Этой ночью, как ни странно, Крас спал как младенец, без задних ног и сновидений. Сначала, лёжа в кровати, Сергей думал, что, будучи взбудораженным донельзя новыми, шокирующими знаниями о мироустройстве, долго не сможет сомкнуть глаз и будет ворочаться до утра. Но глубокое изнеможение и физическая усталость от недавней погони и боя взяли своё, стоило ему только опустить тяжёлую голову на подушку.

Утром парень проснулся очень рано, ещё до первых петухов, и целый час просто лежал с открытыми глазами, пялясь в потолок и переваривал полученную от Шамса информацию, раскладывая её по полочкам.

Как же, оказывается, всё-таки сложно и многогранно устроен мир, и как мало простым, необразованным смертным о нём известно по воле высших сил. Люди пытаются исследовать далёкий, холодный космос, строят мощные телескопы, не имея ни малейшего понятия, что на их собственной, родной планете уже давно бок о бок проживают представители других, нечеловеческих рас, да ещё и управляют ими, как марионетками. Да что там говорить, океан планеты изучен всего на каких-то жалких пять процентов, а они на космос замахнулись.

Хотя Крас всегда, ещё с ранней юности, считал, что тёмные бездонные воды Мирового океана не разведывают активно по каким-то другим, скрытым причинам, а не только из-за технической сложности погружения. Когда парень был ещё наивным подростком, он сформировал для себя смелую теорию. Очень давно, в незапамятные времена, предки людей разделились на три крупных вида: те, что остались жить на поверхности суши, те, что ушли под воду навсегда, и те, что спрятались глубоко под землю в пещерах. Чтобы не было распрей, войн и конкуренции между ветвями, они предпочли друг к другу не лезть и разделить сферы влияния. Поэтому так плохо и поверхностно изучаются океанские глубины и недра земные. Табу, негласный запрет. Повзрослев и став реалистом, Сергей посчитал детскую теорию сказочной, нелепой и бредовой. Но вот, узнав о других мирах, порталах, демонах и разумных, он уже не считал её такой уж нелепой и неправдоподобной.

Быстро умывшись холодной колодезной водой, сделав энергичную зарядку и надев чистую, пахнущую солнцем одежду, парень собрался на утреннюю бодрящую пробежку перед ежедневной медитацией. И каково же было его удивление, когда у самого выхода из жилого модуля он нос к носу столкнулся с Шамсом. Тот сменил свой излюбленный спортивный костюм на строгую, непривычную военную форму защитного цвета и всем своим подтянутым видом показывал, что Краса сегодня ждёт что-то очень сложное, изнурительное и неприятное.

— Долго спишь, увалень, — Шамс укоризненно покачал головой, скрестив руки на груди. — Так и всё самое интересное на свете продрыхнешь, жизнь мимо носа пройдёт. Развитому, прогрессирующему разумному на полноценный сон необходимо максимум пару часов в сутки, не больше. Боги и те вообще могут не спать годами, правда потом в компенсирующую спячку впадают на длительные сроки, чтобы перезагрузиться. Ладно, это всё лирика, не по делу. С сегодняшнего дня, запоминай: каждое утро я буду ждать тебя на этом самом месте ровно в пять ноль-ноль, без опозданий. Если опоздаешь хотя бы на минуту, берегись, последствия будут самыми плачевными для твоего здоровья.

После чего он, резко и совершенно без замаха, без всякого предупреждения, очень сильно удалил Краса под дых.

— Ау-у-у! — выдохнул Крас, сгибаясь пополам, и хватая ртом воздух. — Кха-кха-кху… За что? Это было гадко и максимально подло, мы же ещё не начинали! — Прошептал из-за нехватки воздуха Сергей.

— А это тебе, мальчик, для того, чтобы ты наконец-то понял и прочувствовал: я говорю абсолютно серьёзно и шутить не намерен. У нас с тобой катастрофически мало времени до следующего турнирного поединка, время тает, как снег весной. Если я не успею тебя хоть немного подготовить, то, считай, плакало наше общее дело и моё помилование. Так что, дорогой ты мой, тебе со мной сегодня крупно не повезло. С сегодняшнего дня тренироваться будем по-новому, жёсткому, интенсивному графику. И первое, чему тебе крайне необходимо обучиться в ближайшее время, это грамотный, экономичный сбор энергии из окружающей среды, то есть из воздуха.

