не уследишь. Мой род, к твоему сведению, точно не вымрет, сколько бы вы там ни кичились. Ну, так что мы тут делаем, Тиамат? Зачем вызывал, не томи старика?

Казалось, Архидемона искренне забавляла беседа с драконом, словно он наблюдал за выступлением цирковых клоунов. Несмотря на то, что Карниван был прекрасно осведомлён обо всём, что случилось на недавнем турнире, краснокожий не выказывал ни капли разочарования или досады. Чего нельзя было сказать о драконе. Тот выглядел мрачным и напряжённым, как сжатая пружина.

— Демоны чем-то неуловимо схожи с людьми в сексуальном плане, — дракон пренебрежительно отмахнулся огромной лапой, едва не задев торчащие колонны. — Вы, как муравьи, плодитесь и живёте в грязи, похоти и собственных экскрементах. — Он помолчал, собираясь с мыслями, и продолжил: — Я позвал тебя именно на эту планету, потому что уверен в полной анонимности нашего разговора. Абсолютной, без единой лазейки. Лично ставил несколько веков назад мощную печать защиты от проникновения на энергощит покорённого мира, работал неделями, не разгибая спины. Хочу обсудить наши так называемые достижения и провалы по мирам Земли и Фарада. Как я полагаю, не всё там гладко, несмотря на победные моменты?

— А я, мой чешуйчатый друг, думаю, что всё очень даже замечательно, — улыбнулся Архидемон, обнажив клыки. — В обоих мирах основные претенденты на выигрыш турнира устранены. Мы решили проблему с Ши Вейжем и Тушу на Фараде. Вы решили проблему с Морфом на Земле. Как по мне, так всё просто отлично, я бы сказал, даже лучше не придумаешь.

Краснокожий не стал в лоб говорить то, что крутилось у него на языке: по сути, демоны практически ничего не потеряли в этой схватке, а вот миру Тиамата пришлось знатно выложиться. Они потратили уйму ресурсов, накопленных за столетия, и сожгли кучу бонусов Равновесия. У Архидемона были свои, далеко идущие планы на мир Кравцова, так что проигрыш мелмакского клана был ему только на руку. Вот только он вовсе не подавал вида радости, а продолжил ничего не значащий, светский диалог, словно за чашкой чая:

— Вроде так оно и есть, но оба претендента, к сожалению, не мертвы. И Уравнитель, эта старая бюрократическая крыса, будет зубами землю грызть, но попытается их спасти, высунуть свои щупальца из каждой щели.

— У него ничего не получится, — возразил дракон, и его голос прозвучал как раскат грома. — Мы потратили уйму ресурсов на вышеуказанных разумных, перекрыли все возможные и невозможные пути. Один Ши Вейж чего для вас стоил, сколько крови выпил! — Тиамат сверкнул глазом. — Кстати, как ты это провернул с ним, с потерянным мастером? Я так до конца и не понял механизм, хотя пытался разобраться.

— Всё просто, до безобразия просто, но очень дорого в финансовом плане, — скучающе, словно речь шла о погоде, объяснил Архидемон. — Помнишь того манипулятора, который пытался своей марионеткой угомонить Морфа на Фараде? Забавный был тип, умелый. Так вот, на нём, на этом хитреце, висела королевская печать последней воли. Редчайший артефакт, не каждому владыке доступный. Мы уговорили его добровольно отбросить ласты на пару веков, повисеть в астрале, и заключили, соответственно, сделку.

— Неслабо, — Тиамат даже приподнял бровь, что на его морде выглядело угрожающе. — Такие печати направо и налево не раздают, на вес звёздного золота идут. Что он попросил взамен, наглец с марионетками? Наверняка что-то неприличное.

— Наглец потребовал Фарад в собственность, весь целиком, с людьми, ресурсами и воздухом, — усмехнулся Карниван. — А печать он вообще глкпо получил, по чистой случайности спас дочку одного древнего лорда, оказавшись в нужном месте в нужное время. Короче, просто повезло идиоту, как утопленнику. Так вот, мы сошлись на том, что его ловит и убивает Ши Вейж, пару сотен лет он висит в безвоздушном пространстве астрала, затем мы его вытаскиваем, отряхиваем от пыли и дарим Фарад, как ёлочную игрушку.

— Но всё же не так просто, наверное? — дракон прищурился. — У вас, краснокожих, всегда есть подвох в плане, и сделки вы мастерски заключаете только в свою пользу, даже если партнёр кажется вам другом.

Архидемон громко, раскатисто рассмеялся, услышав лестные слова. Для расы демонов хитрость, коварство и подлость являлись положительными качествами, достойными уважения.

