Рикайя прикрепила серебряную цепочку к моей шее, прижав холодный металл к позвоночнику, где он доходил до середины спины. - Боги, Мэйв. Лучше молись, чтобы мой брат не увидел тебя… Это…» Она подняла амулет в виде скорпиона и снова опустила его на мою спину, напоминая мне о его наличии. - Что ж, я просто извинюсь за любое его неподобающее поведение.
Я смотрела на себя в ее зеркало: черные розы, выгравированные на роскошном шелковом жаккарде, лиф, затянутый на талии. Рукава с открытыми плечами элегантно обрамляли мою ключицу и плечи, а вырез был настолько глубоким, что вся моя спина оставалась обнаженной. - Ты уверена, что это не слишком? Мне кажется, что я почти не одета.
- В том-то и дело! - Рикайя стояла рядом со мной в своем кроваво-красном платье, лиф которого был вырезан так же низко, но, по крайней мере, рукава покрывали ее плечи. Несмотря на это, Рикайя, как обычно, выглядела потрясающе. - Ты выглядишь так, что хочется съесть.
Отведя волосы в сторону, я повернулась, чтобы посмотреть, смогу ли я увидеть глиф, который светился, когда я принимала ванну. Насколько я могла судить, там была только голая кожа.
- Что такое? — Рикайя наклонила голову, глядя на меня в зеркало.
- Я заметила что-то на левом плече, когда принимала ванну. - Я неловко указала на место, где я это видела. - Оно светилось, как глиф.
- Твой знак.
- Сигил?
- Символ твоей родовой линии. Он может быть где угодно на теле. У меня он на груди, но также и на затылке. - Она откинула волосы в сторону и потеребила пальцем это место.
- Почему он светился так?
Пожав плечами, она повернулась к кровати и подняла серебряно-черную маску с драгоценными камнями и сверкающими черными крыльями, обращенными вниз. - Моя светится, когда на нее падает лунный свет. Или когда я злюсь, боюсь. Или чувствую себя некомфортно. Ты говоришь, что была в ванне, когда это произошло? Помнишь, о чем ты думала в тот момент?
Мои щеки запылали от воспоминания о том, как я представляла себе руки и губы Зевандера на своей коже. - Ничего необычного.
- Может быть, жара воды, тогда. - Когда она надела маску на мое лицо, крылья закрыли мои глаза и торчали по обе стороны головы, но я все еще могла видеть. Украшенный драгоценными камнями грудной отдел насекомого покрывал переносицу, а его усики были направлены вверх, как два кривых рога.
- Что это? - Я провела пальцами по выступающим над головой рогам.
- Это гротескное изображение цикады, которая выбралась из подземного мира с посланием для оленя, убеждая его изнасиловать богиню плодородия.
- Почему я вообще могла бы мечтать об изображении этого?
- Потому что мы — отвратительное общество. И технически это также символизирует зарождение человечества. Богиня родила солнце и луну. Соласион и Лунасиер. - Она надела на лицо похожую блестящую черно-серебряную маску с крыльями, которая также закрывала ее глаза. Единственной видимой частью наших лиц были губы и челюсть. - Женщины носят маски цикад, мужчины — маски оленей.
- Я все еще считаю, что это отвратительная история.
- Согласна. Но могу заверить тебя, что празднества будут великолепными. А завтра я отвезу тебя в лес, как и обещала.
- Так что же именно происходит на этой церемонии становления? - Я провела пальцем по изящным рукавам с оборками моего платья, которые были настолько длинными, что почти касались пола.
- Король выбирает группу достойных мужчин и женщин, которые будут сражаться за ее девственность, по сути. Тот, кто выживет, получит право на нее на одну ночь. Сражение уже состоялось, и, к сожалению, как я уже упоминала, победил соласион, поэтому мы просто пойдем на прием.
- Как на свадьбу?
- Ну, нет. Между ними не будет брака.
Как бы отвратительным я ни считала этот ритуал, я не имела права его комментировать, поскольку пришла из мира, где мужчин и женщин сжигали за то, кого они выбрали любить.
Рикайя подняла с комода фиолетовую бутылочку и подняла ее. - Это для маскировки твоего запаха, — сказала она и вылила ее на меня. Как и раньше, она опустилась белым паром вокруг моего тела. - На этот раз я обещаю, что это не будет свиное дерьмо, но оно достаточно сильное, чтобы замаскировать и твою ауру. Пока ты никого не убьешь, все будет в порядке.
- Достаточно сильное, чтобы обмануть твоего брата?
На ее губах появилась застенчивая улыбка. - Лучше держаться от него подальше. Он исключительно хорош в том, чтобы проникать в суть моих уловок, но только потому, что живет со мной уже столетия. И, конечно, он обученный убийца.
Юмор иссяк во мне. - Он забрал много жизней?
- Ты хочешь правду? - В отражении зеркала она нанесла на губы ягодный оттенок помады. - Я даже не знаю. Он мне ничего не говорит.
Как должно было быть неприятно.
Когда девушка из моей деревни была затоптана на моих глазах, мне понадобились годы, чтобы это пережить, примирить мысли в своей голове, и я даже не пыталась специально лишить кого-то жизни. Зевандер, наверное, постоянно мучился.
Если только он не мучился. Я не могла понять человека, который совершенно не задумывался о своих убийствах.
На стук в дверь мы оба повернулись к ней.
- Рикайя? Маэвит с тобой? - Голос Долиона проникал сквозь дерево. - Я бы хотел поговорить с ней.
- Извини!
Я ее не видела! — крикнула Рикайя, а затем тихо фыркнула.
- Я обыскал весь замок, но не смог ее найти.
- А, может, она спит? Или купается, как некоторые из нас, когда не хотят, чтобы их беспокоили.
Долион прочистил горло. - Конечно, прошу прощения. Если увидишь ее, пожалуйста, передай, что я ее ищу.
Услышав его удаляющиеся шаги, я шлепнула ее по руке. - Ты ужасна. Мне плохо, что я так его обманула.
