* * *

Кое-как успокоив женщин и обеспечив их предметами первой необходимости, как то, салфетки, вода и успокоительное, бойцы оставили спасённых на попечении медицинской команды и кучки добровольцев, после чего, собрались в дальнем углу столовой, на совет. Васенков, мрачно вздохнув, тихо сказал, то и дело, поглядывая на Руслана и двух представителей силовых структур:

— В общем, так, мужики. Дела у нас не просто хреновые, а почти на грани фола. С таким стадом, мы далеко не уйдём.

— С чего это?- не понял Руслан.

— С того, что они не умеют выполнять команды так, как это делают наши. Им каждый шаг нужно разжевать, обосновать и доказать. В противном случае, спорить будут до посинения. Короче говоря, демократия в действии, — скривившись, пояснил профессор.

— Да щаз, — фыркнул Руслан. — Погрузятся в балки и будут молчать как рыбы. В противном случае, пешком пойдут. Здесь, демократии не будет. Не нравится наш план действий, пусть ищут того, кто их устроит. Споров и обсуждений не будет.

— Не боишься, что они потом на тебя в суд подадут?- усмехнулся Костя.

— Да хоть три раза. Я гражданин России и не обязан исполнять законы чужой страны. Тем более, находясь на территории третьего государства. А если честно, мне глубоко наплевать, доберутся они до своего корабля, или станут добычей зверей. Потребуется, я их сам гренделям скармливать буду. По одному, чтобы звери отстали.

— Совсем озверел?- иронично усмехнулся Миша.

— Нет, просто, хочу наших ребят отсюда без потерь вывезти, — пожал плечами Руслан.

— Меняешь одну душу, на другую?- не унимался Миша.

— Ещё скажи, что тебя, их жизни волнуют, — не остался в долгу парень.

— Погодите, мужики, — прервал их пикировку Васенков. — Не до шуток сейчас. Лучше подумайте, как уходить будем. А перед этим, ещё двенадцать часов оборону держать.

— Ну, стволов у нас теперь хватает, калибр в основном подходящий, гранаты для подствольников тоже есть. Как-нибудь продержимся, — задумчиво протянул Миша. — Ребята технику уже приготовили, сани к вездеходу прицепили, продукты, воду, медикаменты погрузили, топливо тоже. Вроде, ничего не забыли.

— В ваших закромах случайно светошумовых гранат не завалялось?- подумав, спросил Руслан.

— Зачем?- не понял Костя.

— Ты как маленький. Сколько раз уже говорено, что звери громких звуков не любят?- огрызнулся Руслан.

— Блин, с этой поездкой без всяких запасов останешься, — проворчал Миша, почёсывая в затылке.

— А будешь экономить, где не надо, останешься без головы, — не остался в долгу Руслан.

— Есть у меня десяток хлопушек, — нехотя признался опытный «рекс», но их совсем недавно разрабатывать начали, так что, за успех не ручаюсь.

— Тащи. Всё лучше, чем в ладоши хлопать, — вздохнул в ответ Руслан, припомнив, что такое использовать ещё не совсем откатанное оружие.

— Мы там, на коленке пару приборов собрали, — вступил в разговор Костя. — Так сказать, звуковой генератор. Но как звери на него отреагируют, непонятно. Может, испугаются, а может, окажется, что это вопль их самок во время гона. В общем, результат неизвестен.

— Так чего сидим, кого ждём?- развернулся к нему Руслан.

— Предлагаешь испытать его прямо здесь? При наличии кучи добычи?

— Хватай один снегоход и отъезжай в сторону. Как подойдут, так и испытаешь.

— А возвращаться как?

— Прикроем, не боись, — поддержал Руслана Миша, тряхнув автоматом. — Если работает, сколько таких штук собрать сможешь?

— Эти-то из запчастей, что как НЗ шли, собрали, — вздохнул Костя. — Да и батареи к ним в дефиците. У нас же всё на генератор рассчитано. Из автономного, только фонари да короткие рации.

— А если к проводам питания крокодилы припаять и на аккумулятор снегохода кинуть?- сходу предложил Руслан.

— Вот ты умный, а?- фыркнул Костя. — А куда ещё я тебе эти провода воткну? В ноздри?

— Ну, я так, в порядке бреда, — смутился парень. — Я ж не знаю, может вы их решили совсем автономными сделать. На батарейках.

— Аккумуляторы слабые, — сменив тон, пояснил Костя. — Там выходная мощность нужна, чтобы звуковой сигнал сильным получился. Вот и садятся батареи быстро. Говорю же, на коленке собирали.

— В любом случае, испытать надо. И если сработает, отдадим в головную, и замыкающую машины, — решительно подвёл итог спору Руслан.

— Согласен, — помолчав, вздохнул Костя. — Сейчас парней отправлю.

— Ночью?- удивился Руслан.

— Круг почёта нарежут, и вернуться. Главное, понять, действует, или нет.

— Мужики, так может, если эти приборы работают, в гонках на снегоходах и смысла нет?- быстро спросил Васенков.

— Есть, — коротко отрезал Руслан. — Даже если эти приборы будут действовать так, как нам нужно, нам всё равно нужно будет отвлечь зверей и увести их в сторону от места погрузки. Во избежание, так сказать. Я только одного не могу понять, почему эти долбаные соседи столько не подготовленного народу сюда загнали. Это же готовые жертвы при любом ЧП.

— А тебе-то какая разница?- не понял Костя.

— А такая, что нам теперь со всем этим стадом возиться, — рыкнул в ответ Руслан.

— Скорее всего, очередной социальный эксперимент, — вздохнул Васенков.

— Что, над собственными гражданами? Это при их-то демократии и свободах?

— Свободах?- иронично переспросил профессор. — Я тебе пару примеров приведу, чтобы розовые очки снять. Все их свободы, не более, чем пустой звук. А к гражданам своим, они относятся как к подопытным кроликам.

В тысяча девятьсот пятидесятом году, в ходе операции под эгидой ЦРУ и министерства обороны, с военных кораблей над Сан-Франциско было распылено облако экспериментального бактериологического вещества. После этого, многие местные жители заболели пневмонией.

В тысяча девятьсот пятьдесят шестом году, в несколько городов штатов Джорджия и Флорида тайно завезли комаров — переносчиков вируса жёлтой лихорадки. А потом, направили туда военных медиков, под видом работников гражданской системы здравоохранения для тестирования жертв, якобы случайно заразившихся смертельной болезнью.

В тысяча девятьсот девяностом году, более полутора тысяч детей в возрасте шести месяцев, все афроамериканцы и выходцы из латинской Америки, в Лос-Анджелесе проходят вакцинацию от кори, с применением «экспериментальной» вакцины, которая не была лицензирована для использования в США. Родителей об этом, даже не собирались предупреждать.

Так что, я не удивлюсь, если вдруг окажется, что эта экспедиция проводится в рамках очередного эксперимента.

— Это шутка такая?- не понял Руслан, удивлённо глядя на профессора.

— Вон, у него спроси, — ответил Васенков, кивая на Костю. — Он тебе много чего ещё из этой серии рассказать может.

— Всё, правда, — вздохнул Костя. — В общем-то, этим, все правительства грешат. Мог бы и сам догадаться.

— Одно дело, догадываться, и совсем другое, знать точно, — тряхнул головой Руслан. — Ладно. Хрен с ними. Мы приборы ваши испытывать будем, или где?

— Или где, — кивнул Костя, и достав из кармана рацию, вызвал к себе пару парней.

— Рискуете, — тяжело вздохнул Васенков.

— Профессиональный риск, дело привычное, — развёл руками Костя.

Быстро поставив подошедшим бойцам задачу, он попросил Мишу прикрыть парней, и вскоре, все бойцы расположились у щелей в заколоченных окнах, готовясь открыть огонь по первой же команде. Четверо бойцов из группы Кости, пробравшись в ангар. Двое оседлали снегоход, двое других, приоткрыв ворота, выпустили их на улицу, контролируя пространство вокруг ворот.

Снегоход, вырвавшись на снег, стремительно вылетел за территорию зимовья и, оказавшись на гребне снежного холма, остановился. Сидевший за спиной водителя боец, достал из сумки на поясе прибор и, включив его, направил небольшой динамик в сторону посёлка. Шесть гренделей, проводив быструю машину сканированием радаров, сорвались с места и огромными прыжками понеслись к вершине холма, и в этот момент, прибор заработал.

Боец одним плавным движением повернул регулятор на полную мощность, и мчавшийся первым грендель, вдруг неуклюже подпрыгнув, сбился с шага и, заревев, шарахнулся в сторону. Следом, такая же реакция возникла и у остальных зверей. Глядя на шатающихся, словно пьяные зверей, Руслан не удержался и, хлопнув Костю по спине так, что чуть не выбросил его на улицу, весело воскликнул:

— Действует! Костян, действует!

— Тихо ты, медведь ВДВшный, чуть хребет не сломал, — скривившись и приседая, прошипел ушибленный Костя. — Вот уж точно, вам голова дана, только чтобы об неё кирпичи колоть.

— А ещё, я туда ем, — не остался в долгу Руслан. — Но ведь действует. Гляди, звери, словно от хорошей дозы спиртного окосели.

— Да вижу я, вижу, — огрызнулся Костя. — Только грабли свои при себе держи. Искалечишь нафиг, от полноты чувствей.

— Подумаешь, какие мы нежные, — насмешливо фыркнул Руслан, продолжая наблюдать за гренделями.

