Пулемёт был в порядке. Ещё один «Печенег», близнец того, что стоял на палубе «Каракатицы». А может, и тот самый — бес его знает. Я отодвинул в сторону труп предыдущего стрелка, проверил ленту и боезапас, осмотрел ствол и взялся за стрельбу по дронам.

Их было много. Они носились над пирсами, норовя спикировать на обороняющихся людей, и до катастрофы дело не дошло исключительно благодаря плотному пулемётному огню. Я, взявшись за пулемёт, собой заткнул одну из образовавшихся брешей. Адреналин снова потёк по венам, а мир сузился до прицельной планки и мелькающих в ней чёрных точек.

Пушки на кораблях и башнях, современные и старинные, грохотали без остановки — Тортуга оказалась хорошо подготовлена к внезапному нападению. Плотный огонь неожиданно дал результат, и один из нолдовских катеров на моих глазах внезапно задымился и начал терять ход. Но остальные, оставив раненого собрата позади, перераспределились и закрыли брешь, не снижая скорости.

Я краем глаза заметил, как на пирсе взорвался ящик с боеприпасами. Кого-то отбросило в воду, кто-то побежал тушить пожар. Над портом поплыл чёрный, жирный дым.

— Орк, дроны сбоку! — голос Ани прозвучал где-то рядом, но саму девочку я не увидел.

— Вижу! — ответил я и крутанул ствол вправо. Дал длинную очередь, но, кажется, неудачно. Однако меня тут же поддержали другие пулемётные расчёты.

В этот момент один из катеров резко набрал скорость и пронырнул в узкий проход, образовавшийся между бортами двух парусников. Ударил лазер, луч прошёлся по причалу, вспарывая доски и оставляя за собой дымящиеся борозды. Кто-то из защитников упал, сражённый осколками, кого-то попросту испепелило.

Катер ударил снова. На этот раз луч лазера полоснул по стоящему в глубине порта складу, и тот вспыхнул, словно сухая щепка.

Понимая бесполезность затеи, я перевёл огонь на катер, целясь в башню с лазером. Пули застучали по броне, высекая искры, но ожидаемо не причинили вреда. Зато я снова привлёк к себе внимание. Башня на катере принялась разворачиваться, направляя ствол лазерного орудия на меня.

Воспользовавшись суматохой, на прорыв пошёл ещё один катер, но его удачно зажали и собрались буквально взять на абордаж. По первому в это время ударил слитный залп сразу нескольких пушек. Туда же долбанула подоспевшая самоходка.

Нолды, управлявшие обоими катерами, сделали одинаковые выводы. Одновременно в башнях катеров распахнулись люки, и из них вылетели две закованных в скафандры чёрных фигуры.

— Нолды! Они высаживаются! — срывая глотку, заорал я.

— Не дайте им добраться до берега! — поддержал меня ещё чей-то командный крик. — Не дайте им прорваться!

Я стрелял, пока ствол «Печенега» не раскалился до опасного предела, грозя вот-вот заклинить. Я ничего не мог сделать с нолдами, поэтому занимался тем, что было в моих силах — отстреливал дронов. Чем меньше будет над нами этих юрких аппаратов, тем больше сил защитники смогут направить на борьбу с нолдами.

Дроны падали, взрывались, но на смену им летели новые. Одна из машин прорвалась к складу с боеприпасами, и воздух разорвал новый взрыв. Осколки засвистели над головой. Кто-то падал, сражённый, кто-то с криками сбивал пламя с одежды. Адреналин и страх смешались в единый, рвущийся наружу ком.

— Орк, бросай пулемёт! — голос Ани прозвучал совсем рядом, и я увидел, как девочка материализовалась из клокстопа, перекидывая с руки на руку уже слегка погнутую арматурину. — Ща в рукопашную пойдём! Попробуем загнать их в воду хотя бы ногами, а ты молниями шарахни.

Я перевёл взгляд на девочку.

— Ань, я резерв от силы на четверть заполнил, этого мало, чтоб всех уничтожить. И далеко…

— Да что ж ты так тупишь, А, Орк⁈ — возмущённо воскликнула девочка. — Какое «далеко»? Вот же они, прямо над берегом.

И она была права — из дыма и пламени, прямо на пирс, спускались тяжёлые и громоздкие с виду фигуры в скафандрах. Причём уже не две, а больше.

Трое. Нет, уже четверо. Дохрена много, если помнить, на что способны эти монстры со своими экзодоспехами и встроенным в них вооружением.

