Обычно стремясь сохранить ясность ума, Зевандер редко пил, когда охранял принца, но сейчас его разум и тело были охвачены смятением. От встречи с Маэвит в том опасно соблазнительном платье до резкого ухудшения аппетита, когда он столкнулся с генералом Лойсом, ему нужно было что-то, чтобы успокоить бурную смесь эмоций, бушующую в нем.

Он опрокинул первый кубок, выпив его до дна, затем наполнил его вином из изысканного фонтана — скульптуры белой розы — и выпил еще один. Танцевать с Маэвит было, возможно, глупо, учитывая взгляды, которые на него бросали, но, к счастью, все видели, как принц подтолкнул его на танцпол.

Отказ выглядел бы подозрительно, а наблюдать, как Маэвит танцует с другим, заставило бы его откусить себе кулак, чтобы не врезать кому-нибудь по лицу.

- Это был способ поприветствовать старого друга? - Даже звук женского голоса пробудил в нем мрачную ярость.

- Кто сказал, что мы друзья? - Зевандер не удосужился посмотреть на нее, наполняя третий кубок.

Генерал Лойс усмехнулась, и от этого звука его губы скривились от отвращения. - Когда я видела тебя в последний раз, ты был просто худым парнишкой. А посмотри на себя сейчас. Настоящий мужчина.

Зевандер был молод, только что вступил во взрослую жизнь, когда она сделала его своей игрушкой. Тогда он не имел ни малейшего представления о своей силе и не был обучен боевым искусствам.

Когда она видела его в последний раз, он действительно был жалким и тощим парнем, голодным и напуганным. Его мучила безудержная ярость, которую генерал Лойс пыталась подавить и контролировать. - Ты неплохо одет. Это дорогой шелк высокородных? - Когда он не ответил, она наклонилась к нему. - Если бы я не знала лучше, я бы сказала, что ты пытаешься вписаться в окружение.

К несчастью для тебя, дорогой, я могла бы найти тебя даже с завязанными глазами.

- Если вы цените свой позвоночник и внутренние органы, я советую вам держаться на расстоянии сегодня вечером, генерал.

Она откинула голову назад и рассмеялась. - Хотела бы я сказать, что твои угрозы приводят меня в ярость, но они лишь возбуждают меня. - Лениво прогуливаясь, она сократила расстояние, подняв свой кубок, словно хотела заверить, что намеревалась только наполнить его. - Ты поверишь мне, если я скажу, что думаю о тебе почти каждый час каждого дня?

- Ты будешь разочарована, узнав, что я о тебе вообще не думаю.

- О, я в этом сомневаюсь. - Отпив глоток, она подошла ближе, и ее близость вызвала у него тревогу.

Его ладонь зачесалась, чтобы вытащить клинок и заставить ее замолчать.

Но это означало бы начало войны.

Вместо этого он стиснул зубы и опустошил еще один кубок.

- Я думаю, ты слышишь мой голос каждый раз, когда берешься за свой член. Я думаю, ты чувствуешь запах моей киски каждый раз, когда кончаешь. И я думаю, что где-то глубоко внутри ты наслаждаешься мучениями, которые я тебе причиняю.

Спазм боли пронзил его череп, когда он скрежетал зубами, желая только одного — задушить ее. Сжечь ее и смотреть, как она кричит, пока ее внутренности не превратятся в жидкость. Он тихо поставил кубок на ближайший стол, чтобы сдержать искушение использовать его в качестве оружия.

- Я уверен, что твоя маленькая красотка находит удовольствие в этих восхитительных пирсингах.

У нее самое изысканное тельце, которое я видела за последнее время. Возможно, я приглашу ее к себе в номер, чтобы немного поиграть сегодня вечером. Было бы забавно посмотреть, как ее хрупкое тельце разрывают на части стая голодных мужчин соласиона.

В мгновение ока Зевандер вытащил свой клинок и приставил его к ее горлу, а ярость пронзила его пульсирующими волнами насилия. - Ты, блядь, посмотри на нее, и я вырежу тебе глаза из орбит, а потом засуну их тебе в глотку.

- Смелые слова. - Звон металла сзади предупредил, что другие стражники соласиона приблизились к нему. Она сглотнула, и клинок порезал ее кожу, и тонкая капля крови стекла по ее горлу. - Одно слово, и они нападут, как стая собак.