- Ты не обманула. Это я обманула. И ты забыла, что он обманул тебя первым?
Я рассказала ей о плане Долиона отвезти меня в Каликсар, пока мы одевались.
- А его ложь была гораздо ужаснее.
Это правда. Долион не только солгал, но и оставил меня в отчаянии.
- Давай. Пора оставить все эти несчастья позади и повеселиться. - Как и накануне, Рикайя нарисовала на стене линию, чтобы создать светящийся шов.
- На этот раз без огненных драконов, — сказала я, когда она просунула руку.
- Можно только молиться. Какая же это будет ерунда — пытаться бежать в этом чудовищном платье. Они схватят меня за задницу, прежде чем я пойму, что произошло.
На всякий случай я надела свисток, тот самый, который вызвал Райвокса. Рикайя пыталась убедить меня, что он нарушает простоту цепочки со скорпионами, но я настояла на своем. Мне нравилось иметь связь с ним.
Она прошла первой, я последовала за ней, и мы обе оказались в небольшом роще за каменной стеной, перед воротами которых стояло полдюжины стражников. Еще полдюжины стояли по обе стороны от них.
Счищая сухие листья с юбки, я спросила: - Почему бы просто не провести кливинг в бальный зал и не обойти стражников?
Она фыркнула.
- Ты знакома с защитными заклинаниями? В бальный зал не пройти. Нам повезло, что мы подобрались так близко.
Мы перешагнули через папоротник и подошли к воротам.
- Имена, — сказал охранник монотонным тоном, оглядывая нас с ног до головы.
С хихиканьем Рикайя положила руку на руку угрюмого охранника, когда тот наклонился, чтобы посмотреть на имена. - Леди Анадара и леди Сиварекис, — сказала она так легко и непринужденно, словно это были наши настоящие имена.
Он провел рукой по ее руке, и появился светящийся герб. Помахав пальцами, он призвал меня поднять руку, и когда я это сделала, он оставил ту же отметку.
Без единого слова он отошел в сторону и почтительно поклонился. - Дамы.
Она, должно быть, прочитала его мысли, когда он пробежал глазами по именам.
Я изучала странный знак, который не исчезал, когда я проводила по нему пальцем, и Рикайя положила руку на мою, остановив мое действие. - К концу вечера он исчезнет, — заверила она.
Мы вдвоем вошли в то, что, судя по конюшням, стоявшим сбоку, было, по-видимому, внешним двором. Огороженное стеной пространство было заполнено элегантно одетыми гостями, все из которых носили маски цикад и оленей, и я искала среди тех немногих, чьи лица я могла разглядеть, Зевандера. Однако вряд ли он открыл бы нижнюю часть своего лица. Я предполагала, что он будет единственным, кто не носит маски.
Крошечные язычки пламени мерцали в стеклянных шарах, развешанных по всему двору, между ними были развешаны фиолетовые и серебряные знамена, а с неба свисали соответствующие им ленты, которые развевались по ветру. Сбоку стояла огромная палатка с фиолетовыми, черными и серебряными полосами, по обе стороны от которой были две меньшие палатки, откуда доносился звук музыки, разносившийся над толпой. Я визуально поглощала мистически очаровательную атмосферу, глазами наслаждаясь каждой пленительной деталью.
Я была настолько очарована, что едва заметила лица в масках, которые поворачивались к нам, когда мы проходили мимо.
Когда мы переходили ров, мои изящные туфли стучали по камням моста. Я заглянула за край и увидела черного змееподобного зверя, ползущего под мостом. Задыхаясь, я напряглась, увидев его размер, и Рикайя схватила меня за руку.
- Это Корин. Держись подальше от края, — предупредила она.
Еще одна каменная стена охранялась солдатами. Рикайя подняла руку со светящимся знаком, и я сделала то же самое. Два охранника кивнули, пропуская нас.
Наконец мы достигли внутреннего двора, где собиралось еще больше гостей, и я оглядела великолепно ухоженные сады, белые статуи, стоящие среди высоких кустов, как призрачные звери, и красивый фонтан.
Еще одна фиолетовая и черная палатка была приоткрыта, и я смогла разглядеть внутри людей, одетых в сложные красочные облегающие костюмы, выполняющих завораживающие акробатические трюки. Там были факелоносцы, люди, одетые как куклы на нитках, фокусники и люди на ходулях, которые ходили среди толпы.
Воздух был наполнен ароматом медовухи и имбирных леденцов, жареных орехов и пикантных мясных пирогов — еды, которую я узнавала по нескольким ярмаркам и фестивалям, которые проходили в приходе Фоксглава. Очаровательная суматоха, которая поражала мои чувства, когда Рикайя вела меня по каменной лестнице, освещенной мерцающими факелами и рычащими горгульями, к огромным дверям, приоткрытым по обе стороны от трех стражников.
- Леди Анадара и леди Сиварекис, — сказала Рикайя, сделав реверанс.
Мужчина в серебряном парчовом пиджаке и брюках, надевший белую маску оленя, пропустил нас внутрь. - Представляю леди Анадару и леди Сиварекис!
Несколько голов повернулись, заставив мои нервы загореться, но большинство продолжали разговаривать. Спускаясь по лестнице в бальный зал, я наклонилась к Рикайе и прошептала: - Что будет, когда появятся эти двое гостей?
Ее губы изогнулись в улыбке. - Для них это будет очень неприятная ситуация.
Моя совесть отступила, когда она взяла меня за руку и повела в зал с мягким светом, слабо освещенный, с каменными колоннами и еще одним фонтаном. С потолка свисали виноградные лозы, обвивавшие канделябры, с которых висели красивые белые ленты и бриллианты. Зал был украшен белыми розами и сверкающими белыми ветвями в вазах, которые стояли как призрачные силуэты в темных углах.