Шамс ходил вокруг согнувшегося Краса, как хищник.

— Это основа, база и самая важная, критическая функция для любого разумного, кто обладает навыком энергетика. Да что там говорить, это жизненно необходимо для любого развитого разумного вообще! В мирах высшего эшелона без базового умения просто не выжить и двух дней. Потому что любой встречный голодный энергетический вампир выпьет тебя без остатка за пару секунд, и ты просто засохнешь на месте, как мумия.

— Это как — выпьет? — Крас наконец выпрямился, потирая ушибленный живот и отдышавшись. — Звучит… весьма отвратительно и неприятно. И откуда интересно, прикажешь брать силу для всего, если она для меня выходит только из открытых энергоисточников вроде того камня в пещере? Вернее, только её я могу поглощать.

— А вот так, — Шамс хищно усмехнулся, — возьмут за шкирку и выкачают из тебя всю энергию до последней капли. Один иссушенный прах и останется! И всё-таки ты, Морф, безнадёжный нижеумок, дурачок и увалень. Энергия, она буквально повсюду вокруг нас! Всё, что ты видишь вокруг себя, от камня до облака, состоит из неё. Нужно только научиться отщипывать по маленькому кусочку от всего подряд и успешно переваривать, превращая в свою. Даже булыжники, на которых мы стоим, имеют определённый энергетический потенциал, хоть и слабый. Отличие лишь в том, что добыть энергию из инертной материи, например из камня, чрезвычайно сложно. Сделать такое могут очень немногие разумные с уникальным даром и подготовкой. А вот в воздухе, в атмосфере её полно, даже больше, чем нужно. Да, она не тёплая, ламповая и не такая чистая и концентрированная, как в том же источнике, но для простых базовых вещей сгодится отлично. Ты, кстати, заметил, что я хожу без огнестрельного оружия, в отличие от твоих друзей? Догадаешься сам, почему, или мне разжевать?

И правда, Сергей сразу же мысленно отметил, что Шамс с самого их знакомства не носил при себе ни пистолета, ни автомата, ни даже мелочи. При первой встрече в Москве он подумал, что, возможно, оружие переносить в столице сложно и рискованно, поэтому оставил в машине. Но как только они прибыли в Афганистан, Шамс по-прежнему не выказал ни малейшего интереса к многочисленным стволам и гранатам, которые отряд любовно раскладывал по кобурам и разгрузкам.

— Заметил, конечно, — кивнул Крас. — Но, если честно, как-то не придал особого значения, не задумывался. Ты вон как мастерски махаться умеешь, быстрее, чем глаз уследить. Думал, стволы тебе просто ни к чему, залягаешь любого до смерти. Собственно, я тоже практически всю свою сознательную жизнь без огнестрела хожу и пока не вижу в этом ничего дурного.

— Ой, дурак, ой, неисправимый дурак! — Шамс схватился за голову. — Короче, объясняю один раз и очень доходчиво, с учётом твоей хвалёной «обучаемости», думаю, въедешь. Огнестрельное оружие любого типа и калибра эффективно только против обычных, беспомощных смертных, не умеющих управлять энергией и уж тем более, не способных строить защитные конструкты. Простейший энергощит, даже самый слабенький, с лёгкостью сделает автоматную очередь или пистолетный выстрел абсолютно бесполезным, как детский струйный пистолетик с водой. И я тебе больше скажу, паля в подготовленного разумного, ты только сделаешь его ещё сильнее и могущественнее, то есть подпитаешь его.

— Это как так, сделаю сильнее? — не понял Крас. — И что такое «конструкт» вообще?

Он задал вопрос и тут же мысленно улыбнулся. Ему очень нравилось, что новый знакомый легко идёт на откровенный контакт и с готовностью, без всяких «Равновесий» и отговорок, рассказывает столько невероятно интересной и полезной информации. Насколько смог понять Крас, Шамсу не нужно было платить самому «Равновесию» за раскрытые секреты, он был свободен в своих действиях и словах. Так что парень решил выудить из него как можно больше уникальных, ценных знаний за короткий промежуток времени.

— Тебе ещё слишком рано это знать, не дорос, — отмахнулся Шамс. — Но если всё же вкратце, то на вашей отсталой планетке это обычно называют магией, колдовством или чудом. А на самом деле это примитивное умение управлять энергией более тонким образом, придавая ей нужную форму. Ты, как уникум, со своими дурацкими навыками, многое из этого понимаешь и используешь на подсознательном, интуитивном уровне, даже не отдавая себе отчёта, как тебе это удаётся. Другим же, простым смертным, на овладение такого простейшего энергетического конструкта требуется очень много времени, а точнее от года до целого столетия. Всё зависит от врождённых способностей и предрасположенности, обучаемости.

