Крас улыбнулся, услышав лестные и тёплые слова от человека, которого считал своим побратимом по оружию.

— А я и не переживаю, собственно, — ответил он, хлопнув Лиса по плечу. — Я тебя тоже в беде не оставлю, это и так понятно. Лучше расскажи мне поподробнее, как там поживает Лао? Вы с ним часто общались за эти годы?

— Нет, нечасто, мы были в разных учебных корпусах, разделённых стенами и правилами. Но иногда, урывками, пересекались на общих мероприятиях. Если вкратце, то он тебе очень благодарен, чуть ли не боготворит. Всё то время, пока ты был в его теле, Лао сидел во внутреннем мире второго уровня. Не знаю, что это за зверь такой, но он сказал, что ты, босс, прекрасно поймёшь, о чём речь. Так вот, пацан куковал там в гордом одиночестве и всё это время непрерывно обучался, используя твою энергию. Все твои мысли, переживания и эмоции были ему доступны в полном объёме, без цензуры. Он также получил часть твоей памяти и большого опыта жизни на Земле. Мечтает побывать в нашем мире и всё великолепие, которое видел в твоих воспоминаниях, посмотреть вживую своими глазами. А ещё ты очень нехило, по словам мастеров, развил его энергетические навыки, прокачал на годы вперёд. Так что парень теперь просто самородок и вундеркинд, с которым носятся мастера, как курица с яйцом, оберегая от любой опасности. В общем, только положительные эмоции и благодарности в твой адрес, причём самые искренние. Хотя, по сути, парень провёл полгода в импровизированной тюрьме собственного тела. Скорее всего, ему было очень несладко сидеть в своём же теле и смотреть, как им управляет другая, чужая личность, не имея возможности ничего изменить.

Крас на мгновение завис, припоминая кое-что из курса психологии, который изучал в бытность свою студентом.

— Точно, — щёлкнул он пальцами. — Вспомнил, в медицине это называется синдромом «запертого человека». Полный паралич при сохранённом сознании. Никому, даже врагу, подобного не пожелаю, это настоящая пытка. Ну а Ли как? Он-то жив, здоров, цел? К доброму пацану я тоже сильно прикипел душой, он выручал меня довольно часто в самых нелепых и дурацких ситуациях, в которые я умудрялся вляпываться и его за собой тащил. Я когда туда попал первое время, тупил жутко, как первоклассник.

— Мне это чувство знакомо, босс, — усмехнулся Лис. — Я тоже очень долго не мог привыкнуть к смене обстановки и местным диким порядкам, был как рыба, выброшенная на берег. Хотя мне, наверное, было всё же немного проще, чем тебе! Меня сразу особняком поставили как иностранного агента и первое время обучали отдельно от остальных учеников, пока я слегка не адаптировался к суровой реальности. Второй паренёк, Ли, тоже в полном порядке, не переживай. Мы с ним часто спарринговали на ринге. На первых порах он здорово мне задницу надирал, несмотря на то, что был вдвое меньше и моложе меня. Никогда бы не подумал, что меня может отлупить тощий подросток с голыми кулаками. Затем я втянулся, обучился местным премудростям и уже сам показывал ему интересные приёмы из нашего, земного рукопашного боя.

Василий улыбнулся, у него явно вызывали положительные, почти ностальгические эмоции воспоминания о мире Фарад. Крас не мог не заметить и тоже тепло улыбнулся в ответ. Возможно, обучение в храме Шао Лань и правда станет лучшей, самой яркой частью жизни парней, о которой они будут вспоминать на старости лет. Но вдруг Лис посмурнел лицом, тень пробежала по его чертам, и он продолжил свой рассказ более мрачным тоном:

— А затем началась проклятая война. Я, кстати, часто делал опасные вылазки на прифронтовые территории и в глубокий тыл к врагу, ходил за линию фронта. Наши небольшие диверсионные отряды совершали дерзкие налёты: грабили вражеские обозы с оружием, жгли провизию и боеприпасы, вырезали часовых. Короче, не получилось у твоего скромного помощника полноценно отдохнуть от воинских обязанностей и предаться покою, как мечталось.