— Ах-ха-ха! Конечно, а как может быть иначе, мой чешуйчатый друг? — он хлопнул себя по колену. — Короче, по условиям сделки, Фарад ему принадлежит только номинально, на бумаге. Он там будет типа королём или царём, вообщем как захочет, так и будет себя называть, хоть императором вселенной. В ресурсном плане ему будет принадлежать всё, все недра, леса, воды. Но прибыль от их реализации, то есть звонкую монету, мы забираем себе, и не половину, а девяносто процентов. Ему оставляем жалкие крохи, на пропитание и содержание гарема. Он сможет управлять только подданными своего мира, иномирцы ему не подчиняются ни в каком виде, и все вопросы транзита, торговли и межмирового развития тоже под нашим контролем, каждый шаг. Так что это очередная марионетка, просто более дорогая и капризная. Как иронично, правда: кукловод, мастер марионеток, сам в итоге стал марионеткой! — Демон саркастично рассмеялся, запрокинув голову. — Жаль, конечно, было расходовать настолько ценную вещь, как печать последней воли, на цирк пора заканчивать. Ставки слишком высоки, нам позарез нужны эти планеты, они как кость в горле.

— Полностью с тобой согласен, — Тиамат задумчиво почесал когтём чешую на брюхе. — Морф тоже неплохо нам нервы потрепал, надо признать. Своей грязной победой запятнал позором один очень древний и уважаемый род. Из-за этого у них теперь большие проблемы, о которых ты, возможно, не слышал: стервятники из соседних кланов разрывают их земли в клочья с лозунгами «Слабакам не место на Мелмаке», и никто не вмешивается. Знаешь, всё вроде неплохо, но меня, старика, не покидает тревога. Смущает один неприятный момент.

Тиамат замолчал на какое-то время, обдумывая, делиться ли своими мрачными размышлениями с демоном. Но тот его опередил и догадался сам, хитро прищурив красные глаза:

— Ты про то, что оба индивида, и Морф, и Ши Вейж, теперь будут находиться в одном месте? В одной клетке, так сказать?

— Именно, Карниван. Проклятье, именно это меня и гложет, как шакал утробу, — выдохнул дракон. — Когда мы попросили отстранить Морфа от дальнейшего участия в турнире в качестве штрафной санкции, Уравнитель запросил наказание в виде заточения именно в тот мир, где сейчас прохлаждается Ши Вейж, в ту же самую дыру. Меня не покидает гадкое чувство, что всё планировалось кем-то заранее, с дальним прицелом, и мы сейчас пляшем под чужую дудочку, как дешёвые танцоры.

— Исключено, ты слишком параноишь, — отмахнулся Архидемон. — Ты же знаешь, куда они отправились, в какое место. Оттуда просто так не возвращаются, даже легендарные герои выходили оттуда седыми и полусумасшедшими. Мы уже оплатили поимку Ши Вейжа, он попал туда в своём истинном обличье, без документов и без маскировки. Так что наши наёмники, лучшие охотники, его изловили в первый же день и посадили в глубокие казематы, под землю. Участь мастера, скажу тебе, незавидна: весь его срок: пытки, голод, холод и лишения, ежедневные и ежечасные. А Кравцов, этот выскочка, если его и не поймают в ближайшее время, проведёт там очень много времени, пытаясь выжить. Мы за время успеем закончить турнир нашей чистой победой, собрать все дивиденды, а потом хоть трава не расти, хоть они вылезут оттуда генералами.

— Надеюсь, ты прав, Карниван, — дракон посмотрел на умирающее небо. — Очень надеюсь, что твоя самоуверенность не сыграет с нами злую шутку.

— Иначе и быть не может, мой чешуйчатый друг, — Архидемон поднялся с трона и потянулся, хрустнув костями. — Пожалуй, закажу-ка я целый отдельный бордель в честь нашей победы, с лучшими девочками всех рас, и буду гулять целый месяц, а то и два. Ещё увидимся, Тиамат, не скучай без меня.

Сказав эти слова, архидемон в своей привычной, пафосной манере щёлкнул пальцами и растворился в воздухе, оставив после себя лишь лёгкий запах серы и тлеющей ткани.

Огромный змей не стал упускать возможности облететь захваченный мир, наслаждаясь своим одиночеством. Он взмыл высоко в небо, раскинув крылья на сотню метров. По словам Карнивана, они одержали подлую, но явную победу, почти не оставив противнику шансов. Вот только дракон жил уже очень, очень долго и на своём веку видел сотни сражений. Он твёрдо знал: любой проигрыш в отдельно взятой битве может обернуться полной победой во всей войне, если вовремя заметить ошибку.

— Надеюсь, ты прав, Карниван. Очень надеюсь, что твоя самоуверенность не затмила тебе глаза, — повторил Тиамат, глядя на умирающую звезду.

В его голосе звучала глубокая, мудрая печаль, смешанная с циничной усмешкой над обоими.

Конец второго тома и первой части арки «ЗАЩИТНИК». Герою пора побывать в других мирах и стать сильнее!

Продолжение следует...