Шамс на мгновение замолчал, давая Красу время осмыслить услышанное, и затем продолжил:

— Теперь перейдём к твоему вопросу про огнестрел. Самый простейший и эффективный защитный конструкт, это энергощит. Ты отчасти, интуитивно, уже умеешь его в экстренных ситуациях создавать и использовать, я видел. Но ты совершенно не владеешь техникой его постоянной подпитки извне во время боя. Вот смотри: когда стреляют из любого огнестрельного оружия, снаряду придаётся не только кинетический импульс движения, но и очень мощный заряд энергии, который и наносит основной урон. Попадая в цель, грубая энергия передаётся в тело жертвы, разрывая ткани. Разумный же, умеющий грамотно оперировать энергией, просто напросто поглотит готовый заряженный импульс и ловко перенаправит его в свой энергощит, тем самым либо обновляя его, либо делая ещё толще и прочнее, подпитываясь от выстрелов врага. Так что, когда вчера удушенные по нам палили из всех стволов в метро, ты нёс прямой энергетический ущерб и терял силы, а я, наоборот, становился только сильнее и могущественнее с каждой выпущенной пулей. Именно по этой причине любой мало-мальски развитый разумный в принципе не носит с собой огнестрельное оружие, считая его бесполезным детским гаджетом. Настоящий боец имеет только холодное оружие, в которое может вкладывать свой личный импульс и энергию. Подготовленные воины, как тот же главарь удушенных, вкладывают непрерывный импульс энергии в клинок, которым тебя собираются убить. Тем самым нанося прямой вред твоему энергощиту, а не усиливая его.

Шамс указал на косы за спиной Краса.

— Например, твои гамы, не просто красивый и дорогой аксессуар, они отличные проводники энергии. Они могут накапливать и передавать заряд обратно тебе. Если ты научишься должным образом оперировать всеми процессами, то сможешь легко проламывать клинком любой, даже самый мощный щит, независимо от противника. Металл, из которого они созданы неизвестными мастерами, рассечёт любой материал: от мягкой человеческой плоти до твёрдого камня, как нож сквозь масло. Весь секрет в том, что энергетический импульс, которым ты питаешь оружие, должен быть неразрывным, постоянным. Как обычное электричество. Пока провода целы и ток идёт, телевизор исправно работает и показывает картинку. Стоит только провод выдернуть из розетки, и ваш ящик становится бесполезным куском пластика и стекла. Так же и с оружием: пока ты непрерывно подпитываешь его своей силой, оно эффективно рубит и убивает. Как только прекращаешь это делать, оно становится бесполезной железкой, не страшнее кухонного ножа.

Шамс глубоко вздохнул и подвёл черту:

— На высших уровнях мастерства и развития можно будет лупить чистой энергией издалека, даже без физического носителя. Но до заоблачного статуса тебе ещё, как до Луны пешком без остановок. Ладно, довольно теории на сегодня, переходим к практике. Сейчас, Морф, включаешь на полную катушку свои максимальные ускорения, усиления и энергоотдачу всем конечностям. Затем начинаешь нарезать быстрые круги по долине вдоль ущелья, пока не упадёшь без сил без. И не вздумай отключать энергоотдачу, даже когда покажется, что всё, конец. Только когда я скомандую остановку, понял?

Сергей сделал то, что приказал ему Шамс, даже не раздумывая ни секунды: он усилил все свои мышцы до предела, вложив в них остатки энергии, и включил режим непрерывной энергоподпитки всех систем организма, сжигая резервы без оглядки.

О той запредельной скорости, с которой он рванул с места, любой олимпийский чемпион планеты мог только мечтать в самых смелых снах. Крас мчался по каменистой долине вдоль высохшего русла реки, поднимая за собой облака пыли. Не меньше семидесяти-восьмидесяти километров в час, а на прямых участках, возможно, даже быстрее. Первое, что он заметил, это как развалились его добротные армейские ботинки уже через пять мину безумного забега, превратившись в клочья кожи и резины. Дополнительная энергия, которую он бездумно жёг, была направлена организмом на усиленную, но недостаточную регенерацию ступней и сухожилий во всём теле, так как они постоянно рвались от нечеловеческих нагрузок.

