* * *

Бросившись в атаку, грендель не рассчитал собственных габаритов и прочности потолка в коридоре. В итоге, вместо того, чтобы обрушиться на противника всей массой, он с грохотом врезался в потолок, едва не проломив крышу и, рухнул почти на то же место, с которого стартовал. Между тем, Морган, опустошив магазин, начал отступать назад, скользя подошвами по полу, чтобы не споткнуться. Попутно, он не глядя, выдернул из подсумка полный магазин и, зарядив винтовку, сбросил затвор с задержки.

Поднявшись, грендель оглушено потряс головой, разбрызгивая кровь на стены, и открыв пасть, попытался зареветь, но вместо рычания, из глотки зверя вырвался какой-то странный сип. Пули офицера не прошли мимо. Грудь и живот гренделя зияли ранами, из которых ручьём лилась кровь. Но сдаваться так просто зверь не собирался. Помня, что прыгать в узком пространстве коридора опасно, грендель опустил голову ещё ниже, и помчался вперёд, стремительно набирая скорость.

Сообразив, что задом наперёд убежать не получиться, Морган быстро оглянулся, продолжая быстро отходить, и заметив открытую дверь в какое-то помещение, бросился туда. Заметив, что добыча собирается ускользнуть, грендель рванул вперёд, в ту же секунду, Морган прыжком попытался укрыться в помещении. В итоге, грендель, промахнувшись, ударил Смита плечом, отшвырнув в сторону, словно тряпичную куклу.

Удар был так силён, что офицер полетел до противоположной стены, со всего размаха врезавшись в подоконник. Рёбра хрустнули, и Морган едва не взвыл от боли. Винтовка давила на другой бок, но не потерялась. Во всей этой ситуации, это была самая приятная новость. Поднявшись на ноги, буквально на морально-волевых, Морган перехватил оружие, готовясь продолжить стрельбу, но в коридоре раздавался какой-то перестук, и хриплое порыкивание.

Проковыляв к выходу, Смит осторожно выглянул в коридор и, не удержавшись, злорадно усмехнулся. Грендель, проскочив мимо него, с размаху врезался в стену на повороте. Этого хватило, чтобы сбить раненое животное с ног. И теперь, оно агонизировало, заливая коридор кровью из десятков ран. Промахнуться с такого расстояния, Морган просто не мог. Подняв винтовку, он прицелился в затылок твари, и одиночный выстрел прервал агонию.

Убедившись, что тварь мертва, Морган перевёл дух и, выбравшись в коридор, направился в столовую. Как оказалось, и Гроссман, и Солсбери успели добраться туда без потерь, и теперь, Джек старательно выводил Аниту из состояния дикой истерики. Женщину трясло, слёзы текли градом, а говорить она не могла по причине спазма, перехватившего горло. Солсбери аккуратно вливал ей в рот виски, при этом тихо что-то приговаривая. Но всё было бесполезно. Гроссман не слышала его.

Покачав головой, Морган решительно подошёл к женщине и, отодвинув профессора, с размаху влепил ей пару полновесных оплеух. Находившиеся в столовой дружно ахнули от такого святотатства, а Анита, перестав всхлипывать, забрала у Солсбери стакан, и одним глотком осушив его, хрипло поблагодарила профессора. Отступив в сторону, Морган устало опустился на стул, не громко проворчав:

— Не придумали ещё другого средства от полноценной истерики.

— Как вы выкрутились?- повернулся к нему Солсбери.

— Чудом. Но рёбра, кажется, треснули, — буркнул в ответ Смит, ощупывая левую часть груди.

— Вам нужна медицинская помощь, — засуетился профессор.

— Просто перетяните мне рёбра, и хватит. Болеть будем потом, — отмахнулся Смит. — Боюсь, посёлок придётся оставить.

— Но куда нам идти?- растерялся Солсбери.

— Свяжемся с русскими, и попросим помощи у них. Где радист?

— Они всей командой заперлись в радиорубке. Сказали, что будут постоянно на короткой связи.Не совсем понял, что это значит, — смущённо пожал плечами профессор.

— Короткая связь, это связь на ультракоротких волнах, — автоматически пояснил Морган, обдумывая сложившуюся ситуацию.

— Вы уверены, что русские согласятся помочь нам?- осторожно поинтересовался Солсбери.

— Не сразу, но согласятся, — решительно кивнул Смит.

— А почему не сразу?- тут же влезла в разговор неугомонная Гроссман, уже успевшая успокоиться.

— Потому, что они не готовы сходу принять на проживание такое количество народу.

— Это так сложно?- не унималась Гроссман.

— Сложнее, чем вам кажется. В любом случае, отсюда нужно уходить.

— Но почему?- чуть не взвыл Солсбери.

— Джек, ну хоть вы не будьте идиотом. Гредели поняли, где есть добыча, и будут искать возможность добраться до нас. Мы для них, добыча.

Достав из нагрудного кармана чудом не раздавленную рацию, Морган принялся вызывать своих людей. Услышав ответ, он удовлетворённо кивнул, и приказал готовить весь имеющийся в наличии транспорт. Сообразив, что эвакуация неминуема, Солсбери и Гроссман тоже попытались развить бурную деятельность по спасению всех добытых образцов, но Морган, не оглядываясь, остудил их пыл, сказав только одну фразу:

— И не мечтайте.

— Что⁈ Но почему ⁈- хором взвыли профессора.

Закончив раздавать указания, Смит убрал рацию и, повернувшись к ним, устало ответил:

— Выбор стоит между спасением людей, и вашей работой. В сложившейся ситуации, решение принимать мне, и я выбираю жизни людей. Впрочем, если вы настаиваете, мои люди вывезут все образцы и данные, а вы, будете спасаться самостоятельно. Делать и то и другое, мы не можем.

— Тогда, может быть стоит решить проблему последовательно, — подумав, предложила Гроссман.

— И как же?

— Сначала, вы вывозите все образцы и данные, а потом, возвращаетесь за нами.

— У меня слишком мало людей, чтобы распыляться на несколько задач. Для того, чтобы вывезти образцы, потребуется как минимум три человека. Тогда, охранять членов экспедиции, полноценно, смогут только четверо. На охране посылки придётся оставить двоих. Значит, обратно вернётся только один. Сколько продлится поездка, и как далеко придётся ехать, неизвестно. Так что, ваше предложение, неприемлемо. Уходить придётся один раз, и сразу.

— Смит, прошу вас, придумайте что-нибудь. Мы не можем вернуться с пустыми руками, — неожиданно взмолился Солсбери.

— Не в этот раз, Джек, — покачал головой Морган. — К тому же, я думаю, ваши опасения беспочвенны. Гределям не нужна ваша лаборатория. Они будут пытаться проникнуть туда, где есть запах пищи, а не химических реактивов.

В этот момент, рация в его кармане забубнила, и Морган, выхватив её, снова принялся раздавать указания. Внезапно, в его разговор кто-то вклинился и стоявший рядом Солсбери ясно расслышал панический крик одного из радистов о том, что грендели пытаются выломать двери, но с русскими они связались. Выругавшись, Морган объявил общий сбор своей команде и, подхватив винтовку, кинулся к выходу.

Вскоре, где-то в коридорах раздались автоматные очереди и яростный рёв зверей. Ещё через четверть часа, солдаты вернулись, ведя с собой группу радистов, нагруженных какой-то аппаратурой. Увидев эту процессию, Солсбери окончательно убедился, что все его надежды спасти хоть какую-то часть работы, пошли прахом. Солдаты, после короткого совещания с Морганом, снова куда-то ушли, и сам Смит, усевшись перед дверью, положил винтовку на колени и, вытянув ноги, уставился в одну точку. Не понимая, чего он ждёт, профессор осторожно тронул, его за плечо, тихо спросив:

— Смит, что происходит? Чего вы ждёте?

— Жду, когда появятся русские, — коротко ответил Морган.

— Думаете, после всего, что было, они приедут?

— Да.

— Но ведь там, командует профессор Васенков. А в Монголии мы обошлись с ним и его людьми не очень порядочно, — не унимался Солсбери.

— Знаю. Но русские, очень странные люди. Они долго помнят причинённое им зло, но легко могут ответить на него добром. Впрочем, у вас ещё будет возможность принести профессору свои сожаления, — с какой-то странной злостью ответил Морган.

— Что это значит, Смит?- не понял профессор.

— Джек. Оставьте меня в покое. Я зверски устал, и мне нужно многое обдумать, — вежливо послал его Морган.

Понимая, что форма посыла может и измениться, Солсбери покорно отошёл подальше, занявшись своими студентами. Радисты, собрав своё оборудование, скрылись в одной из подсобок столовой, а Морган, продолжал изображать Будду, перед входом в столовую. Спустя ещё два часа, к нему подбежал один из радистов, что-то быстро сказав, умчался обратно. Едва заметно усмехнувшись, Морган поднялся, и направился следом за парнем. Всё это, профессор наблюдал, стоя в стороне, и медленно сгорая от любопытства.

Но очень скоро, и ему нашлось, чем заняться. Гроссман, за рукав оттащила профессора в сторону и, вцепившись в отвороты куртки, словно клещ, жарким шёпотом, зашипела:

— Джек, мы не можем бросить такое количество образцов. Мы должны забрать из лаборатории всё, что сумели найти.

— Анита, вы же слышали, это невозможно, — попытался возразить Солсбери. — Смит ни за что не даст нам людей для такой операции.