В их рёве ясно слышалась растерянность и злость, словно они не понимали, что с ними происходит. Впрочем, так оно и было. Собранный помощниками Кости прибор воздействовал на их ультразвуковой радар, сходу выводя из строя и способность ориентироваться в пространстве и слышать всё на большом расстоянии. Они разом оказались оглохшими и ослепшими, а чутьё у них и так было направлено только на обнаружение крови. Во всяком случае, так утверждал профессор Васенков.

Между тем, бойцы, проверив работоспособность обоих приборов, решили вернуться на базу. Снегоход взревел двигателем, и Костя, по рации объявил всем полную готовность к бою. Быстрая машина обошла ещё не пришедших в себя гренделей по широкой дуге и стремительно понеслась прямо к воротам ангара. Когда до ворот осталось не больше трёх метров, пара, прикрывавшая выход, распахнула створки, и снегоход влетел во внутрь. Ворота захлопнули, и тяжёлый самодельный засов с лязгом встал на место.

А спустя полминуты, в них с силой ударилось тяжёлое тело. Глядя, как пара гренделей пытается атаковать запертые ворота, Руслан испытывал острое желание приказать, открыть огонь на поражение, но помня, что это реликтовые животные, можно сказать, единственные в своём роде, сдержался. Ведь он сам говорил, что не хочет стать виновником полного исчезновения древнейших животных. К тому же, они действовали, исходя из своих инстинктов. Для гренделей, люди, были всего лишь добычей. Как любят повторять соседи, бизнес, ничего личного.

Вернувшиеся бойцы прошли в столовую, и Костя, с облегчением выдохнув, тут же объявил им благодарность за службу. Руслан, задумчиво повертев в руках один из приборов, недоумённо пожал плечами и, вернув его Косте, проворчал:

— Вот на это, у меня точно мозгов не хватит.

— Главное, не забывай, что ты туда ешь, — тут же нашёлся Костя, предварительно отойдя подальше. На всякий случай.

Усмехнувшись, Руслан показал ему кулак и, дождавшись, когда к их совету присоединится Миша, решительно сказал:

— Так, мужики. Благодаря смежникам, у нас теперь есть серьёзное прикрытие для колонны. Остаётся решить вопрос, сколько человек и от кого будут прикрывать погрузку и отход каравана.

— Четыре снегохода, восемь человек. Плюс, прикрытие в самой колонне, — пожал плечами Миша.

— Вы двое, не в счёт, — охладил его пыл Руслан. — Ваша задача, людей вывести и доложить начальству обо всём, что здесь произошло. Каждый, по своему ведомству. К тому же, у Кости ещё и клиент в зиндане дозревает. Тоже обуза. Так что, исходите из своих задач, плюс, решение проблемы. С одним снегоходом пойду я. Это не оговаривается.

— Я тоже, — подал голос, молчавший до этого Васенков.

— Егор Михайлович…

— Это не оговаривается, Руслан, — отрезал профессор. — Я не кисейная барышня и далеко не кабинетный червь. Я отвечаю за всех этих людей и обязан, находиться там, где будет наивысшая степень риска.

— Чушь собачья. Ваша задача, как руководителя экспедиции, грамотно командовать, а наше, толково исполнять, — фыркнул Миша.

— Мужики, не надо мне кое-чего в лапти обувать, — отмахнулся Васенков. — Всё моё командование закончилось в тот момент, когда выяснилось, что здесь не экспедиция, а слёт представителей силовых структур. Так что, пора и мне вспомнить, с какой стороны за автомат берутся.

— Егор Михайлович. Ну, нельзя же так, — чуть не взвыл Руслан, судорожно пытаясь придумать, как удержать этого человека подальше от опасности.

— Руслан, заткнись, а, — с усмешкой попросил Васенков. — Сказал же, я не обуза.

— Да я не говорил этого, — растерялся Руслан.

— Не доводи до греха, парень, — качнул бритой головой профессор и, подойдя к одному из оставшихся от баррикад столов, замер, стоя перед ним на расставленных и слегка согнутых ногах.

Потом, сделав плавный, глубокий вдох, он медленно отвёл правую руку в сторону, а потом, с резким выдохом нанёс удар. Толстая столешница, покрытая пластиком, оказалась пробитой насквозь. Не ожидавшие такого эффекта бойцы, удивлённо переглянулись. Потом, Костя, как представитель самого просвещённого в личном плане ведомства, задумчиво почесав в затылке, проворчал:

— М-да, в личном деле про занятия спортом написано, но не до такой степени.

— Я и стрельбище регулярно посещаю, — пожал плечами профессор. — Доказательства нужны?

— Верим, — дружно мотнули гривами бойцы.

— Вот и хорошо. Значит, с этим вопросом разобрались, — резюмировал Васенков.

— Тогда, нужно решать, кого с нами отправите, — повернулся Руслан к офицерам.

— Значит так. Идёт наша четвёрка, ещё четверых, наберём из групп. По два человека с команды. Что называется, расходы пополам, — ответил Миша, поглядывая на Костю.

— Не получится, — покачал головой Костя. — У меня всего четверо. А мне ещё клиента нужно тащить.

— Добро. Я троих беру, — помолчав, кивнул Миша. — Пара останется на прикрытии колонны.

— Я с Наилем поговорю, он из своих ребят в помощь людей даст, — вклинился в разговор Васенков.

— Егор Михайлович. Перед погрузкой, мы, с вашего разрешения, сами бойцов подберём, — осадил его порыв Миша.

Сообразив, что влезает не в свою епархию, профессор смущённо отступил в сторону.

— В любом случае, через вашу голову мы действовать не собираемся, но боевые качества будем оценивать сами, — попытался смягчить свой ответ Михаил.

— Хватит ерунду обсуждать, — оборвал их излияния Руслан. — Соседей дождёмся, и уходим. Больше, никого ждать не будем.

* * *

Выбравшись на улицу через разбитое окно, группа под командованием Моргана, взобралась на крышу технического ангара и, включив подствольные фонари на винтовках, принялись выцеливать любое движение вокруг поселения. Каждый из группы отлично понимал, что от его действий зависят жизни тех, кого должны вывезти к русским. Кроме Солсбери, все бойцы были вооружены автоматическими винтовками М-4, с подствольными гранатомётами.

Профессору вернули его пистолет, и нагрузили ящиком с боеприпасами.

Солсбери, человек огромной физической силы, закинув БК на плечо, только крякнул и, подхватив ещё и ящик с альпинистским оборудованием, прогудел, отказываясь от помощи:

— Прикрывайте, и указывайте, куда идти. А это всё, я сам донесу.

Не ожидавшие от этого добряка такой прыти, морпехи только одобрительно головами кивали. Каждый из них отлично знал, сколько весит ящик с патронами и как он бывает, неудобен, особенно, когда спешишь. Все остальные боеприпасы были заранее поделены между бойцами, так что, ранцы у всех весили чуть меньше, чем сам носитель. С учётом продуктов, воды, ИПП, аптечек, гранат, и всяких необходимых мелочей, выходило на круг очень серьёзно.

Единственное, что утешало бойцов, так это то, что очень скоро, большая часть этого груза будет использована по назначению. Особенно, это касалось патронов. Даже чтобы просто отогнать одного гренделя от окна, требовалось потратить почти магазин патронов. Ранения от лёгких пуль только раздражали зверей, не причиняя им особого вреда.

Солсбери, успев буквально на ходу исследовать тушу одного убитого зверя, объяснил это тем, что слой подкожного жира у гренделей является очень плотным, и срабатывает, как настоящий бронежилет. Так что, выкладки Моргана о том, что самыми уязвимыми местами для стрельбы являются пасть и грудь гренделей, оказались правильными. И хотя у самого Моргана тут же возникло много вопросов, задавать их, он не спешил, решив разобраться с этим вопросом по ходу действий.

Первым, как ни странно, гренделей заметил профессор. Сидя на ящике, он старательно всматривался в лёгкую позёмку, выискивая зверей, и заметив какое-то движение, ткнул Моргана в бок локтем так, что чуть не скинул его с крыши. Потом, тыча толстым пальцем в направлении замеченного зверя, рассерженным шмелём загудел:

— Смит, вот он. Вон там. Видите?

— Где там, чёрт вас возьми?- зашипел в ответ Морган, едва удержавшись на скользкой крыше. — Не тычте пальцем, назовите хоть один ориентир.

Все бойцы изготовились к стрельбе, опустившись на одно колено. Поэтому, тычок локтем от профессора едва не стал для Моргана фатальным. Прикрывавший тылы боец, плавно поведя стволом винтовки, выпустил короткую очередь, и ответом ему послужил яростный рёв гренделя. Пока они высматривали зверей у поселения, четыре гренделя подобрались к их засаде почти вплотную.

— Ловкие, твари, — прорычал Морган, всаживая короткую очередь в голову ближайшему зверю.

Кровь из ран брызнула во все стороны, а сам зверь, покачнувшись, неуверенными шагами отодвинулся от ангара. Как, оказалось, стрелять просто в череп, тоже было мало пользы.

— Смит, это хищники, — сунулся под руку Моргану профессор. — Их тела созданы для охоты. Для погони, для драки с добычей. Именно поэтому ваша стрельба не приносит большой пользы. Кости их черепа очень толстые, а кожа и подкожный жир очень прочные и плотные. Это предохраняет гренделей от случайных ранений во время преследования добычи под водой и на льду.

— Но ведь в коридоре я запросто разносил им черепа, — на минуту растерялся Морган.