Хоть Крас уже и был далеко не совсем человеком в привычном понимании этого слова. Недаром же он заменил практически всё своё тело на органы, выращенные из чистой энергии под руководством Эли. Но даже такое фантастическое усиление не справлялось с запредельными, почти космическими нагрузками, которые испытывал его бедный организм на пределе возможностей.

Спустя пятнадцать минут бездумного, изнурительного марафона весь его изначальный запас самой разной энергии исчерпался почти до нуля, и Крас начал испытывать сначала слабость, а затем и дикую, раздирающую боль во всём теле. Регенерация практически перестала работать, не получая подпитки. Быстро сменив спектр зрения на энергетический, он с ужасом понял, что ценной энергии осталось совсем чуть-чуть, буквально на пару вдохов. Защитные схемы и системы его организма, испуганные колоссальным расточительством, начали самостоятельно переходить в энергосберегающий режим, пытаясь сохранить остатки для жизненно важных функций. Но Сергей моментально, волевым усилием, прекратил этот процесс и назло всем и всему ещё больше усилил своё тело, сжигая последние резервы.

Всё закончилось предсказуемо и плачевно. Парень просто споткнулся об острый камень, торчащий из земли, на полном ходу, и, потеряв равновесие, сломал себе обе ноги в мгновение ока. Ещё добрую сотню метров он беспомощно кувыркался по колючей земле, перекатываясь, ломая оставшиеся кости и повреждая мягкие ткани, пока наконец не замер. Затем его перегруженное сознание просто отключилось от переизбытка болевых импульсов, погрузившись в спасительную темноту.

— Увалень, ты хоть живой там? — раздался сверху насмешливый, но довольный голос Шамса. — Не думал, что ты такой безбашенный и дурак, с первого же раза получилось то, что нужно! Похвально, хоть на что-то ты способен, а не только языком трепать. Посмотри-ка на себя, полюбуйся.

Он стоял над искалеченной, изломанной тушей Краса и широко, довольно улыбался, засунув руки в карманы.

Сергей с трудом разлепил тяжёлые веки, открыл глаза и медленно, с огромным усилием осмотрел своё изуродованное тело. Он был в глубочайшем, почти коматозном шоке от увиденного: руки выкручены под неестественными, невообразимыми углами, суставы вывернуты; ноги выворочены задом наперёд, колени смотрели не туда, куда надо; кожный покров на многих участках тела отсутствовал напрочь, обнажая мокрые мышцы и осколки костей. Парень даже не мог пошевелить пальцем из-за сильнейшего перелома позвоночника в двух местах. Но не это было самым главным и удивительным. Сменив спектр зрения обратно на энергетический, Крас увидел нечто совершенно новое: вокруг его слабо мерцающего энергополя образовалось плотное облако насыщенного жёлтого цвета, пронизанное десятками крошечных, но сильных воронок и торнадо, вращающихся с бешеной скоростью по всей поверхности его тела. Вот только обычные торнадо, как он знал, высасывают всё с поверхности земли и разрушают. А эти малютки, похоже, работали с точностью до наоборот: они с невероятной силой сосали энергию внутрь его искалеченного тела, выкачивая её из окружающей среды, из разреженного воздуха, если быть точным.

— Запоминай, увалень сам принцип работы и основу! Вкладывай это новое умение в своё подсознание, чтобы оно закрепилось намертво. Хе-хе-хе! — Шамс довольно потирал руки.

— Я не умею так делать! — прошептал Крас еле шевелящимся языком, с трудом выдавливая слова. — Я даже не понимаю, как оно происходит!

— Умеешь, умеешь, ещё как умеешь, просто твоё тугое сознание этого пока не осознало! — подбодрил его Шамс. — Сейчас зайди во внутренний мир и просто задай себе мысленный вопрос, как это работает? Твоё энергоядро само даст тебе ответ.

Крас моментально, не мешкая ни секунды, вошёл во внутренний мир и сосредоточенно задал жизненно важный вопрос самому себе, своей сути. И, о боже! Всё стало предельно ясно, но не для его человеческого ума, а для энергоядра, которое обрело новое понимание процессов. Сергей просто получил мысленное, чёткое подтверждение от самого себя, что его ядро только что успешно обучилось новому, сложнейшему умению и теперь, в случае необходимости, сможет автоматически повторить энергетический фокус по требованию.