Женщины в масках, одетые в мерцающие шифоновые ткани, груди которых были хорошо видны через тонкий материал, и мужчины, одетые только в маски и серебряные набедренные повязки, чувственно танцевали вокруг гостей. Некоторые из них танцевали друг с другом, движениями, которые напоминали мне ночь, когда я застала дядю Рифтина и Алейсею вместе, их бедра, прижимающиеся друг к другу, руки, лапающие друг друга. У меня перехватило дыхание, и в животе зашевелилось возбуждение, когда я смотрела на них.
Комната казалась разделенной на группы: с одной стороны стояли люди со светлыми волосами и бронзовой кожей, с другой — с темными волосами и бледной кожей.
- Соласионы и Лунасиры, — сказала Рикайя, словно прочитав мои мысли.
Возможно, так и было.
Я должна была помнить об этой ее раздражающей способности.
Она усмехнулась, отпустив мою руку. - Ты боишься, что я узнаю, о чем ты думаешь, когда увидишь моего брата.
— Я не думаю ничего подобного.
Когда она потянулась к моей руке, я быстро отдернула ее, и она засмеялась еще громче.
— Ну, тогда я не буду утруждать тебя, говоря, что я уже заметила тирана.
— Где? — спросила я, не желая звучать слишком нетерпеливо, но мой голос выдал меня.
- Единственное черное пятно в дальнем углу.
Я оглядела толпу, и хотя там было несколько человек, одетых в черное, мой взгляд упал на высокую фигуру, стоящую рядом с величественно одетым мужчиной в пурпурном и серебряном. Зевандер был одет в черный парчовый пиджак и брюки, и эта роскошная одежда делала его скорее аристократом, чем убийцей.
Полноразмерная маска оленя с рогами полностью закрывала его лицо — как и ожидалось, ни одна часть его челюсти не была видна. Странно, что, несмотря на то, что большая часть его лица была закрыта, я все равно могла сказать, что это он, просто по его жесткой позе и тому, как он стоял в стороне от толпы. Наблюдая. Всегда наблюдая. Меня охватило беспокойство: а не узнает ли он меня, если? Возможно, это беспокоило меня даже больше, чем маги, которые меня преследовали.
— Рядом с ним принц Дорджан. Следи за принцем, и ты всегда будешь знать, где Зевандер.
Я и так всегда знала, где он, настолько он отвлекал внимание в своем костюме и маске. — Он будет в ярости, если увидит, что я здесь.
- Так случилось, что у меня есть заклинание, которое может заставить его забыть свой гнев, — сказала она с улыбкой. - Если ты подойдешь ближе, просто прошепчи эти слова ему на ухо, и все будет забыто, обещаю.
- У тебя есть заклинание на все. - Я закатила глаза. - Ну, что это за заклинание?
- рапиуза'мей и рапелла'мей. Прости и забудь.
- Рапи-у-за-ме. А. Рапелла-ме, — произнесла я с гораздо менее элегантным акцентом.
- Достаточно близко. Прошепчи это, и я обещаю, он ничего не вспомнит.
- Поняла. Надеюсь, мне не придется его использовать. - Мне нужно было отвести взгляд, чтобы он не почувствовал, что я на него глазею. - А кто из них принцесса? — спросил я.
Она указала на другую сторону комнаты, где стояла молодая девушка в длинном белом платье с капюшоном, с мягкими коричневыми локонами. Ее лицо было единственным, не скрытым под маской, и я могла видеть, что ей было не больше пятнадцати лет. Ее выражение лица было мрачным, а то, как она ерзала, говорило о том, что она нервничала.
- Она такая молодая, — прошептала я.
- Да. Как и богиня.
- Это кажется таким неправильным.
- Пройдя через это сама, я могу с этим согласиться. Однако, если бы ты дала ей выбор прямо сейчас, она, несомненно, продолжила бы.
- Почему?
Рикайя вздохнула. - Потому что мужчины решили, что будущее рода — это исключительно бремя женщин. Если она откажется, то принесет позор и несчастье своей семье. И, конечно, весь город Костелвик сочтет это проблемой.
Человек в маске с подносом с бокалами для шампанского подошел к нам. Рикайя взяла два бокала с подноса и кивнула мне.
С небольшим колебанием я тоже взяла один бокал. - После вчерашнего вечера я не совсем уверена, что это разумно.
- Алкоголь, который я дала тебе вчера вечером, гораздо хуже. По сравнению с ним это практически вода.
Быстро понюхав, я отпила глоток игристого напитка, который наполнил мой язык восхитительным ароматом хрустящих яблок и легким оттенком корицы. - Мммм, — сказала я, проглотив его.
Среди толпы были люди в длинных пурпурных мантиях и черных масках, которые делали их всех похожими друг на друга, так как капюшоны скрывали их волосы.
Один из них прошел мимо, и я взглянула на него, заметив, что он смотрит на меня.
- Кто они? — прошептала я Рикайя.
- Магестроли. Маги короля, — ответила она небрежно.
Изучив их одежды, которые отличали их от других в зале, я кивнула. - И ты уверена, что эти маги, я полагаю, самые блестящие маги в вашем мире, не догадываются, что тот, кого они ищут, находится прямо перед их носом?
- Ты удивишься.
Самые блестящие умы могут быть невероятно невосприимчивыми. Пойдем, я тебе покажу. - Она взяла меня за руку и потянула за собой к одному из гостей в мантии, который стоял к нам спиной.
Вырвавшись из ее рук, я остановилась. - Это глупо. Если я буду здесь, я бы предпочла, чтобы об этом не знали все.
- Я пытаюсь успокоить тебя, чтобы ты могла насладиться вечером. Твой запах выдает тебя как человека, — тихо сказала она. - Они не обнаружат его.
- Но разве они не будут ожидать, что ты применишь уловку, чтобы скрыть его?
- Возможно. Но, к их несчастью, от этого зелья нет противоядия.
Нет пути отменить или нарушить его маскирующий эффект. А теперь пойдем.
Эта мысль подтолкнула меня бежать в противоположном направлении, когда мы приблизились к магу, который стоял перед картиной с изображением эфирного существа, держащего в ладонях два световых шара. Я вызвал в уме глиф, сосредоточившись на его отличительных деталях так сильно, как только мог, но странное чувство знакомости охватило меня, когда я изучала изображение на стене, и в желудке появилось тяжелое чувство ужаса.
