Логично предположить, что в доисторические времена земледелие и скотоводство также возникли в городах. Но если это так, то города должны были появиться раньше, чем люди стали возделывать землю. Для того чтобы понять, как это могло произойти, каким образом выращивание зерновых культур и приручение диких животных стали занятием охотников, обитавших в доисторических городах, попробуем представить такой город. Я предлагаю в качестве образца город под названием Новый Обсидиан. Предположим, что это крупный центр торговли обсидианом, твердым черным природным стеклом, возникающим в результате вулканической активности. Город расположен на Анатолийском плоскогорье, на территории современной Турции.

Наш выбор обусловлен двумя причинами. Во-первых, руины города Чатал-Гюйюк, который вполне мог быть прямым наследником моего воображаемого Нового Обсидиана, были обнаружены британским археологом Джеймсом Меллартом и прекрасно описаны в его книге «Чатал-Гюйюк». Таким образом, это дает нам определенное преимущество, поскольку мы можем увидеть, каким стал наш воображаемый город в более позднюю эпоху. Другими словами, Новый Обсидиан, который мы намереваемся рассмотреть, мог быть предшественником города, руины которого найдены археологами; соответственно, и представить Новый Обсидиан намного проще, нежели город, никогда не существовавший в реальности. Вторая причина заключается в том, что обсидиан был очень важным промышленным материалом, им торговали во всех уголках мира, где, по мнению ученых, впервые стали выращивать пшеницу и ячмень (хотя, безусловно, этот материал был далеко не единственным предметом торговли). Таким образом, вполне логично в качестве крупного поселения доземледельческой эпохи рассмотреть город, бывший центром торговли обсидианом. Разумеется, с таким же успехом мы могли бы выбрать центр производства меди на Кавказе или в Карпатах, существовавший в тот же период, или прибрежный город, в котором развивалась торговля морскими раковинами. Однако Новый Обсидиан служит хорошей моделью для объяснения базовых принципов нашей теории.

Несмотря на то что город воображаемый, я буду строга и неизобретательна в описаниях его экономической жизни. При этом я буду исходить из предположения, что Новому Обсидиану были присущи те же экономические процессы, что и, по моим наблюдениям, городам в более поздние исторические времена и в наши дни.

Итак, Новый Обсидиан, хотя и является процветающим центром торговли вулканическим стеклом, находится отнюдь не у подножия одного из вулканов Анатолийского плоскогорья, где добывается эта ценная порода. Город располагается по крайней мере в двадцати милях от ближайшего вулкана, а возможно, и еще дальше. Причиной тому стало нежелание племен охотников, живших в эпоху верхнего палеолита (время зарождения торговли обсидианом) и контролировавших территорию вокруг вулканов, допускать пришельцев к такому сокровищу. В далеком прошлом они сами отобрали право контроля над этими территориями у других племен, не столь хитроумных. Поэтому они не хотели рисковать и создавать себе конкурентов.

Соответственно, не позднее IX тысячелетия до н. э., а возможно, и ранее, торговля обсидианом велась на территории соседнего племени охотников, ставших регулярными покупателями обсидиана и, следовательно, посредниками в торговле с дальними племенами. Поселение именно этого племени охотников и стало маленьким городком Новый Обсидиан.

К 8500 году до н. э. население Нового Обсидиана насчитывает около двух тысяч человек. Это потомки охотников, обитавших в первоначальном поселении, а также представителей племен, контролировавших месторождения обсидиана, которые теперь поселились в черте города из-за бурного развития торговли и различных видов деятельности, с нею связанных. Необходимо заметить, что небольшое количество людей по-прежнему добывают обсидиан и охраняют его месторождения около вулканов. Ежедневно группы жителей Нового Обсидиана проделывают весь путь до месторождений и обратно, перенося в город драгоценный материал. Население Нового Обсидиана прекрасно владеет ремеслами, и горожане вскоре станут еще более искусными мастерами благодаря специализации производства. В городе есть свой особый религиозный культ, его жители поклоняются нескольким племенным богам, в честь которых совершают торжественные обряды и к которым обращаются за помощью. Все эти божества были ассимилированы так же, как и сами жители.