— Шамс, — выдохнул Крас с облегчением, выныривая из внутреннего созерцания. — Кажется, действительно получилось! Я чувствую, как энергия понемногу сочится, но её так мало, просто жалкие крохи. Едва-едва хватит на самую базовую регенерацию, чтобы не загнуться. И как мне собирать добытую энергию в достаточном количестве в обычном состоянии, когда я цел и невредим, без экстремальных травм?

— А пока — никак, — жёстко отрезал Шамс. — Ты что думал, приятель, что всё будет легко и просто, как в сладком сне? Нет, нижеумок, всё хорошее в мире достаётся исключительно через жесточайшую боль и страдания, через преодоление самого себя.

— Бл…ть! Где-то я это уже слышал… — проворчал Крас, скрипя зубами от боли.

— Да где угодно слышал! — хмыкнул Шамс, веселясь от того, что Крас ругается. — Это же простая, как топор, истина, которую знает каждый младенец: за всё по-настоящему хорошее в жизни необходимо бороться до последней капли пота и крови. Теперь, чтобы активировать сбор энергии из окружающей среды, тебе придётся каждый день почти насмерть разбиваться, как сегодня. Только тогда энергоядро будет запускать экстренный режим сбора извне. На самом деле вся энергонаука, это тёмный, непаханый лес, и до сих пор никто не может внятно объяснить, почему одну энергию мы поглощаем легко и с удовольствием, почти не замечая, а другую, с огромным скрипом и нехотя. Если говорить совсем просто и примитивно, то твоему энергоядру просто лень, по-человечески лень, добывать энергию из всего окружающего мира, оно считает сие занятие неблагодарным и энергозатратным. А зачем ему, спрашивается, лишний раз напрягаться и трудиться в поте лица, если ты постоянно ходишь и беззаботно подпитываешь его из готового жирного источника в пещере?

Шамс подошёл ближе и присел на корточки.

— Всё вокруг, включая нашу собственную суть, всегда хочет упростить любой процесс, срезать угол. Короче, мы все отъявленные лентяи по своей природе, с этим ничего не поделаешь. Так что имей в виду: путь к твоему любимому энергоисточнику в пещере тебе теперь заказан. Ближе чем на сотню метров к нему не подходить категорически, даже не смотри в его сторону. Первые несколько дней твоё проснувшееся ядро будет черпать силы из окружающей среды исключительно для экстренного восстановления и поддержания нормального функционирования организма на минимальном уровне. А вот полноценные запасы на чёрный день делать пока не станет. Зачем, если можно отлынивать? Но ты же парень, как я погляжу, упёртый и безбашенный, словно баран. Каждый день будешь себя убивать в хлам, как сегодня. Тогда энергоядру ничего другого не останется, кроме как понять, что ты конченый придурок и сознательно хочешь самовыпилиться. А значит, нужно позаботиться о собственном сохранении и выживании и, скрепя сердце, начинать черпать запасы на постоянной основе.

Шамс усмехнулся и подмигнул.

— Поверь мне, потом, когда ты разовьёшься ещё сильнее, ты сам будешь удивлён и напуган тем, куда твоё ядро может прятать скрытые запасы энергии на самый чёрный день, пряча от тебя самого!

Тут Шамс о чём-то внезапно вспомнил и громко, от души рассмеялся, хлопнув себя по колену.

— Был, кстати, один презабавнейший случай, когда не самый удачливый, самовлюблённый маньяк каким-то невероятным образом умудрился получить доступ к половине скрытых резервов собственного ядра и тем самым сильно себя ограничил в развитии. У него даже паранойя началась на этом фоне, ядро дало сбой, и он повсюду видел врагов. Так что лучше не переусердствуй в новом деле, знай меру. Как только поймёшь, что активный сбор энергии из окружающей среды запустился в постоянном, непрерывном режиме, сразу бросай себя калечить и уродовать. И ещё, и да! — поднял он палец. — Это работает, судя по практике, только таким вот варварским способом. Просто отрубать конечности и потом их отращивать, как ты делал с Элей, не получится. Для запуска механизма необходима мощная подпитка всего тела максимальным расходом энергии именно в моменте с целым, здоровым телом. Как только твой запас падает почти до нуля, сразу калечишь себя, и тогда включаются экстренные режимы самосохранения и подпитки извне одновременно. Короче, весёлые, незабываемые деньки тебя, дружище, ждут впереди!