Лис помолчал с минуту, собираясь с мыслями, и тяжело вздохнул, глядя в иллюминатор на бескрайнее небо.

— Знаешь, босс, мне иногда кажется, что всё, что меня окружает в этой жизни, это сплошная война и насилие. Возможно, в предыдущих своих воплощениях, если они были, я сильно накосячил и нагрешил, за что сейчас и расплачиваюсь кармой.

— Не переживай раньше времени, — Крас ободряюще похлопал его по плечу. — Нужно на всё стараться смотреть в положительном ключе, иначе сойдёшь с ума. Думай так: «А кто, если не мы?» О нас ещё сложат песни и легенды в веках. Твои будущие дети и внуки будут гордиться тем, что в их роду был такой славный малый, а не ссыкло.

Он ободряюще улыбнулся другу и вернулся к прежней теме разговора:

— Печально слышать, что на Фараде большие проблемы. Похоже, старый там знатно проиграл в пух и прах, как карточный шулер в подпольном казино. Да-а-а, участь целой планеты незавидна, если честно.

— Это неоднозначно, — загадочно ответил Василий, покачав головой.

— В каком смысле? — Крас подался вперёд, желая развить тему до конца.

— Перед тем как меня вернули обратно в наш мир, Вед сказал одну странную фразу. Он пояснил, что всё ещё можно исправить, ибо войны ведутся на протяжении всей истории разумных видов. Главное это турнир, а не локальные конфликты. А ещё он добавил, что мы с тобой сможем им помочь в будущем, правда, я так до конца и не понял, что конкретно он имел в виду, не стал уточнять.

— Не забивай тяжёлыми мыслями свою голову, Лис, — вздохнул Крас. — У нас сейчас свой турнир в самом разгаре, гораздо более важный! И если мы его проиграем, то уже нам самим помощь будет нужна, и не просто помощь, а чудо. Возможно, даже помощь профессионального могильщика, если всё пойдёт совсем плохо. Так что старайся, друг мой, теперь ты реально понимаешь, что может произойти с нашим видом в случае поражения. На наших плечах лежит огромная ответственность за судьбы миллионов.

— Босс, я не подведу! — твёрдо, как клятву, ответил Лис, вскинув голову.

— Я в этом даже не сомневаюсь, — одобрительно сказал Крас. — Я в тебя верю как в самого себя.

После нескольких изнурительных пересадок с мытарствами и долгого, выматывающего перелёта, частный самолёт отряда наконец-то коснулся колёсами взлётно-посадочной полосы московского аэропорта. Внуково встречало столичных гостей своими унылыми серыми красками и холодными, бездушными стеклянными фасадами терминалов, напоминающими декорации к фильму-антиутопии. Выйдя из самолёта, Крас вздохнул полной грудью, с наслаждением вдыхая знакомый с детства запах бензина и влажного асфальта, радуясь, что наконец-то вернулся на родину, пусть и ненадолго.

Сергей, если честно, никогда не любил столицу с её жутким, парализующим трафиком и бешеной скоростью жизни, которая выматывала за день сильнее, чем неделя в горах. Парню было куда ближе более размеренное и вялотекущее состояние бытия, где никто никуда не спешит и не тыкает тебя локтем в бок. А в златоглавой все вечно куда-то неслись, суетились, как будто смерть гналась за ними по пятам с косой наперевес. Вечные пробки на дорогах, в метро не протолкнуться даже в час ночи, у главных достопримечательностей толпы восторженных туристов с селфи-палками. Нет, определённо не его это город, не его стихия.