— Вы стреляли в наиболее уязвимую часть черепа. В пасть, через мягкое нёбо, и в мозг. Или в грудь, где сходятся рёбра. В этом случае, пуля пробивает шкуру и жир только потому, что за ними находится кость, прикрывающая сердце. Энергии удара пули хватает, чтобы пробить все эти препятствия с короткого расстояния. Во всех остальных случаях, пули будут просто рикошетить, царапая их.

— И вы рассказываете мне всё это только сейчас ⁈- возмутился Морган.

— А раньше вы и не спрашивали, — не остался в долгу Солсбери. — В любом случае, это именно то, что нам сейчас нужно.

— В каком смысле?- не понял Морган, всаживая очередную очередь в голову ещё одному гренделю.

— Они разозлились, и зовут на помощь остальных, — пояснил профессор, снова тыча пальцем куда-то в сторону.

Оглянувшись в указанном направлении, Морган почувствовал, как на его коротко стриженой голове зашевелились волосы. Из круговерти весенней позёмки, словно приведения, прыжками выскакивали стремительные силуэты тварей, быстро окружая ангар. Спустя несколько минут, Смит почувствовал уже знакомую щекотку за ушами. Звери сканировали ангар, готовясь, напасть. Быстро сменив магазин, Морган воткнул гранату в подствольник и, вытянув из под воротника гарнитуру рации, вызвал капрала.

Как оказалось, опытный вояка не терял времени даром. Едва только грендели отвлеклись на новых игроков, он приказал начать погрузку, и теперь, им требовалось ещё десять минут, чтобы выдвинуться в дорогу. Отключив связь, Морган с довольным видом усмехнулся. Получилось. Всё сложилось так, как он планировал. Теперь, нужно было продержаться на этом ангаре ровно четверть часа, после чего, можно будет уходить в тоннели.

Заметив его радость, Солсбери не удержался и, тронув его за локоть, спросил:

— Что там, Смит?

— Порядок. Через десять минут они закончат погрузку и отправятся в дорогу. Нам нужно будет продержаться ещё пять минут, чтобы дать им отойти подальше, после чего, уйдём и мы.

— Слава Богу, — истово перекрестился Солсбери.

— Вот уж не думал, что вы так религиозны, — растеряно, проворчал Морган, не ожидавший такой реакции от профессора.

— Дело тут не в религиозности, — устало покачал головой профессор. — Меня очень тяготила мысль, что мы не сможем спасти людей. А ведь там, в основном, молодёжь. Студенты, жизнь которых только начинается. Но теперь, у меня словно груз с плеч упал. Что мне делать?

— Пока, ничего. Но когда будем уходить, вам придется, как следует поработать. В этих ящиках, всё, что потребуется нам в галереях, и потерять хоть один из них, мы просто не имеем права. Это будет стоить всем нам жизни. Так что, делайте что хотите, несите хоть в зубах, но ящики должны быть в тоннелях.

— Они там будут, — решительно кивнул профессор, подтягивая ящик с оборудованием поближе к себе.

Вскоре, один из бойцов, бросив профессору на колени, пустой магазин и пачку патронов, попросил его снарядить рожок. Следом за ним, то же самое сделали и остальные. Толстые пальцы Солсбери неловко втыкали патроны в магазины, снаряжая их один за другим. Профессор даже не пытался возражать. Любую помощь, которую он мог оказать команде стрелков, он расценивал как акт особого доверия.

Очереди грохотали почти беспрерывно. Сам Морган, увлёкшись, расслышал работу рации только после пятого вызова капрала. Как оказалось, караван уже отошёл от поселения, и бойцы готовы была начать вторую часть операции. Дав ему добро, Морган приказал прекратить огонь и отойти всем от края крыши, чтобы на несколько минут исчезнуть из поля действия радаров гренделей.

Едва только над поселением повисла тишина, нарушаемая только свистом ветра, как в стороне, приблизительно в полутора километрах от ангара, полыхнула яркая вспышка осветительной ракеты и послышались автоматные очереди. Грендели, которые вдруг потеряли добычу из виду, дружно развернулись в сторону нового источника звука, и Морган, осторожно выглянув вниз, с удивлением увидел, как стая зверей, объединившись, дружно сканируют всё пространство вокруг.

Мощность издаваемого стаей ультразвука он ощутил на себе. Даже не смотря на направленность сигнала, зубы у Смита начало ломить, и он поспешил укрыться за железной крышей. Вспыхнула ещё одна ракета, и грендели, сорвавшись с места, понеслись к каравану. Выглянув вниз, Морган удивлённо покрутил головой, удивляясь лёгкости, с которой им удалось обмануть зверей и, быстро перезарядив винтовку, скомандовал:

— Всё. Уходим.

Потом, связавшись с капралом, он на ходу предупредил его, что грендели бросились в погоню, и постоянно оглядываясь на тяжело пыхтящего профессора, побежал в сторону комплекса. Они ввалились в коридор точно так же, как и уходили, через окно. Быстро оглядев тёмные коридоры, Морган сориентировался и, встав в авангарде, повёл группу в сторону пробитого вглубь ледника тоннеля.

Им оставалось пройти всего два поворота, когда из какого-то помещения, в коридор вышел матёрый зверь, разом перекрыв им дорогу. В ту же секунду, сзади, послышался сдавленный всхлип шедшего в тыловом прикрытии бойца. Всё было ясно без слов. Им приготовили ловушку, в которую они весело и радостно влетели. Между шедшим первым Морганом и гренделем было метров восемь. Слишком мало, чтобы воспользоваться гранатой из подствольника.

Поэтому, Смит, плавно наведя ствол прямо между приоткрытыми челюстями зверя, не стал размениваться на команды, а попросту нажал на спуск. Длинная очередь с короткого расстояния разворотила зверю всю морду, превратив её в кровавое месиво. Но около десятка пуль, срикошетив от толстых костей, ударили в стены и потолок. Но очередь своё дело сделала. Покачнувшись, огромный зверь издал хриплый, булькающий рык и медленно повалился на пол, заливая всё вокруг кровью.

Одновременно с тем, как Морган нажал на курок, позади группы послышалась ещё одна очередь. Бойцы решили не церемониться со зверями, стремясь любой ценой вырваться из создавшейся ситуации. Ответом на это действо послужил яростный рёв и грохот, с которым зверь попытался развернуться в узком коридоре. В итоге, едва не застряв, грендель в два шага достиг поворота и скрылся.

Выругавшись, морпех быстро сменил магазин и, подсвечивая себе подствольным фонарём, насторожено замер, ожидая повторения атаки в любой момент. Осторожно переступив через всё ещё агонизирующее тело зверя, Морган продвинулся вглубь коридора, контролируя любое движение. Следом за ним, прошёл ещё один боец, за которым последовал груженый, словно верблюд Солсбери. Следом за профессором, через тушу перебрался ещё один морпех.

Прикрывавший их отход боец, убедившись, что напарник держит коридор за спиной, направился к туше, чтобы присоединиться к группе, когда уже почти убитый грендель, вдруг забился с такой силой, что оказавшийся между его лапами боец, был отброшен метров на пять. Удар задней лапой оказался так силён, что морпеха вместе с рюкзаком отшвырнуло в сторону. Ударившись о стену, боец буквально стёк по ней на пол, и перекатившись на бок, болезненно застонал.

Подскочивший к нему боец, принялся осматривать напарника с свете фонаря, и Морган, продолжавший отслеживать коридор, услышал, как он зашипел сквозь стиснутые зубы.

— Что там?- спросил он, не оглядываясь.

— Плохо, сэр, — глухо ответил боец. — Левый бок порван, сильное кровотечение. Похоже, рёбра сломаны.

— Ноги целы?

— Кажется да, сэр.

— Тогда быстро останови кровь и наложи повязку. Нужно уходить отсюда.

— Смит, если вы возьмёте ящики, я понесу его, — предложил Солсбери.

— Не сейчас, Джек. Ноги у него целы. Значит, он сможет идти сам, — жёстко отрезал Морган. — И остановите, наконец, кровь. Хотите, чтобы сюда всё стадо сбежалось?

Подчиняясь его команде, бойцы принялись снимать с пострадавшего ранец и расстёгивать одежду, но когда один из морпехов взялся за левую руку раненного, тот издал долгий, тяжёлый стон.

— Сэр, у него ещё и левая рука сломана, — растеряно доложил боец

— Так наложи шину, чёрт тебя возьми. И шевелитесь, — снова зарычал Морган, не сводя взгляда с поворота.

Подчиняясь его приказу, бойцы быстро раздели напарника до пояса, вкололи ему обезболивающее, стянул края рваных ран скобами и, наложив тугую повязку на рёбра, занялись рукой. Шин под руками не оказалось, поэтому, пострадавшую конечность обложили кусками оторванного от стены пластика и, перебинтовав, помогли одеться. Медленно вернувшись к группе, Морган быстро осветил фонарём куртку бойца и мрачно скривившись, покачал головой.

— Что-то не так, сэр?- насторожился накладывавший повязки боец.

— Всё не так, солдат. Нужно избавиться от этой одежды. Она кровью воняет так, что даже я чувству. Что уж говорить про зверей?

— Но ведь до сих пор они не появились, — подумав, осторожно возразил солдат.

— Только потому, что здесь лежит эта туша, — ответил Морган, кивая на убитого зверя. — Но как только мы останемся одни, они сразу учуют его кровь.

— Но как тогда быть, сэр? Он же не может идти голым, — растерялся боец.