— Да твою ж мать! — простонал Крас, закрывая глаза. — А старый ещё совсем недавно распинался мне, что наконец-то мои долгие мучения почти закончены, что я теперь, как бог, завалю последнего оставшегося противника на турнире влёгкую, даже не вспотев. Чую я, где-то он меня капитально и хитро на…бал, как щенка!

— Аха-ха-ха! — Шамс рассмеялся ещё громче, смакуя ситуацию. — Не то слово, на…бал однозначно! Это он просто сгоряча, на радостях от твоей внезапной победы над Химом так говорил, выпячивая свои заслуги. Хотя я, если честно, не уверен, что астолько древний Уравнитель, как твой «старый», вообще может испытывать какие-либо человеческие эмоции в привычном нам понимании. На самом деле, Морф, запомни раз и навсегда: настоящая жизнь — это сплошная боль и преодоление. И для того чтобы просто выжить и не сдохнуть где-нибудь в канаве, необходимо постоянно развиваться и становиться сильнее, быстрее, умнее. А как я уже не раз говорил: всё самое лучшее и ценное достаётся исключительно через большие потери и нечеловеческие страдания. Можно, конечно, попытаться добиться всего и безболезненно, но не в твоём конкретном случае и уж точно не на этой проклятой планете. И даже не надейся легко, без боя, победить в следующем поединке.

Он осёкся и посмотрел Красу прямо в глаза.

— Хим был очень силён и могуч, но, к счастью для тебя, оказался самоуверенным придурком, каких поискать. Ему не стоило с тобой играть, как кошка с беззащитной мышкой, растягивая удовольствие. Просто кошачья гордыня сгубила. Поверь мне на слово, следующий мастер, тот, который заменит выбывшего Хима, не допустит детской и глупой ошибки. Он пойдёт в бой с одной целью, убить тебя мгновенно. И твои шансы на победу в том бою, примерно один к миллиону, если не меньше.

— Вот старый! Вот брехун настоящий! — возмутился Крас, сжимая кулаки, насколько ему позволяли сломанные руки. — Как увижу его, всё выскажу в лицо, что я о нём думаю! Шамс, слушай, я чую, тут мне придётся ещё поваляться и оклематься какое-то время, пока энергия из воздуха накопится. Можешь пока, за неимением лучшего, рассказать ещё что-нибудь про демонов, про удушенных и их руководителей?

Шамс внимательно осмотрел ранения Краса, оценивая степень тяжести, и решил, что тот прав. Регенерация прямо сейчас работала очень медленно, еле-еле, и у них внезапно появилось немного свободного времени на обсуждение важных, глобальных вещей.

— Про удушенных я тебе уже рассказал практически всё, что требуется знать на данном этапе, — начал Шамс, усаживаясь поудобнее на соседний валун. — А про их руководителей, про высших демонов, к сожалению, пока не могу вдаваться в подробности, слишком опасно. Имею право только немного приоткрыть завесу тайны. Существует такая тайная и могущественная организация, или, скорее, культ, как «Праведный круг». По крайней мере, именно так они себя называют на вашей планете, маскируясь под благие намерения. В других мирах и вселенных они известны под другими названиями — «Чёрный круг», «Алый круг», «Кровавый круг», «Демонический круг», «Круг творения», «Братский круг» и так далее, и тому подобное, но суть всегда одна и та же. Знай лишь то, что если в названии какой-либо организации присутствует слово «Круг» с большой буквы, ничего хорошего от него ожидать не стоит. Это — стопроцентное зло. Так вот, члены «Праведного круга», по сути, фанатики и адепты, слепо служащие демонам, а те, в свою очередь, руководят ими и становятся всё сильнее и могущественнее за их же счёт. Одним словом — хаоситы, слуги Хаоса.

— Во-о-от, это уже гораздо интереснее! — Крас аж приподнялся на локтях, забыв о боли. — Расскажи, пожалуйста, поподробнее про Хаос и Порядок. Чем они отличаются друг от друга, кроме названий?