Однако после ужасно знойного, высасывающего все силы климата Афганистана, где даже тень не спасала от пекла, летняя Москва показалась ему настоящим глотком ледяной, живительной воды среди бескрайней пустыни. Даже палящее июльское солнце не казалось таким ослепляющим и агрессивным. Оно скорее ласково грело, а не жгло. На открытой площадке аэропорта дул свежий, почти прохладный ветер, принося с собой запахи цветов и нагретого бетона. Несмотря на то, что на дворе стояло лето, климат средней полосы России в это время года был очень комфортным для нормального человеческого проживания без постоянного обливания потом.

Пройдя якобы паспортный контроль, где ни один пограничник даже не поднял головы, отряд без лишних слов сел в дорогущий внедорожник с затемнёнными стёклами и укатил в сторону МКАД, растворяясь в потоке машин.

— Шур, неплохая у тебя организация! — Крас покачал головой с неподдельным уважением. — Таможенников-то как ловко купили? Они даже не посмотрели в наши липовые паспорта, просто шлёпнули отметки и пропустили с улыбкой. А потом говорят наивные люди, что попасть внутрь страны или покинуть её очень сложно! Да мы могли бы провезти несколько килограммов чистого геры в багажнике, и никто бы даже ухом не повёл, не залаяли бы.

— Крас, а ты думаешь, как ткокосик для звёзд эстрады и селебрити попадает в столицу регулярно, без перебоев? — Шурпа усмехнулся, поправив очки. — Да, именно таким проверенным способом, через карманную таможню. Таможенники тоже люди, со своими бытовыми проблемами, недостатками и финансовыми запросами. Кого-то можно банально купить, как безродную дворняжку за кусок колбасы. Кого-то можно запугать до полусмерти, вплоть до седьмого колена. Ну а с самыми упёртыми, кто не идёт на контакт, приходится поступать радикальнее: заменять или устранять. И, поверь мне на слово, подобная практика есть не только у нас в отдельно взятой стране! Например, в те же Соединённые Штаты попасть и того проще, только влетит в копеечку, а не за спасибо. Я не первый год варюсь в мутной каше, так что знаю, о чём говорю, и не понаслышке. Защита граждан государством, провозглашаемая с высоких трибун, это фикция и красивая ширма для громких политических возгласов. Устранить можно абсолютно любого человека на планете: хоть бездомного бродягу, хоть действующего президента сверхдержавы. На последнего, конечно, уйдёт целая куча ресурсов, уйма времени на многоходовую подготовку и человеческих жизней, но это всё равно возможно, вопрос цены и желания.

— Ты так спокойно об этом говоришь, Шур, — Крас прищурился, всматриваясь в лицо попутчика, — как будто уже проворачивал подобное не раз. Или правда проворачивал на досуге?

— А ты думал, мы тут в бирюльки с детьми играем? — Шурпа хмыкнул, достав сигарету, но не закуривая. — Самое сложное в профессии наёмных отрядов, скажу я тебе, это охрана важных, шишек, где каждый куст таит опасность. А вот грамотное устранение всегда легче, если голова на плечах есть. Потому что тот, кто пытается убить, всегда будет на шаг впереди того, кто охраняет. У нас, кстати, был один очень интересный, показательный случай со всех сторон.

Шурпа наклонил голову и закатил глаза вверх, вспоминая далёкие времена. По кривой улыбке стало ясно, что парень гордится теми приключениями.