В тот момент, когда маг повернулся к нам, стакан в моей руке выскользнул и чуть не упал на пол. Если бы не быстрая реакция Рикайи, это вызвало бы шум, который наверняка привлек бы к нам внимание. Вместо этого пролилось лишь немного.
Маг без маски посмотрел на Рикайю, а затем обратно на меня. - Отлично поймали, — сказал он с слишком знакомой улыбкой.
Писарь из Фоксглава. Тот, кто совал нос в дела деда и которого я снова видела на бранче с Моросом, когда он спросил о белых камнях.
К счастью, маска, казалось, хорошо скрывала мою личность и шокированное выражение моего лица.
- Дамы, вам нравится вечер? — спросил он.
- Конечно. Развлечения на высшем уровне! — Рикайя отпила из бокала и толкнула меня локтем.
- Конечно. - Хотя я смутно следила за их разговором, мои мысли были заняты возможностью того, что он знал, что случилось с моей сестрой. Писарь наверняка присутствовал при ее изгнании. Однако спрашивать об этом напрямую было бы глупо.
Судя по его одежде, он явно был одним из тех, кто меня преследовал. Возможно, он преследовал меня все это время.
Рикайя наклонила голову назад, чтобы посмотреть на картину. - Магекаи, бог алхимии и отец бессмертия.
- Да. Воплощение вечной жизни. - Маг оглянулся на картину. - Наш самый благословенный спаситель.
- Насколько я понимаю, он был полностью одержим богиней смерти. Разве он не заключил ее в тюрьму и не изнасиловал?
При упоминании богини я вынырнула из своих мыслей. - Морсана?
- Да. - Он улыбнулся мне в ответ и повернулся к Рикайя. - Некоторые так считают. В основном радикалы. Другие верят, что именно он спас ее. Говорят, что ее настоящим любовником был бог страха и разрушения. Дэймос.
- Разве он не был смертным? — спросила я, вспомнив историю, которую рассказала мне Аллора.
- До того, как его бросили в Сейблфайр, да. - Его взгляд снова скользнул по мне, задержавшись на свистке у меня на шее, а затем опустившись ниже. - Ваши маски великолепны. - Только его взгляд был прикован не к моей маске и не к маске Рикайя.
Я прочистила горло, пытаясь придумать что-нибудь умное, чтобы он рассказал мне о том, что произошло после того, как я сбежала в лес в ночь Изгнания. Но все, что я скажу, раскроет мою личность. Вместо этого я прикусила губу, чувствуя, как отчаяние пронзает меня. Возможность. Идеальная возможность узнать, видел ли кто-нибудь ее после этого, если кто-нибудь видел ее после этого.
Но я отказалась поступать глупо. Глупее, чем подойти к одному из магов, во всяком случае.
Подошел второй маг, на нем был капюшон и маска, так что его лицо было невозможно разглядеть. Паника забурлила в горле, когда двое из них оказались так близко, и я отвернулась, сосредоточившись на глифе пропульшира.
- Я вижу, ты завел друзей, Анатолис. - Глубокий, четкий голос человека в маске, а также уважительный поклон другого мага, намекали на его высокий статус.
- Боюсь, я не расслышал ваши имена. - Анатолис наклонил голову в ожидании.
- Леди Анадара и леди Сиварекис, — ответил другой маг. Его губы, открытые под маской, растянулись в улыбке.
Ты что, совсем пропустил их представление? - Он усмехнулся, похлопал Анатолиса по руке, и я посмотрела вниз, увидя кольцо из оникса на его пальце, с длинными черными ногтями в тон.
- А это наш уважаемый магистр Акмириос, — сказал младший маг.
- Какое милое украшение, моя дорогая. - Акмириос протянул руку к моей шее, но остановился, когда я прижала руку к свистку.
- Это семейная реликвия, — я улыбнулась натянуто. - Прошу прощения. Я очень бережно к ней отношусь.
- И правильно делаешь. - Магистр повернул кольцо на пальце. - Мое тоже семейная реликвия.
Третий мужчина подошел к нам, он был одет в белую тунику и черный плащ с фиолетовыми геральдическими украшениями.
По его величественному подбородку и выпяченной груди я понял, что он — авторитетная личность. Судя по его поведению, он был дисциплинированным человеком, возможно, военным, учитывая оружие, пристегнутое к нему.
- Капитан Зивант, вы уже познакомились с леди Анадарой и леди Сиварекис? - Мне показалось странным, как он произнес эти имена.
- Нет. - Капитан отвернулся с пренебрежительным тоном, но я заметила, как его бледно-синие глаза смотрели на меня из отверстий в маске. Он повернулся к писцу, стоящему рядом. - Вы хотели со мной о чем-то поговорить?
- Да. С вами и с Акмириосом. Если возможно, наедине.
Анатолис поклонился и улыбнулся, а затем ушел с Магелордом и капитаном в один из ближайших коридоров.
Инстинкт подсказывал мне последовать за ними, чтобы он не успел рассказать им что-нибудь о моем мире. Но вместо этого Рикайя вскрикнула рядом со мной, отвлекая меня от этой мысли.
- Это они! Цирк'Лунае! - Снова она резко дернула меня за руку, и я пошла за ней, пока она пробиралась сквозь толпу, а затем внезапно остановилась.
Темная фигура преградила нам путь, и дрожь страха пронзила меня, когда я посмотрела вверх на злые глаза, смотрящие на нас из-под полноразмерной маски, прежде чем эти глаза медленно пробежались по мне, как будто он оценивал мою одежду. Он схватил нас обеих за руки и потянул в угол комнаты. - Что, черт возьми, вы здесь делаете? — в голосе Зевандера слышалась ярость, и хотя это должно было напугать меня, я почувствовала странное возбуждение.
Рикайя вздохнула. - Это была ее идея.
Я резко повернулась к ней, и маска чуть не слетела с моего лица.