— Плевать на Смита. Мы сделаем это сами. Вы, я Кетти Оши, возьмём ещё пару ребят из аспирантов. Оружие у вас есть. Потихоньку проберёмся в лабораторию, упакуем всё необходимое, и так же тихо вернёмся обратно. А когда образцы окажутся здесь, он уже не сможет отказаться забрать их с собой.

— Это очень рискованно, Анита, — подумав, покачал головой профессор. — К тому же, мой пистолет не способен убить гренделя сразу, а ранение только разозлит животное.

— Вы трус, Джек, — высокопарно произнесла Гроссман, скривившись от презрения.

— Анита, вам понравилось получать по физиономии?- мрачно спросил профессор.

— Вы не Морган. Вы просто не посмеете ударить меня, — продолжала шипеть женщина.

— Не стоит провоцировать меня, — с угрозой в голосе ответил Солсбери. — Я не меньше вашего хочу вернуть себе все данные, но я трезво смотрю на вещи и понимаю, что идти туда без серьёзного оружия, самоубийство.

— Вы просто боитесь. Решили воспользоваться своим близким знакомством с этим солдафоном? Он всё равно вернётся сюда с ротой своих головорезов и заберёт данные. А вы, будете под рукой. Удобно, ничего не скажешь.

— Вам лучше замолчать, миссис Гроссман, — зло ответил Солсбери. — Я не злой человек, но есть границы, которые я никому не позволю переступить.

— Хватит нести чушь, — фыркнула Гроссман. — Вы просто успели всё просчитать, и решили таким образом избавиться от нас.

— Это вы несёте полную чушь, миссис Гроссман, мэм. Я побывал в десятке разных экспедиций, и никто не посмеет сказать, что я присваивал чужие открытия. Разговор окончен. С этой минуты, я общаюсь с вами исключительно в пределах рабочих отношений.

— Докажите, что я не права. Помогите мне вернуть образцы.

— Я уже сказал, это самоубийство. И я не могу приказать людям рисковать жизнью. Найдите добровольцев, и я пойду с вами, — помолчав, ответил Солсбери.

Его расчёт был прост. Аспиранты и студенты были напуганы и вздрагивали от каждого шороха. Рисковать жизнью ради работы, которую можно будет продолжить и потом, никто из них не станет. Но как оказалось, он недооценил упрямства Гроссман. Обойдя полдюжины своих подчинённых, она нашла трёх самых отчаянных, или запуганных, с какой стороны посмотреть, парней от двадцати трёх, до двадцати пяти лет и, подведя эту команду к профессору, сказала:

— Вот мои добровольцы. А теперь, берите ваш пистолет, и ведите нас в лабораторию.

Не ожидавший такого результата Солсбери, растеряно оглянулся, надеясь, что Морган окажется в столовой и своей волей пресечёт это безумство. Но Смит был занят другими делами, и находился в одной из подсобок. Понимая, что отступать некуда, профессор нехотя достал из-за пояса «кольт» и, дослав патрон в патронник, направился к дверям.

Старательно прислушавшись, он распустил верёвку, которой были связаны ручки двери и, выглянув в коридор через узкую щёлку, тихо прошептал:

— Старайтесь не шуметь. Если увидите гренделя, замрите на месте. Они реагируют на шум и движение. Лучше всего, вообще идти без шума.

— Так не бывает, — проворчал один из аспирантов.

— Помолчите, — рыкнул на него Солсбери. — Я не шучу, когда говорю, что это очень опасное предприятие.

— Продолжайте, Джек. Мы слушаем вас очень внимательно, — ответила Анита, бросив на подчинённого уничтожающий взгляд.

— Помните, грендели плохо видят при ярком свете. Им ближе темнота. В ней, они ориентируются при помощи своего ультразвукового радара. Поэтому, ваша неподвижность способна спасти вам жизнь.

— А как же нюх? Они же хищники, а значит, слух и нюх у них должны быть очень острыми, — спросил болтливый аспирант.

— По поводу слуха, вы совершенно правы, молодой человек. Слух у них отменный. И именно поэтому я прошу вас вести себя очень тихо и осторожно. А вот нюх, им заменяет тот самый радар. Морские животные редко опираются на нюх, так как морская соль способна повредить чувствительные рецепторы. Но помните, кровь, они способны учуять на огромном расстоянии, как все морские хищники.

— Вы имеете ввиду акул?- уточнил аспирант.

— Их, в первую очередь, — кивнул Солсбери. — Ну, вы готовы? Сейчас, ещё есть время передумать. Выйдя за эту дверь, вернуться вы сможете только с нами.

— Почему?- не унимался аспирант.

— Потому, что оружие есть только у меня. Так что?

— Мы идём, — отрезала Анита, не давая подчинённым времени высказаться.

— Что ж. Это было ваше решение, — вздохнул Солсбери, и чуть приоткрыв дверь, снова выглянул в коридор.

Убедившись, что всё тихо, он осторожно выбрался из столовой, держа пистолет перед собой. Четвёрка последовала за ним, и Солсбери приказал Аните жестом снова обвязать ручки верёвкой. Убедившись, что проникнуть в столовую грендели не смогут, он медленно двинулся вперёд, сжимая рукоять пистолета двумя руками, как его учил Морган.

К его ужасу, двигаться бесшумно, у группы не получалось. Аспиранты сопели, топали, шуршали одеждой, чмокали, и вообще, издавали столько звуков, что не услышать их, мог только глухой. Даже Анита, умудрялась топать так, что профессор, не выдержав, оглянулся через плечо, и еле слышно прошептал:

— Вы топаете, как корова. Ставьте ногу на пятку и опускайте ступню по внешнему краю.

Вздрогнув, Гроссман попыталась последовать его совету, но тут же запуталась в ногах и чуть не рухнула на пол. Солсбери успел ухватить её за шиворот буквально в последний момент, едва не выронив оружие. Убедившись, что Анита способна самостоятельно стоять, профессор снова ухватился за оружие, как за спасательный круг, и медленно двинулся дальше.

* * *

О результатах своей поездки, Руслан рассказывал в столовой, при всех. После не долгого раздумья, Васенков решил посветить всех членов экспедиции в подробности возникшей проблемы. Насторожено выслушав его, народ некоторое время переглядывался, после чего, Костя радист, выйдя вперёд, окинул Руслана задумчивым взглядом и, вздохнув, спросил:

— Что планируешь делать?

— А что тут можно планировать?- пожал плечами Руслан. — Толкового народу, по пальцам пересчитать. Оружия, мышкины слёзки. Выход один. Зимовье законсервировать, а самим рвать когти к побережью, предварительно потребовав срочной эвакуации. Проводить какую-либо силовую операцию наличными силами, глупо. К тому же, эти зверюги, сами по себе, огромная ценность, чтобы тупо уничтожать их. Не хочется стать виновником того, что их вместо красной книги, занесут в чёрную.[1]

— И какой тогда выход?- кивнув, спросил Костя.

— Уходить. И вернуться после того, как учёные найдут способ заставить их держаться подальше от зимовья.

— Логично. Но оружия всё равно не хватает?- уточнил радист.

— Если встанет выбор между ними и людьми, то сам понимаешь, — развёл руками Руслан.

— Добро. Ты прав, — помолчав, кивнул Костя, и повернувшись, сделал своим помощникам знак.

Четверо крепких ребят, занимавшихся проблемами связи, вынесли вперёд какой-то ящик, удивительно напомнивший Руслану оружейный. Откинув крышку, Костя достал из него автомат, с рожком, торчащим немного в сторону. Глядя на это чудо, Руслан только восторженно ахнул:

— «Абакан»! Этого быть не может!

— Как видишь, может, — усмехнулся Костя, выкладывая на стол пачку патронов.

— Ты откуда?- помолчав, спросил Руслан. — Такие игрушки кому попало, не выдают.

— Вот и считай, что я не кому попало, — усмехнулся в ответ Костя.

Их диалог прервало появление помощника зампотеха, шедшего в сопровождении двух механиков. Словно специально, все трое были приблизительно того же возраста, что и группа радистов. Насторожено посмотрев на ребят, Руслан отложил автомат и, уперев кулаки в бёдра, сказал, покачав головой:

— Вот только не говорите мне, что вы тоже, не кому попало.

— Ну, если в подробности не вдаваться, то можно и так сказать, — усмехнулся зам зама.

По его жесту, парни выложили на стол ещё один ящик, и на свет появились новенькие АК-103, с подствольными гранатомётами.

— Мужики, вы собрались Антарктиду захватывать?- растеряно спросил Васенков, глядя на это безобразие. — Откуда столько оружия? И почему я, как начальник экспедиции, ничего о вашем существовании не знаю?

— Не положено было, вот и не знали. А вообще, учитывая наше соседство, командование решило усилить вашу группу нами, чтобы избежать повторения монгольской истории, — ответил командовавший механиками мужчина.

Напрягшись, Руслан вспомнил, что зовут его Миша, и что группа эта с самого начала старались держаться вместе. Отметил он и фразу про командование. Присмотревшись к парням, Руслан чуть улыбнулся и, ткнув пальцем в радистов, сказал:

— Фейсы, а вы, рексы. Угадал?

— Как понял?- насторожились оба командира групп.

— Выправка, пластика, да и речевые обороты, — усмехнулся Руслан. — Насмотрелся на вас во время службы. Ладно. Это всё уже не важно. Главное, что вы есть. Только почему сразу не всплыли? Когда всё только началось?

— Да ты и сам неплохо справлялся, — пожал плечами Костя.

— Ага, — поддержал его Миша.