— Дали нам задание устранить одного злобного диктатора в южной Америке, тирана и человеконенавистника. Сначала наши ФСБ-шники его выкормили, обучили, снабдили оружием, осыпали деньгами и связями, затем продвинули во власть. А когда все их геополитические цели в данном регионе были успешно выполнены, золотой говнюк, чуя скорую ликвидацию, переметнулся к американским пендосам и заручился их покровительством и защитой. Те по-быстрому состряпали ему идеального двойника ходящего на все публичные мероприятия и лицом торговавшего за улыбки. А основной ублюдок, настоящий, сидел в очень крутом, напичканном технологиями бункере, глубоко под землёй, как таракан. И охрана того объекта была настолько мощной, продуманной и многоуровневой, что устранить прямым способом гада можно было только путём тактического сброса ядерной бомбы на подземный бункер. И то не факт, что получилось бы, если бы промахнулись. Так вот, наши спецслужбы несколько лет пытались его убрать, но ничего не вышло, только своих людей положили понапрасну. Затем нам скинули злачный заказ и неплохо так заплатили. И наш Санька-аналитик, здоровья ему, да побольше, всё красиво решил за пару дней.

— Что за Санька-аналитик? — не понял Крас. — Ты про Гома сейчас говоришь?

— Нет, другой человек, совсем другой. Странно, что Гом тебе про него до сих пор не рассказывал, обычно он не скрывает свои кадры. В нашем отряде есть ещё один замечательный персонаж, которого ты, к сожалению, пока не видел. Он в данный момент сидит в очень глубокой и длительной засаде на одном очень важном и секретном деле, связанном с международной безопасностью. Человек с большой буквы, является нашим главным аналитиком по особо сложным, почти невыполнимым делам. Короче, если проще выражаться, чувак обладает очень незаурядным, почти гениальным умом и жуткой, мёртвой хваткой во всём, что касается изощрённых, нестандартных убийств.

Крас сделал отметку в памяти: обязательно познакомиться и запаразитить максимально полезного человека. Кто знает, когда потребуется устранить неугодного тирана. Да и скорее всего у грамотного аналитика найдутся и в мирном плане таланты. Всё обдумав, Крас снова заслушался рассказом Шурика, пытаясь не потерять нить мысли.

— Итак, я недорассказал про того южноамериканского ублюдка с бункером. Вообще, подобраться к нему с помощью грубой физической силы было практически невозможно, по крайней мере, без глобальной мировой шумихи и кучи трупов среди гражданских. А фэбосам лютый расклад, естественно, был не нужен. Им требовался тихий и незаметный демарш. После недельного напряжённого размышления Санька выдал гениальный план, от которого у всех волосы встали дыбом. Изучив досконально чертежи бункера и режим работы, он тщательно разобрался во всех технических нюансах системы вентиляции и нашёл-таки слабое место, лазейку. А было оно в фильтрах-очистителях воздуха. Всех грязных деталей я уже и не упомню, но если вкратце, то фильтры были сделаны из каких-то спецматериалов, которые не пропускали ни один известный вид отравляющего газа и очень качественно очищали воздух до стерильного состояния. И знаете что он сделал?

Шура оглядел всех вокруг, словно пытаясь услышать варианты ответов. Но по максимально серьёзным лицам товарищей быстро понял, что они ждут продолжение рассказа.

— Наш маньяк-аналитик три месяца с любовью выращивал две пары специальных крыс. Одну пару он кормил едой, на девяносто процентов состоящей из измельчённого материала фильтра, чтобы грызуны привыкли к его вкусу и структуре. А другую пару приучал к другой химии, не суть важно к какой. В итоге, спустя долгое время, первая пара крыс была запущена в вентиляционную шахту с миниатюрными камерами на головах и небольшими мешочками на спинах. Час блужданий по тёмным трубам и грызуны добрались до фильтров, и начали их с аппетитом жрать, протачивая дыру. Как только четвероногие сорванцы проделали аккуратную дыру в очистителях воздуха, мы выпустили следующую партию диверсантов. Те быстро добрались до своих голодных сородичей по запаху и прогрызли мешочки на их спинах. В мешочках, помимо вкусной приманки, был спрятан концентрированный яд нервно-паралитического действия, который моментально убил крыс и распространился по всей вентиляционной системе, превратив бункер в один большой склеп. И всё, дело сделано чисто, тихо и без лишнего шума.

Шурпа сделал паузу и обвёл взглядом притихший салон.