- Ты же меня знаешь, брат. Я бы предпочла провести всю ночь запертой в этой безжизненной гробнице-замке. Но она настаивала.
Я сердито посмотрела на нее, но Зевандер явно не был убежден, поскольку отпустил меня, чтобы оттащить сестру подальше.
- Ты сошла с ума? - Хотя их разговор был тише, чем раньше, я все еще могла различить его среди гула голосов за моей спиной. Он взглянул на меня, задержав взгляд на мгновение, прежде чем снова повернуться к ней. - Магестроли ищут ее, и что еще хуже, ты привела ее прямо к капитану чертовой Имперской гвардии! О чем ты думала, Рикайя!
- Они понятия не имеют, кто она! Капитан разговаривал с нами, не проявляя ни малейшего интереса к Маэвит.
- Они не играют в очевидные игры. - Его глубокие, раздраженные вздохи проникали сквозь маску на его лице. - Ты сейчас же отведешь ее обратно в Эйдолон.
- Ты знаешь, что мы не можем уйти до церемонии, брат.
Не глупи. Охранники следят за всеми, кто приходит и уходит. Это привлечет больше внимания, чем если мы останемся. Никто не уходит до «Становления.
Он сжал ее сильнее. - Тогда ты уйдешь после. И не будешь приближаться к другим магам. Ясно?
Учитывая, насколько он был взбешен, я не понимала, почему Рикайя не использовала заклинание, которому она меня научила несколько минут назад.
- Да. Больше никаких встреч с магами. Уходи после церемонии. Проведи еще одну скучную ночь дома. Поняла.
- Заклинание, — прошептала я, наклонившись в сторону, чтобы привлечь ее внимание, но она даже не взглянула на меня, ее сердитые глаза были прикованы к брату.
- Если с ней что-нибудь случится, клянусь богами, Рикайя...
- Разве ты не должен быть с принцем?
Он рыкнул и оттолкнул ее руку.
Взволнованная, я подошла к нему, подбирая платье, чтобы не споткнуться при быстром шаге, и, поднявшись на носки, положила руку ему на плечо.
Его мышцы напряглись под моей ладонью.
Рикайя бросилась ко мне. - Маэвит, подожди...
- рапиуза'мей и рапелла'мей, — прошептала я ему на ухо, насколько позволяли наши маски, и отступила назад, чтобы понаблюдать, надеясь, что произнесла правильно.
Он вздрогнул и откинул плечи назад. Когда он повернулся ко мне, я взглянула на Рикайю, которая стояла, прижав пальцы к губам, словно пытаясь сдержать улыбку. - Ты пила? — спросил он, и этот вопрос заставил меня задуматься, не сказала ли я не те слова или не забыла ли их совсем.
Жар унижения разлился по моим щекам, и я прочистила горло, сделав еще один шаг назад. - Неважно.
Не тратя на него ни минуты, Рикайя неспешно подошла ко мне, взяла меня за руку и потянула за собой. Не отрывая взгляда от Зевандера, который смотрел на меня, я повернулась, чтобы последовать за ней, и заметила, как его плечи расслабились, сжатые кулаки разжались, а ярость, которая еще мгновение назад бушевала в нем, улетучилась.
Словно он заметил скорпиона, висящего у меня за спиной. Или, может быть, я все-таки правильно произнесла слова.
- Клянусь, он получает садистское удовольствие от того, что делает меня несчастной. - Было интересно, как она постоянно воспринимала его как угрозу своей безрассудной поступке, так же, как, вероятно, Алейсея воспринимала меня.
- Или, может быть, он очень заботится о тебе.
- Если бы он так заботился, он бы не запер меня в этом ужасном месте.
- И ты все еще считаешь нужным держать нас вместе? - Я задалась вопросом, были ли наши общие черты очевидны для нее.
- Забавно видеть, как его так провоцируют. А ты, дорогая Маэвит, провоцируешь его. - Через толпу она повела меня к мужчине с черными волосами, зачесанными назад, и лицом, раскрашенным в серебристый и фиолетовый цвета.
Он тоже был одет в облегающий костюм черного, фиолетового и серебристого цветов. Гости собрались вокруг него, а он выполнял странные изгибы тела, сгибаясь и выгибаясь в положениях, которые казались невозможными.
Свет в бальном зале померк, и гости одновременно ахнули, когда над их головами что-то зашевелилось. Я подняла глаза и увидела ленты, падающие с куполообразного потолка и парящие над полом.
Два мужчины в облегающих костюмах — один с узором снежного барса, другой с радужными зелеными чешуйками — висели на веревках вверху. Оба спустились по ним, и я затаила дыхание. Несколько криков из зала эхом разнеслись по тихой комнате. Мужчины остановились примерно в шести метрах от пола, где они висели, подвешенные на фиолетовых и черных веревках.
Мужчина в зеленом костюме держал в руке стакан с огнем, который он удерживал на ладони, балансируя, пока кувыркался и кружился в длинных лентах. Мужчина в костюме с леопардовым узором кружился в лентах с невероятной скоростью, от которой у меня закружилась голова, когда я завороженно смотрела на него.
Мужчина в кругу под ними наклонился назад, что выдвинуло его пах вверх, привлекая внимание к огромному выступу между его стройными бедрами. Некоторые гости шептались и хихикали между собой.
- О, боже, — сказала Рикайя рядом со мной, явно очарованная этим, также уставившись на него.
Пока они разглядывали его анатомию, я огляделась в поисках Зевандера и почувствовала легкое потягивание за руку. Когда я повернулась обратно к кругу, акробат стоял передо мной, изгибая свое тело так, что я вздрогнула. В своем болезненно изуродованном виде он каким-то образом сумел просунуть руку в узкий воротник рубашки и вытащил черную розу с серебряными краями.
Нахмурившись, я уставилась на цветок, который соответствовал тому, что я обнаружила в книге, которую мне дал Долион.
Выпрямившись, он встал и поклонился, передавая его мне, и я с неохотой приняла его.
Толпа зааплодировала, и акробат провел ладонью по моему животу, задержав взгляд, когда он уходил.