В мгновение ока она заметила, как Равецио и Казимир незаметно приближаются к ее охранникам сзади, не предупреждая о опасности, которая в тот момент угрожала Соласионам. Хотя вооруженные люди были грозны, они не были обучены, как Леталиш, боевой технике, включающей в себя магические глифы и кровавые заклинания. Соласионы были не более чем солдатами, выполняющими ее приказы.

Зевандер провел языком по зубам, наслаждаясь ее очевидным унижением. Остальные гости еще не заметили ничего, но это был лишь вопрос времени, когда король заметит, как он угрожает генералу, и тогда начнется настоящий ад.

Он отпустил ее и отступил на шаг.

Прочистив горло, она отмахнулась от своих людей. - Хорошо. Тогда, возможно, ты мог бы сопроводить меня в мои покои. Ради старых времен.

- Я скорее искромсаю свой член тупым ножом, чем позволю тебе приблизиться к ней.

- Как жаль.

- Держись на расстоянии, генерал. Или, поверь мне, к утру ты будешь мертва.

Ее губы растянулись в злобной улыбке. - Хотя я скучаю по тому худощавому парню из далекого прошлого, должна сказать, что ты, безусловно, не утратил свою сексуальную привлекательность, Зевандер Райдинн. Я буду думать о тебе сегодня вечером, пока твой ничтожный заместитель будет неумело пытаться доставить мне удовольствие. Я не испытывала настоящего оргазма с тех пор, как ты ушел.

Не сказав ни слова, Зевандер ушел, чувствуя, словно сбросил с себя огромную пиявку. Если бы она не была генералом армии соласиона, он с удовольствием превратил бы ее кровь в камень.

С подносом в руках и одетый как слуга в простую тунику и брюки, Казимир подошел, словно предлагая выпить, и Зевандер взял один из предложенных кубков. - Возрождаешь старую дружбу, как я вижу.

- Если она будет дышать к концу ночи, то это будет милостью богов, а не моей.

- Она может только надеяться, что боги проявят к ней милосердие. - Казимир слегка похлопал его по плечу. - Не позволяй ей вывести тебя из себя, брат. В конце концов, это ее любимое развлечение.

Зевандер кивнул, и Казимир пробрался сквозь толпу, играя роль бдительного слуги.

В дальнем конце зала стояла платформа, на которой стоял король Сагаерин, ожидая, пока в зале воцарится тишина.

Увидев Дорджана, стоящего за платформой, Зевандер направился к нему. По дороге к принцу он заметил Торрина, которому было поручено наблюдать за толпой, и остановился рядом с ним. - Может быть, ты мог бы присмотреть за моей сестрой и Маэвит?

- Я слежу за ними с того момента, как они прибыли. - Похоже, их маскировка не смогла обмануть и его.

Зевандер кивнул и продолжил идти, пока не дошел до Дорджана, который шатался на ногах, явно перебрав с вином. На самом деле, это был неизбежный исход. Принц редко мог продержаться всю ночь на празднике, не напившись, а то, что произошло в деревне, только усилило его обиду и гнев.

Еще выпить.

- Зевер... может, ты позовешь моего друга? - Он хотел, чтобы Зевандер сообщил его возлюбленному, что он готов ложиться спать.

Предвидя события этого вечера, Зевандер попросил молодого человека рано отправиться в свои покои, чтобы не вызвать подозрений. - Он уже ждет тебя.

- А, хорошо, человек. - Он похлопал Зевандера по спине и направился к его покоям.

Зевандер последовал за ним, осматривая коридоры на предмет каких-либо признаков нападения.

Принц спотыкался, натыкаясь на стены, пока они наконец не добрались до двери его покоев. Дорджан открыл ее, и внутри его любовник лежал голый на кровати, поглаживая свой член. Когда принц снял с себя одежду, Зевандер закрыл дверь.

Хотя ему следовало бы остаться за дверью, Зевандер отказался слушать, как принц трахается всю ночь, когда он мог бы присматривать за Маэвит и Рикайей. Вместо этого он вызвал своего скорпиона и поместил его на пол перед дверью. Если кто-нибудь попытается напасть на принца, скорпион атакует.

Когда Зевандер вернулся в бальный зал, король обращался к своим подданным.

- Мои уважаемые гости, с большим удовольствием приглашаю вас стать свидетелями церемонии становления моей прекрасной дочери. - Его улыбка выдавала его разочарование. - Победитель сегодняшнего матча определен. Принцесса Калиса будет обручена с капитаном Авитом из армии соласиона.

