Сквозь густой белый туман Зевандер и Казимир вглядывались в болото из мертвых деревьев, где вдали на ветхом каменном холме возвышалась страшная крепость Корвус. О замке, брошеном задолго до появления Зевандера, было известно не много. Ни один маг-писц не осмелился бы исследовать его историю, как и историю небольшой деревни, расположенной внутри его разрушающихся стен, окружающих периметр, несмотря на то, что там обитали кровожадные карнификаны.

- Будем идти пешком, — сказал Зевандер, спешившись с Обсидиана. Густой ил служил естественной ловушкой, которую карнификаны использовали, чтобы съесть лошадей заживо. Не то чтобы это было менее опасно для двух Леталиш, но по крайней мере они могли защитить себя. Помимо хрустящих зубов, у Обсидиана не было ничего, чем он мог бы защититься, в то время как карнификан разрывал его плоть длинными, отросшими когтями и заостренными зубами.

- Что скажешь, девять стадий? — спросил Казимир, привязывая свою лошадь к ближайшему дереву, вне поля зрения.

— Я бы сказал, что да. Мы должны успеть до наступления ночи.

Оба отправились к подножию холма, где умирающая трава встречалась с глубокой, мутной водой глубиной в фут. Белый пар висел над пигвогскими лилиями, собравшимися на поверхности, а зловоние эфира и гниющей листвы смешивалось с неприятным запахом, который напомнил Зевандеру канализацию в Лачуге.

С первым шагом его кожаные сапоги погрузились до икр. К счастью, калигосская кожа не пропускала ни капли, хотя и имела тенденцию немного сжиматься, когда намокала, сдавливая ногу при каждом шаге.

- Ну, это будет веселое путешествие на девять стадий. - Комментарий Казимира заставил Зевандера улыбнуться, и он продолжил идти, а вода поднималась все выше.

- Надеюсь, ты планируешь заставить его помучиться.

Зевандер вздохнул, вспомнив, что еще не проинформировал своего коллегу-убийцу. - Мы не будем его убивать.

- Прости? Трудно расслышать что-то из-за шума брызг грязной воды вокруг меня. Мне показалось, ты сказал, что мы не будем его убивать.

Зевандер лишь оглянулся через плечо и увидел, как Казимир неуклюже шатается по мягкой грязи. - Я отвезу его в подземелья Эйдолона.

- Но король приказал казнить его. Так мы получаем деньги. Так мы спасаем свои головы.

- Да, так мы получим деньги. Будем в долгу у короля за преступление, которого мы не совершали.

- И как спасение этого мага изменит ситуацию?

- У него есть кровавые камни для септомира. - Вода по колено замедлила их шаги, а грязь стала гуще, поглощая ботинки Зевандера с каждым шагом.

- Кровавые камни? Те, которые собирать совершенно незаконно, потому что для этого требуется магия, полностью запрещенная имперским законом?

- Именно те. - Ботинок Зевандера провалился в мягкую яму, и он зацепился руками за колено, чтобы поднять его из всасывающей почвы. - Он может сломать это проклятие. Камни гораздо сильнее пламени.

- Это будет фантастически, пока король не узнает об этом, и нас не казнят. А как насчет того, чтобы привести его обратно в тот самый замок, где ты установил защиту, чтобы никто не мог войти? Ты доверяешь этому мошеннику-магу, известному, кстати, как сумасшедший, в присутствии твоей сестры?

Это был вопрос, над которым он размышлял всю дорогу до крепости Корвус. Зевандер постарался защитить свою сестру и свой дом, но он был бы проклят, если бы позволил магу уйти так легко, не выполнив свою часть сделки. - Он будет жить в подземельях. Я закую его в медные кандалы. - Единственный элемент, который, как известно, ослабляет мага.

- Он относительно безвреден, но после этого будет бесполезен.

- Безвреден… пфф. Он был членом Магестроли. Самым могущественным из магов короля.

- Шшшш. - Зевандер резко остановился, навострив уши, уловив слабый шум воды. В тот момент, когда он отбросил плащ и потянулся за мечом на спине, широко размахнувшись, из воды выскочила черная змея, оскалив клыки. Ее огненный язык лишь слегка коснулся его щеки, прежде чем клинок вонзился в ее плоть, прорезая ее так легко, словно ее кости были жидкими.

Верхняя половина змеи упала в болото, брызнув ему в лицо гнилой смесью крови и грязи. Вытерев лицо, он обернулся и увидел, что Казимир погружается в воду, которая теперь доходила ему до бедер. До бедер.

Зыбучий песок.

- Черт! - Казимир балансировал и качался на месте, махая руками, пока грязь тянула его все глубже. До пояса. До груди.

Зевандер протянул руку, прежде чем Леталиш полностью погрузился под воду. Вложив в это все свои силы, с дрожащими мышцами, он с такой силой дернул Казимира за руку, что другой Леталиш выскочил из воды с криком.

