Под покровом ночи лошадь Казимира мчалась к замку Эйдолон, а Равецио следовал за ним на небольшом расстоянии, подгоняя свою лошадь. В суматохе беспорядков, связанных с восстанием и исчезновением принца, выбраться из замка оказалось гораздо проще, чем Казимир предполагал. Пока солдаты бегали в панике, пожары, которые нужно было потушить, и королевские маги, которых нигде не было видно, он и Равецио добрались до конюшни, где они взяли двух лошадей и практически прошли мимо стражников без каких-либо инцидентов.

Во время езды его взгляд был прикован к смутным фигурам вдали, входящим в темное ущелье. Периодически мелькающие золотые и серебряные отблески стали выделять их как солдат соласиона и Нкстероси, которые, вероятно, еще не знали о похищении принца.

Возможно, это была та полдюжина солдат, которую капитан Зивант послал в погоню за Долионом.

Они не успели далеко уйти, раз Казимр уже почти догнал их. Похоже, они еще не заметили их, иначе наверняка бы напали.

Казимир согнул руку и вытянул ее так ровно, как мог, несмотря на неровные прыжки лошади под ним. Молясь, чтобы он не был слишком далеко от зоны действия своей магии, он выпустил струю ледяного тумана над поверхностью болота. Только когда он услышал эхо их проклятий, разносившихся по ущелью, он понял, что его цель была верна. И это подтвердилось, когда солдаты перестали продвигаться по болоту, потому что ледяная вода замерзла вокруг ног их лошадей.

Казимир ударил копытом по боку своей лошади и сжал поводья, когда он и Равецио помчались по открытому полю к ним. Он мог разглядеть всех шестерых всадников, прячущихся за своими лошадьми, которые издавали пронзительные ржания и бились в тщетной попытке освободиться от льда.

Стрела просвистела мимо уха Казимира, и он пригнулся к шее лошади. - Похоже, они нас заметили! — крикнул он Равецио.

- Ублюдки не могут попасть в цель, даже если от этого зависит их жизнь! — крикнул в ответ Равецио, и это замечание вызвало улыбку на лице Казимира.

- Все эти тренировки зря, — сказал Казимир.

Молния ударила в дерево, когда они проезжали мимо, расколов его на щепки, и лошади взвились на дыбы, заставив Казимира крепче сжать поводья, чтобы вернуть лошадь на дорогу. Он выдал рык, подгоняя животное быстрее. Дождь из стрел продолжался, и Казимир повернулся в седле, как раз в тот момент, когда острый наконечник просвистел мимо его руки.

Один из солдат натянул следующую стрелу и оттянул тетиву, но прежде чем он успел выпустить ее, Казимир послал еще один поток белого тумана. Конечности солдата отделились от туловища, стрела упала на землю, а каждая клетка его тела растворилась и разорвалась.

Воздух задрожал от странного взрыва жара, и Казимир резко дернул поводья, оттянув лошадь в сторону, как раз перед тем, как молния ударила в землю перед ним. Он замедлил животное настолько, что смог спрыгнуть с него, поднял ладонь и вызвал три острых снежных кристалла. Не отрывая глаз от своей цели, того, чья стрела задела его плечо, он вытянул руку вперед, посылая все три кристалла вращаться в воздухе между ними. Прежде чем солдат успел даже отвернуться, один из кристаллов вонзился ему в лоб. Его тело дернулось, голова слегка откинулась назад, кровь потекла из носа, и он упал на колени. Другой кристалл отрезал ему ухо, пролетев мимо него. Третий попал ему в горло. Солдат упал лицом вниз на землю, а лужа крови вокруг него продолжала расширяться.

Равецио, также сойдя с лошади, бросился вперед, его закаленные чешуйки отклоняли стрелы, которые отскакивали от него. Казимир последовал за ним, ускорив шаг, чтобы догнать его.

Четверо других солдат бросились к темным горам по обе стороны, поскальзываясь на поверхности льда, который начал таять.

Казимир вытащил один из своих кинжалов и, лишь на мгновение задержавшись, бросил его на расстояние. Лезвие попало в цель в правую руку, чуть ниже наплечника, и солдат вскрикнул, скользя по льду. Остальные три солдата даже не взглянули на своего павшего товарища, продолжая подниматься по крутому склону горы.

Равецио первым догнал павшего солдата и перевернул его на спину. Через несколько секунд их взгляды встретились, и солдат попал под действие заклинания Леталиша.

Накстерози, одетый в серебряные доспехи, медленно превратился в камень, серая пятнистость ползла от его ботинок к лицу, где на его выражении остался застывший взгляд чистой агонии.

- Черт возьми, — сказал Равецио. - Надо было сначала вытащить нож. - Он слегка потянул за рукоять, но она не сдвинулась с каменной плоти солдата.

Казимир фыркнул и продолжил преследовать остальных троих, задыхаясь от ран, нанесенных капитаном Зивантом во время издевательств.