— Чёрт возьми, я же сказал, нужно сменить ему одежду, — зарычал Морган, тихо ненавидя тупость бойца.

— Но сэр, где мы возьмём другую одежду?- не унимался солдат.

— Здесь рядом, есть кладовая, где хранят рабочую одежду для работы в лаборатории, — неожиданно сказал Солсбери.

— Где именно? Впереди, или сзади?- быстро уточнил Морган.

— Впереди. Третья дверь справа, сразу за поворотом, — кивнул профессор.

— Отлично. Вперёд. Мы не можем уйти в тоннели, пока он так воняет кровью, — скомандовал Морган, первым устремляясь к повороту.

Бойцы, быстро распределив между собой дополнительный груз, подхватили раненного и поспешили следом за ним. Найдя нужную кладовую, Морган распахнул узкую дверь и, пропустив солдат, вошёл туда последним. Как профессор и сказал, здесь складировались комбинезоны, для работы в лаборатории. Отдельно висели изолирующие костюмы, а на полках, аккуратными стопками были сложены десятки хлопчатобумажных комбинезонов в вакуумной упаковке.

Быстро выбрав подходящий по размеру комбинезон, Смит, перебросил его бойцам, приказав срочно переодеть пострадавшего. Потом, отобрав ещё несколько упаковок каждому по размеру, он заставил всех убрать костюмы в ранцы. Как запасную одежду. Сложнее всего было с курткой. Кровь из разорванного бока брызнула и на неё. Ругаясь, на чём свет стоит, Морган кинулся искать хоть что-то, что можно было бы использовать как верхнюю одежду.

Наконец, после долгих поисков, в углу, он нашёл брошенную кем-то куртку, рукав которой был испачкан машинным маслом. Скептически глянув на профессора, он перебросил куртку раненому солдату. Правильно истолковав его взгляд, Солсбери только страдальчески вздохнул. Брошенная в этом помещении грязная куртка была вопиющим нарушением дисциплины, и прямым вызовам его, профессора Солсбери власти.

Дождавшись, когда с перевязкой и переодеванием покончено, Морган приказал распределить поклажу бойца между остальными, и снова встав в авангард, приоткрыл дверь кладовой. Убедившись, что коридор пуст, он вышел первым, прикрывая остальных, и дождавшись, когда группа выстроится в колонну, бесшумным шагом двинулся к спуску в тоннели.

* * *

Возвращения вездеходов от соседей пришлось ждать долго. Почти всю ночь. За это время, грендели дважды пытались проникнуть в зимовье, но обе атаки были успешно отбиты, благодаря наличию серьёзного оружия и собранных силовиками приборов. После второй атаки, когда подчинённые Кости на пару минут включили сразу оба прибора на полную мощность, звери заметно сбавили напор. Наблюдавший за ними в тепловизор Миша, несколько раз удивлённо хмыкнул, и на вопрос профессора, что там происходит, не отрываясь от окуляров, тихо ответил:

— Большой совет в Филях. Столпились на границе посёлка, встали в круг, и словно чего-то обсуждают.

— Вполне возможно, — подумав, кивнул Васенков. — Не стоит забывать, что это прародители современных китов, касаток и дельфинов. А их умение охотиться стаей давно уже стало эталоном среди всех водных животных.

— Хотите сказать, что эти зверюги всё-таки морские?- с интересом спросил Руслан.

— Да, — решительно кивнул профессор. — Большая часть их жизни проходит в море.

— Но при этом, на суше, они чувствуют себя прекрасно, — проворчал Миша, продолжая наблюдать за гренделями.

— Они кислорододышащие, и при этом дышат лёгкими, как всё те же киты. Но их конечности, позволяют им легко перемещаться по суше, а значит, они способны охотиться как на земле, так и в воде, — менторским тоном произнёс Васенков.

— И к чему была это лекция?- не понял Руслан.

— Я пытаюсь объяснить вам, что, не смотря на всю свою силу, эти животные не могут долго преследовать добычу по земле. Им ближе вода. При их габаритах, силе и гибкости, они лучше чувствуют себя именно там. В воде им легче перемещаться.

— Не могу с вами согласиться, — покачал головой Руслан. — Никогда не забуду, как они неслись по нашим следам, когда мы к соседям ездили.

— Ваша средняя скорость была около, сорока километров в час. И, тем не менее, грендели отставали. Ты сам это говорил, — решительно возразил профессор.

— Ну, да, — подумав, кивнул парень.

— Вот тебе и ответ. На короткие расстояния, они способны развивать большую скорость, но при долгом преследовании, начинают выдыхаться. Они спринтеры, а не стайеры, выражаясь спортивным языком. Как те же львы. Короткий, стремительный рывок, бросок, схватка с жертвой, а потом, несколько часов восстановления. Здесь, почти, то же самое. С поправкой на их силу и выносливость. Не стоит забывать, что регулярное пребывание в воде сделало их очень сильными.

— Извините, Егор Михайлович. Но вы сами себе противоречите. То вы говорите, что они не способны на долгое преследование, а то заявляете, что их сила делает их опасными для нас, — проворчал Миша, опуская тепловизор.

— Они не способны на долгое быстро преследование. А вот бежать по следу с постоянной скоростью, они могут очень долго, — вздохнув, пояснил Васенков.

— Погодите. По какому следу?- насторожился Руслан.

— Ну, в принципе, им будет всё равно, чей это будет след, — пожал плечами профессор.

— Очень интересно. Получается, что они запросто могут пойти за нами до самого побережья?

— Возможно, — снова вздохнул профессор. — Вся беда в том, что я могу только теоретизировать. Точных знаний об этих животных почти нет. Ведь это, — тут он ткнул пальцем в сторону, где собралась стая, — давно уже вымершие животные. Я исхожу из общих знаний о подобных животных. Скажем так, знакомлю вас с выжимками.

— Понятно. Придётся, выяснять всё о них методом научного тыка, — махнув рукой, вздохнул Руслан.

— Именно ещё и поэтому я хочу поехать с вами, — быстро ответил профессор. — Наблюдать этих животных в их естественной среде, во время охоты, это же просто мечта любого специалиста.

— Ну, вы нашли время, — растеряно протянул Миша, снова поднимая тепловизор.

— Миша, другого случая у меня может и не быть, — вздохнул Васенков.

— Не учите меня жить, лучше помогите материально, — насмешливо фыркнул Руслан.

— Да уж, от помощи я бы не отказался, — неожиданно кивнул Васенков.

— От какой именно?- насторожился Миша.

— Мне бы камеру хорошую, цифровую, чтобы заснять их.

— Зачем?

— Что значит, зачем? Для изучения. И для доказательства, что эвакуация была объявлена не с пьяных глаз, — развёл руками профессор.

— Доказательство, это хорошо, — задумчиво протянул Миша. — Такие доказательства и нам бы не помешали. Костя, — окликнул он смежника. — Колись, у тебя в закромах что-нибудь такое имеется?

— Имеется, — нехотя кивнул Костя. — Но если мы её прое…в смысле, потеряем, расплачиваться до гробовой доски будем. Причём, все вместе.

— Не боись. Мы её профессору на шею повесим. Пусть снимает. Нам потом эта запись может сильно жизнь облегчить, — быстро, словно наткнувшись на какую-то мысль, ответил Михаил.

— Ладно, — сдаваясь, проворчал Костя. — Но учтите, потеряете прибор, лично всех перестреляю. Всё равно меня начальство за неё живьём под асфальт закатает.

Принеся фирменную камеру, он принялся обучать Васенкова правилам пользования этим электронным чудом. Между тем, Руслан, осознав, что происходит, подошёл к профессору и, тронув его за плечо, спросил:

— Егор Михайлович. А вы не забыли, зачем мы вообще собираемся эти гонки устраивать? Наша задача, зверей от каравана отвлечь и подальше в сторону увести. А вы кино снимать собрались.

— Руслан. Я всё помню, — быстро ответил Васенков. — К тому же, вы сами говорили, что стрелять по ним на убой вы не собираетесь. Вам нужно раздразнить их и увести за собой. Так что, я могу спокойно вести беспокоящий огонь, а потом снимать их попытки догнать нас.

— Главное, не забывайте держаться покрепче. Виражи у нас ещё те будут, — вздохнул Руслан, мысленно проклиная профессорское упрямство.

— Не беспокойтесь за меня, Руслан. Я умею держаться и становиться кормом даже для этих животных, совсем не хочу, — улыбнулся Васенков.

— Свежо питание, да серится с трудом, — буркнул Руслан, отходя в сторону.

Услышавшие его последнюю фразу бойцы, не удержались, и столовая огласилась громким хохотом четырёх лужёных глоток. Удивлённый профессор только растеряно покачал головой, и не найдя, что ответить, неопределённо пожал плечами. Скепсис опытного бойца был ему понятен, поэтому, он не стал влезать в пустую полемику, решив доказать всё на деле.

Караван от соседей появился под утро. Первым, его заметили грендели. Медленно кружившая вокруг зимовья стая, в один момент вдруг сорвалась с места и стремительно унеслась куда-то в темноту. Наблюдавший за ними боец из группы Михаила, тут же разбудил командира, а тот, в свою очередь, собрал совет. Вопрос был один. Простой и вполне понятный. Объявлять боевую тревогу, или подождать возвращения зверей.