— В общем, так. Мы светиться не будем. Официально, да и во всех остальных смыслах, операцией командуешь ты. Мы, только силовая поддержка. Ну, если только в крайнем случае подскажем чего. Уловил?- сказал Миша, привычным движением вскрывая цинк с ВОГами.

— Всё верно. Для всех остальных, а особенно соседей, мы просто отслужившие в армии техники, — поддержал его Костя.

— Ладно, как скажете, — вздохнул Руслан.

В этот момент, он вдруг ощутил на своих плечах давно забытые погоны. Чуть улыбнувшись, Руслан взял один из сто третьих и, побаюкав его в руках, принялся снаряжать магазины. Заметив его выбор, Костя не удержался и, качнув в руке «абакан», спросил:

— А этот чем тебя не устраивает?

— Я его только на картинке видел. Не хочу в дело незнакомое оружие брать, — с явным сожалением вздохнул Руслан.

— Тоже верно, — кивнул Костя, быстро набивая магазин.

— Я одного не могу никак понять, — вдруг сказал стоявший рядом с ними Васенков. — С чего вы вдруг сейчас-то раскрыться решили? Вроде ведь всё не так плохо?

— А вот это, как посмотреть. Если бы эвакуировалась только наша группа, мы бы так и сидели, как мышь под веником. А появление соседей, при наличии малочисленной охраны у нас, может вызвать ненужные телодвижения у них, — ответил Костя.

— Ты сам-то понял, что сейчас сказал?- почесав в затылке, уточнил профессор.

— Он хочет сказать, что удирать они будут без материала. А у нас, всё с собой будет. Вот мы и решили сразу показать им, кто в доме хозяин, чтобы не было лишних выпадов в нашу сторону, — пояснил Миша.

Внимательно слушавший их Царапко, вдруг поднялся и, делая вид, что вспомнил что-то чрезвычайно важное, поспешил куда-то вглубь помещения. Один из ребят, подчиняясь незаметному жесту Кости, бесшумно скользнул следом за ним. Руслан, заметив эти перемещения, решил воздержаться от вопросов, и отвлечь профессора. Взяв Васенкова за рукав, он осторожно повернул его к себе лицом, не громко спросив:

— Егор Михайлович. У нас продуктов на такую толпу народа хватит? Может, связаться с ними и сказать, чтобы хавчиком затарились?

— Думаю, они и сами его прихватят, — усмехнулся Васенков. — Им наши консервы поперёк горла встают. Не привыкли они к такой пище.

— Уверены?- уточнил Руслан, краем глаза отслеживая перемещения бойцов.

— Знаю. В любом случае, будет сеанс связи, сам скажешь, — отмахнулся профессор.

Бойцы разобрали оружие и боеприпасы и, подчиняясь команде, рассыпались по столовой, беря под контроль все двери и окна. Известие о том, что стая гренделей двигалась в направлении зимовья, не осталось без внимания. Бросив взгляд на часы, Руслан направился было к рации, когда что-то очень тяжёлое с грохотом ударило по крыше зимовья. Все имевшие оружие, дружно вскинули стволы к потолку, но Руслан, понимая, что стрелять бесполезно, громовым голосом приказал:

— Все замерли. Стрелять только по моей команде.

— Руслан, может, стрельба напугает их?- быстро спросил Васенков.

— Егор Михайлович, стрелять в потолок, это только в кино красиво выглядит. К тому же, мы не в Техасе, а на южном полюсе. Здесь крыша такая, что не всякая мина возьмёт, что уж про стрелковку говорить?

— Не сообразил, — смущённо развёл руками Васенков.

— Лучше, возьмите мой карабин, и приготовьтесь стрелять на поражение, — посоветовал Руслан, прислушиваясь к шагам на крыше.

Вскоре, что-то тяжёлое ударило в боковую стену, и буквально через секунду, в противоположную стену столовой. Следом, парень почувствовал слабое воздействие ультразвука. Грендели сканировали зимовье, пытаясь определить, где находится добыча. Подобравшись к окну, Руслан осторожно выглянул наружу, но на улице уже было темно.

Парень успел сделать два шага в обратном направлении, когда окно вдруг разлетелось мелкими осколками от мощного удара. Помещение столовой огласилось яростным рёвом и басовитым рявканьем сто третьего, перекрывшим хлёсткие щелчки «абакана». Тяжёлые пули, с короткого расстояния буквально разорвали голову гренделя, оборвав его рычание и отбросив зверя в сторону.

— Вот сволочь!- выругался Руслан, вытряхивая из волос осколки стекла.

— Мы здесь теперь, как в ловушке, — сказал Костя, быстро подходя к нему.

— Что предлагаешь?- кивнул Руслан.

— Уходить надо. Мы прикрываем, остальные грузят всё необходимое и цепляют сани.

— Их там полтора десятка. А может и больше. Это не война будет, а бойня, — помолчав, ответил Руслан. — А сейчас, в темноте, у них все преимущества. Нужно до рассвета выждать.

— Чёрт! Вот ведь ситуация, — выругался Костя.

В этот момент, ушедший следом за Царапко боец, вернулся в зал, буквально волоча за шиворот доцента и держа в руке незнакомый Руслану прибор. Подтащив доцента к Косте, боец отдал ему добычу и, кивая на Царапко, сказал:

— Этот декадент решил, что может безнаказанно о нас информацию соседям сливать.

— Перехват был?- кивнув, спросил Костя.

— Нет. Взяли, как только начал вызывать, — отмахнулся боец.

— Ну и правильно, — усмехнулся Костя. — Меньше знают, лучше спать будут. А вы что скажете, господин сексот?

— Вы не имеет права так со мной обращаться!- тут же завопил Царапко. — Я вам не бомж вокзальный. Кто вы вообще такие?

— Федеральная служба безопасности, капитан Авдеев, — продолжая улыбаться, представился Костя. — И находимся мы здесь, именно из-за вас, господин Царапко, Валентин Максимилианович. Одна тысяча девятьсот шестьдесят девятого года рождения. Не женат. С разведкой ВМФ США сотрудничает с тысяча девятьсот девяносто третьего года. Мне продолжить, или всё поняли?

— Я понял только, что вы хотите меня в чём-то обвинить. А где у вас доказательства?- всё ещё хорохорился Царапко.

— Вот одно из них, — качнул в руке прибор Костя. — Рация, иностранного производства. Что характерно, гражданским лицам и даже службам, не продаётся. Разработана специально для работы в экстремальных условиях. Думаю, если я сейчас начну вызывать кого-то на действующей волне, отзовётся кто-то из наших соседей. Скорее всего, это будет капитан ВМФ США, Смит Морган. Вам рассказать, что мы о нём знаем?

— А я добавлю, — вмешался в разговор Миша, подходя к ним. — Из-за этого Моргана и вашего предательства, моя группа вынуждена была ехать сюда.

— Вы ещё не доказали моего предательства, — взвизгнул Царапко.

— А мы ничего доказывать и не будем. Не наша работа. Мы, своё дело сделали. Взяли вас, что называется, на горячем. Вот вернёмся на большую землю, и милости просим, в нумера. Там по вашей персоне давно уже очень уютная камера скучает, — презрительно фыркнул Костя.

— Вы сначала туда вернитесь, — прошипел Царапко, и глаза его сверкнули откровенной ненавистью.

— Надеетесь на своего покровителя? Или на то, что ваш куратор прибежит вас спасать? Напрасно. Вопросов к капитану Моргану много, и не только у нас, но его время ещё не пришло. Ничего. Достанем. Не в первый раз. Да и ребята вон, тоже на него серьёзный зуб имеют. А спасать он вас не станет. Можете даже не мечтать.

— Не все настолько подлые, — огрызнулся доцент.

— Ошибаетесь. И дело тут вовсе не в подлости. Просто, у него сейчас другие проблемы, — пожал плечами Миша.

— Вот именно. Они уже запросили эвакуацию, и готовы уходить, бросив всё. Так что, ему сейчас, точно, не до вас, — кивнул Костя.

— Хотите сказать, что они собираются убегать?- не поверил ему Царапко.

— Именно это, я и говорю. Морган отвечает за безопасность членов экспедиции, и не станет подставляться под молотки ради одного предателя. Ему сейчас, главное, своих людей вытащить. Он и так уже четверых потерял. А у них, за такое, по головке не погладят.

— Этого не может быть. Вы врёте. Морган, профессионал и не…- Царапко осёкся, сообразив, что и так сказал слишком много.

— Договаривайте, господин Царапко, — усмехнулся Костя. — Он профессионал и не может потерять людей. Вы это хотели сказать? Долже вас огорчить. К нынешнему развитию событий, никто не был готов. Ни он, ни мы. Появление этих динозавров стало полнейшей неожиданностью для всех. Так что, людей он потерял.

— Чего вы от меня хотите?- тихо спросил доцент, разом растеряв свою злость.

— Сотрудничества. Но не сейчас. Как я уже сказал, нападение зверей стало для всех полнейшей неожиданностью. Их вообще не должно было здесь быть. Так что, наш с вами обстоятельный разговор состоится, как только вся экспедиция окажется в безопасности. А пока, мы живописно декорируем вас вот этим украшением, и отдадим под опеку вон тому симпатичному молодому человеку. Имейте в виду, что человек он не злой, но приказ привык исполнять до последней буквы. Так что, попытаетесь бежать, или ещё каким-то способом мешать ему, выполнять свою службу, можете пострадать, и не только морально. Всё ясно?

— Всё, — коротко кивнул доцент.

— Вот и хорошо, — протянул Костя, быстро защёлкивая на запястьях Царапко наручники.

