Нелёгкое и мокрое дело оказалось совершенно бесполезным. И, как потом рассуждал Тима, ещё и глупым. Ну кто, скажите на милость, стал бы рыскать вокруг проклятого дома в такой дождь, не боясь потонуть в лужах или замерзнуть насмерть?! Таких нашлось только семеро. Семеро глупых и беспомощных детишек.

До сих пор при мысли о том вечере мальчика пробирал озноб. И непонятно, то ли его вызывали воспоминания о промозглом холоде, то ли неловкое чувство осознания собственной наивности. Они бродили вокруг дома не меньше двух часов или, быть может, целой вечности, но, кроме промокших ног и глупых ссор, ничего не достигли.

Как бы то ни было, идея последить за домом имела смысл. Как ещё они выявят подозреваемых? Не рассказывать же, в самом деле, об этом родителям. Тогда они, не приведи монстры, начнут своё расследование, поднимут шум и суматоху. Того и гляди плакать начнут, понесутся утешать семью Рика и развернут такую бурную деятельность по всему городу, что впору будет спасаться где-нибудь далеко за Краем! Нет, такого дети допустить не могли!

Они уже не были неразумными малышами, учились неплохо, и у каждого проявилась особая монстрическая способность, пусть даже совсем чуть-чуть. Правда, у Тимы-то как раз ничего и не проявилось. Он упорно оставался человеком и никак не хотел монстреть. Его друзьям было всё равно, но вот не станут ли возмущаться Лео и его дружки? Не решат ли разбираться с пропажей Рика без какого-то беспомощного человечка?

Поэтому спустя два дня, когда дождь наконец перестал заливать город и сквозь плотные серые тучи прорвались первые слабые лучики солнца, Тима первым вызвался дежурить у проклятого дома.

Они решили караулить там по очереди в разное время, чтобы уж точно ничего и – самое главное – никого не упустить.

Возражать Тиме никто не стал. Возможно, никто просто не хотел тащиться к дому в такую рань, да ещё и перед школой, но мальчик всё равно ощутил облегчение. Он в деле! Они ведут собственное расследование! И, хотя кукла Рика пугала его до дрожи, внутри у Тимы зарождалось щекочущее волнующее чувство, в котором ему сложно было признаться даже себе самому. Они будут искать преступника! Они помогут спасти Рика! Они станут героями!..

Проклятый дом встретил Тиму тишиной и чернотой, прямо-таки выпирающими из утреннего нежного света. Мальчик поёжился, настороженно огляделся по сторонам и спрятался в темноте переулка. Всё-таки оказаться здесь в полном одиночестве было не очень приятно.

За спиной дышали опасностью заброшенные дома, в которых неизвестно что могло теперь обитать, а спереди нависал этот старый разваливающийся особняк. Тима старался не смотреть на него слишком пристально. Стоило задержать взгляд чуть дольше, и в окнах тут же мерещилось какое-то шевеление, что-то начинало протяжно скрипеть откуда-то изнутри дома, а дверь как будто зазывающе приоткрывалась. И казалось, что дом тихо шепчет прямо Тиме в голову: «Подойди ближе. Заходи в гости!»

Мальчик без конца поглядывал на часы, с трудом дожидаясь окончания дежурства. Минуты ползли медленнее улиток, мрачная тишина давила на уши, редкие поскрипывания заставляли испуганно вздрагивать.

Поэтому, когда за спиной у Тимы раздались чьи-то приглушённые шаги и неразборчивый шёпот, он весь сжался, покрепче перехватил самодельную рогатку и приготовился то ли бежать, то ли сражаться за свою жизнь. Или даже за саму душу.

Шаги приближались. До Тимы донеслось тяжёлое пыхтение. «Оно, похоже, голодное!» – с ужасом подумал мальчик. Что-то шаркнуло по земле, а потом звонко пискнуло. Тима не смел обернуться. «Кажется, у него несколько рук или ног. И дышит оно… странно».

Всё тело мальчика сделалось деревянным, и он уже понял, что просто не сможет убежать. Что ж, тогда остаётся только драться!

Холодная рука легла Тиме на плечо. С громким криком мальчик высоко подпрыгнул и отскочил в сторону, но рогатку из рук не выпустил. Быстро вложил туда камешек, резко развернулся, натягивая верёвку, и замер.

– Не знал, что ты научился летать, – хмыкнул Патрик, чья рука так и осталась висеть в воздухе на уровне Тиминого плеча.

– Да уж, может, дашь мне пару уроков? – захихикала Фи, потирая замёрзшие ладошки.

– А мне пару уроков этого крика, – подавив зевок, добавил Рахи. – Для гробниц вышел бы хороший предупреждающий звук!

Тима опустил руки и задышал спокойнее. Он так обрадовался, что вместо страшного Нечто объявились его друзья, что даже не подумал обижаться на их шуточки.

– Святые потроха, вы меня напугали! – воскликнул он. – Зачем вы так крались?

– Хотели, чтобы какой-нибудь преступник нас не заметил, – криво улыбнулась Фи. – Но теперь о скрытности можно и не мечтать. После такого-то шума!

– Что вы вообще тут забыли? – Тиме вдруг показалось, что друзья решили проверить, как обычный человечишка справится с таким заданием. Не доверяют ему? Внутри вдруг сделалось горько.

– Мы подумали, что одному тебе будет скучно, – ответил Патрик, оглядываясь вокруг. – Да и вообще, это место такое страшное. Мне не хотелось бы оставаться тут в одиночестве.