Но принять толковое решение они не успели. Наблюдатель, вернувшийся к окну, доложил, что слышит стрельбу, и следом за его докладом, по рации, на открытом канале, на связь вышел капрал Джонс, сообщив, что они на подходе и что караван на ходу пытаются атаковать. Схватив СПШ, Руслан выпустил в воздух одну за другой две осветительные ракеты, помогая водителям каравана определиться на местности и отвлекая зверей.

Одновременно с этим, Костя, связавшись с капралом, приказал ему загнать вездеходы во внутренний двор зимовья и не позволять людям покидать транспорт. Погрузку бойцы планировали начать сходу. Как только вездеходы окажутся у зимовья. Не ожидавший такой оперативности капрал, явно растерялся. Но Костя не собирался давать ему времени на споры и внесения изменений. Быстро отдав все указания и переспросив, поняли ли его, он отключил рацию и, повернувшись к Руслану, показал большой палец.

— Не слишком жёстко?- осторожно спросил Васенков.

— В самый раз. Пусть со своим начальством спорит. Про остальных, я даже не говорю. Предупреждаю сразу, Егор Михайлович, бойцы получили прямую команду, бить в морду любому, кто попытается спорить или что-то доказывать. Не огладываясь на возраст, пол и социальное положение. У нас есть толковый план, и мы будем его реализовывать, — жёстко отрезал Руслан, привычными движениями проверяя оружие и боеприпасы.

— Ну, точно, без суда не обойдётся, — обречённо вздохнул профессор.

— Да плевать я хотел на их суды. Не нравится, пусть спасаются сами.

В этот момент, словно специально, к ним подошла женщина из группы соседей, и высокомерно покосившись на Руслана, спросила, сосредоточившись на Васенкове:

— Если на ошибаюсь, это вы командуете экспедицией?

— Верно, — кивнул профессор. — Егор Михайлович Васенков.

— И каков ваш план, господин Васенков? Как вы собираетесь вывозить нас отсюда?

— У моего заместителя по безопасности есть план. Так что, вам нужно только выполнять указания, его, и его людей, — ушёл от прямого ответа профессор, указывая на Руслана.

— Как вас понимать? Что значит, выполнять указания?- начала заводиться женщина. — Хотите сказать, что нам даже не сообщат, что делать?

— В этом нет необходимости, — вступил в разговор Руслан. — Всё, что от вас требуется, это внимательно слушать команды и быстро их выполнять. Всё остальное, мы сделаем сами.

— Я не ваш подчинённый и уж тем более, не солдат, чтобы тупо выполнять команды. Или вы объясните мне, в чём состоит ваш план, или я с места не сдвинусь, — притопнув ногой, заявила дурная баба.

— Да бога ради. Оставайтесь. Грендели будут очень довольны, — пожав плечами, усмехнулся Руслан. — Вы забываете, что мне нет никакого дела до вас. Я отвечаю за людей из нашей, экспедиции, а вы, можете делать, что угодно. Мне наплевать.

Выделив голосом ключевое слово, парень повернулся к ней спиной и не спеша направился к окну. Сообразив, что её попросту послали, баба сорвалась с места и, догнав Руслана, попыталась рывком развернуть его лицом к себе. Ожидавший чего-то подобного парень, положил руку на цевьё автомата, и в момент рывка, сделал резкий тычок прикладом назад. Откинутый каркасный приклад автомата воткнулся дуре прямо в солнечное сплетение, заставив её охнуть, и осев на пол, тихо застонать от боли. Таким ударом запросто можно было проломить рёбра.

— Не нужно дёргать человека за руку, если у него в руках оружие. Это может быть опасно, — наставительно произнёс Руслан, и с невозмутимым видом направился дальше.

Наблюдавший за этой картиной Васенков, удручённо покачал головой и, подойдя к женщине, помог ей подняться.

— Вы ведёте себя слишком импульсивно. Это опасно. Парни и так на взводе, — тихо сказал Васенков, поддерживая её за локоть. — Слава богу, обошлось без человеческих жертв, но ещё ничего не кончено.

— Я этого так не оставлю, — просипела дурная баба, едва отдышавшись. — Я засужу его.

— И как вы себе это представляете?- не удержался от иронии Васенков. — У вас нет свидетелей, нет доказательств, вы даже следы побоев не можете зафиксировать. Ведь ваш врач находится в подъезжающем караване. А главное, как вы собираетесь привлечь его в судебное заседание? К тому же, судя по вашему лицу, это был не первый раз, когда вы неосторожно хватаете вооружённых людей.

Невольным жестом, коснувшись синяка на челюсти, женщина явно смутилась и, резко вырвав свою руку, отправилась к своей группе. Проводив её взглядом, Васенков устало вздохнул и, развернувшись, поспешил присоединиться к группе бойцов. Стоя у щели в забаррикадированном окне, Костя по рации командовал входящим во внутренний двор караваном. Вездеходы, подчиняясь его приказам, сразу разворачивались задом к зданию зимовья, и медленно подходили к самому крыльцу.

Благо, строившие зимовье материала не жалели, и заднее крыльцо больше напоминало погрузочный терминал. Потом, когда подчинённые Миши выскочили из здания, беря на прицел все подходы, задние борта вездеходов откинулись, и началась погрузка соседей. Рядом с бойцами Миши, встали и подчинённые Кости, с приборами в руках. Когда с гостями было покончено, Вездеходы отошли в сторону и бойцы начали погрузку своей экспедиции.

Соседи, увидев, на чём собираются эвакуироваться русские, дружно прилипли к окнам. Старенькая ГАЗушка, внешне, очень напоминала грубо переделанный танк без башни, а прицепленные к ней сани с балками, вызвали у них культурный шок. Такого сооружения они ещё явно не видели. Впрочем, всем членам русской экспедиции было глубоко наплевать на моральные терзания соседей. Каждый из русских отлично знал, что внутри этого неуклюжего сооружения тепло и безопасно.

Металла в советское время в стране хватало, поэтому, те, кто делал это транспортное средство, поступили просто. Сварив широкие сани из трубы сотки, они прямо на них сварили из железного листа тройки нечто похожее на деревенскую избу. Потом, утеплив её изнутри, и обшив всё деревом, установили печку «буржуйку», выведя трубу через стену. Так что, стоя позади саней, не знающий человек, вполне мог бы решить, что эта штука движется при помощи паровой машины. Глядя на вытянувшиеся лица соседей, Руслан не смог сдержать ехидной усмешки.

Часа через два, сидящие в этом сооружении, снимут с себя верхнюю одежду и будут спокойно спать в тепле и уюте, тогда как сидящие в современных вездеходах соседи, будут вынуждены всю дорогу кутаться в куртки и требовать от водителя включить отопитель на полную мощность. Эти машины были рассчитаны на переезд с места на место, для перевозки оборудования и материалов, но никак не на долгое проживание в них.

В два таких балка и в сам вездеход разместилась вся группа, и Руслан, окинув оставшихся бойцов, улыбнулся:

— Ну, что мужики? Начнём танцы с волками?

— Скорее, с крокодилами, — усмехнулся в ответ Миша, выпуская ракету из СПШ.

— Факелы у всех есть?- спросил Руслан, чувствуя, как его начинает потряхивать от избытка адреналина в крови.

— Не вибрируй, ВДВ. Всё давно готово, да и мы готовы, — усмехнулся в ответ Миша, направляясь к снегоходу.

Оседлав машины и запустив двигатели, бойцы проверили связь. Руслан, ещё раз оглядевшись, тихо проворчал:

— Как-то странно они притихли. Не иначе, очередную гадость готовят.

— Даже не сомневайтесь, Руслан. Это не те животные, которые так просто выпустят добычу, — ответил услышавший его слова Васенков.

По требованию Руслана, профессор привязал себя к машине куском альпинисткой верёвки, завязав узел, который можно было распустить одним рывком за свободный конец. Убедившись, что все готовы, а профессор не потеряется на вираже, парень плавно крутанул ручку газа, одновременно, скомандовав:

— Поехали!

* * *

Первую мину, они установили сразу у входа в галереи. Выставив таймер на сорок минут, с трёхсекундной задержкой, Морган повёл группу в дальний конец коридора, где по нарисованной им самим схеме, располагался спуск, в следующий тоннель. Теперь, главное для них, было выдержать нужное направление. В том, что выходов из галерей на поверхность на много, Морган не сомневался.

В этом же его убеждал и Солсбери. Сам Морган, придерживался мнения, что зверей не видели на поверхности только потому, что им не было необходимости вылезать. Вся их жизнь подчинялась сезонным циклам полярной природы. Короткое лето, долгая зима, и почти незаметное межсезонье, когда почти невозможно понять, что на дворе, весна или осень. Они просыпались, уходили в море, где охотились, спаривались, после чего, возвращались обратно и снова впадали в спячку.

Как при этом у них появлялось потомство, и кто о нём заботился, для Моргана было тайной за семью печатями. Впрочем, он и не стремился это узнать. Сейчас, его волновало только одно. Не сбиться с направления и вывести группу к поселению русских. Там, в уже оставленном посёлке, они смогут найти транспорт или, связавшись с ледоколом, вызвать спасательный вертолёт. В том, что их обязательно заберут, Морган даже не сомневался. И дело тут было вовсе не в его важности, как офицера и гражданина страны, а в том, что начальство пожелает выяснить все подробности данного фиаско, которое потерпела эта экспедиция.

Добравшись до спуска, Морган долго светил в провал фонарём, но так ничего и не разглядев, тихо приказал:

— Минируем угол, и спускаемся.

— Хотите завалить провал?- уточнил стоявший рядом с ним морпех.

— Именно.