- Что ж, тебя, похоже, трудно игнорировать, — усмехнулась Рикайя, и когда мимо прошел другой слуга, она поменяла пустые кубки на два новых, только что наполненных напитками, один из которых она протянула мне.
Музыка заглушила шум голосов, и Рикайя бросилась вперед, махая мне рукой, чтобы я следовала за ней к огромной поляне. На мгновение у меня заурчало в животе, и я подумала, что мы собираемся стать свидетелями церемонии становления, когда принцесса Калиса вышла на середину поляны. Ее брат подошел к ней, поднял ладонь к ее ладони, и они начали танцевать.
- Поскольку он олицетворяет будущее, Дорджан будет тем, кто отдаст ее, — прошептала Рикайя рядом со мной.
Другие из толпы присоединились к принцу и его сестре, образовав линию синхронных движений, которые гармонировали с музыкой. В тусклом свете, который сохранялся после акробатического номера, комнату окутала чарующая соблазнительная атмосфера. Чем больше людей присоединялось, тем больше заполнялась поляна, пока я едва могла разглядеть другую сторону, где стоял Зевандер. Линия разбилась на пары, которые танцевали друг с другом.
Сквозь просветы в толпе я увидела, как принц помахал рукой в сторону угрюмого мужчины, который сначала поднял руку, чтобы отказаться, но принц, казалось, настаивал, приглашая его в круг. Мое сердце затрепетало при виде его в черной куртке и бриджах — тени в толпе. Волк в березовом лесу.
Зазвучала новая песня, барабаны которой стучали в моей груди чувственным ритмом, так сильно, что вибрировали мои легкие.
Взгляд Зевандера упал на меня, и он щелкнул пальцами, приглашая меня к себе.
- Знаешь, как скорпион выбирает себе пару? — прошептала мне на ухо Рикайя. - Promenade à deux. Приглашая ее на танец.
Мои мышцы дрожали, когда я передала ей розу и прошла через толпу к нему. С одной стороны, я была удивлена, что он позвал меня, поместив меня в центре комнаты со всеми. С другой стороны, это имело смысл. Все меньше людей стояли на окраине, так как все больше гостей присоединялись к танцу, что в конечном итоге привлекло бы внимание ко мне.
- Я не знакома с этим танцем, — прошептала я, оглядываясь в поисках подсказки и наблюдая за другими. Рикайя показала мне только вальс, а этот танец был гораздо более соблазнительным.
- Следуй за мной. - С этими словами он обнял меня за талию, а другой рукой взял меня за руку.
Я успела несколько раз наступить ему на ботинки и чуть не упала назад, но он крепче обнял меня и мягко направил мои движения.
- Я понимаю, что ты хотел отправить меня в Каликсар, — прошептала я, оглядываясь на других, чьи движения напоминали мне сражение между парами, кружащимися, тянущими и толкающими друг друга.
- Там ты была бы в большей безопасности. Гораздо в большей, чем сейчас.
- Что может быть безопаснее, чем танцевать с ассасином короля? - В моем шепоте слышалось легкое раздражение, но он не проявил никакой реакции. - Ты благословил мое уход. Ты, должно быть, действительно хочешь, чтобы я уехала из Эйдолона.
- Нет. - Он наклонил меня назад, его лицо в маске оказалось низко у моей шеи. - Но ты явно не имеешь представления о том, что тебя здесь преследует, — сказал он, снова выпрямляя меня. - Иначе ты не была бы так глупа, чтобы прийти сюда.
- Прости. Я не хотела действовать за твоей спиной.
- Это не ты должна извиняться.
- Но ты злишься на меня. - Мы кружили друг вокруг друга, ладони соприкасаясь, и он остановился, чтобы снова наклонить меня. - Я чувствую это.
- Ты выучила новый глиф, чтобы это почувствовать? - Он развернул меня, и мы поменялись ладонями.
- Я ничего не выучила с тех пор, как ты решила игнорировать меня. - Я провела пальцем по его груди, кружась вокруг него, как другие женщины со своими партнерами. Украв мгновение, чтобы понаблюдать за одной из танцовщиц в шифоновом платье, исполнявшей движения гораздо более чувственно, я добавила в свои шаги немного больше покачивания и неторопливости.
Когда я вернулась вперед, он притянул меня к себе, как и другие мужчины. В отличие от них, он впился в меня пальцами, крепко прижимая к своей твердой груди. - Я зол на тебя. - Глубокий тембр его голоса загудел в моем ухе, и он развернул меня, не отставая от других пар. - За то, что ты надела это платье. За то, что ты выглядишь так болезненно изящно, что привлекаешь внимание всех. Включая мое. - Все еще держа одну руку на моей талии, мы подняли другую над головой и смотрели друг на друга, вращаясь.
Между нами витала странная, магнетическая энергия. Наши взгляды встретились, и его выразительные глаза, видневшиеся сквозь отверстия в маске, как-то странно оголили меня. Словно я была единственной в комнате. Единственным объектом его внимания.
Невысказанное желание, скрывающееся на периферии, сгущало воздух и заставляло мое сердце биться чаще, заставляя меня отвести взгляд. - Я сказала Рикайе, что это слишком.
Но она поклялась, что я впишусь. Она замаскировала мой запах и ауру. - Да, она так и сделала. Я почти не чувствую твой запах, но все равно знал, что это ты. - На этот раз он обхватил меня обеими руками и наклонил голову к изгибу моей шеи. - Ты не способна вписаться, Маэвит. - Мы снова оказались ладонь к ладони, повторяя те же шаги, что и раньше.
- А скорпион?
- Мне нравится, как он ощущается на моей спине.
Он скользнул рукой к моей пояснице, и мой живот затрепетал от нежного прикосновения его пальцев. - Я проклинаю Рикайю за то, что она привела тебя сюда. И все же мысль о том, что я никогда не увижу тебя в этом платье, сама по себе мучительна.
Как и раньше, я провела рукой по его груди, обнимая его. - Тогда ты прощаешь меня?