Один из солдат повернулся, подняв руку, и воздух затрещал от энергии. Почувствовав знакомое тепло, гудение на своей холодной коже, предупреждающее о ударе, Казимир прыгнул в сторону и прижался к стене, а молния ударила в то место, где он стоял всего несколько секунд назад. Земля задрожала, и камни скатились с края горы, ударяясь о лед.

Казимир вытянул руку, призвав более таинственные силы, которым его научили пользоваться, и притянул энергию молнии к своей ладони. Расплавленное тепло обжигало его кровь, и он выпустил рык, когда оно смешалось с его собственной магией. Он шагнул назад на тропу и вытянул руку вперед, посылая ледяной болт в сторону солдата.

Золотая броня соласиона едва замедлила острый болт, который пронзил его грудь, отбросив его назад, где он застрял в скале. Мелкие кусочки камня и пыль осыпались вокруг застрявшего солдата.

Равецио промчался мимо него, вверх по горе к последним двум солдатам, а Казимир неспешно подошел к тому, кто висел на ледяном шипе, вонзенном в его грудь. Кровь стекала по подбородку его врага, и он кашлянул, вызвав еще больше струек, вытекающих из уголков его рта.

Казимир смотрел на него, наклонив голову. Несмотря на кровь, размазанную по лицу солдата, он узнал его, и обрывки воспоминаний разлетелись по его мыслям.

Холодная поверхность цементного блока давила на его позвоночник. Руки были связаны над головой. Кислый вкус кожи на языке и слюна, стекающая из уголка рта, с кляпом между зубами. Оранжевое сияние горящего угля. Сердце бешено колотилось в груди.

- Где она? — спросил солдат, стоявший над ним. - Где женщина, которая тебя наняла!

- Я не знаю, — пробормотал он сквозь кляп. - Я знаю только ее имя. Клянусь.

Хруст жарящегося мяса.

Крики. Его собственные крики, разрывающие грудь в отчаянном вопле боли.

- Ты меня помнишь? - Казимир наклонил голову ниже, пытаясь привлечь внимание охранника. - Ты помнишь, кто я?

Охранник покачал головой, хрипло дыша.

- Конечно, не помнишь. Я был, наверное, одним из многих мальчиков, которых ты наказывал. - Казимир провел пальцем по толстому концу льдины, пронзившей, по его оценке, сердце солдата. - Тогда я был бессилен.

Дыхание человека было прерывистым.

- Я могу предложить тебе милосердную смерть, — холодно сказал Казимир. - Один холодный взрыв, и ты легко расколешься, как лопнувший пузырь. Ты даже не почувствуешь этого. Или я могу оставить тебя страдать столько, сколько понадобится, чтобы ты умер.

- П-п-п-пожалуйста, — прохрипел он между неглубокими вздохами. - Сделайте это... быстро!

Казимир глубоко вздохнул и вздохнул. - Нет. - Он усмехнулся и, почувствовав приближение чего-то сзади, обернулся и увидел две молочно-белые глаза, смотрящие на него всего в нескольких метрах. Приземистое телосложение. Плоский нос. Боггир. - Черт возьми... посмотри, что принесло ветром. Он выглядит голодным. Наверное, давно не ел нормально.

Солдат хрипло закашлялся и изрыгнул кровью на кожаную одежду Казимира.

— Где принц Дорджан?

— Я не... знаю.

— Я в это не верю. По болоту раздался рев, и Казимир обернулся и увидел, как боггир ползет к ним на четвереньках.

— Прошу... — голос солдата дрогнул. — Убейте. Меня.

- Где принц Дорджан?

- Я... говорю... правду...! - Его слова прервал кашель, и кровавая слюна потекла по его подбородку.

- Правда? - Казимир оглянулся через плечо на Боггира, который приближался.

- Я... не знаю!

- Жаль. Думаю, боггиры любят начинать с открытой плоти, а потом он просто втиснется в доспехи и съест тебя изнутри.

Солдат выдал стон. - Клянусь... никто... не говорил мне... о принце.

- Тогда я зря трачу время. - Не сказав ни слова, Казимир пошел по тропе вслед за Равецио.

- Нет... подожди! Прошу!

Крики эхом разносились по ущелью за его спиной.

* * *

Казимир толкнул тяжелые двери, которые со стоном открылись в темный вестибюль Эйдолона. В воздухе висел застоявшийся холод, и когда он вошел, его ботинки отразили глухой стук от холодных камней. Хотя замок никогда не был теплым и уютным, по крайней мере, обычно зажженные свечи и люстры всегда придавали ему некоторую жизнь. Куда бы он ни посмотрел, повсюду были только тени и жуткая тишина.

Свет снаружи освещал фонари, оставленные на консольном столике, и Казимир направился к ним. Используя спички, которые лежали в маленькой стеклянной вазе, он зажег их, и их мягкое мерцание отбрасывало еще больше теней на стены.

Защитное заклинание, окружавшее замок и обычно вызывавшее легкое покалывание в мышцах, больше не ощущалось. И хотя обычно они были покладистыми по отношению к двум Леталишам, огнедышащие драконы, рыскавшие вокруг замка, в результате почти попытались пожрать их и, возможно, сделали бы это, если бы Равецио не привел их обратно в конюшни, где хранилась еда. Очевидно, их не кормили уже несколько дней.