— А если придётся возвращаться?

— Зачем?

— Вдруг там тупик?

— Тогда, откуда взялся тоннель?- вполне логично спросил Морган.

— Всё верно, Смит. Если бы у воды, которая промыла эти галереи, не было выхода, не было ты и самой галереи, — неожиданно поддержал его профессор.

— А если это выход прямо в океан?- не унимался морпех.

— Так далеко от побережья?- удивился профессор. — Нет. Это невозможно. Я даже не сомневаюсь, что из этого тоннеля найдётся ещё пара ответвлений.

— В любом случае, идти в большой зал мы не можем. Слишком опасно, — вздохнул Морган. — Начинайте. Таймер установить на дистанционное программирование. И поставьте ещё один взрыватель. На растяжку.

— К чему такие сложности, сэр?- растерялся неугомонный боец.

— Ты прав. Если нам потребуется вернуться, мы сможем подняться и снять мину. А если появятся преследователи, то их будет ожидать неприятный сюрприз.

— А зачем тогда таймер?

— Не хочу оставлять зверей без подарков, — хищно усмехнулся Морган.

— Как скажете, сэр, — вздохнул боец, снимая с плеч ранец.

Раненого усадили на лёд, приказав контролировать тылы, а Солсбери, помогать ему. Один из бойцов быстро размотав бухту троса, сбросил её в провал, пока второй, быстрыми движениями вкручивал в лёд скобу. Третий, выбрав точку минирования, принялся устанавливать заряд, а сам Морган, подсвечивая солдату тактическим фонарём, одновременно прикрывал его, держа на прицеле нижнюю часть провала.

Специальные скобы с широкой, как у штопора резьбой с хрустом вгрызались в лёд. Долбить ступени, как это делают обычные альпинисты, не было ни времени, ни необходимости. В случае, если им потребуется подняться, они смогут воспользоваться другими средствами. Через двадцать минут, всё было готово, и Морган приказал начинать спуск.

Шедший первым солдат, добрался до поворота в провале и, закрепившись, по рации дал сигнал, что готов встречать напарника. Спустившийся к нему Морган, встал на место солдата и, подняв винтовку, жестом показал ему, что готов прикрывать. Так повторилось ещё два раза. После четвёртого поворота, в свете фонаря показалась очередная галерея. Повиснув на тросу, солдат начал медленно спускаться, одной рукой удерживая винтовку.

Сейчас, ему нужно было убедиться, что коридор пуст, и прикрыть спуск командира. Дальше, в дело должна была вступить техника. Сканер, одна из специальных разработок научного отдела флота, при помощи которого и сумели вообще обнаружить все эти галереи, был способен просветить всю сеть тоннелей на этом уровне. К удивлению Моргана, прибор отлично работал по горизонту, но при этом, не пробивал ледник по вертикали.

Отчего это было так, он не понял, но от него это и не требовалось. Его задачей, было, как можно точнее составить отчёт, указав все достоинства и недостатки приборов, используемых во время работы экспедиции. Добравшись до коридора, Морган приказал остальным начинать спуск, а сам, достав из сумки сканер, нажал кнопку включения. Тихо засвистев, аппарат начал разогреваться, и через пять секунд на экране засветился индикатор тестового режима.

Ещё через пять секунд, прибор сообщил, что готов работать. Направив сканирующий луч вдоль коридора, Морган, внимательно отслеживал показания. Как оказалось, это была ещё более разветвлённая сеть галерей, чем на верхнем ярусе. В нужную им сторону, вели сразу два коридора. Один, заканчивался тупиком, от второго, отходило ещё два ответвления, но куда вели они, было непонятно. Мощности прибора не хватало.

— Это не ледник, а какой-то мышами траченный сыр, — проворчал Морган, быстро фиксируя в памяти сканера все полученные данные.

— Нужно было ехать с остальными, сэр, — вздохнул морпех, продолжая контролировать коридор.

— Думаешь, это была глупая затея, а твой командир окончательно выжил из ума?- иронично хмыкнул Морган. — Ошибаешься, солдат. Я знаю, что делаю.

— Я не собираюсь спорить, сэр, но было бы не плохо, и нам объяснить ваш план, — решившись, ответил солдат.

Это была дерзость, но Морган отлично понимал, откуда она взялась. Боец не верил, что они смогут выбраться из этого лабиринта живыми и поэтому, решил идти до конца, выясняя у командира, на что тот рассчитывает. Чуть усмехнувшись, Смит убрал прибор в сумку и, подойдя поближе к солдату, тихо сказал:

— Мы выберемся на поверхность рядом с посёлком русских, и засядем в их посёлке. А потом, когда придёт время, свяжемся с командованием, и потребуем забрать нас вертолётом. К тому времени, все грендели или уйдут следом за колонной, или вернутся в свои норы.

— Сэр, а вы уверены, что за нами пришлют вертолёт?- удивлённо спросил солдат.

— Уверен, — решительно кивнул Морган. — Есть вещи, о которых командование сможет узнать только от меня. Так что, вертолёт за нами прилетит.

— Хорошо бы, — вздохнул солдат, крепче сжимая винтовку.

Свободный конец троса заходил ходуном, в свете фонаря появилась могучая фигура профессора. Не смотря на возраст и солидное пузо, Солсбери умудрился спуститься по тросу вместе со всем своим багажом. Два куска верёвки превратили патронный ящик в подобие ранца, которое он повесил себе за спину. Тяжело отдуваясь, профессор укрепился на ногах, и несколько раз встряхнув кистями рук, тихо проворчал:

— Чёртова работа. Уже просто по верёвке спуститься и то проблема.

— Я вас предупреждал, Джек, — усмехнулся Морган.

— Я помню, Смит. И можете даже не сомневаться, я дойду до конца. Сами знаете, поначалу всегда сложно, а потом втягиваешься, — решительно отмахнулся профессор.

Тем временем, оставшиеся наверху бойцы начали спускать поклажу. Ранцы и ящик с оборудованием несколько раз застревал, но пара энергичный рывков верёвкой быстро наводила порядок. Следом за вещами, спустили раненного, после чего, спустились оставшиеся бойцы. Убедившись, что все на месте, Морган жестом велел продолжить движение. Коридор шёл почти идеально прямо именно в том направлении, которое было им нужно.

Но через приблизительно километр, сделал резкий поворот налево, и тут же начал разветвляться. Ещё раз, просканировав галереи, Морган выбрал наиболее подходящий для их целей коридор, и группа двинулась дальше. Спустя ещё три часа пути, раненный, вдруг, молча, осел на лёд и, прислонив голову к стене, еле слышно простонал:

— Простите сэр. Я больше не могу.

— В чём дело, солдат?- быстро подходя к нему, спросил Морган.

— Рана разболелась, и дышать трудно. А ещё, постоянно круги перед глазами, — ответил солдат, часто сглатывая и регулярно облизывая сухие, потрескавшиеся губы.

Подошедший к ним Солсбери, быстро коснулся его лба, потом, нащупав пульс, удручённо покачал головой.

— Что?- повернулся к нему Морган.

— Большая потеря крови, болевой шок и, похоже, начинается заражение. Я не уверен, но температура явно повышена.

— Ему же вкололи противошоковое, обезболивающее, и противостолбнячное, — быстро перечислил Морган все использованные препараты.

— Вот благодаря им он и продержался так долго, — вздохнул Солсбери.

— Что будем делать?- мрачно спросил Морган.

— Нужно повторить инъекции, но идти он всё равно не сможет. Организм и так сильно истощён из-за потери крови. Дайте ему воды. Много. Это немного собьёт жажду, и облегчит дыхание. Откровенно говоря, меня больше беспокоит жар. Это первый признак абсцесса.

— Ему нужна срочная медицинская помощь, — кивнул Морган.

— Именно.

— Что ж. Ему придётся продержаться до того момента, когда он окажется там, где её смогут оказать, — жёстко ответил Морган, больше обращаясь к солдату, чем к профессору.

— Ничего не получится, сэр, — прохрипел солдат, напившись из фляжки, которую протянул ему один из солдат. — Профессор прав, скорее всего, это абсцесс, а значит, я очень скоро не смогу идти. Точнее, я уже не могу.

— Значит, придётся нести тебя, — нехотя вздохнул Морган. — Твоя повышенная температура, может стать маяком, на который наведутся звери. Солдат.

— Сэр, — отозвался боец, в обязанности которого входило и оказание первой медицинской помощи.

— Вколи ему обезболивающее, и противостолбнячное. Профессор, нам потребуется вся ваша сила. Груз распределим между собой, а вы понесёте раненого. Готовы?

— Конечно, — сходу согласился профессор, который больше всего боялся, что Морган решит оставить солдата.

Быстро перераспределив груз, солдаты приготовились к движению. Но из-за раненной груди солдата, нести его на плечах, было невозможно. Поэтому, сняв несколько ремней с ящиков и оружия, солдаты соорудили что-то вроде эвакуационного седла, которым поднимают пострадавших в вертолёт. Обвязав этим сооружением напарника, они помогли профессору погрузить его себе на спину. Пару раз, слегка встряхнувшись, чтобы поудобнее распределить груз, Солсбери выпрямился, на сколько было возможно и, найдя взглядом Моргана, кивнул:

— Можем идти.

— Отлично. И, профессор, не геройствуйте. Если почувствуете, что устали, или вам неудобно, скажите сразу. Лучше сделать привал и привести всё в порядок, чем оказаться перед проблемой транспортировки сразу двух пострадавших, — сказал Морган, жестом отправляя бойца в авангард.