Система торговли выглядит следующим образом. Инициативу проявляют те, кто хочет что-либо приобрести. Бродячие торговцы еще не появились на исторической арене; люди, занимающиеся торговлей, рассматривают себя и воспринимаются другими скорее как агенты по закупкам. Вне всякого сомнения, они берут с собой предметы собственного производства и используют их как деньги — для приобретения того, ради чего они, собственно, пришли. Соответственно, торговцы, преодолевшие огромные расстояния и прибывшие в Новый Обсидиан, сделали это ради покупки вулканического стекла, а не для того, чтобы самим избавиться от каких-либо товаров. Большей частью предметы бартера, которые они принесли с собой, состоят из обычных продуктов, добываемых ими на своих территориях. Когда жителям Нового Обсидиана необходимы особые товары, например медь, раковины или красители, которых нет на их территории, они снаряжают собственные торговые экспедиции, выменивающие необходимые товары в других поселениях. С собой они берут обсидиан, используя его в качестве денег.

По этой причине поселения, в которых торгуют необычными товарами — медью, мелкими раковинами и красителями, также превратились в малые центры торговли обсидианом. Они ведут меновую торговлю с соседними племенами, обменивая обсидиан на добычу охотников. Сходным образом Новый Обсидиан становится региональным центром торговли другими редкими товарами помимо вулканического стекла.

Таким образом, Новый Обсидиан стал не только центром производства, но и центром торговли. В торговле, которую ведет город, не одна, а две основные статьи экспорта. Прежде всего, конечно, обсидиан. А кроме того, товары, привозимые из других поселений и предназначающиеся вторичным потребителям, приходящим за ними из разных мест.

Экономика Нового Обсидиана включает в себя, с одной стороны, импортно-экспортное хозяйство, с другой — локальное или внутреннее хозяйство. Но две эти основные составляющие не статичны. Со временем Новый Обсидиан расширяет перечень экспортируемых товаров, при этом новые экспортные позиции производятся внутри города его собственной локальной экономикой. Например, прочные кожаные сумки, в которых доставляется вулканическое стекло, становятся предметом мены между жителями Нового Обсидиана и охотниками или торговцами, которые пришли только с целью приобретения обсидиана, но, увидев сумки, захотели унести в них свои покупки. Искусно отделанные ножи, наконечники стрел, копий, а также зеркала, которые жители Нового Обсидиана изготовляют из вулканического стекла для своих собственных нужд, тоже пользуются большим спросом у тех, кто покупает необработанный первичный материал. Могущественная религия, которую исповедуют в процветающем Новом Обсидиане, также способствует расширению торговли, поскольку пришельцам продают амулеты и фетиши. Предметом вывоза становятся и украшения, которые носят местные жители.

Население крупных торговых поселений часто копирует чужую продукцию. Поначалу кожаные сумки продавались в Новом Обсидиане, но затем мастера, жившие в поселениях, торговавших медью и красителями, стали делать такие же сумки. Тем временем жители Нового Обсидиана начали самостоятельно производить товары, которые ранее были наиболее популярными предметами импорта: прочные, изящные маленькие корзины — такие иногда доставляли из центра торговли красной охрой, и резные деревянные короба, какие привозили из поселения, торговавшего раковинами устриц. К тому времени как сопутствующее производство кожаных сумок в Новом Обсидиане пошло на спад, его жители успели компенсировать потери за счет налаженного производства корзин и коробов.

Население Нового Обсидиана, равно как и жители других крупных поселений, а также обитатели охотничьих стоянок, расположенных между крупными центрами торговли, яростно сопротивляется и противостоит любым попыткам посягнуть на их охотничьи территории. Исключение делают только для тех, кто проходит через эти территории к торговым поселениям. Таким образом, пути, пролегающие на дальние расстояния и ведущие в Новый Обсидиан, пересекают территории обитания очень многих охотничьих племен.

Сначала эти маршруты проходили через земли, непосредственно прилегающие к Новому Обсидиану, но затем они протягивались все дальше и дальше, по мере того как жители удаленных районов также становились клиентами торгового поселения. С расширением круга потребителей обсидиана увеличивалось число торговых путей. Соединяясь с маршрутами, проложенными в другие города, пути, ведущие в Новый Обсидиан, сформировали обширную сеть дорог, которые ко времени появления Чатал-Гюйюка протянулись почти на две тысячи миль с востока на запад.

Система торговых путей возникла рано. Это стало возможным потому, что торговые пути прокладывались через территории обитания тех племен, которые уже были вовлечены в систему торговых связей. Любой народ, который перекрывает торговые маршруты или грабит и убивает торговцев, сам себя лишает возможности приобретать обсидиан или же подвергается нападению со стороны военного союза, объединяющего жителей ближайшего города и соседних племен охотников, привыкших пользоваться этими торговыми путями.