Наклонившись вперед, он кашлянул, выплюнув из рта мутную болотную воду.

Он взглянул вверх. - За тобой!

Зевандер резко обернулся, все еще держа меч наготове, когда два карнификана рычали и прыгали по воде, направляясь к ним. Легкость, с которой они пересекали болото, указывала на то, что они регулярно охотились на этих землях.

Кроваво-красные глаза, морщинистая и обветренная кожа белого цвета, плоский нос и губы, которые, казалось, были откушены, обнажив острые зубы — было трудно поверить, что когда-то они были нормальными гражданами, живущими своей обычной жизнью. Любое подобие их прежнего «я» скрывалось под маской дикости.

Зевандер поднял ладонь, мысленно нарисовав глиф аериз, и вытянул руку вперед. Взрыв воздуха отбросил карнификанцев назад, и они упали в грязь. Еще двое продвинулись вперед, но прежде чем Зевандер успел взмахнуть мечом, скорпионы, выжженные на его теле, поднялись черным дымом, приняв форму гигантских зверей. При ударе жала скорпиона один из карнификанцев протянул руку и схватил тонкий металлический наконечник жала в ладони.

- Что за хрень? - Зевандер никогда не видел ничего подобного.

Карнификан раздавил его, и скорпион задрожал и зашипел, а затем ударил хвостом другого карнификана, который взорвался от удара. Второй скорпион ударил первого карнификана по шее. Тот издал высокий визг, который Зевандер заглушил ударом своего меча.

Услышав рык сзади, Зевандер обернулся и увидел белый дым, поднимающийся из ладони Казимира, чьи глаза были ледяно-голубыми. Он направил туман на трех приближающихся Карнификанов, и все трое резко остановились. Замерзшие. Тонкие струйки красного рассыпались под их кожей, когда их вены превратились в лед. Их плоть разорвалась, разрывая их тела на мелкие кусочки, которые с всплеском рухнули в воду.

Скорпион с раздавленным жалом свернулся в черный дым, и из него появился новый скорпион, его жало блеснуло, прежде чем вонзиться в живот приближающегося карнификана.

Вдали Зевандер заметил еще дюжину, прыгающих к ним своими тревожными прыжками, которые едва разбрызгивали воду. Казимир выпустил еще один поток белого дыма над поверхностью болота, который превратил его в лед вокруг их бледных костлявых ног. Пока карнификаны извивались и рычали, безуспешно пытаясь освободиться, скорпионы Зевандера нанесли удар, металл разрезал их тела пополам.

В течение нескольких минут все карнификаны лежали в куска по всему болоту.

Сдерживая силу своих печатей, два Леталиш стояли, тяжело дыша, а сердце Зевандера колотилось в груди. Призыв силы Сейблфайра истощил его энергию и оставил его без сил. Тем не менее, двое продолжали идти, пробираясь через оставшиеся три стадии грязных болот, без дальнейших происшествий, пока наконец не достигли твердой земли замка.

К сожалению, те несколько карнификанов, которых они встретили в болоте, были лишь небольшой частью сотен, которые, как полагали, обитали в Крепости Корвус.

Справа лежали, по-видимому, опустошенные остатки грудной клетки и кости ног, размер которых указывал на то, что жертве было не больше десяти лет. Спиндинг ребенок, предположил Зевандер. По мере приближения к замку, во дворе лежали еще больше костей, их вид был неразличим в этой куче.

— Не могу сказать, что после этой чертовой прогулки я случайно не убью этого сумасшедшего старого мага. — Казимир счистил кусок грязи, присохший к его кожаной тунике.

— Ты ничуть не впечатлен тем, что он выжил? Как Долион смог совершить такой подвиг, оставалось загадкой. Хотя его сила оттачивалась на протяжении нескольких столетий, в старости ему не хватало физической силы.

Казимир застонал и ударил каблуком ботинка по мертвой траве, с которой соскользнула еще больше влажной грязи.

Запах смерти и разложения висел у него в горле, когда Зевандер пересек двор и направился к полуразрушенной двери замка, которая была приоткрыта.

Оба прошли через скрипучие железные двери в величественный вестибюль, где в центре стоял каменный ворон с сломанными и обломанными от старости крыльями. Потрепанные и рваные гобелены беспорядочно висели на испачканных водой каменных стенах, а портреты королевской династии висели перекошенными и выцветшими, пробитыми следами насильственного разрушения.

Несомненно, когда-то величественный вестибюль стоял в запустении, его остатки были разграблены и уничтожены.

- Что бы ни случилось здесь... это должно быть было ужасно. Словно они бросили все и сбежали.

Зевандер оглядел руины, и его мысли потемнели, когда он оценил состояние замка. - Я бы рискнул сказать, что они не бежали. Во всяком случае, не по собственному желанию.

- Кто они были?

- Я не знаю. В исторических книгах нет ничего, что говорило бы о том, что кто-то занимал этот замок. Только то, что он принадлежит Нкстеру.