Между тем, бойцы, при помощи буровиков уже успели заколотить разбитое окно столами, и подперев эту конструкцию ещё парой столов, уперев их торцами в баррикаду. Мрачно оглядев эту конструкцию, Васенков тяжело вздохнул, и присев на стул, провёл широкой ладонью по макушке. Миша, тронув Руслана за рукав, глазами указал ему на профессора, тихо, сказав:

— Успокой мужика. Тяжело ему. Вторая экспедиция заваливается.

— Он-то здесь при чём?- тихо возмутился Руслан. — Сам говорил, что появление этих зверей, для всех, шок.

— Не то слово, — помолчав, кивнул Миша.

— Вот и посодействуй.

— Каким образом? — не понял Миша.

— Пропихни через своё начальство указявку, чтобы не трогали человека.

— Это не по нашему ведомству. Такую информацию нужно Косте сбрасывать.

— Костя по своему ведомству, ты, по своему. Глядишь, и прикроете человека, — продолжал настаивать Руслан, которому по человечески было жалко профессора.

— Попробую, — помолчав, кивнул Миша. — Если разобраться, его работы и нам не лишними будут.

— Так я могу ему это сказать?- упрямо переспросил Руслан.

— Обещать ничего не могу, но попробую, — кивнул офицер.

— Добро. Костя, что скажешь?

— Попробуем прикрыть, — обдумав ситуацию, решительно ответил тот.

— Только попробуйте не прикрыть. Сам вас найду, и ноги повыдёргиваю, — пригрозил Руслан, направляясь к профессору.

* * *

Морган, убедившись, что транспорт готов и погрузка всего необходимого для эвакуации почти закончена, вернулся в столовую, чтобы обрадовать перепуганных людей. Сообщив всем приятную новость, он хотел было вернуться обратно к вездеходам, но вдруг, остановившись посреди столовой, начал насторожено оглядываться. Оказавшиеся рядом студенты, недоумённо переглянувшись, поспешили отойти подальше. На всякий случай.

Слухи о том, что капитан Морган иногда впадает в бешеную, неконтролируемую ярость уже распространились среди членов экспедиции и солидно обросли пикантными подробностями. Не обращая на них внимания, Морган скользил по лицам быстрым взглядом, чтобы понять, что здесь не так. Неожиданно, сообразив, что именно ему не понравилось, Смит быстрым шагом подошёл к дверям, ведущим в коридор к жилому сектору и, взявшись за ручку, толкнул её.

Дверь не открылась. Моментально сообразив, что её закрыли снаружи, Морган стремительно развернулся и, ухватив ближайшего студента за рукав, спросил:

— Кто ушёл через эту дверь?

— Профессор Солсбери, Гроссман, и ещё трое ребят, — замерев, как кролик перед удавом, пролепетал студент.

— Куда они пошли?- прошипел Морган, сжимая локоть парня так, что тот взвыл от боли.

— Не знаю. Они долго о чём-то шептались, потом Гроссман привела парней, и они ушли, — ответил парень, пытаясь вырваться из его хватки.

— Дьявол!- выругался Морган, отпуская студента.

— Вы сделали мне больно, — пожаловался тот, отступив в сторону.

— Извини, — буркнул Смит, лихорадочно обдумывая ситуацию. — С кем ещё говорила Гроссман?

— Со своими аспирантами. Да что случилось-то?

— То, чего не должно было случиться ни в коем случае, — выдохнул Морган, выхватывая из кармана рацию.

Приказав капралу Джонсу взять одного бойца и срочно бежать в столовую, он жестом отослал студента и, подойдя к двери, принялся осматривать её, пытаясь понять, как она закрыта. Быстро подошедшие бойцы, повинуясь его команде, навалились на створки, и Смит, рассмотрев, что ручки обвязаны верёвкой, выругался. Потом, достав из ножен десантный кинжал, он просунул лезвие между створками и принялся перерезать её.

Острое лезвие легко справилось с задачей, и вскоре, бойцы осторожно выглядывали в коридор, готовые открыть огонь при любом проявлении опасности. Морган даже не сомневался в причине ухода учёных. То, что они отправились за образцами и материалами, стало ясно сразу. Ругаясь про себя так, что у самого уши горели, Морган бесшумно скользил по коридору, держа оружие наизготовку.

Они почти добрались до лаборатории, когда по рации поступил вызов от бойца, оставшегося за старшего на погрузке. Услышав, как голос вызывавшего перекрывается короткими очередями, Морган с размаху всадил кулак в стену, пытаясь хоть как-то выпустить пары. Пока он носится по всему посёлку за кучкой полоумных ослов, там, на погрузке твари напали на людей, которых он обязан был защищать.

Жестом, собрав свою команду, Морган сквозь зубы приказал возвращаться обратно. Выбор был прост и сложен одновременно. С одной стороны, куча безоружных людей, которых прямо сейчас рвут на части, а с другой, пятеро глупцов, подвергших свои жизни опасности по собственной инициативе. Всё так же бесшумно, группа поспешила обратно. Но у входа в столовую, шедший первым капрал, подал сигнал опасность и, упав на колено, чтобы не перекрывать сектор обстрела остальным, открыл шквальный огонь.

Морган успел рассмотреть белую тушу, шкуру которой рвали пули и, прикинув траекторию, выстрелил из подствольника. Граната ударившись о стену, залетела за угол, и разорвалась, осыпав прятавшихся там гренделей лёгкими осколками. Причинить им вред Морган не рассчитывал, но вот хлопок разрыва должен был заставить зверей на время потерять ориентацию в пространстве.

Воспользовавшись тем, что грендели отступили, группа быстро проскочила в двери, обвязав руки верёвкой изнутри. Пробежав через столовую, бойцы выскочили в подсобный коридор и, добравшись до погрузочного двора, сходу окунулись в круговерть боя. Люди, сбившись в толпу, забились за вездеходы, пытаясь спрятаться от атакующих тварей. Четыре бойца, выпускали в гренделей очередь за очередью, пытаясь если не убить, то хотя бы отогнать их подальше, чтобы позволить гражданским вернуться в помещение.

Но грендели не собирались отступать. Перемещаясь огромными прыжками, они постоянно менялись местами, и Морган никак не мог пересчитать их. Один зверь, разогнавшись, запрыгнул на крышу вездехода, проломив её своим весом. Из машины раздались крики, и Смит понял, что момент для атаки звери выбрали идеально. Вовсю шла погрузка членов экспедиции в машины, и бойцы вынуждены были помогать им, контролируя количество народа в каждом салоне.

Один из бойцов отвлёкся на зверя в машине, и другая тварь, тут же воспользовалась этим. Один стремительны бросок, и боец, жутко завопив, забился в пасти зверя. Взревев не хуже нападавших тварей, Морган всадил весь магазин в грудь схватившего солдата гренделя и, подбежав к упавшему на снег бойцу, попытался оказать ему первую помощь. Но всё уже было бесполезно. Огромные зубы твари буквально в клочья разорвали ему левое плечо и часть груди, добравшись до лёгких.

Кровь толчками выплёскивалась на снег из разорванных артерий, окрашивая всё вокруг алым. Подхватив оружие солдата, и вытащив из его подсумка все боеприпасы, Морган короткой очередью разворотил голову одному из высунувшихся зверей и, подбежав к вездеходу, заглянул в кабину. Расчёт его был прост, как мычание. В экстренном порядке закончить погрузку и отправить караван в посёлок русских, под прикрытием половины бойцов. Сам же он, с двумя солдатами, должен будет вернуться за ушедшими учёными, а потом догнать караван на снегоходах.

Главное в создавшейся ситуации, было отвлечь гренделей на себя. Водитель оказался в кабине. Рывком, распахнув дверцу, Морган приказал ему запустить двигатель, и быть готовым начать движение. Оббежав колонну, он тычками погнал людей в вездеходы, крича так, что едва не сорвал себе голос. Но нападавшие звери решили всё по-своему. Сразу три гренделя бросились в атаку, но не на людей, а на технику.

Мощные звери принялись крушить вездеходы, разрывая тонкие стены кузовов и салонов своими крепкими когтями. Железо, из которого были сделаны кузова, рвалось как бумага, и Морган в очередной раз проклял изготовителей этих вездеходов, экономивших буквально на всём. Магазины в его винтовке были сделаны из более толстой стали, чем эти борта. К тому же, гусеницы вездеходов были изготовлены из широкой армированной резины которую грендели тоже не оставили без внимания.

Ценой огромных усилий, бойцам удалось отбить эту безумную атаку. Смит, пытаясь отдышаться, быстро сменил магазин в своей винтовке и, присмотревшись к пятнам крови, не громко выругался. Соотношение расхода боеприпасов и нанесения урона тварям не лезло ни в какие ворота. Их толстая шкура с прослойкой жира, основательно гасили силу удара пули, а толстые кости можно было пробить только с короткого расстояния. Вообще, убить такую тварь оказалось труднее, чем можно было себе представить.

Лучше всего было стрелять в голову, при этом, стараясь попасть в постоянно приоткрытую пасть зверя. В крайнем случае, можно было стрелять в грудь. Но и здесь, решающим фактором было расстояние. Калибр 5,56 не мог нанести гренделям серьёзного урона уже на расстоянии в сотню метров. Слишком лёгкой была пуля и слишком прочной и гладкой их шкура. С тем же успехом можно было стрелять в бронежилет пятого класса защиты.

Воспользовавшись передышкой, солдаты принялись выводить людей из вездеходов, и быстро переправлять их обратно в жилой комплекс. Звери же, скрывшись в темноте, к чему-то готовились. То и дело, за снежными барханами раздавались рычание и визг. И несколько раз, Морган ощущал воздействие ультразвука. Отступать, грендели явно не собирались. Сжимая в руках винтовку, Смит старательно отслеживал каждое движение, прикрывая возвращение группы.