— Не беспокойтесь, Смит. Я не идиот, и не собираюсь доставлять вам проблемы, — ответил Солсбери, начиная движение.

Его тяжёлые ботинки были снабжены специальными металлическими накладками с шипами, которые обычно используют альпинисты. Благодаря им, Джек шагал словно железный дровосек, с тихим металлическим постукиванием. Но в то же время, эти шипы не давали ногам разъехаться и профессор мог не волноваться за то, что упадёт и прибавит раненному боли.

Сам Морган, взвалив на себя ранец и ящик с оборудованием, только крякнул, когда понял, какой вес пёр до этого на себе Солсбери. Именно теперь до него дошло, насколько силён этот гигант. В то же время, не смотря на это, профессор был очень добродушным, можно сказать, застенчивым человеком. Добродушный увалень, которого лучше не злить, именно так называли Джека в узких кругах его знакомые.

Вывести из себя его было очень сложно, почти невозможно, но если это случиться, то всем, находящимся в пределах досягаемости рук профессора, становилось плохо. Из досье Солсбери, Морган знал, что однажды, в баре, этот добряк в одиночку отметелил банду каких-то отморозков из семи голов, даже не заметив, что почти все они были вооружены цепями и битами. Уже в полицейском участке, куда забрали всех, выяснилось, что ему сломали руку и три ребра. Именно это стало решающим фактором при вынесении судьёй вердикта.

Они прошли десять километров, когда шедший в авангарде солдат подал условный сигнал. Остановив всю группу, Морган быстро переместился назад и, подойдя вплотную к солдату, тихо спросил:

— Что там?

— Рядом с ответвлением, которое мы только что прошли, послышалось какое-то царапанье, — еле слышно прошептал солдат.

— Ты издеваешься?- возмутился Морган. — Как ты мог услышать царапанье, да ещё, когда впереди куча людей топает, словно стадо слонов ⁈

— Это уже привычный звук, сэр. И идёт он, спереди. А то, что я слышал, совсем другой звук, и раздался он сзади, — быстро пояснил солдат.

— Ладно. Проверим, — вздохнул Морган, доставая сканер.

Включившийся прибор быстро сопоставил уже просканированную сеть тоннелей с той, что сканировал сейчас, после чего выдал ответ, от которого у Смита зашевелились коротко стриженые волосы на затылке. Следом за ними шло десять объектов с температурой тела, значительно превышавшей температуру окружающей среды. Исходя из того, что обитали в этих пещерах только грендели, вывод напрашивался простой и понятный.

Прогнав на экране карту галерей, Морган решительно поднял свою команду, приказав начать движение в максимально быстром темпе. Через восемьсот метров должен был быть поворот, который можно было заминировать. Они добрались до поворота, еле дыша, то и дело, сплёвывая тягучую, горькую слюну. Минёр, сбросив свою поклажу на лёд, подчиняясь команде Моргана, принялся быстро минировать поворот. Убедившись, что у парня всё идёт нормально, Смит дал остальным отдышаться, после чего приказал двигаться дальше.

Нужно было убрать людей как можно от точки взрыва. Даже если часть ледника обрушится, они окажутся в стороне. Сам он, остался рядом с солдатом, прикрывая его, пока морпех устанавливал свою адскую машинку. То и дело, поглядывая на экран сканера, Морган нетерпеливо оглядывался на бойца. Противник приближался так, словно мчался по льду на коньках. Прикрутив последний провод, солдат тихо выдохнул:

— Готово, — и подхватив свой ранец, поспешил следом за остальными.

Понимая, что делать ему здесь больше нечего, Морган помчался следом. Отбежав метров на сто, он оглянулся и на ходу хлопнул минёра по плечу. Не останавливаясь, боец вытащил из нагрудного кармана пульт. Остановившись, Морган опустился на колени, спиной к эпицентру взрыва и, открыв рот, зажал уши пальцами. В гладком, прямом коридоре тоннеля, взрыв запросто мог привести к баротравме. Убедившись, что командир приготовился, минёр принял такую же позу, и нажал на кнопку подрыва.

* * *

Четыре снегохода вырвались на открытое пространство, и Руслан, заложив крутой вираж, вывел машину на гребень снежного холма. Остановившись, он выдернул из подсумка осветительный факел и, чиркнув серной головкой по специальной тёрке, поднял его над головой. Зашипев, факел вспыхнул, осветив холм ярко-красными сполохами. Следом, в нескольких разных точках вспыхнули точно такие же огни.

Ответом им, стал раздражённый рёв нескольких десятков глоток. Звери заметили добычу. От здания зимовья, из тени отбрасываемой стеной, выскочила дюжина зверей и огромными прыжками понеслась в сторону стоящего на холме снегохода. Руслан, убедившись, что преследование началось, хищно усмехнулся и, воткнув факел в снег, принялся методично подкручивать ручку газа, заставляя снегоход взрёвывать двигателем.

Сидевший у него за спиной Васенков, старательно снимал каждое движение гренделей, но когда расстояние между ними и зверями сократилось до сотни метров, бросил камеру, и с тяжёлым вздохом взялся за автомат. Ему явно не хотелось убивать этих животных.

— Бейте по конечностям. Вреда не много, а злости прибавит, — скомандовал Руслан, плавно трогая машину с места.

— Думаешь, перебитые ноги им не повредят?- ехидно ответил профессор, выпуская короткую очередь в бежавшего первым гренделя.

— В кость попасть, ещё суметь надо, — не принял шутки Руслан, плавно прибавляя газу, и следя, чтобы звери не потеряли их из виду.

Где-то в стороне, эхом отозвались ещё три автомата. Бойцы вступили в игру. Держа дистанцию, Руслан выхватил из кармана короткую рацию и, нажав тангенту, скомандовал:

— Змея, выходит из норы. Ежи в игре. Повторяю, ежи в игре.

— Ежи в игре, принял, — послышалось в ответ.

Всю эту абракадабру придумал Костя, и в категорической форме потребовал от Руслана общаться только такими фразами. Понимая, что для подобного требования у офицера могут быть свои резоны, парень добросовестно заучил все кодовые фразы. В конце концов, ему было абсолютно наплевать, как именно подавать команду на движение. Главное, чтобы колонна вовремя вышла в путь.

Убрав рацию в карман, Руслан заложил очередной вираж, уводя зверей в сторону от зимовья. Сидевший у него за спиной профессор, то и дело, оглядываясь через плечо, докладывал о состоянии дел. Отвлекаться от управления снегоходом, было смертельно опасно. Это только на картинках и в кино, полярные снега ровные и гладкие словно стол. На самом деле, поверхность ледника, вся была покрыта не только снегом, но и кусками торчащего из него льда, что создавало много неожиданных опасностей для любого невнимательного водителя.

Встречались здесь и трещины, причём, глубину некоторых из них трудно было определить на глаз. Объехав один из таких торосов, Руслан сбросил скорость, и быстро оглянулся. Грендели продолжали нестись следом. Выхватив рацию, парень затребовал отчёта о состоянии дел. Все группы доложили, что у них всё в порядке. Змея, или колонна, ответила, что за ними идут приблизительно полтора десятка зверей. Для того, чтобы отогнать их, бойцам пришлось воспользоваться генератором звука.

Увидев приближающихся зверей, Васенков выпустил четыре трёхпатронные очереди, и Руслан, снова немного прибавил газу. Шедший первым зверь, неловко припав на левую лапу, яростно взревел, и шедшие за ним грендели прибавили скорость. Их прыжки стали длиннее, а вся группа неожиданно начала расходиться в разные стороны. У Руслана сложилось такое впечатление, что звери знают что-то такое, о чём сам он не догадывается.

Переключив фары снегохода на дальний свет, парень до рези в глазах всмотрелся вперёд. И уже через минуту громко, от всей души выругался. Как оказалось, звери совсем недаром начали разворачивать строй, беря их в полукольцо. Метрах в ста пятидесяти, впереди, зиял провал, при этом, дальний край был значительно выше ближнего, что полностью исключало любую попытку перепрыгнуть трещину.

— Держитесь, — выкрикнул Руслан, резко прибавляя газу и выворачивая руль.

Снегоход занесло, но направление сменилось. Руслан снова газанул, и машина стремительно понеслась вдоль трещины. Раненный грендель, словно опытный полководец, издал очередной рёв, и мчавшиеся сбоку звери снова наддали. Сидевший за спиной парня профессор, не выпуская камеры из рук, крикнул, пытаясь перекричать рёв мотора:

— Держи на этой скорости, Руслан. Они скоро выдохнутся.

— Понял, — кивнул парень, продолжая всматриваться вперёд.

Скорость снегохода, была около семидесяти километров в час. Гнавшиеся за ним грендели, отставали не сильно. Но бросать преследование, они явно не собирались. Неожиданно, из-за очередного снежного бархана выскочил грендель и одним прыжком оказался рядом с машиной. Реакция профессора порадовала Руслана. Моментально выпустив из рук камеру, он подхватил автомат и, не раздумывая, всадил длинную очередь прямо в грудь зверю. Пули калибра 7,62, ударили гренделя с такой силой, что тяжёлого зверя буквально отбросило в сторону.

— Смените магазин, — через плечо крикнул Руслан, закладывая очередной вираж.