Вдоль дорог имеются традиционные места для отдыха и пополнения запасов воды, которыми пользуются торговцы. Такие места считаются священными и находятся под мощной защитой свода религиозных норм. Родники и другие источники воды, расположенные в местах традиционных стоянок путников, также освящены религиозным культом. Но вдоль этих маршрутов нет гостиниц. Торговцы питаются лишь теми скромными запасами провизии, которые взяли с собой в дорогу. Они не добывают себе пищу в тех землях, через которые пролегает их путь, идут быстро, не тратя понапрасну времени, и обычно бывают очень голодны ко времени своего возвращения домой.

Новый Обсидиан застраивался деревянными или глинобитными домами. Спустя несколько веков появились также здания, сложенные из формованных глиняных кирпичей. «Центр» или место меновой торговли располагается на окраине — там, где сходятся все дороги, ведущие в город. Поселение растет, но торговое место не застраивается и остается свободным. Противоположная окраина города также медленно разрастается. В передней части торговой площади пришлые торговцы создали свои поселки — построили прочные жилища, хотя находятся там не постоянно.

На торговой площади встречались два мира. Соответственно, площадь была единственным незастроенным местом в самом городе потому, что изначально там проходила черта, отделявшая один мир от другого. Специально сохранявшаяся как открытое пространство, она лишь впоследствии стала местом встречи двух миров и центром торговли.

Торговая площадь располагается в той части города, которая обращена к вулканам. Объясняется это тем, что когда-то именно в этом месте первые жители Нового Обсидиана выменивали вулканическое стекло у племен, контролировавших его месторождения. Когда в поселение стали приходить соседние племена, также покупавшие обсидиан, они пользовались уже существующим местом торговли. По понятным причинам хранилища с запасами обсидиана находятся в другой части города. Но среди домов, окружающих площадь, ютится множество мастерских, в основном те, что применяют не менее ценные материалы.

Для того чтобы понять, почему Новый Обсидиан превратился в столь важный центр торговли, стал целью, ради которой люди преодолевали огромные расстояния, необходимо знать, какую огромную ценность представляло вулканическое стекло для охотников. Обсидиан был не просто материалом, который привлекал внимание или поддерживал престиж. Стоило охотникам использовать его хотя бы раз, и они начинали воспринимать его не иначе как жизненную необходимость. Из обсидиана изготовляли самые острые режущие инструменты. Мы можем приблизиться к пониманию того, что значил такой материал для охотников и ремесленников из племен, обитавших на Ближнем Востоке десять тысяч лет назад, благодаря «Книге эскимосов» Питера Фрейчена, в которой содержится следующее замечание: «В Коммити-Бей я встретил эскимосов, у которых не было ножей. Единственные режущие инструменты, которые у них имелись, были сделаны из старых металлических скоб от бочек. Для свежевания убитых животных они использовали острые камни или костяные ножи. Они охотились на моржей, и для того чтобы освежевать одного убитого моржа, им требовалось несколько дней. Пока они трудились со своими жалкими инструментами, сотни моржей проходили мимо их стоянки. Если бы у них были стальные ножи — какие есть у них теперь, — вся работа заняла бы полчаса и они могли бы снова отправиться на охоту, пока было на кого охотиться, и, возможно, в течение одного или двух дней сделали бы запасы на целую зиму».

Вулканическое стекло — не сталь, но в эпоху Нового Обсидиана этот материал играл почти такую же роль, какую сталь играет в нашем мире.

Жители Нового Обсидиана добывают пищу двумя способами. Во-первых, продовольствие поставляется из старых районов охоты и собирательства, их охраняют от чужаков с таким же усердием, с каким это делали предки, для которых охота и собирательство были единственными занятиями. Охота на зверя ведется и на территориях, принадлежащих племенам, контролирующим месторождения обсидиана. Но значительная часть продуктов выменивается на обсидиан и другие предметы экспорта на торговой площади города. Продовольствие — обычный товар, который приносят с собой покупатели, не способные заплатить медью, морскими раковинами, красителями или другими ценными материалами. Подходящая добыча охотников пользуется хорошим спросом и служит предметом меновой торговли. Новый Обсидиан смог чрезвычайно увеличить свои охотничьи владения, создав, благодаря торговле, спрос на провизию, добытую в различных местах.