Один из бойцов, воспользовавшись затишьем, осмотрел технику, и ловко подобравшись к Моргану, тихо доложил:

— Из семи вездеходов, на ходу только три. У двух, проломлены крыши, и ехать в них можно, но только очень тепло одевшись. Два остались без гусениц. Восстановить можно, но придётся делать это на месте, отбиваясь от зверей.

— Что в оставшихся трёх вездеходах?- подумав, спросил Морган.

— Продукты, личные вещи, и кое-какие материалы из тех, что были на ноутбуках, — быстро доложил боец.

— Грузите в них женщин. По одному солдату в кузов, для прикрытия, и уходите к русским. После выгрузки, вернётесь за нами, — решительно скомандовал Морган, со злостью глядя на возникшую в дверях комплекса пробку из перепуганных членов экспедиции. — Только тихо. Старайтесь не создавать лишней суеты.

— Есть, сэр, — привычно отозвался морпех, бегом кидаясь к толпе.

Морган, вызвав к себе капрала, затолкнул в подствольник гранату и, дождавшись появления Джонса, жестом указал ему на бархан, за которым скрылись грендели. Сообразив, что он собирается сделать, капрал быстро зарядил свой гранатомёт, и бойцы, дружно вскинув оружие, нажали на спуск. Сдвоенный хлопок гранатомётов прозвучал на улице как-то тихо, не солидно, но когда за барханом раздался сдвоенный взрыв, ответом ему послужил такой рёв, что все столпившиеся в дверях, дружно присели.

Не давая зверям опомниться, Морган снова зарядил гранатомёт, и за барханом прозвучали ещё два взрыва. Смит понимал, что лёгкие осколки не могут причинить огромным тварям хоть какой-то серьёзный вред, но их чувствительные уши сильно пострадают от близких разрывов. Именно на это и был расчёт. Сейчас, Моргану нужно было выиграть время и дать возможность водителям вездеходов вывезти людей. Теперь, когда всё пошло не так, Морган готов был даже на то, что удастся спасти далеко не всех.

Наконец, морпехам удалось затолкать в вездеходы почти всех женщин, и водители, запустив двигатели, тронулись с места, не дожидаясь, когда моторы, успевшие остыть, хоть немного прогреются. Задачу им объяснили сразу, так что, спустя четверть часа, после того, как была отбита атака, треть экспедиции удалось эвакуировать. Подошедший к Моргану солдат, сосредоточенно облизывал собственный кулак. Заметив этот необычный для цивилизованного человека жест, Морган ткнул пальцем в руку подчинённому, спросив:

— Тебя грендель зацепил?

— Нет, сэр. Пришлось объяснить одному недоумку, что женщин приказано эвакуировать первыми. Он пытался доказать мне, что у нас в стране равноправие и он имеет такое право уехать, как и женщины, — усмехнулся боец, презрительно скривившись.

— Заклей пластырем, — посоветовал Морган. — Звери чуют кровь как акулы, так что, не стоит становиться приманкой.

— Есть, сэр. Как только закончим здесь, — кивнул боец.

Понимая, что солдат абсолютно прав, Морган одобрительно хлопнул его по плечу и, оглянувшись вслед ушедшей колонне, устало вздохнул. Появление зверей оказалось полнейшей неожиданностью для него. Его, капитана разведки ВМФ США готовили к разным ситуациям. Моделировали самые разные обстоятельства, но такое, никому и в голову не могло придти. И вот теперь, под угрозой, из-за этих тварей, оказалась не только его карьера, но и сама жизнь.

Членам экспедиции удалось, наконец, вернуться в комплекс, и Морган, уже изрядно продрогнув, приказал уходить. Но едва только его команда переступила порог столовой, как в коридоре, ведущем в жилой отсек, раздалось знакомое рычание и двери заскрипели под навалившейся на них тушей. Люди испугано закричали, и Морган, проталкиваясь вперёд, крикнул капралу, чтобы тот выводил всех через подсобные помещения в сторону лаборатории.

Один из солдат, окликнув командира, пальцем указал на окно и Смит, резко повернувшись, успел рассмотреть силуэт гренделя, подобравшегося к самой стене. Их обложили со всех сторон. Выход был только один. Через узкий коридор подсобок, в обход жилого сектора, в лабораторию. Путь был длинным, но в узком коридоре гренделю было не развернуться и не прыгнуть. Так что, идущий первым солдат вполне может прорвать кордон из пары зверей.

Отходя последним, Морган старательно баррикадировал все двери подряд, надеясь потом воспользоваться этим коридором, чтобы вывести остальную часть группы. Уже оказавшись в коридоре, он услышал, как двери, не выдержав напора, с грохотом рухнули и в опустевшей столовой раздались тяжёлые шаги зверя. Он добрались до лаборатории и Морган, вызвав капрала по рации, потребовал доложить остановку. Ответить тот не успел.

Впереди захлопали выстрелы, и Смит, грязно выругавшись, приказал стоявшему рядом солдату следовать за ним. Перехватив оружие, он бегом бросился в направлении выстрелов. Стрелять там мог только один человек. Профессор Солсбери, которому Морган собственными руками подарил пистолет, за что теперь Смит клял себя последними словами. Именно благодаря этому оружию, Джек решился на этот самоубийственный поход и нарвался на гренделя.

Выбежав в центральный коридор, бойцы прибавили шагу и, оказавшись у входа в лабораторию, дружно бросились в разные стороны, прижимаясь к стенам. У них уже выработались определённые навыки действий при столкновении с гренделями. Рассмотрев, что происходит, Морган зашипел сквозь зубы, словно рассерженная кобра. Аспиранты, под руководством Аниты Гроссман, тащили несколько ящиков с образцами, а Джек Солсбери, отступая назад, выпускал в идущего на него гренделя пулю за пулей, пытаясь, если не убить, то хотя бы отогнать зверя.

Понимая, что ситуация мерзкая, Морган бросился вперёд, и с трудом отпихнув здоровенного профессора в сторону, выпустил длинную очередь в голову зверя. Солдат, отлично зная свою задачу, ударом ноги выбил у аспирантов ящики с образцами, прикладом винтовки направляя их в нужную сторону. Гроссман попыталась возразить, но получив прикладом в живот, согнулась пополам и была пинком под зад отправлена следом за своими подчинёнными. В этот момент, Морган готов был лично убить обоих профессоров, но вынужден был вымещать злость на звере.

В два ствола выбив дух из твари, бойцы быстро переглянулись, и морпех, ткнув пальцем себе в грудь, жестом показал, что собирается разведать коридор дальше. Кроме выстрелов и рычания зверя, шума, способно указать, что здесь есть люди, а точнее, добыча, не было, поэтому, бойцы попытались соблюсти режим тишины. Кивнув, Морган быстро зарядил подствольник, и солдат, сменив магазин, бесшумно скользнул вперёд, осторожно обойдя тушу гренделя.

Вернулся разведчик через три минуты. Подойдя вплотную к командиру, боец еле слышным шёпотом доложил:

— Через один поворот, три твари. Вспомогательный коридор чист. Но из него, мы можем попасть только вниз. В галереи. Все остальные ходы перекрыты.

— Дьявол, — прошипел Морган.

Уходить вглубь ледника, ему не хотелось. Это было царство зверей, где они могли поступать с людьми, как им вздумается. Но в этой авантюре был и свой плюс. Разведчик от русских сказал, что рядом с их зимовьем был выход на поверхность, от которого до посёлка русских было рукой подать. Если получиться найти этот проход, то проблема эвакуации будет решена. Но грендели… Как заставить их отстать от группы? Этот вопрос заставил Моргана серьёзно задуматься. Кроме того, нужно было решить вопрос с ориентацией в самом леднике. Впрочем, в имевшимся у группы оборудовании было не только оружие.

* * *

Ночь тянулась бесконечно долго. Бойцы, не смотря на всю выучку и привычку к долгим ожиданиям, явно маялись, бродя из угла в угол и, насторожено поглядывая в тёмные провалы окон, занавешенных подручными средствами. Для этого, пришлось использовать запасные одеяла со склада. Уставший за день Руслан, устроился на составленных в ряд стульях и уснул, едва приняв горизонтальное положение.

Васенков, для которого куча представителей силовых структур в рядах его экспедиции оказались полнейшей неожиданностью, понуро сидел в углу, пытаясь осознать, что один из зимовщиков был предателем. Сам доцент, запертый в подсобке, под охраной одного из бойцов Кости, давно уже впал в состояние полной прострации. Окончания своей карьеры таким образом, он никак не представлял.

Он мечтал, что будет жить в роскошном доме на берегу океана, и работать в одном из знаменитых закрытых институтов, а вышло, что его жизнь закончится в тюрьме. Приблизительные сроки заключения за подобные художества ему озвучил Костя, запирая доцента в подсобке. То и дело, Царапко чувствовал щекотку за ушами, вздрагивая каждый раз, когда ультразвук касался его.

Всё началось приблизительно в три часа ночи, когда почти все члены экспедиции уже спали. На ногах была только бодрствующая смена бойцов, продолжавших контролировать окна и двери. Воздействие ультразвука разом усилилось, при этом, сканировали их сразу со всех сторон. Бойцы, отлично знавшие, что это за щекотка, тут же принялись будить людей, сходу готовя их к возможным неприятностям. Руслан проснулся до того, как его плеча коснулась ладонь Миши.