Из задней части зала раздался громкий, неприятный крик соласионцев, и вперед вышел грубый мужчина. Имперская гвардия охраняла периметр, готовая действовать, если капитан будет вести себя с принцессой не слишком мягко.

Зевандер оглядел аудиторию короля в поисках Рикайи и Маэвит и обнаружил их на противоположной стороне платформы.

Боже мой, платье, которое носила Маэвит, пробудило в нем что-то темное. То, как она так невинно прошла по комнате, даже не осознавая, какое желание она вызывала. Глаза, которые следили за каждым ее движением, потому что отвести взгляд было бы чертовски тяжело.

Она была хаосом, обернутым в тонкий шелк. Воплощением беды, которая почти сбила его с ног, когда он впервые увидел ее на балу.

Она была настолько прекрасна, что у него защемило в груди.

Он вспомнил прошлой ночью, когда она лежала, извиваясь и стоная. Воспоминание о ее атласной коже, напряженной в момент оргазма, заставило его по спине пробежать дрожь. К тому времени, когда он спотыкаясь добрался до своей комнаты, его тело уже окаменело. Ему понадобилось три удара своим отравленным клинком, чтобы успокоиться — три яростных пореза, которые все еще жгли под брюками, даже когда он смотрел на нее.

И те слова, которые она шепнула ему ранее... прося его взять ее и, по сути, изнасиловать, хотя примирское слово не совсем соответствовало этому значению.

Очевидно, она не знала, что говорила или просила у него, и ее акцент был немного грубым, что показалось ему странным, учитывая, с какой легкостью она говорила на этом языке накануне вечером. Но это, конечно, не помешало ему захотеть перекинуть ее через плечо и найти ближайшую кровать. Семь адов не облегчили его и без того переполненный член.

Рев рогов прервал его размышления, когда церемония началась с того, что принцессу Кализу сопроводили по винтовой лестнице на балкон, где ее ждала комната для соединения. Подгоняемый неприятными возгласами соласионцев, капитан Авит последовал за ней, а его товарищи по оружию сняли с него доспехи, когда он поднимался по лестнице за ней.

- Заставь ее истекать кровью! — крикнул один из мужчин.

Этот комментарий вызвал у Зевандра презрительную улыбку. Наглые ублюдки. Он с удовольствием заставил бы всех их замолчать, быстро перерезав им горло.

Зевандер отвернулся, и его взгляд упал на Маэвит, которая смотрела на свои руки. Когда он снова оглядел толпу, он заметил мага, с которым она разговаривала ранее вечером, Анатолиса, направляющегося к выходу.

Пока зрители с восторгом наблюдали за принцессой и капитаном, входящими в зал, Зевандер пробрался сквозь толпу к Маэвит. Легкое прикосновение его руки к ее руке было сигналом следовать за ним. Словно старалась не выглядеть подозрительно, она не пошла сразу за ним, а подождала, пока он пройдет через толпу.

Умная девочка.

Часть толпы начала расходиться. Другие, жаждущие доказательств, часто предпочитали оставаться до конца.

Рикайя направилась к винному фонтану, а Торрин последовал за ней.

Охранники у двери отошли в сторону, и Зевандер выскользнул во двор, следуя за Анатолисом.

Маг повернул за угол, и Зевандер тихо приказал Маэвит спрятаться в тенистой нише. Он сбросил маску оленя, заменив ее своей обычной кожаной маской, натянул капюшон плаща на голову и последовал за магом.

Спиной к Зевандеру, Анатолис стоял, сгорбившись, и звук фырканья предупредил Леталиш о том, что он делает.

Некоторые высокородные смешивали вивикантем с другими стимуляторами и измельчали их в мелкий порошок для нюхания, который, как говорили, усиливало возбуждение.

Когда Зевандер подошел, он резко обернулся, вздрогнул и вытер нос.

- Боже мой, ты меня до смерти напугал этой маской.

- Анатолис, верно? - Зевандер не знал всех магов по имени — только тех, кто встречался с королем. Он узнал его только как ублюдка, который глазел на Маэвит.

- Да, а вы?

- Просто любопытен. Почему вы не носите маску?

- Я... просто испытываю к ним отвращение.

Зевандер кивнул и в следующий миг приставил к его горлу клинок. — Я тоже испытываю отвращение. К лжецам.

Подбородком вверх, маг уставился на него, нижняя губа его дрожала. — Почему ты думаешь, что я лгу?

— Кроме принцессы, ты единственный, кто решил не закрывать лицо.