— Да всё, на самом деле, проще пареной репы, — Шамс пожал плечами. — Это два вечно противоборствующих лагеря, практически ничем друг от друга не отличающихся по своей сути, кроме, разве что, внутренних порядков и моральных устоев. Но, согласись, если ты, допустим, родишься и вырастешь в обществе, где с пелёнок считается абсолютно нормальным убивать и пожирать своих же соседей на завтрак, а затем проживёшь в нём всю свою долгую жизнь, ты будешь искренне считать дикостью и извращением, например, пацифизм и бескорыстную любовь к незнакомцам. Вот так, примерно, живут хаоситы. У них свои устои, свой путь. Реальное мироустройство, конечно, гораздо сложнее и запутаннее, чем я обрисовываю, но сейчас я тебе этого объяснять не буду.

Он замолчал на секунду, подбирая слова.

— У Порядка всё, соответственно, с точностью до наоборот, хотя они, надо признать, тоже ещё те ублюдки, каких поискать, и святошими себя не считают. У обеих фракций — и у Хаоса, и у Порядка — есть своя внутренняя иерархия: уроженцы, фанатики и адепты. Уроженцы — это высшие чины, генералитет в каждой из фракций. Они, по сути, живут исключительно в своём закрытом союзе и мало интересуются мирскими делами, им нет до этого дела. Фанатики — это те, кто беспрекословно верят в идеологию своей фракции и выполняют любые, даже самые безумные приказы и поручения уроженцев, не рассуждая. Адепты же — это наёмники без роду и племени, которые присасываются к фанатикам и им услужают за плату. Последние, как продажные девки, и нашим, и вашим. Могут в любой удобный для себя момент переметнуться на другую сторону и жестоко предать прежних хозяев. Адептов, честно говоря, никто в здравом уме не любит и не уважает, в обеих фракциях к ним относятся как к быдлу. Но, парадокс; без них невозможно получить фанатиков, такова структура. С фанатиками уже всё гораздо проще и надёжнее. Существует куча действенных способов привязать фанатика к своему блоку намертво. Например, в виде нерушимой духовной клятвы или специальной магической печати. И если такой фанатик вдруг решит предать свой союз, то будет немедленно стёрт из Равновесия без права на восстановление.

Шамс глубоко вздохнул.

— Это, конечно, всё в сильно упрощённом, схематичном варианте, но сути не меняет ни на йоту. Обе великие фракции отъявленные выбл…дки, не желающие ничего, кроме собственной выгоды.

— Ха! — Крас усмехнулся. — Но ты же сам, судя по всему, воюешь за Порядок. Почему тогда так плохо и резко высказываешься про своих же товарищей по оружию?

— Не совсем так, — Шамс покачал головой. — Вернее совсем не так. Я ведь ещё не рассказал тебе про третью, нейтральную сторону. Есть разумные, не принимающие ничью сторону и предпочитающие держаться особняком, в гордом одиночестве. В развитых, цивилизованных мирах нейтралов, как правило, не трогают, они всем не мешают. А вот в таких отсталых, диких мирах, как твой, про них никто не знает, либо их показательно устраняют, как потенциальную угрозу системе. Просто мироустройство и философия Порядка мне, как личности, гораздо ближе и понятнее, чем у хаоситов, вот я и живу в тех мирах и секторах, где он преобладает.

— Так в чём же тогда, Шамс, главный смысл быть нейтралом, если их всё равно, по сути, истребляют? — не унимался Крас.

— Свобода, парень, — в глазах Шамса загорелся огонь. — Свобода превыше всего. Когда ты нейтрал, ты никому, абсолютно никому ничего не должен и не обязан, и можешь делать в жизни всё, что твоей душе угодно, без оглядки на начальников. В более-менее приличном мире ты, например, ни за что не встретишь ни одного приличного торгаша или купца, который бы принадлежал к какой-либо фракции или блоку. Они спокойно торгуют и с теми, и с другими, не изменяя себе. А это, между прочим, строжайше запрещено и у адептов, и у фанатиков, сотрудничать с врагом. Так что бывает и так, что нейтралитет, это порой суровая жизненная необходимость для выживания. Да и если ты, как я, не путешествуешь активно по злокозненным мирам, сражаясь на всех фронтах, в этом нет абсолютно ничего плохого, живи себе в своё удовольствие.

Шамс резко поднялся на ноги, отряхнул пыль с колен и безапелляционным тоном скомандовал:

— Так, всё, хватит валяться и философствовать, подъём! Твоё тело уже почти восстановилось, регенерация идёт полным ходом. Вставай, дыши, и медленно, шагом ковыляй на нашу медитационную площадку. Потом быстренько сменишь грязную, порванную одежду и приведёшь себя в порядок. Будем спарринговать до седьмого пота, пока солнце не сядет.