Открыв глаза, парень только кивнул, увидев, как Миша приложил палец к губам. Плавным движением поднявшись, Руслан снял автомат с предохранителя и, оглядевшись, одобрительно кивнул. Всех зимовщиков уже разбудили, и отвели подальше от окон. Отметил он и ещё одно изменение. Почти все буровики были вооружены укороченными АКС-74. Откуда бойцы взяли столько оружия, Руслан не знал, да и не очень интересовался. Главное, что оно было. Насчитав шесть автоматов помимо того, что бойцы принесли перед ночёвкой, Руслан только в затылке почесал.

Впрочем, задавать глупые вопросы, означало автоматически нарваться на дурацкий ответ. Поэтому, он решил придержать своё любопытство при себе. Между тем, события начинали раскручиваться, словно детская карусель. После массированного сканирования зимовья, грендели испробовали на прочность стены, и плавно перешли к окнам. Только теперь, Руслан понял, отчего днём стекло разлетелось с такой силой.

Подобравшись к одному из окон, он осторожно выглянул над самым краем окна, и увидел, как грендель, встав боком к соседнему окну, взмахнул гибким, мускулистым хвостом, словно хлыстом, и стекло рассыпалось. Одного удара хватило, чтобы тройное остекление из пятимиллиметрового стекла рассыпалось. Ударивший по окну грендель шагнул вперёд, и его место тут же занял другой, словно тараном ткнувшись головой с приоткрытой пастью в оконный проём.

Одеяло, которым окно было занавешено, сорвалось, не несколько секунд накрыв голову зверя. Этого бойцам хватило, чтобы прицелиться и одним дружным залпом вышибить из него дух. Руслан, вспомнив рассказ профессора о том, что у зверей очень тонкий слух, быстро затолкал в подствольник гранату, и прикинув приблизительную траекторию, выстрелил. Граната, ударившись о край оконной рамы, вылетела на улицу, где благополучно и взорвалась. Ответом на это камлание стал яростный рёв сразу нескольких зверей.

— Не нравится, — рыкнул Руслан, скалясь не хуже гренделя.

В этот момент, раздалась стрельба со стороны подсобных помещений. Их явно пытались взять в клещи, но окна в подсобках могли пропустить разве что собаку средних размеров. После короткой передышки, грендели вдруг принялись бить все окна подряд. При этом, сканирование ультразвуком снова усилилось. Не понимая, чего звери пытаются добиться, Руслан подскочил к мрачно замершему профессору и, дёрнув его за рукав, задал волновавший вопрос.

— Они пытаются расчистить пространство для использования ультразвука, — подумав, выдвинул версию Васенков. — Зрение у них слабое, нюх, возможно тоже. А слух и радар, компенсирует им эти недостатки.

— Но ведь кровь они чуют. И ещё как ⁈- удивился Руслан.

— Они морские хищники, — пожал плечами Васенков.

— И чего?-не понял парень.

— Руслан. Это ближайшие предки китов, касаток и акул. Охотятся они, преимущественно в море. Само собой, что они способны чувствовать свежую кровь за много километров. Особенно, если её пролилось много. Это основа их выживания.

— Как много их вообще может быть?- неожиданно спросил подошедший к ним Миша.

— Американцы нашли полдюжины. А мы уже столько убили, — задумчиво протянул Васенков. — Думаю, их несколько десятков, раз они ведут облавную охоту.

— Но почему их раньше никто не видел?- не удержался Руслан.

— Если соседи сказали тебе правду, то всё просто, — вздохнул Васенков. — Они поднимались из спячки, и своими коридорами уходили к морю, где кормились, плодились, и вообще, жили. А потом, когда молодняк подрастал, возвращались обратно в ледник, снова впадая в спячку. Американцы разбудили авангард. Разведчиков, если так можно выразиться. Остальные, находились на нижних уровнях тоннелей. Когда разведчики проснулись и почуяли добычу и опасность, то разбудили остальных. К тому же, сейчас весна, а значит, вполне возможно у них должен начаться гон.

— Не было печали. Нам только озабоченных динозавров не хватало, — фыркнул Миша.

— Я вообще-то беспокоюсь, что они сожрать могут, — не остался в долгу Руслан, припомнив подходящий случаю анекдот.

Не смотря на всю серьёзность ситуации, мужчины не смогли сдержать улыбок.

— Есть возможность как-то увести их от зимовья?- повернулся Миша к профессору.

— Течная самка, или запах большого количества свежей крови, — коротко ответил профессор. — Скорее даже самка. Добычу они чувствуют и здесь. А как сказал Наиль, после спячки, они очень голодные.

— На столько, что сожрали своего собрата, когда тот оказался серьёзно ранен, — кивнул Руслан, припомнив свою поездку.

— Так может, подранить несколько штук, чтоб нажрались и отвалили?- быстро предложил Миша.

— Это может спровоцировать их на массированную атаку, — подумав, покачал головой Васенков. — Это стайные животные, в правилах которых есть и такая функция. Они начинают защищать сородичей, если тем наносят серьёзные раны. Так поступают киты, дельфины, и некоторые другие животные. Так что, затея может быть очень рискованной.

— Выходит, нам остаётся только отбиваться, надеясь на прочность зимовья?- мрачно спросил Руслан.

— Ситуация патовая, — кивнув, согласился Васенков. — Вы не даёте им ворваться сюда, а они не выпустят нас наружу. Боюсь, у нас под таким давлением даже эвакуироваться, не получиться.

— Есть одна идея, — помолчав, протянул Миша.

— Озвучь, — сходу предложил Руслан.

— Снегоходы.

— Что, снегоходы?- не понял профессор.

— Несколько человек, берут все наши снегоходы, экипаж, два человека. Водитель и стрелок. Вырываются с территории зимовья, и начинают драконить зверей снаружи. Тем временем, дождавшись, когда звери отвлекутся на них, остальные грузятся в транспорт и уходят к побережью.

— А оставшиеся?- растеряно спросил Васенков.

— Догонят по пути, — пожал плечами боец. — Нужно только топлива с собой загрузить.

— Бегают они быстро, но может получиться, — обдумав предложение, кивнул Руслан.

— Это самоубийство. Причём, в извращённой форме, — фыркнул профессор.

— Почему?- дружно повернулись к нему бойцы.

— Вы ещё не поняли, что звери охотятся стаей и хорошо умеют загонять добычу? К тому же, у них есть свои собственные переходы сквозь ледник, по которым они могут выйти вам наперерез, — мрачно ответил профессор.

— Егор Михайлович, вы их прямо демонизируете уже, — развёл руками Миша. — Да, звери сильные, умные, но это, прежде всего звери. К тому же, группа на снегоходах не будет ехать прямо. Они будут кружить, петлять и всячески дурить гренделям головы. А потом, оторвутся от погони и уйдут за караваном.

— Вот кружить, им как раз и не стоит, — быстро ответил Васенков. — Звери вполне могут оставить на одной из петель засаду. К тому же, вы пропустили мимо ушей мою фразу про проход через ледник. А между тем, я ни секунды не сомневаюсь, что такие тоннели у них есть, как есть и выходы на поверхность. И один из таких выходов, ты, Руслан, сам и обнаружил.

— Ну, для того, чтобы перерезать нам путь, воспользовавшись таким тоннелем, нужно как минимум, точно знать направление нашего движения. А его, просто не будет, — подумав, ответил парень. — Четыре снегохода, восемь стрелков. Действуют парами. Обстрел, подпускают к себе зверей, отрываются. Потом, снова остановка, очередной обстрел, и отрыв. В случае появления гренделей с неожиданной стороны, работает один стрелок. Водитель не отвлекается.

— И сколько вы так продержитесь?- не унимался Васенков. — Только до темноты. Потом, все преимущества будут у зверей. А вы, даже колонну найти не сможете. А ночевать на улице, это ещё один способ покончить с собой. Вы просто потеряете ориентиры на снегу.

— Назначим точку рандеву, и отправимся прямо к ней. По компасу, — пожал плечами Миша.

— Вы на южном полюсе, и компас здесь основательно врёт, — тут же последовал очередной аргумент.

— Можно ориентироваться по звёздам, — улыбнулся Руслан.

— А если будет облачно?

— Я что-то не пойму, генацвале, ты чей друг, мой или медведя?- проворчал Миша, припомнив фразу из подходящего анекдота.

— Я, прежде всего, всё ещё ваш руководитель, — вздохнул Васенков. — И обязан учитывать все нюансы. Особенно, если они опасны.

— Простите, Егор Михайлович, но не в этот раз. На вас лежит ответственность за простых членов экспедиции. А мы, уж как-нибудь сами решим, что стоит делать, а чего нет, — помолчав, жёстко отозвался Миша.

— Не получится, — упрямо покачал головой Васенков. — По всем документам, вы проходите, как рядовые вспомогательные рабочие, подчинённые начальникам своих служб и мне. Так что, извольте выполнять.

— Егор Михайлович, — вздохнул Руслан. — Этот спор не имеет смысла. Нас всех учили воевать, и защищать гражданское население страны. Так что, мы просто будем делать своё дело. А риск… Это просто риск, к которому мы все давно привыкли.

— Но ведь ты-то давно уже не военный, — растерялся Васенков.

— Кто это сказал?- усмехнулся Руслан. — У человека, носившего офицерские погоны, они даже в бане видны. А то, что я вынужден был из рядов уйти, так это ерунда. Воевать-то я не разучился.

— Хочешь сказать, что собираешься участвовать в этом безумии?- растерялся профессор.