На губах мага появилась многозначительная улыбка. - Они видели, как ты последовал за мной.

- Я в этом уверен. - Не отрывая взгляда от Анатолиса, он повернул голову в сторону. - Маэвит. - Сам факт того, что Зевандер произнес ее имя вслух в его присутствии, гарантировал, что к концу их встречи маг не будет дышать.

Она выглянула из-за угла, и когда Анатолис попытался повернуть голову, Зевандер сильнее прижал лезвие.

- Не смотри на нее, черт возьми.

Как только она встала рядом с ним, он вызвал вокруг них черный туман.

Зевандер молчал, глядя на мага, с понимающей улыбкой на лице, представляя, как он в конце концов убьет его. Для начала, вырвав эти блуждающие глаза.

Через мгновение два мага выглянули из-за угла, на их незамаскированных лицах было выражение недоумения. Они бродили без цели, несомненно гадая, куда делся маг. Один из них подошел слишком близко, и когда Анатолис вдохнул, словно собираясь их окликнуть, Зевандер провел лезвием по его горлу, оставив лишь слегка обожженную кожу.

Два мага поспешили обратно в бальный зал, и, убедившись, что они не вернутся, Зевандер снял туман.

— Ты был в Мортасии. Писарь.

Взгляд мага метнулся на Маэвит, но он не стал отвечать.

- Я могу сделать это по-хорошему или по-плохому. - Поднимая ладонь, он вызвал скорпиона и позволил ему ползти по мантии мага.

Мужчина задрожал, его глаза следили за скорпионом, который полз по его мантии к тунике. Когда скорпион спустился по его шее, он выдал стон.

Зевандер прижал ладонь к рту мага, заглушая крик, когда скорпион впился в его плоть. - Теперь, как я уже говорил. Ты был в Мортасии. Писарь.

Он судорожно кивнул, и Зевандер отпустил его рот. - Это жжет, пожалуйста. Это жжет, — прошептал он дрожащим голосом.

- Да. Будет очень сильно жечь, если ты не ответишь на мои вопросы. Почему ты был в Мортасии?

Его нижняя губа задрожала, явно не желая раскрывать информацию. - Маги. Они послали меня туда.

- Почему?

Сжав губы, он покачал головой.

От, должно быть, мучительного укуса скорпиона он стиснул зубы, и слезы потекли из уголков его глаз. - Вейн. Мортасианцы нашли вейн. Меня послали, чтобы подтвердить это и доложить.

- А Кадаврос? Он жив?

Его ноздри раздувались от тяжелого дыхания. - Вы спрашиваете меня о очень конфиденциальной информации. Я даже не знаю, кто вы такой.

- Мое имя не имеет значения. Отвечай на вопрос.

- Да. Кадаврос жив. И он знает о вейн.

- Магестроли солгали о его смерти. Почему?

- Я не могу ответить на этот вопрос. - Он заскулил, и, почувствовав очередной укус скорпиона, выдал крик, который Зевандер заглушил рукой.

- Я без колебаний выпотрошу тебя прямо здесь.

Крики мага сменились всхлипыванием. - Магестроли просто выполняли приказ.

- От кого?

- От Акмириоса.

- Он знал о вейне, когда они изгнали Кадавроса?

- Нет. Разведчики, отправленные в Мортасию, не сообщили о наличии вейна. Она мертва уже тысячелетия.

Погребена под горами ливерийцев. - Его тело задрожало, и Зевандер посмотрел вниз и увидел, что рука мага дико дрожит у его бока. - Человек по имени Морос обнаружил ее.

Упоминание его имени вызвало волну напряжения, поскольку Зевандер вспомнил о помолвке Мээвит с этим человеком. - И в каком состоянии находится Мортасия сейчас?

- Я не знаю. Я уехал вскоре после того, как узнал о вейне. Ходили... слухи о... мутациях. - Его лицо побледнело, на лбу выступил пот. - Ужасно деформированные существа.

- Ты был там, когда изгнали молодую девушку? Алейсею?

Его взгляд переместился на Маэвит, которая все еще носила маску. - Да.

— И ты видел, что с ней стало после изгнания?

— Я знаю… она появилась с Моросом. Его тело дернулось, и он выпустил стон. — Я не знаю, жива ли она.

— Но ты видел ее! — Маэвит наклонилась к нему, и Зевандер застонал.

— Я видел ее. Но я не знаю, какова ее судьба.

— И каков план Магестроли?