Он прижал мое тело к себе, моя спина прижалась к его груди, его руки крепко обхватили меня. - Да, если ты не будешь разговаривать с другими, пока ты здесь.
- Но есть один человек, с которым я очень хочу поговорить. Маг без маски, с которым мы разговаривали раньше. Анатолис. Я его знаю.
Не сбавляя шага, он быстро оглядел комнату. - Он тебя узнал?
- Нет. Не думаю.
- Тогда почему ты так интересуешься им? - Сложив руки над нашими головами, я почувствовала, как его крепкий захват почти раздавил мои руки.
- Будь я более проницательной, я бы предположила, что это тебя беспокоит. - Я повернулась к нему, затем отвернулась, сжав ладони, и улыбнулась, представляя себе гнев в его выражении лица в тот момент. Флиртовать не было в моем характере, но Зевандер с его явным раздражением сделал это почти без усилий. Жаль, что я не могла видеть его лицо. - Он красив, но не угрюм.
- Если тебе нравятся парни, которые едва могут поднять свой меч, — пробурчал он. - Слова, которые ты шепнула мне раньше. Где ты научилась так говорить?
Опустив взгляд, я сжала губы, не желая выдавать ее.
- Без сомнения, это Рикайя, — без юмора сказал он, и мы перехватили ладони, шагнув в противоположном направлении. - Ты никому больше этого не говорила, правда?
Смущенная, я нахмурилась. - А зачем мне это?
Уголки его губ изогнулись, словно он хотел улыбнуться, и он притянул меня ближе, его власть над мной стала еще более очевидной, когда он прижал меня к себе обеими руками. - Этот юный маг, о котором ты упоминала ранее. Что тебя в нем интересует?
Я усмехнулась и обошла его. - Он писец в Фоксглаве. Я была на обеде с мистером Моросом, и он там был.
Он повернул голову в сторону, когда я снова обошла его. - Кто такой Морос?
- Это тот, с кем я была обручена. Тот, кому меня продала моя мачеха.
Он изрыгнул из горла рычащий звук и обнял меня. - Вы соединились?
- Соединились? - При мысли о том, что я могу быть супругой Мороса, у меня в горле поднялась кислота. - Нет. Я сбежала. В лес. Но Морос имеет шахты в Ливерии, и он утверждал, что наткнулся на пропасть, заполненную белыми камнями.
Зевандер замер. Схватив меня за руку, он оттащил меня с танцпола и прижал к стене. Недалеко от нас две полуобнаженные танцовщицы, казалось, были поглощены собой, их тела двигались в ритме секса, пока Зевандер прижимал меня к стене.
- Как выглядели эти камни? — спросил он, его голос был настойчивым, но тихим, явно не желая, чтобы нас кто-нибудь услышал.
- Ты их видела?
- Да. Они были белые и блестящие. У него было два, но он отдал один капитану, и тот превратился в ужасное существо. Другой он отдал монстру в лесу.
Его мышцы напряглись вокруг меня. - Ты узнала Анатолиса?
- Да.
- Тогда я поговорю с ним.
- Я пойду с тобой.
- Ты не сделаешь этого, — прошипел он, и даже через маску я могла сказать, что он стиснул зубы. - Останься с Рикайей, пока не начнется Становление, а потом ускользни. Никто не заметит, что вы ушли.
Я наклонила голову в сторону, глядя мимо его массивного тела, и увидела, как Рикайя танцует с мужчиной. - Разве я не буду в большей безопасности с тобой?
В поле моего зрения эротические танцоры двигались все быстрее, и я обернулась и увидела, что набедренная повязка мужчины была поднята. Я быстро отвернулась, поняв, что они на самом деле занимаются сексом недалеко от того места, где мы стояли. Горячий румянец покрыл мое лицо, и, как будто заметив это, Зевандер на мгновение уставился на меня, его грудь поднималась и опускалась. - Хорошо. Ты пойдешь со мной, но ни слова не говори.
- Я не скажу ни слова, если ты спросишь об Алейсии.
- Это означало бы, что мне придется убить его.
- Что? Почему?
- Потому что, спросив его о ней, я заставлю его думать о тебе.
- Никто из нас не знает его мотивов. Думать не значит говорить.
- Мысли можно извлечь с помощью опытного мага.
- Даже прошлые мысли?
- Даже прошлые мысли. Но я подозреваю, что он не переставал думать о тебе с тех пор, как увидел тебя в этом платье. Соединение тебя с Мортасией создает слишком сильную связь.
Я вздохнула. Хотя его рассуждения были логичны, я, конечно, не имела намерения, чтобы этот человек стал причиной смерти другого. - Я должна знать, Зевандер. Это убивает меня.
Он провел большим пальцем по моим губам и по подбородку так, что это показалось интимным, ласковым. - Принца скоро сопроводят в его покои. Тогда у меня будет возможность ускользнуть.
- Ты говоришь об этом так, как будто это скандал.
Он опустил руку с моего лица, только чтобы обхватить меня за талию властным жестом. - Вернись пока к Рикайе, - приказал он, игнорируя мой комментарий. - Я попрошу Торрина присмотреть за вами обоими.
Стоны, доносившиеся сбоку, заставляли меня заглянуть, но я отказалась.
Словно почувствовав мое искушение, он взглянул на них и обратно. - Тебе неудобно?
- Я бы не назвала это неудобством, как таковым. - Я проглотила комок в горле. - Как ты можешь быть таким бесстрастным?
- Я бы не назвал себя бесстрастным. - Он опустил взгляд и оттолкнул меня, освободив от своего мускулистого объятия и жадной хватки. - Я найду тебя после церемонии.
Когда Зевандер удалился, на его пути появилась женщина в золотых доспехах, ниже ростом, но столь же мускулистая. Судя по ее длинным солнечным локонам и бронзовой коже, она явно была соласионом.
Его спина напряглась, что было видно даже через плотную куртку.
Женщина улыбнулась, и Зевандер прошел мимо нее. Когда ее взгляд встретился с моим, я поспешила к Рикайе, которая разговаривала с принцессой.