За исключением периодов острого дефицита продовольствия и сильного голода, когда в пищу идет все что угодно, приемлемой считается только та провизия, которая может храниться в течение долгого времени. Объясняется это двумя причинами. Во-первых, такие продукты можно донести до места назначения — конечно, это не столь важно, если покупатели пришли из близлежащих городов. Во-вторых, и это гораздо важнее, жители Нового Обсидиана предпочитают потреблять запасы продовольствия рационально, растягивая их на долгое время, а не набрасываться и не уничтожать их за один раз, рискуя остаться голодными в будущем. Соответственно, завозимое продовольствие состоит, по большей части, из живых зверей и твердых семян. В этом отношении Новый Обсидиан схож со всеми поселениями, которые существовали в доземледельческую эру и жили за счет мяса дикого зверя и птицы, поставляемого охотниками из других регионов. Благодаря тому что торговля в Новом Обсидиане ведется очень активно и в необычайно больших объемах, в город привозят множество живых зверей и семян растений. Животных связывают или сажают в клетки, если они опасны для человека; им связывают веревкой передние лапы и затем попеременно везут или заставляют идти самостоятельно, если они не опасны. Нескоропортящиеся продукты растительного происхождения не доставляют таких хлопот, как животные, и торговцы могут путешествовать с ними намного быстрее. Таким образом, в Новый Обсидиан текут рекой семена фасоли, съедобных трав, а также орехи — в первую очередь их берут с собой торговцы, добирающиеся издалека.

Привозные продукты немедленно используются в хозяйстве Нового Обсидиана, поступая в распоряжение тех его жителей, чьей главной обязанностью является хранение и распределение провизии. По сути, это управляющие: одни смотрят за дикими животными, другие — за семенами съедобных растений. В принципе, в обязанности первых входит не самая трудная задача кормления животных до того, как придет пора их забивать. Впрочем, это требует разумного подхода. Первыми забивают тех животных, которых труднее всего кормить или за которыми труднее всего ухаживать. Большинство плотоядных животных подпадают под одну (или сразу две) из этих категорий, и их съедают вскоре после того, как они оказываются в Новом Обсидиане. Мастера получают шкуры и другие побочные продукты. Травоядные животные содержатся более длительное время. В свою очередь, среди травоядных дольше всех сохраняют самок, как наиболее спокойных особей. Иногда до того как их отправляют на бойню, они дают потомство. Разумеется, в этом случае жители Нового Обсидиана получают больше мяса и больше шкур. Смотрители, располагающие значительными запасами мяса и имеющие возможность выбора, сделали обычной практикой сохранение наиболее послушных особей-производителей. При этом у них не было какого-то плана одомашнивания животных, как и ясного представления о том, какие виды животных могут быть приручены, а какие нет. Смотрители — умные люди и вполне могут решать любые проблемы, опираясь на накопленный опыт. Но пока у них еще нет опыта в деле одомашнивания животных, они просто пытаются найти наиболее эффективный способ ухода за дикими животными, привезенными в город для меновой торговли.

Единственная причина, по которой второе, третье или четвертое поколение животных содержится достаточно долгий срок, чтобы оставить потомство, заключается в том, что за этими животными легче всего ухаживать в периоды продуктового изобилия. Разумеется, животных без колебаний отправляют на бойню, если возникает потребность в продовольствии.

Впрочем, смотрители стараются всегда иметь под рукой свежее мясо, в особенности для тех счастливых и волнительных случаев, когда группа городских торговцев возвращается в Новый Обсидиан после далекого путешествия, усталая, голодная и рассчитывающая на теплый прием. В конце концов смотрителям удалось найти способ постоянного хранения запасов свежего мяса. Для этого они обзавелись тем, что мы теперь называем племенным поголовьем скота, и старательно охраняют его. Племенные особи смешиваются с вновь прибывшими представителями дикой фауны, если они не причиняют им вреда и принадлежат к одному биологическому виду. Среди их потомства сохраняют тех особей, которые лучше других переносят содержание в неволе, выживают в экстремальных условиях и могут быть оставлены на будущее, когда возникнет потребность в свежем мясе. И вновь в первую очередь сохраняют тех особей, которые легче привыкают к человеку.

Так получилось, что жители Нового Обсидиана занимаются прежде всего разведением овец — в основном по той причине, что они не требуют особого ухода, а их мясо не уступает по своим качествам никакому другому. Кроме того, мастера очень высоко ценят овечьи шкуры.