— Так что никто на нашей бренной планете не может быть в абсолютной безопасности, даже самые защищённые президенты с ядерными чемоданчиками. Ещё раз повторю для галёрки: устранить грамотно можно любого, если подойти с умом.

— Шур, а ты, я смотрю, знаешь много интересных историй и обладаешь очень обширными связями, — Крас задумчиво погладил подбородок.

Поведанный леденящий душу рассказ произвёл неизгладимое впечатление на Краса. Он в очередной раз убедился глубоко в душе, что пока на его извилистом пути появляются только очень нужные, незаменимые и полезные люди, и это не может быть простым совпадением.

— Профессия, мать её, обязывает знать всех и вся, — скромно ответил Шурпа. — Кстати, куда путь в итоге держим? Вы так и не пояснили до конца, не доверяете мне, старику?

— Если честно, я вообще никому не доверяю до конца, кроме босса, — громко, с вызовом заявил Василий, сидящий на переднем сиденье.

По некоторым едва заметным признакам (напряжённой спине и стальному голосу), Крас понял, что у Лиса имеется стойкая личная неприязнь к Шурпе, и за этим что-то стоит.

— В башню «Эволюция» едем, в Москва-Сити, — примирительно сказал Крас. — Будем брать Мотыля с поличным, насколько нам известно, там находится его главное логово, откуда он рулит всеми делами.

— М-да, — Шурпа присвистнул, покачав головой. — А вы, ребята, не ищете лёгких путей, я погляжу. Хотите на нас всю московскую братву натравить, словно разъярённых псов? У безмозглых отморозков, знаете ли, плотные связи во всех структурах, от полиции до прокуратуры. Ладно, не в первый раз. Что-нибудь придумаем на месте. Пока можно запросить всю имеющуюся информацию по цели, включая детальные планы всех этажей его офисов, пути отхода и запасные выходы, и подготовлю несколько вариантов отхода. Если нужны стволы, то на их добычу понадобится время.

— В этом нет никакой необходимости, — отмахнулся Василий, даже не обернувшись. — У меня в столице имеется одна конспиративная квартира на случай, если понадобится схорониться на пару дней от лишних глаз. Там всё есть в полном ассортименте. Единственное, боюсь, что та хата уже засвечена, и нам с боссом там появляться нежелательно, если не хотим вляпаться в засаду. Эль, поможешь вытащить пару стволов из закромов?

— Звучит как приглашение на тройничок, — Эльвира прыснула со смехом, но тут же стала серьёзной. — Да ладно, не обижайтесь, я пошутила. Достану я твои дурацкие пушки, не волнуйся, в два счёта. Ключ от квартиры хоть есть с собой?

— Там цифровой замок на кодовом замке, — буркнул Лис. — Код — сорок четыре, двадцать шесть, восемнадцать. Шур, в таком случае сначала заезжаем на Шоссе Энтузиастов, на квартиру, потом в «Эволюцию».

— Отставить пушки! — Крас повысил голос, останавливая дискуссию. — Не хватало ещё запалиться на проверке мусоров в столице! С оружием мы точно не пройдём охрану небоскрёба, там же рентген на входе. Лис, максимум нож оставь при себе и тот спрячь поглубже. Я даже свои косы брать не буду, слишком уж они устрашающе выглядят и совсем не похожи на безобидный сувенир. А вот твой новый штык-нож, Аргонова поделка, не очень грозным получился, компактный. Может и проканать за обычное средство самообороны, типа охотничий. Так что гоним прямиком в «Эволюцию», без лишних остановок.

— Как скажете, командир! — Шурпа ухмыльнулся в зеркало заднего вида. — Счётчик включён, деньги капают, причём с каждой минуты.

Вся компания дружно рассмеялась, разряжая обстановку, и джип, взревев мотором, помчался по Московской Кольцевой Автомобильной Дороге, лавируя между рядами бесконечного потока машин.