За спиной завозились, и парень, шестым чувством уловив, как в автомате лязгнул затвор, удовлетворённо усмехнулся. Не смотря на абсолютно мирную профессию, профессор оказался толковым напарником. Он умел выполнять приказы и делать то, чего от него ожидали, не вступая в споры и пререкания. Да ему не хватало боевого опыта и выдержки, ему было жаль зверей, но при всём этом, Васенков старался делать всё так, чтобы не подвести напарника.

Вожак стаи, заметив, что добыча ускользает, снова взревел, и вся стая, резко сменив направление, снова устремилась в погоню. Понимая, что отрываться нельзя, Руслан снова сбросил скорость, пытаясь держать дистанцию. Звери, пытавшиеся перехватить снегоход, явно выдохлись. Их прыжки стали короче, а из широко открытых пастей валил горячий пар. Всё это, Руслан заметил, бросив очередной взгляд через плечо.

Убедившись, что звери снова отстали, Руслан в очередной раз достал рацию, и принялся вызывать группу прикрытия. Отозвались все ежи, доложив, что все они на ходу, и ведут игру с переменным успехом. Из колонны сообщили, что увязавшиеся было за ними звери, отстали, едва включился генератор звука. И теперь, водители выжимали из вездеходов всё возможное, стремясь увести колонну как можно дальше от зимовья.

Бросив короткий взгляд на часы, Руслан чуть не охнул от удивления. Ему казалось, что вся эта свистопляска только началась, а выяснилось, что они носятся по леднику уже полтора часа. Между тем, грендели продолжали гнать их, словно не замечая скорости и расстояния, которое им пришлось покрыть.

— Они из железа сделаны, что ли?- не удержавшись, спросил Руслан, оглядываясь через плечо. — Любой другой зверь уже давно ноги бы от усталости протянул.

— Это не обычные звери. Я ведь предупреждал. Грендели, морские обитатели и на много сильнее любых современных животных, — отозвался Васенков, крича ему прямо в ухо.

— Сколько нам их ещё гонять, чтобы отстали?- не удержался от вопроса парень.

— Этого вам никто не скажет, — ответил профессор с заметным огорчением в голосе.

— Ладно. Значит, будем их гонять, пока не свалятся, — зло выдохнул Руслан, снова прибавляя газу.

Заметив, что добыча начинает ускоряться, грендели так же прибавили ходу. Это было не просто удивительно. Это было невообразимо. Полтора часа нестись со средней скоростью в пятьдесят километров в час, по сугробам, такого парень и представить себе не мог. Только теперь он понял, как пригодится им та запись, которую ведёт профессор. Не удержавшись, он снова оглянулся через плечо, и крикнул:

— Егор Михайлович, вы снимаете?

— Да. Такой материал нельзя упустить, — азартно откликнулся Васенков, не отрываясь от видоискателя камеры.

В этот момент, рация начала вызывать его громким, очень напряжённым голосом. Выхватив из кармана пластмассовый прямоугольник, Руслан ответил. Выяснилось, что ёж три умудрился на вираже влететь в ледяную глыбу и сломать лыжу управления снегохода. Скорость машины здорово упала, и грендели буквально висят у них на хвосте. Понимая, что группа здорово рискует, Руслан приказал им зажечь сигнальный факел и ехать до тех пор, пока они не окажутся рядом.

Прибавив газу, парень легко оторвался от преследования и, выскочив на очередной снежный бархан, быстро осмотрелся. Километрах в четырёх, маленькой звёздочкой сверкал факел. Уловив направление, Руслан погнал машину так, словно собирался выиграть гонку. Сидевший у него за спиной профессор только охал и матерился, когда снегоход буквально перелетал через препятствия, тяжело плюхаясь в плотный наст.

Они успели вовремя. Сломанный снегоход, зарываясь в снег сломанной лыжей, уже почти окружили, когда машина Руслана, вымахнув на перемёт, резко остановилась, и парень, вместе с профессором, открыли по гренделям ураганный огонь. Два зверя забились на снегу, окрашивая его алым, а остальные, отбежав в сторону, принялись перегруппировываться. Бросив автомат, повисший на ремне, Руслан снова дал газу и, подогнав снегоход вплотную к пострадавшей машине, скомандовал:

— Пересаживайтесь. Быстро!

— С ума сошёл ⁈- завопил подчинённый Миши, выпуская очередь в стаю, подвинувшуюся ближе. — Машину перегрузим. И сами сдохнем и вас за собой утащим.

— Садись, герой, — огрызнулся Руслан. — Не под Сталинградом, чтобы под танк с гранатой бросаться. Сожрут нахер, и спасибо не скажут. Уедем.

Сообразив, что парень абсолютно прав, боец выпустил ещё одну очередь и, спрыгнув с седла, вскочил на подножку снегохода. Его напарник, пристроился с другой стороны, и Руслан дал газу. Васенков сдвинулся в седле назад и, приказав парням развернуться спиной, друг к другу, ухватил их руками за пояса, крест-накрест. Правой рукой, он удерживал левого пассажира, а левой, правого. Сообразив, что он даёт им возможность стрелять по преследующим машину зверям, бойцы откинулись друг на друга, присев ему на колени.

Положение было неустойчивым, так что Руслану пришлось снова напрягать зрение, выбирая дорогу поровнее. Один из спасённых по рации сообщил остальным группам, что их эвакуировали, и теперь, ёж один вынужден уходить следом за караваном. Ежи два и четыре, информацию приняли, и ответили, что вскоре последуют за ними. По большому счёту, всё задуманное было выполнено. Колонна ушла к побережью без преследования, а звери были серьёзно вымотаны погоней за снегоходами.

Так что, теперь, двигаясь с постоянной скоростью следом за караваном, они смогут оставить зверей с носом. К тому же, два экипажа всё ещё продолжают игру. Услышав, что машина Руслана перегружена, они подожгли факелы и принялись кружиться на небольших участках, привлекая всё внимание гренделей к себе. К тому же, тяжело раненные во время эвакуации звери оказались серьёзной добычей для части стаи. Так что, теперь им было не до охоты.

Но как, оказалось, обрадовались они рано. Тяжело гружёный снегоход, перевалив очередной бархан, с размаху ударился о ледяную глыбу, и Руслан ясно расслышал сухой треск. Руль больно ударил по рукам, словно пытаясь вырваться. Изо всех сил уцепившись за выгнутую металлическую рогульку, Руслан с огромным трудом удержал машину от заноса. Скорость резко упала, а гусеница начала зарываться в снег. Перед машиной начал собираться снежный бруствер.

Остановившись, бойцы одним движением опрокинули снегоход на бок, и Руслан, осветив систему управления фонариком, выругался. Лыжи выдержали удар, а вот стойки, к которым они крепились, сложились, словно картонные. Это было странно, но это было. Понимая, что машина пропала, Руслан быстро огляделся, готовясь выхватить взглядом, согнутый силуэт гренделя, но к его удивлению, звери бросили погоню.

— Что делать будем?- устало спросил один из бойцов, привычным жестом перекидывая спарку магазинов.

— Пешком мы колонну не догоним. Придётся возвращаться обратно в зимовье. Еда и вода там есть, печки есть, уголь тоже. Неделю продержимся, если тихо сидеть будем, — подумав, ответил Васенков. — Нужно только в колонну сообщить, что вынуждены возвращаться.

— Предложение толковое. Теперь, главное, на зверей не нарваться, — обдумав его слова, кивнул Руслан.

— Ты хоть представляешь, где мы вообще находимся?- грустно усмехнувшись, спросил боец, отвечавший за связь. Руслан припомнил, что Миша представил его как Вадима.

— Думаешь, мы так далеко ушли от зимовья, что проще колонну пешком догнать?- повернулся к нему Руслан.

— Я не об этом, — покачал головой боец. — Мы пока мотались и следы путали, я ещё хоть как-то направление держал, а когда пассажиром оказался, сходу всё потерял. Так что, вся надежда на тебя и на звёзды. Благо, ночь почти безветренная.

— Скоро рассвет, — напомнил Васенков, кивая на горизонт.

— Верно, — согласился Руслан. — Как рассветёт, поднимемся на ближайший холм, и попробуем сориентироваться на местности.

— А сейчас что делать будем?- удивился профессор.

— Ждать. Можно слегка перекусить. Но не сильно, чтобы на полное брюхо не воевать, — ответил парень, выбирая местечко поукромнее.

Подчинённые Миши, будучи опытными бойцами, дружно мотнули гривами, полностью соглашаясь с такой постановкой вопроса. Толковый солдат, или спит, или ест, когда служба позволяет. И того и другого в боевых условиях может вскоре не оказаться. Так что, делать всё нужно впрок. А то, что они находились именно в боевых условиях, ни у кого сомнений не вызывало.

Группа отошла в сторону от снегохода и, забравшись под торчащую из снега льдину, приготовилась ждать рассвета. Караул распределили по часу на брата, и вскоре, уставшие люди мирно спали, поплотнее закутавшись в куртки и прижав к себе оружие, словно детей. Первую смену выпало караулить профессору. Слишком перевозбуждённый всем случившимся, он сразу сказал, что не сможет уснуть, так что, Руслан, честно предупредив его о последствиях, пошёл на риск, доверив ему пост, но камеру с записью отобрав.

Парень слишком хорошо знал любознательность профессора, чтобы сомневаться, чем он займётся, едва все уснут. А свет видоискателя камеры вполне мог выдать их логово. К тому же, увлёкшись, Васенков мог и не услышать, как грендели начнут его есть. Издав страдальческий вздох, профессор покорно отдал камеру, и теперь, сжимая в руках автомат, насторожено всматривался в бесконечную простынь ледника.