В другом малом поселении, с которым Новый Обсидиан ведет торговлю, предпочтение отдают диким козам, потому что они неприхотливы в еде. Еще в одном поселении, где жители Нового Обсидиана покупают медь, разводят крупный рогатый скот, поскольку его самки отличаются послушным нравом, а также потому, что ремесленникам необходимо пополнять запасы рогов. Далеко, в западной части этого пояса торговли, разводят преимущественно диких свиней — они дают большой приплод и их можно пасти в лесу.

Тем жителям Нового Обсидиана, кому поручено хранение семян, нет необходимости отдавать предпочтение одним видам растений перед другими. Они хранят все сухие семена, полученные в ходе обмена, не сортируя их по видам растений, и употребляют их в пищу также в виде смесей. В Новый Обсидиан рекой текут семена многих, самых разнообразных растений, произрастающих на влажных и сухих почвах, супесях и суглинках, на плоскогорьях и равнинах, по берегам рек и на лесных полянах. Они растут на территориях, контролируемых множеством племен, которые обычно не собирают их в чужих владениях, за исключением периодов войн и набегов, когда захваченная провизия немедленно поглощается. Но здесь, в Новом Обсидиане, крупнейшем мировом рынке, хранятся семена со всего мира.

Семена растений, которые ранее никогда не смешивались, теперь сложены в лари и корзины. Очищенные от шелухи, измельченные и обжаренные, они лежат вместе с горохом, чечевицей и ядрами орехов[2].

Те семена, которые пережили зиму, используют для засева диких участков земли. Урожай собирают небольшой, но это удобный способ получения новых семян. На торговой площади и вокруг нее, в городских закромах, где хранятся семена, а также во дворах, где женщины их лущат и дробят, а затем складывают в домашние лари, часть семян попадает в почву. Растения, семена которых попали в землю таким непроизвольным способом, или были посеяны специально на делянках, или унесены крысами, мышами и птицами, — скрещиваются между собой в самых невероятных комбинациях. В Новом Обсидиане можно легко скрестить злаки или бобовые культуры, а вот избежать такого скрещивания оказалось практически невозможно.

Гибриды растений не остаются незамеченными. Они попадают в поле зрения людей, которые считаются знатоками в деле распознания и оценки растений, принесенных для меновой торговли, и которые вполне осознают, что некоторые из этих городских растений представляют собой новообразованные виды. Мутации растений происходят не чаще, чем в дикой природе, но их не оставляют без внимания, как это, скорее всего, было бы за пределами человеческих поселений. Точно так же жители Нового Обсидиана обращают внимание на семена гибридных растений, принесенные в город для обмена. Однако все эти новые представители флоры не используют целенаправленно для селекционного разведения.

В обязанности хранителей растений, полученных в ходе меновой торговли, не входит контроль семян культур, выращенных самими жителями Нового Обсидиана. Точно так же смотрители-животноводы не распоряжаются добычей городских охотников. Соответственно, селекция злаков не была заслугой хранителей растений. Первые шаги в этом направлении сделали простые жители Нового Обсидиана, и поначалу они это делали непреднамеренно. Селекция стала возможной потому, что на одних участках урожай был лучше, чем на других. Как правило, урожай, собранный на «счастливом» участке, шел на семена, хранившиеся в домашних ларях; конечно, если в тот год запасы продовольствия вообще позволяли оставить какую-то часть урожая на семена.

Беспрецедентная разница в урожайности тех или иных земельных участков — или семян, которыми эти участки были засеяны, — привела к совершенно новому явлению — торговле семенами между жителями одного и того же города. Жители Нового Обсидиана стали продавать семена друг другу в обмен на какие-нибудь безделушки. Возможно, участие в такой торговле принимали только женщины. Вероятно, прежним обитателям города эта форма взаимоотношений показалась бы радикальным новшеством, но, по сути, участники внутригородской торговли всего лишь воспроизводят те отношения, которые с давних пор существовали на городской площади.

Благодаря такому обмену семенами наиболее урожайных видов растений, все зерновые культуры, выращенные в Новом Обсидиане, стали давать более высокий урожай по сравнению с дикорастущими злаками. Жители города не знают точно, почему их зерно оказалось самым лучшим, но знают наверняка, что оно таковым было. На втором этапе селекции отбор растений осуществляется уже целенаправленно и сознательно. Теперь селекционеры делают выбор между породами культивированных растений, а также их гибридами, помесями и мутантами.