– И вдруг на тебя нападут! – добавил Рахи. – Если нас будет много, то кто-то сможет остаться в живых и рассказать всем о трагической кончине остальных.

Рахи сказал это совершенно серьёзно, и было понятно, что он не шутит. Но Тиме всё равно вдруг стало теперь тепло и приятно.

Он благодарно кивнул, но всё-таки не стал говорить, как сильно ему было страшно всё это время. С этого момента минуты дежурства полетели с безудержной скоростью. Интересно, и что это у времени за шуточки такие?

Утро не принесло никаких результатов. Конечно, Лео не преминул насмехнуться над их общим сбором и отсутствием подозреваемых, но приставать не стал и после уроков сам отправился в сторону проклятого дома. И, надо отметить, Шэри и Карл увязались за ним. Так они и стали дежурить то одной, то другой компанией.

* * *

Прошло три дня. Солнце вдруг разжарило, словно решило вернуть лето. Лес загорелся красным и золотым, шапки полетели обратно на полки (но не в шкафчики!), куртки расстегнулись, а виды из школьных окон стали манить учеников на улицу с новой силой.

Тима с друзьями и мерзкая тройка, оставившая не-Рика в классе, сгрудились на лавочке в маленьком парке, вдыхая свежесть озера и грибной аромат земли. На воде мирно покачивались упавшие листики, ветер мягко шелестел в деревьях, но дети словно и не замечали этой мирной картинки и с горящими глазами составляли план. «Поймать кукловода» – вот что значилось на вырванном из тетради листе, в котором Фи аккуратно выводила имена подозреваемых.

– Во-первых, Сладкоежка, – Лео расхаживал туда-сюда, сложив руки за спиной. – Как мы выяснили, он появляется там каждое утро и собирает ежевику.

– Никаких больше ежевичных пирогов, – горестно вздохнул Патрик, и дети сопроводили его слова скорбным молчанием, оплакивая потерю.

– После он всегда возвращается в свою кондитерскую, поэтому первым делом нам нужно наведаться в «Сладость или… сладость». А точнее пробраться в кладовую. Может, среди конфет пекарь там что-то прячет?

– Как, интересно, мы это сделаем? – фыркнула Фи.

– Всё потом, – отмахнулся вампир и деловито продолжил: – Пиши дальше. Во-вторых, Дровосек. Срубил несколько деревьев возле дома, но не разрубил их на куски, а потащил в лес. Подозрительно? Очень даже. Да и что, ему других деревьев мало?

– А деревья-то вернулись, – вставил Шэри. – На следующий день ни одного пня, как будто Дровосек и не приходил!

– Верно, – кивнул Лео. – Так что надо будет последить за его домиком.

– Он живёт недалеко от Гнилых болот, туда ходить нельзя, – возразила фея, но вампир снова отмахнулся.

– И, наконец, старая ведьма. Собирала там всякий мусор…

– Вообще-то она копалась в земле. Скорее всего, травы собирала, – возразил Карл.

– Для заклятий? – встрепенулся Рахи.

– Может, и для заклятий, – важно кивнул колдун.

– А может, суп варит, – усмехнулась Фи. – Пока ничего не доказано, нельзя обвинять всех подряд.

– Но в её лавку нам тоже придётся заглянуть. Конечно, без её ведома!

– Ну, а это вообще невозможно! – подытожила фея.

– И что ты предлагаешь делать?! – тут же зашипел Лео. – Сидеть сложа ручки?! Вы как хотите, а мы Рика не бросим, и ждать, когда кого-то из нас заменят куклой, не собираемся!

– Мы тоже не собираемся! – возразил Тима, которого препирательства Фи и Лео уже начинали порядком раздражать. – Давайте перестанем ругаться, иначе у нас точно ничего не получится! Будем действовать по порядку. Кого ты написала первым, Фи?

– Пекаря, – мгновенно ответила фея.

– Отлично, у меня как раз есть идея на его счёт.

– Да ну? – Лео насмешливо выгнул бровь.

– Есть, – уверенно глянув на вампира, сказал мальчик. – И в этом нам поможет Патрик.

– Я?! – Алые щёки клоуна вмиг стали бордовыми, а нос подозрительно задёргался.

– Твоя семья закупает много сладостей для проведения праздников и всегда очень долго и тщательно выбирает их. Тебе нужно будет отвлечь пекаря. Скажи, что отец прислал тебя изучить новое меню, попроси показать все-все-все сладости, долго и внимательно их пробуй, а мы пока заберёмся к нему в подсобку и осмотрим дом.

– Ничего себе задачка! – завистливо воскликнул Шэри. – Сидеть и поедать конфеты!

– Вообще-то, много сладостей – вредно для зубов! – вставила Фи. – И оставлять Патрика одного опасно. Как бы нам потом вытащить его оттуда живым и невредимым!

Лицо клоуна осунулось после этих слов, будто из него, как из шарика, выпустили воздух.

– Ладно, – ослабевшим голосом произнёс он, – я попробую. Раз уж так надо…

Лео задумчиво хмыкнул и вдруг сказал, в упор глядя на Тиму:

– А ты неплохо соображаешь. Особенно для человека…

Тиме вдруг показалось, что внутрь него сунули огромный шоколадный торт. Уж больно радостно ему стало.

Подхватив рюкзаки, ребята отправились в сторону кондитерской.