Отойдя от пулемёта, я взялся за рукоять меча.

Нодий привычно отозвался теплом в ладони. Рядом, щёлкнув затвором, встал Шайтан — судя по копоти на лице и рваной одежде, немец и до этого был в самом эпицентре боя. Аня, перехватив поудобнее арматурину, ушла в клокстоп, а через мгновение железный прут вонзился в стык между пластинами брони первого приземлившегося на берег нолда. Тот удар заметил, но особого внимания ему уделять не стал. Только крутанулся корпусом, и Анютка с криком отлетела в сторону вместе с теперь уже фатально загнутой арматуриной. А нолд, выдвинув из руки длинный клинок, пошёл на меня.

Я не дал ему ударить. Рванув вперёд, опередил его на считанные мгновения и ударил сам, стараясь, как и Аня, попасть в стык. Промахнулся — нодий заскрежетал по броне, высекая искры. Но нолд, не ожидавший от меня такой прыти, отшатнулся и чуть замешкался. В этот момент включился Шайтан, отвлекая моего противника. Автоматная очередь была тому сродни комариному укусу, но немец отлично знал, что делает. Нолд, не ожидавший ни моей атаки, ни самоубийственной стрельбы Шайтана, не понял, чего именно добивался бывший внешник.

А он просто оттягивал внимание нолда на себя, давая мне ещё один шанс провернуть то, что я у меня не получилось с первой попытки.

Я шанс не упустил. Пока нолд сосредоточил своё внимание на Шайтане, я снова ударил, и на этот раз попал, куда хотел. Мне не нужно было наносить нолду сильную рану или взрезать какие-нибудь важные провода внутри его высокотехнологичного скафандра. Вместо этого я, почувствовав, что меч вошёл во что-то мягкое, я просто пустил по нему разряд. Не такой мощный, какой разрядил в самого первого врага, но уж точно сильно мощнее пресловутых двухсот двадцати.

Нолд, не ожидавший такой хитрости или, возможно, просто меня не узнавший, остановился и задёргался в конвульсиях. Второй нолд, находившийся метрах в пяти от нас, стал поворачиваться, сообразив, что с его напарником происходит что-то не то.

Но было поздно. Выдернув меч, я проворно отскочил в сторону, а поражённый электричеством нолд рухнул. Сначала на колени, а потом и вовсе завалился лицом вниз на доски пирсов, попутно их проломив, и затих.

— Орк! — предостерегающий крик Ани вынудил меня отпрыгнуть в сторону, не глядя, и только после этого начать искать опасность.

Ею оказался ещё один нолд, подкравшийся сзади. Не предупреди меня девочка, и я уже был бы разрублен от плеча и до пояса.

— Ах ты сволочь! — разозлился я, занося меч.

Но этот нолд был готов. Он подставил свой клинок под мой удар, после чего, взвыв сервоприводами, отбросил меня в сторону и тут же ударил сам. Бросок был такой силы, что я не устоял на ногах и упал, едва не напоровшись на собственный же меч.

Успел с досадой подумать, как глупо было бы самого себя отправить на респ именно таким образом, но услышал, как в дело снова вступил Шайтан. Не вставая, я крутанулся на собственной пятой точке и полоснул нолда по ноге. Вреда ожидаемо не причинил, но заставил его отступить на шаг.

И тут же его накрыла крупнокалиберная очередь с берегового укрепления.

— Орк, сзади!

Едва успев подняться, я снова упал, пропуская над собой когтистую лапу нолда, которого упустил из виду. Тут же вскочил, рубанул наугад.

Аня металась между оставшимися двумя нолдами, как тень. Она упорно пыталась втыкать свои арматурины в щели и, хоть ей это пока и не удавалось, отвлекая врагов на себя. Шайтан помогал, чем могу. Я рубил, тоже пытаясь вонзить меч в щель, уворачивался, бил снова.

Пирс превратился в кровавую кашу. На досках хлюпала какая-то жижа, скользили ошмётки плоти. На подмогу этим нолдам прилетели ещё трое, и ситуация стала патовой — против пятерых мы выстоять не могли гарантированно.

И тут откуда-то справа ударил ветер. Порыв налетел внезапно, настолько сильный, что заставил нолдов пошатнуться. Пригнувшись, я бросил быстрый взгляд в сторону и увидел Альбатроса, со всех ног несущегося к своей белоснежной спортивной яхте. А за ним, отстав совсем немного, бежала Шпилька.