Для достижения поставленной цели — превращения семян из Нового Обсидиана в культурные злаки потребуется несколько поколений, причем не только поколений сортов пшеницы и ячменя, но и поколений людей. Однако требуемый результат будет получен только при соблюдении следующих условий. Во-первых, семена растений, которые в естественных условиях не растут вместе, должны часто и последовательно смешиваться в течение продолжительных периодов времени. Во-вторых, собранные в одном месте разновидности растений должны находиться под постоянным и пристальным наблюдением компетентных людей, способных адекватно реагировать на происходящие изменения. В-третьих, такое место должно быть хорошо защищено на случай дефицита продовольствия, чтобы посевной материал со временем стал неприкосновенным; в противном случае весь процесс селекционного разведения будет периодически прерываться и не даст никакого результата. Одним словом, важной предпосылкой является экономическое процветание. Хотя для селекции необходимо время, само по себе оно не гарантирует выведения культурных растений в Новом Обсидиане.

Постепенно в Новом Обсидиане производится все больше и больше собственного мяса и зерна, и, как следствие, его жители отказываются от ненужных излишков привозных продуктов. Поначалу сама практика получения продовольствия новыми способами требует новых инструментов и большего количества производственных материалов. По мере роста численности населения Нового Обсидиана появляются все новые и новые виды хозяйственной деятельности.

Весь запас городского продовольствия состоит из диких животных и растений, добытых на территории, контролируемой городом; из животных и растений, привозимых в город; а также из животных и растений, выращенных жителями Нового Обсидиана. Общий объем продовольствия увеличился, но при этом сокращается доля «импорта» за счет резкого роста объемов продовольствия, произведенного в самом городе (территории традиционной охоты и собирательства, принадлежащие городу, дают, вероятно, такой же объем, как и в прошлом). Иными словами, город теперь самостоятельно обеспечивает себя частью продуктов, которые раньше приходилось завозить из других мест. В принципе, это ничем не отличается от истории развития собственного производства корзин, которое позволило отказаться от их импорта. Учитывая, что Новый Обсидиан ранее импортировал большое количество диких животных и растений — в отличие от коробок или, например, корзин, — замещение импорта продуктами собственного производства привело к большим изменениям в городском хозяйстве.

Вместо продуктов питания Новый Обсидиан теперь может импортировать другие товары — множество других товаров. В результате возникало впечатление, что объемы ввоза товаров многократно возросли, хотя в действительности этого не произошло. Город заменил ввоз одного вида товаров другим. Такое замещение привело к резким изменениям в хозяйственной жизни других городов, с которыми Новый Обсидиан ведет торговлю. Теперь представители племен охотников, которые приходят за вулканическим стеклом, обнаружили, что обычный сырьевой материал для производства ремесленных изделий: меха, шкуры, связки тростника, нити, рога животных — пользуется большим спросом. В то же время мешки с семенами растений и измученные, истощенные животные более не обмениваются на обсидиан, как это было раньше.

Теперь городские торговцы уходят все чаще и на все большие расстояния в поисках редких материалов, необходимых для городских ремесленников. Товары, произведенные ремесленниками из новых материалов, способствуют взрывному росту городского благосостояния, резкому увеличению видов хозяйственной деятельности, объемов экспорта и даже размеров самого города. Численность населения и объемы работы, которую необходимо выполнять, растут одинаково стремительно — настолько стремительно, что некоторые люди из близлежащих племенных поселений также становятся постоянными жителями города. Они необходимы в качестве рабочей силы.

Одним словом, Новый Обсидиан переживает существенные изменения, характерные для городской экономики: взрывной рост, обусловленный развитием местного производства товаров, которые ранее ввозились из других мест, и, как следствие, изменение структуры импорта.

Торговцы из Нового Обсидиана, отправляясь в дорогу, брали с собой продукты, произведенные в городе. Иногда они привозили из далеких земель какое-нибудь необычное животное или горстку семян, которые рассчитывали посеять у себя дома. В свою очередь, торговцы из мелких поселений, приходившие в Новый Обсидиан, иногда забирали с собой какие-нибудь местные продукты и рассказывали своим соплеменникам о том, что они увидели в столице. Таким образом, семена новых растений и новые виды животных поначалу распространялись из города в город. В сельской местности продолжали охотиться на диких животных и собирать дикорастущие травы. Выведение новых пород животных и растений все еще оставалось городским занятием. В нем принимали участие только горожане, но никак не охотники из обычных поселений.