Казимир пробежал по первому этажу замка, внимательно вглядываясь в поисках Магды, Вендрика или Рикайи, которые могли быть где-то поблизости.

Каждая комната, которую он обыскивал, была пуста.

Он спустился в подземелье замка в поисках Долиона, но не нашел там никаких следов мага. К тому времени, когда он осмотрел каждую камеру, Равецио догнал его, держа в руке свой фонарь.

- На верхних этажах никого нет, — сказал он. — Проверил кабинет Зевандера — его там нет.

- Куда, черт возьми, все делись?

Громкий стук слева от них заставил обоих Леталишей повернуться и увидеть запертую цепью дверь на полу.

- Камень, ножницы, бумага? — Равецио усмехнулся, постукивая пальцами.

Казимир вздохнул. - Я сделаю это. - Он направился к небольшой нише и снял ключ со стены. Встав на колени рядом с дверью, он открыл замок и распахнул ее, быстро отступив назад на случай, если что-то выскочит на него.

- Эй, что это! - Равецио указал на его плечо, и Казимир судорожно провел рукой по плечевому щитку, нахмурившись, когда его товарищ по Леталишу разразился смехом.

- Сукин сын, — проворчал Казимир, протягивая руку, чтобы сорвать зеркало со стены. Снова опустившись на колени рядом с отверстием, он опустил зеркало и повернул его внутрь, но не обнаружил ничего, кроме многочисленных огромных паутинок, растянутых от одной стены к другой. - Ты там, Бранимир?

Ответа не последовало.

Казимир сдвинул зеркало, просканировав им тени, и обнаружил сотни глаз, уставившихся на него. Хотя он никогда раньше не дрожал при виде пауков, он знал, какой ущерб они могут нанести, если будут достаточно агрессивны. - Солдаты были на пути сюда. Подозреваю, что они шли за Долионом и твоей сестрой.

Сначала не было никакого движения, затем один из пауков вышел на свет зеркала Казжимир оценил, что этому чудовищному зверю понадобилось бы всего два укуса, чтобы поглотить его целиком.

- Есть идеи, куда они пошли? — спросил Казимир, наблюдая, как существо приближается к нему.

- Почему я должен тебе это говорить? — спросил глубокий, хриплый голос из темного угла комнаты.

- Их будут преследовать. Твоего брата тоже. На самом деле, я бы посоветовал тебе тоже уйти. Капитану понадобится несколько дней, чтобы понять, что его люди мертвы, но когда он это поймет, он пошлет еще больше людей.

Паук медленно приблизился к нему.

- Я не уйду из своего дома.

- Они не пощадят тебя.

- В прошлый раз они тоже не собирались меня щадить, — сказал он странно веселым голосом.

- Равецио и я можем удержать охотников от следов Долиона и Рикайи. - Еще до того, как обычно острые чувства Казимира успели зарегистрировать движение, паук выскочил из норы и сбил его на спину. Леталиш вытащил свой клинок, как раз перед тем, как паук перелез через него, пристально глядя на него и нависая над его лицом.

- Теперь можешь? — спросил Бранимир, выдав мрачный смешок.

Когда Равецио бросился вперед, Казимир протянул руку, остановив его. - Тогда убей меня, — призвал он Бранимира. - Я поклялся твоему брату, что отдам свою жизнь за твою семью. Я готов сдержать эту клятву, независимо от того, кто или что представляет угрозу.

Наступила пауза, и Казимир стоял неподвижно, пока капля прозрачной жидкости скатилась с кончика клыков паука на пол рядом с ним, где она зашипела.

Кислотный яд.

Без предупреждения паук отскочил назад и скрылся в норе.

- Каликсар, — прорычал Бранимир.

Казимир сел и, проведя рукой по лицу, выдохнул дрожащим голосом. — Чертовы паукообразные.

— На этот раз не замыкай дверь, — предупредил Бранимир. — Я буду ждать прибытия наших нежелательных гостей.

Равецио закрыл дверь ногой и протянул руку, поднимая Казимира на ноги. - Каликсар. Есть идеи, как пройти туда?

- Я знаю одного человека в Сусуррии. Отставной морской торговец. Он может достать нам документы. - Говорили, что въезд в Каликсар был более строгим, чем в любую другую страну Эфирии.

Эльвинирцы, в конце концов, не были гостеприимным народом, особенно к таким головорезам, как Казимир и Равецио. Для посещения острова требовались строгие документы и королевская подпись. Ни того, ни другого они на тот момент не могли получить законным путем. - У них есть два дня преимущества. Полагаю, они отправились в Винтертайд, поскольку у леди Райдинн там была семья.

— На лошади до побережья можно доехать за шесть дней. Казимир повесил ключ и зеркало обратно на стену. — Мы можем выплыть из залива Кубрисиан и прибыть примерно в то же время. В главном порту будет оживленно, но мы должны найти их там.

— «Должны.

— Если нет, то вернемся сюда и будем смотреть, как пауки пожирают стаю ничего не подозревающих солдат, наверное.

Равецио пожал плечами. - Звучит заманчиво.