- Ах, принцесса, это леди Анадара. - Рикайя взяла меня за руку, и я постаралась не показать, что она представила меня под неправильным именем.
Я никогда раньше не встречалась с членами королевской семьи и не знала, как ее приветствовать, но я сделала реверанс, склонив голову, на что она ответила доброй улыбкой.
- Очень приятно познакомиться с вами. Рикайя очень высоко отзывалась о вас, леди Анадара. - Ее нежный голос едва слышался на фоне неприятных разговоров вокруг нас, что еще больше напоминало мне о ее невинности.
Очевидно, она была гораздо ближе с Рикайей, чем я первоначально предполагала, обращаясь к ней по имени. В моем мире принцесса была недосягаема и редко появлялась на публике. Теперь стало понятнее, почему Рикайя хотела присутствовать на церемонии.
- Мне очень приятно. - Я улыбнулась, немного нервничая после встречи с Зевандером. - Я не знала, что вы с Рикайей были близкими друзьями.
- Она была назначена присматривать за мной, когда мы были моложе. Что-то вроде няни, но ужасной. - Принцесса Калиса хихикнула. - Думаю, чаще всего за ней присматривала я.
Рикайя толкнула ее локтем и улыбнулась. - Скажи, что у нас не было лучших приключений, и ты солжешь.
- Я скучаю по тем невинным приключениям. - Улыбка на ее лице исчезла, и я снова вспомнила о предстоящем ритуале. - Ты будешь здесь на церемонии?
- Конечно. Я не пропущу ее, — солгала Рикайя.
Или, возможно, она солгала мне.
- Хорошо. Мне будет спокойнее, зная, что рядом будет знакомое лицо. - Она поцеловала тыльную сторону ладони Рикайи. - Боюсь, мне нужно пойти пообщаться с гостями. - С этими прощальными словами она ушла.
- Мы уйдем до начала церемонии. - Рикайя наклонилась ко мне и тихо сказала: - Просто позволь мне показаться, чтобы она знала, что я здесь. - Торжественность в ее голосе говорила о том, что она тоже чувствовала себя неловко из-за церемонии. - Как только она начнется, я сомневаюсь, что она будет обращать внимание на кого-либо из толпы.
- Я до сих пор не могу поверить, что бедная девочка будет вынуждена делать это на публике.
- Как прошло твое первое?
Я отвлеклась от нее и прочистила горло.
- У тебя не было первого, да? Тогда, возможно, мой брат не самый подходящий для тебя. Я слышала от других в борделе, что он может быть немного грубоват.
- Может, поговорим о чем-нибудь другом? - Оглядев комнату, я боролась с любопытством, которое вызвал ее комментарий. - Он ходит в бордели? - Не то чтобы в этом было что-то плохое. Просто Зевандер не производил на меня впечатления человека, который теряется в легкомысленных утехах секса.
Она пожала плечами и посмотрела на толпу. - В основном во время лунного цикла. Насколько я понимаю, давно не был.
- Лунный цикл?
Она вздохнула и покачала головой. - В это время лучше держаться от него подальше. Если думаешь, что он сейчас ворчливый, то ты не видел его, когда пересекаются две луны.
Все еще не понимая, о чем она говорит, я нахмурилась. - Почему он должен быть раздражительным?
- Представь, что твое тело настаивает на том, чтобы трахаться больше времени, чем не трахаться. Все мужчины Лунасира страдают от ужасного лунного цикла, поэтому у нас такое многочисленное население и гораздо больше ниливиров, чем в любой другой стране. - Она подняла кубок. - Лучший план природы, — сказала она и отпила из своего бокала. - Хочешь попробовать впервые?
Я отшатнулась от этого вопроса. - Что? Ни за что. Что это значит?
- Мужчины в набедренных повязках предлагают себя всем, кто может… возбудиться.
- Возбудиться от молодой девушки, которую заставляют спать с мужчиной на глазах у сотен людей? Это отвратительно.
- Люди отвратительны. Но твои мотивы будут другими.
- Я не чувствую в этом необходимости, но спасибо за заботу.
Рикайя усмехнулась и отпила из своего кубка. - Я видела, как он загнал тебя в угол. Зачем?
- Маг, с которым мы разговаривали ранее. Анатолис. Я видела его. В Мортасии.
- Ты серьезно?
- Очень. Твой брат собирается поговорить с ним.
- Мой брат собирается убить его. Запомни мои слова.
- Зачем? - Он, конечно, угрожал этим, но мне было любопытно узнать, почему она так думает.
- За то, что он так на тебя посмотрел.
- Как он мог... - Но мне пришло в голову, что это вполне возможно. На самом деле, вполне возможно, что Зевандер заметил нас в тот момент, когда мы вошли.
- Ничто не ускользает от моего брата. Поверь мне.
- Тогда, по этой логике, ты знала, что он найдет нас здесь, и все это было игрой из мести?
Она усмехнулась. - Ты переоцениваешь меня, но не совсем не права. Он действительно настоял, чтобы мое имя было удалено из списка гостей, — проворчала она.
- Ну, это был всего лишь взгляд. Безобидный.
- Это был не безобидный взгляд, Мэйв. Это было выражение «я хочу сорвать с тебя это платье и трахнуть тебя до беспамятства.
Если я это заметила, то можешь быть уверена, что Зевандер тоже заметил.
— Почему ты так уверена, что твой брат думает обо мне именно так?
— Я знаю его всю свою жизнь, и хотя многие женщины ему нравятся, я никогда не видела, чтобы он вел себя так, как с тобой. Зевандер известен своей резкостью, холодностью и абсолютной бессердечностью. Но с тех пор, как ты появилась, я увидела в нем сторону, о существовании которой не знала.
- Я думаю, это отвращение. Брезгливость. Ненависть.
Она вздохнула и взяла меня под руку. - Я думаю, это называется вожделением и сильным влечением, но что я знаю? Я всего лишь его надоедливая младшая сестра, которая живет с ним почти два века.