ГЛАВА 9

Люциан

Шестнадцать лет назад

Волны догоняют мою руку, когда я размешиваю воду в ванне и проверяю её температуру. Всего пару лет назад я не мог даже смотреть на воду такой глубины, чтобы моя грудь не леденела, а ладони не покрывались потом. Это было до того, как мой отец потребовал, чтобы я вступил в плавательную команду, и как-то мой соревновательный дух пересилил мои страхи настолько, что я выиграл соревнования и заработал медали.

Но, в конце концов, главная цель Гриффина Блэкторна никогда не заключалась в том, чтобы действительно помочь мне преодолеть мои страхи, как бы мне ни хотелось в это верить. Отец моего товарища по команде владел одной из крупнейших сетей продуктовых магазинов в стране, с которыми мой отец в итоге заключил партнёрство, и он использовал случайные соревнования как способ поговорить о бизнесе, притворяясь, что наблюдает, как я плаваю.

Я закрываю глаза, вспоминая моменты в пещере с Соланж, когда моя грудь горела от нехватки воздуха, а мышцы были напряжены от страха и возбуждения. Я сосредотачиваюсь на воспоминании о том, как её рука скользила вверх и вниз по моему члену, и как моё тело покалывало от прилива того, что, должно быть, было адреналином. Я много раз думал об этих моментах с тех пор.

Совсем раздетый, я ступаю в ванну, вода в которой намного теплее, чем холодная и солёная океанская, и моё тело напрягается от предвкушения того, что должно произойти. Дрочить в воде для меня не новость. Я делал это много раз в душе, но никогда не так. Как будто я говорю своему страху «пошёл нахуй» и кончаю, пока делаю это. Я задергиваю занавески, окружающие огромную круглую утопленную ванну, оставляя лишь щель света.

Тепло обволакивает меня, когда я погружаюсь в воду до плеч, и я выполняю несколько диафрагмальных вдохов, как мы делали перед тренировкой. Я привык задерживать дыхание на долгие периоды времени, и на этот раз я намерен использовать этот навык с пользой.

Я скольжу под поверхность воды, где мир приглушён и я один, и смотрю вверх на искажённые созвездия, нарисованные на круглом потолке, который повторяет диаметр ванны. Мой собственный тёмный мир.

Движения начинаются лёгкими и дразнящими. На этот раз я намерен растянуть удовольствие. Максимизировать кульминацию. Однако не проходит много времени, прежде чем мои яйца сжимаются, а первая волна адреналина пронзает меня.

Блядь, да.

Я представляю, как Соланж садится на меня верхом, держит меня под водой, пока ездит на моём члене. Каждая мышца становится твёрдой, жжение в груди усиливается. Я практически чувствую крошечные электрические разряды в мозгу, сигналы тревоги, требующие, чтобы я глотнул воздуха.

Я не делаю этого.

Кровь приливает к моему члену, когда я быстро дрочу, вода бурлит и волнуется, отражая хаос, который сейчас внутри меня. Наступает туннельное зрение. Я готов потерять сознание. Мне нужен воздух. Каждая клетка моего тела отчаянно нуждается в кислороде, который я намеренно удерживаю.

Мышцы напрягаются сильнее. Сильнее. Так, блядь, сильно. Я выгибаюсь от надвигающегося оргазма. Прохладный воздух там, где мой пах выступает из воды, пока я продолжаю поглаживать свою скользкую эрекцию.

Вспышка света за моими глазами совпадает с волной жара, проносящейся по моему телу, и струи горячей спермы бьют из головки моего члена. Я резко выпрямляюсь с хриплым вдохом. Мне не хватает воздуха, и я наклоняюсь над краем ванны, впиваясь ногтями в холодную плитку. Через частые поверхностные вдохи моё тело изо всех сил старается наполнить лёгкие, пока каждый вдох перестаёт быть тяжёлым и становится долгим и лёгким.

Ни капли сил не осталось во мне. Я так, блядь, расслаблен сейчас, что даже не могу представить, как сдвинусь с этого места. Смешок вырывается, пока я лежу, прижав голову к плитке.

Соланж была права. Ничто теперь не сравнится.