— Моя идея, мне и исполнять, — пожал плечами парень. — К тому же, лучше меня, снегоход мало кто водит. Да и стрелял я всегда хорошо. Так что, моё место там.

— Ну, на счёт снегохода я бы поспорил, — отозвался Миша. — А вот по поводу стрельбы, как говорится, будем посмотреть.

— Да хоть понюхать, — отмахнулся Руслан. — Между вами и фейсами должен быть кто-то, кто сможет принять соломоново решение. А то начнёте каждый на себя одеяло тянуть. Смежники. К тому же, вы с Костей сами сказали, что операцией по эвакуации командую я, а вы, только силовая поддержка.

— Уел, поганец, — рассмеялся Миша. — Ладно, с чего начнём?

— Дождёмся света, и будем готовить технику. Стартуем к побережью, в зависимости от готовности и времени суток. Нам нужно как можно больше светлого времени, чтобы увести зверей за собой подальше от колонны.

— А соседи?- вспомнил Васенков, едва не подскочив.

— А что, соседи? Готовим транспорт, и сообщаем им, что уходим. Пусть выкручиваются, как хотят. Если до сих пор не приехали, значит, не сильно надо, — небрежно отмахнулся Руслан.

— Всё верно, — кивнул Миша. — Рисковать своей группой ради их нерешительности, глупо. К тому же, там и своя силовая поддержка есть.

В этот момент, словно специально, на улице раздались автоматные очереди и гул нескольких двигателей.

— Дождались, — скрипнув зубами, прошипел Миша.

Подчиняясь его команде, бойцы дружно подскочили к окнам, и всё здание буквально завибрировало от грохота автоматов. Вездеходы подошли к самому крыльцу заднего выхода из столовой, и вскоре, всё помещение оказалось заполнено перепуганными, всхлипывающими от страха молодыми женщинами.

— Это что за хрень?- растеряно спросил Руслан, оглядываясь на профессора.

— Западный феминизм в действии. Они используют экспедицию не только в научных, но и в обучающих целях, не обращая внимания на половую принадлежность. В итоге, за каждым специалистом оказывается закреплено около дюжины студентов и аспирантов. А то, что экспедиция, это ни разу не студенческий кампус, их не волнует.

— Идиоты, — презрительно фыркнул Руслан.

Костя подвёл к ним с профессором крупного мужчину средних лет с винтовкой, и Руслан с первого взгляда понял, что это военный. Внимательно оглядев парня, солдат повернулся к Васенкову, и едва заметно кивнув, сказал:

— Капрал Джонсон, военно-морской флот США.

— Профессор Васенков, Егор Михайлович. Руководитель экспедиции.

— Я знаю, кто вы, — кивнул капрал. — Что вы собираетесь делать?

— Эвакуировать группу на побережье. Ледокол мы уже вызвали, — ответил вместо Васенкова Руслан.

— А вы кто?- повернулся к нему капрал.

— Мой заместитель по безопасности, — ответил профессор, специально назвав парня своим замом.

Лицо опытного вояки чуть дрогнуло. Потом, помолчав, он неопределённо пожал плечами и, показывая пальцем себе за спину, сказал:

— Здесь треть нашей команды. За остальными мы должны будем вернуться прямо сейчас. Звери умудрились разворотить большую часть наших вездеходов, поэтому, вывозить людей мы можем только мелкими группами.

— Выходит, из-за вас нам придётся задержаться здесь?- мрачно уточнил Руслан.

— Сожалею, но другого выхода нет, — вздохнул капрал.

— И вот так всё время, — мрачно протянул по-русски Миша. — Где эти граждане не окажутся, обязательно всё обгадят.

— Что?- повернулся к нему капрал.

— Не обращайте внимания, — вернул его к реальности Руслан. — Лучше скажите, у вас есть снегоходы и бензин к ним?

* * *

Выпустив весь магазин и, буквально разворотив гренделю башку, Морган быстро перезарядил винтовку и, вернувшись в коридор, направился прямиком к Солсбери. Увидев в его глазах бешенство, граничащее с безумием, Джек попытался отступить назад, но наткнувшись на стену, растеряно замер. Подойдя к нему вплотную, Смит медленно поднял ещё горячий ствол своей М-4 и, прижав дульный тормоз к подбородку профессора, тихо прошипел:

— Я тебя сейчас своими руками пристрелю, кретин. Кто дал тебе право покидать столовую, бросив своих людей на произвол судьбы?

— Смит, вы не понимаете…- начал, было, Солсбери, но Морган, ещё сильнее прижав к его челюсти оружие, прорычал:

— Заткнись, баран. С это минуты, ты больше не работаешь на флот. Это была твоя последняя экспедиция.

— Послушайте, Морган. Я требую, чтобы вы…- завелась Гроссман, но Смита уже понесло.

— Заткнись, тварь!- рявкнул он так, что та аж присела, разом побледнев. — Ты, теперь вообще никто. Твоя карьера закончена. Я сделаю всё, чтобы тебя ни одна, даже самая заштатная контора работать не взяла. Вы подвергли людей неоправданному риску, и просто так, вам это с рук не сойдёт. Из-за вашей выходки грендели прорвались в столовую, и теперь, мы вынуждены кружить по коридорам, чтобы избежать потерь.

— Но при чём здесь мы?- растерялся Солсбери, побледнев от испуга.

— Вы вышли в коридор, и закрыли двери снаружи. Ваш запах привлёк зверей, — ответил Морган, специально сгустив краски.

— О господи!- ахнул Солсбери, хватаясь за голову, и при этом совсем забыв, что сжимает в руке разряженный пистолет.

Увидев ствол, Морган быстрым движением выкрутил у него из руки оружие и, убрав его в карман, проворчал:

— Я думал, что дарю оружие умному мужчине, а оказалось, упрямому дураку.

— Он не виноват, — вступилась за Джека Анита. — Это я уговорила его пойти сюда. Мне жизненно нужны эти образцы. Это настоящий прорыв в науке, неужели вы этого не понимаете?

— Этот прорыв, совершите не вы, — жёстко отрезал Морган. — Вы больше не учёный. Вы даже пробирки мыть не будете. Я об этом позабочусь.

— За что вы меня так ненавидите?- всхлипнула Гроссман.

— Вас? Я плевать на вас хотел. Я ненавижу ваше тупое упрямство и глупое самомнение, которое привела три десятка людей на край гибели. Грендели идут по пятам за нами, и укрытия в этом комплексе для нас нет. Я успел отправить почти всех женщин на русскую базу. Звери уничтожили четыре вездехода. Так что, в следующую партию эвакуируемых, мы сможем отправить только треть от общей численности. И вместо того, чтобы всё это время провести в безопасности, они, по вашей милости, будут бегать по этим проклятым коридорам. А мы, будем уничтожать так любимых вами зверей. И это, если патронов хватит.

— Получается, мы обречены?- с ужасом спросил Солсбери.

— Есть один выход, но, он мне очень не нравится, — мрачно протянул Морган, остывая и опуская оружие.

Сейчас, профессор был именно тем человеком, с которым он мог посоветоваться. Несмотря на все разногласия, Смит всегда считал профессора трезвомыслящим, и умным человеком, умеющим принимать нестандартные решения. Именно поэтому, выходка с образцами так вывела Моргана из себя. Он и сам отлично понимал, что образцы и все полученные материалы нужно вывезти вместе с группой, но заниматься этим вопросом, собирался в последнюю очередь.

А теперь, когда всё пошло кувырком, об этой идее, можно было забыть. Впрочем, он даже не сомневался, что все материалы останутся на базе в полной сохранности. Русским, и самим не до шпионских игрищ, а все остальные, просто не рискнут лезть сюда, когда узнают, из-за чего была проведена экстренная эвакуация.

— Так что это за выход?- вырвал Солсбери Смита из раздумий.

— Вывести как можно больше людей вторым рейсом, а остальным уйти в галереи гренделей. Там, пользуясь сканером, мы сможем пройти по леднику почти до самой базы русских. Остаётся только один вопрос. Как оторваться от зверей в тоннелях?

— Взорвать проход за собой, — решительно бухнул один из морпехов.

— Решительно, но глупо, — кивнул Морган. — Это не здание, и даже не горы. Это ледник. Один неправильный взрыв в ненужном месте, и нас всех завалит в этом тоннеле как сусликов.

— А может, и нет, — помолчав, ответил Солсбери. — Стены галерей, состоят из особо плотного льда, который по прочности, может поспорить с качественным бетоном. Если взорвать не сам коридор, а только переход с уровня на уровень, или один конкретный поворот, то остальные галереи выдержат.

— Перекрыть ключевые точки?- задумчиво уточнил Морган. — Хорошая идея. Но мне нужно как следует рассчитать заряд, чтобы взрыв не оказался пустой хлопушкой или не развалил весь тоннель.

— За основы берите ту же схему, по которой минировали бы бетонную стену, — посоветовал Солсбери. — Лёд, тот же монолит, но лёд именно этих тоннелей, возник под большим давлением, что значительно увеличило его плотность. Так что…

— Джек, я уже услышал всё, что было нужно, — оборвал его излияния Морган. — Лекция, о происхождении этих крысиных нор, мне сейчас не нужна.

— Но как вы собираетесь погрузить людей в вездеходы, если грендели контролируют столовую?- влезла с вопросом Гроссман.

— Мы с парнями отвлёчём их и уведём за собой. Остальные, начнут грузиться, пока мы будем играть в догонялки по коридорам, — пожал плечами Смит, автоматически, касаясь рукой подсумка с запасными магазинами.

— Это же очень опасно, — чуть не вскрикнула Гроссман.