Его взгляд снова упал на Мээвит, и он выдохнул дрожащим дыханием.

— Не смотри на нее, — снова предупредил Зевандер, и маг снова посмотрел на него. — Ответь на вопрос.

— Уничтожить Кадавроса и укрепить Умбравале. Единственный способ достичь этого — заполучить септомир.

- Ты хотел, чтобы она тебя узнала. Почему ты думал, что она придет сегодня вечером?

В третий раз взгляд мага упал на Маэвит и задержался там слишком долго, по мнению Зевандeрa. Его ярость усилилась, и он перевернул нож в руке, приставив лезвие к глазу Анатолиса. - Еще раз. - Пальцами он надавил на глазницу, приоткрыв веко мужчины, и наблюдал, как его зрачки расширяются от страха. - Посмотри на нее еще раз, и с этой ночи единственное, на что ты будешь смотреть, — это бесконечная черная пустота раскаяния. - Его мышцы дрожали, когда он произносил эту угрозу, и хотя он не был склонен терять самообладание, что-то в взгляде Анатолиса беспокоило Зевандера с того момента, как он впервые заметил, что тот смотрит на нее.

- Я не был уверен, совсем не был. Я не верил, что она действительно перешла на другую сторону до этой ночи.

- Но ты знал, когда она прибыла сюда.

Маг зажмурил глаза, тяжело дыша носом, а его болезненно бледная кожа с каждой секундой становилась все белее. - Твоя сестра... Они подставили ее.

Безумная ярость пронзила мышцы Зевандера, и ему захотелось вырезать ему язык. - Как?

- Имена. Нет никакой леди Анадары или Сиварекис. Они знали, что Рикайя может читать мысли.

То есть, стражники сообщили им, как только Рикайя произнесла имена.

- Почему король не убил Кадавроса?

Анатолис закатил глаза и покачал головой. Он вздрогнул и выдал душераздирающий крик за ладонью Зевандера. Его тело сотрясалось от мучений. Крики продолжались, и Зевандер сжал губы еще сильнее.

- Скажи мне, и это прекратится! — прорычал он.

Но это не помогло. Зевандер вытащил скорпиона, который выполз из мантии мага, но Анатолис все еще кричал. Его глаза закатились, и он рухнул на колени. Красный, желеобразный кусок вылез из его рта, когда он задыхался, и вылился на землю.

Маевит вздрогнула и отскочила назад.

За первым куском последовал еще один, разбрызгавшись по мокрым камням.

Органы. Что-то атаковало его органы. Заклинание, чтобы он не мог говорить.

Анатолис упал лицом вниз, кровь сочилась из его губ.

- Скорпион убил его? — в голосе Маэвит слышалась дрожащая паника.

- Нет. Но это не имеет значения. Я все равно собирался его убить.

Зевандер опустился на колени рядом с магом и начал рыться в карманах в поисках порошка вивикантем.

Вдали раздался грохот, и он замер, обратив взгляд в сторону шума.

Он схватил Маэвит за руку и потянул ее обратно к входу в замок, где имперские гвардейцы мчались к воротам. Пламя перекинулось через каменную преграду, охватив палатки и солому, разбросанную по двору.

- Сельские жители! — крикнул один из гвардейцев. - Они атакуют!

Восстание.

- Что это? Что происходит? — спросила Маэвит, и Зевандер оглянулся и увидел, как вокруг нее снуют люди, а она подняла руки, чтобы защититься от их доспехов и оружия. Солдаты соласиона вместе с имперской гвардией направились к воротам, а гости «Становления» бросились в замок, чтобы укрыться.

Хаотичная суматоха толпы.

Зевандер поднял ее на руки и понес в замок, который был переполнен гостями, врывавшимися из двора. Пока она цеплялась за его шею, он искал Рикайю и Торрина и обнаружил их забаррикадированными в углу.

Быстрыми шагами Зевандер пробился сквозь толпу, держа Маэвит на руках, и подошел к ним. - Идите по коридору к западной башне и сделайте кливинг в Эйдолон. - Его голос едва слышался из-за шума криков позади них. Он осторожно поставил Маэвит на ноги.

- А как же ты? — крикнула Рикайя.

- Я должен найти Дорджана. Оставайся с Торрином. А теперь идите!

Трое пошли по коридору, как он велел, а Маэвит оглядывалась на него, пока Рикайя тащила ее за собой.

Зевандер выдохнул раздраженный вздох, обратившись к неуправляемой толпе. - Блядь.