— Я догадываюсь, — фыркнул Морган. — Больше того. Когда люди будут погружены на вездеходы, прикрывающая их команда начнёт шуметь и приманивать зверей к себе. Когда грендели отвлекутся на вездеходы, мы уйдём в галереи и взорвём за собой прорубленный тоннель. Будем взрывать каждый поворот, который пройдём, отсекая, таким образом, зверей от себя.

— Кого вы собираетесь взять с собой?- решившись, спросил Солсбери.

— Молодых, здоровых мужчин, имеющих навык ледового альпинизма и способных выдержать недельный переход с грузом, — категорично ответил Смит.

— Значит, я иду с вами, — кивнул Солсбери.

— Кто это сказал?- вопросительно выгнул бровь Морган.

— Вы.

-⁈

— Вы сами сказали, что возьмёте с собой мужчин имеющих навыки ледового альпинизма и способные выдержать долги переход с грузом, — пожал широченными плечами профессор. — Вам отлично известно, что навыки альпиниста у меня есть, а по физической силе, даже из вашей команды никто со мной не сравниться.

Задумчиво оглядев его огромную фигуру, Морган не удержался от короткой усмешки. Сейчас, выпрямившись во весь рост и упрямо вздёрнув бороду, Солсбери очень напоминал рассерженного белого медведя, вставшего на задние лапы. Но в его словах была истина. Несмотря на солидное пузо, и насквозь мирную профессию, Солсбери обладал всеми необходимыми качествами, а сила его давно уже стала притчей в научном отделе штаба ВМФ.

Но как это часто бывает, огромная сила уравновешивалась мирным, едва ли не застенчивым характером. Именно поэтому, Джек всегда с огромным облегчением, если не сказать удовольствием, перекладывал решение спорных вопросов на плечи Смита Моргана, с которым работал в одной команде уже много лет. И именно поэтому, Солсбери так напугала вспышка ярости Смита. Он привык считать Моргана своим другом, и так оно и было до тех пор, пока Джек не поддался на уговоры Аниты Гроссман.

— Что ж. Пожалуй, вы действительно подходите, — обдумав всё сказанное профессором, кивнул Морган. — Но это не значит, что я забуду про вашу выходку.

— Я тоже иду с вами, — тут же влезла Гроссман.

— Вы отправляетесь к русским, или к чёрту. Это не обсуждается, — рыкнул в ответ Морган, даже не повернувшись к ней. — В моей команде вас не будет. Никогда.

— Вы не мо…- вспыхнула Анита, но осеклась, когда пальцы одного из морпехов сжали её горло железными клещами.

— Ещё одно слово, и я тебя тварям скормлю, — прошипел солдат, сжимая пальцы так, что женщина захрипела от недостатка воздуха.

— Отпусти её, — скомандовал Морган равнодушно. — Её ослиное упрямство сдохнет только вместе с ней.

— Есть, сэр, — буркнул солдат, разжимая пальцы.

Потом, отряхнув руки с таким видом, будто вымазался в чём-то грязном, он перехватил свою винтовку и, шагнув вперёд, насторожено всмотрелся в полутьму коридора. Заметив его движение, Морган жестом приказал всем молчать, и бесшумно подвинувшись к подчинённому, плавно поднял оружие, наведя каллиматорный прицел туда, куда смотрел солдат. Слабая оптика не сильно помогла.

Между тем, солдат, осторожно продвинувшись вперёд, жестом указал на своё ухо, давая понять, что слышит что-то странное. Морган, двигаясь за ним, тоже прислушался и где-то на грани слышимости уловил какой-то странный звук, регулярно повторявшийся. Было в этом звуке что-то знакомое, но что именно, Морган никак не мог понять. Солдат, жестом указав себе за спину, медленно отошёл назад и, наклонившись к самому уху командира, шепнул только одно слово:

— Грендель.

Морган вспомнил, где слышал этот звук. Именно так сопел зверь, принюхиваясь, перед тем, как выбить двери столовой. Жестами, отогнав гражданских себе за спину, Смит взял на прицел поворот коридора и, убедившись, что солдаты увели посторонних, последовал за ними. Присоединившись ко всей группе в подсобном коридоре, Смит устало прислонился к стене, судорожно соображая, как спрятать людей.

Но ничего умного в голову не приходило. Их обложили со всех сторон, и выход он видел только один. С частью своих солдат выйти на открытое пространство и навязать гренделям бой, отвлекая их на себя, пока солдаты уведут остальных. Но куда их уводить? Единственное, что им оставалось, это дождаться возвращения вездеходов, и предпринять задуманную атаку.

Вырвавшись из раздумий, Морган огляделся. Люди сидели прямо на полу, понуро опустив головы. Все явно устали и были на грани нервного срыва. Страх и неизвестность выматывали сильнее длительных переходов. Неожиданно, рация Смита ожила, и голосом капрала принялась вызывать его. Выхватив прибор из кармана, Морган ответил.

— Сэр, женщины переданы русским. Мы в двух милях от поселения. Что нам делать?- спросил капрал.

— Подгоняйте машины к самому окну лаборатории. Мы попытаемся выйти оттуда, — скомандовал Морган. — Что у русских?

— Они сумели отбить две атаки зверей и сохранить всех людей. Как не грустно это признавать, сэр, но у них даже рядовые члены экспедиции готовы драться. Оружия не много, но в основном Калашниковы, так что, им есть, чем ответить на любую агрессию. И ещё, они спрашивали, есть ли у нас снегоходы.

— Зачем им снегоходы?- моментально насторожился Морган.

— Они собираются эвакуироваться. Дали нам времени, двенадцать часов. С рассветом, они отправляются к побережью. А снегоходы, им нужны, чтобы отвлечь гренделей от колонны. Пары, стрелок и водитель, кружат вокруг поселения, выводя беспокоящим огнём зверей из себя. И когда грендели кинутся в атаку, уходят в сторону от колонны. Но у них всего четыре снегохода, вот они и просят технической поддержки.

— Толковая идея, — проворчал Морган, обдумывая слова капрала.

— Что, сэр?- не расслышал капрал.

— Ничего. Подгоняйте машины к окну, и будьте готовы прикрыть гражданских на погрузке. Мы отвлечём зверей на себя. И, Джонс. Не ждите нас. Как только группа окажется в машинах, уходите. Мы с парнями догоним вас по дороге, или на побережье. А русским скажите, что до снегоходов нам было не добраться. Идея отличная, но в технический отсек, нам не попасть.

— Сэр, вы уверены?- тихо спросил капрал, отлично понимая, чем может закончиться такая схватка.

— Нет, чёрт возьми, но другого выхода я не вижу, — огрызнулся Морган. — Всё, Джонс. До связи.

— До связи, сэр, — ответил капрал.

Убрав рацию в карман, Морган привычным жестом проверил оружие и боеприпасы, после чего, собрав вокруг себя солдат, принялся объяснять им их действия. Всё это были проверенные бойцы, умевшие правильно оценивать ситуацию. Так что, лишних вопросов и глупых предположений не было. Каждое движение должно было помочь им избавиться от обузы и, быстро собрав всё необходимое, уйти из посёлка следом за караваном. Но, не по поверхности, а сквозь ледник.

Но перед таким путешествием, нужна хоть какая-то подготовка. Поэтому, и без того не большую команду бойцов пришлось разделить ещё раз. Пока остальные будут вести бой, двое, должны будут проникнуть в жилой сектор и собрать всё необходимое. Альпинистское оборудование, боеприпасы, консервы, взрывчатку, а самое главное, переносной сканер, благодаря которому он собирался найти выход на поверхность у поселения русских.

Идея со снегоходами ему очень нравилась, но на подготовку техники, у них не было ни сил, ни времени. Вспомнив слова капрала о готовности рядовых членов русской экспедиции драться с гренделями, Морган тихо выругался, проклиная все либеральные идеи о запретах на оружие и систему, которая буквально выхолащивает из мужчин всё мужское. Чего только стоит спор капрала с одним из гражданских, когда грузили в вездеходы женщин. А ведь этот человек ещё смеет называть себя мужчиной!

Помотавшись по свету и повидав самых разных людей, Морган давно уже пришёл к выводу, что так называемая система западных ценностей, не более, чем мыльный пузырь, усиленно надуваемый власть предержащими. Их не устраивает тот факт, что люди способны и сами позаботиться о своей безопасности, и что любой уважающий себя мужчина, запросто возьмётся за оружие, если его семье будет угрожать опасность.

Сам Морган всегда считал, что человек, сознательно решившийся на преступление, изначально является существом вне закона, которое нужно просто уничтожить. Но либералы и околовсяческие право и левозащитники делают всё, чтобы защитить не обывателей от преступников, а преступников, от тех, кто желает защитить свои семьи.

От раздумий его оторвал очередной вызов по рации. Чуть вздрогнув, Смит выхватил рацию и, услышав, что расчётное время подхода вездеходов, пять минут, повернулся к своей команде. Пора было выдвигаться на исходные позиции. Стоявшие неподалёку морпехи, сходу угадав его взгляд, молча, переглянулись, и дружно направились на свои места. Вся партитура был расписана, так что, уточнять и, вносить поправки не было необходимости. Убедившись, что все готовы, Морган сделал глубокий вдох и, переключив рацию на общий канал, скомандовал:

— Начали.

[1] Помимо красной книги, в которую с 1958 года учёные заносят исчезающие виды животных и растений, есть ещё и Чёрная книга. В неё включены животные и растения, навсегда исчезнувшие с лица Земли из-за разрушительной деятельности человека.