Звук рушащегося камня привлек внимание Зевандера справа, как раз в тот момент, когда два Карнификана бросились на четвереньках, как звери. Казимир вытащил из-за пояса изогнутый кинжал с двумя лезвиями, который под светом белого сияния превратился в копье.

Зевандер вытащил свой черный меч.

Карнификаны бросились в атаку без колебаний, как и подобает их уму. Они атаковали безжалостно и без страха.

Зевандер замахнулся, но промахнулся мимо карнификанов, которые быстро уклонились. Когда один из них бросился на него, он вытащил кинжал и вонзил его в горло безжалостному существу. Он вовремя повернулся, чтобы рубить другого в живот своим мечом, разрезая ему живот одним сильным движением клинка. Еще один наступал, и он парировал удар по черепу, нанося удар с непогрешимой точностью.

Еще полдюжины высыпали из комнат, нападая справа и слева. Затем еще десятки, пока Зевандер и Казимир не встали спина к спине, сражаясь с толпой берсерков. На каждый удар меча Зевандера Казимир парировал ударом копья.

- Напомни мне... еще раз... когда мы должны начать... обделываться? — спросил Казимир, вонзив копье в живот своего противника. Когда он вытащил его, на пол вылилась глыба желеобразных органов.

- Я бы сказал, прямо сейчас. - Зевандер широко замахнулся и отрубил голову карнификана, которая покатилась по цементу.

Появились их символы: скорпионы Зевандера и смертоносный ледяной туман Казимира. Три карнификана вцепились в жало скорпиона Зевандера, но в тот момент, когда оно врезалось в цемент, один из них был разрезан пополам. Двое других соскользнули при ударе и постигла их та же участь.

Снежный взрыв белого тумана отбросил трех других берсерков к стене в кровавой взрывной волне из конечностей и костей. Зевандер и Казимир отступили по разрушающейся лестнице, пока по коже Зевандера не пробежала дрожь, и он понял, что карнификанны больше не наступают.

Они прошли через защитное заклинание.

По другую сторону мерцающей стены его скорпионы сражались с десятками других карнификанов, которые появились, заполнив большой зал.

Зевандер протянул руку, чтобы отозвать их, и огромные паукообразные исчезли, превратившись в облако черного дыма, которое заползло под его рукав.

Казимир наклонился вперед, положив ладони на бедра, чтобы отдышаться.

- Ну, это было примерно так же весело, как поглаживать свой член перчаткой.

Карнификан бросился за ними, врезаясь в невидимую силу, словно щит из жидкого стекла, который стоял между ними и двумя убийцами.

- Судя по этой защите, мы, должно быть, близко. - Казимир вложил копье обратно в кобуру на бедре. - И я полагаю, это отвечает на вопрос как.

Защитные заклинания потребляли невероятное количество энергии, поэтому вероятность того, что Долион использовал свою магию крови, была невелика. А это означало, что кровяные камни были с ним.

Два Леталиша разделились: Казимир взял западную часть замка, а Зевандер — восточную. Комната за комнатой не приносила ничего, кроме опрокинутой и разгромленной мебели, испачканной кровью, груд костей и трупов, а также зловония смерти, которое сопровождало его повсюду. В конце длинного коридора он наткнулся на дверь, которая выглядела так, будто ее пробили тараном, а ее поверхность была испещрена глубокими вмятинами. Железные петли были сломаны, как будто что-то безрезультатно врезалось в эту непробиваемую преграду.

Один сильный толчок не смог сдвинуть ее с места. Он сделал шаг назад и нанес один сильный удар ногой, который с такой силой раскачал дверь, что она ударилась о соседнюю каменную стену и треснула по центру. Держа кинжал наготове, он поднялся по винтовой лестнице, услышав слабый звук хныканья сверху. Когда он наконец добрался до самой верхней комнаты башни, он осторожно перешел по скрипучему дереву и осмотрел открытое пространство. В верхних стропилах комнаты он заметил свечение желтых глаз, смотрящих на него. Мимикроу, посланные шпионить.

- Я совершил серьезную ошибку, — слабый голос прозвучал сзади, и Зевандер резко обернулся в сторону источника звука. В темном углу он заметил блеск серебра, принадлежащий пряжке ботинка, и вытянутую ногу.

- Как так?

- Если я заговорю, это будет моей гибелью. - Хриплость голоса Долиона свидетельствовала о том, что он пил мало воды и, вероятно, ел мало, если только ему не удалось добыть какую-нибудь мелкую живность, хотя карнификан, скорее всего, охотился на все, что дышало. При ближайшем рассмотрении Зевандер заметил, что мужчина был в растрепанном состоянии — его белая борода была спутана и не ухожена, волосы торчали во все стороны, а на одежде было несколько дней грязи.

Не давая старику ответить, Зевандер вытащил два клинка из ножен на бедре. Он резко развернулся и бросил их в светящиеся глаза.

Два тихих удара.

Две птицы упали на пол.

Третья успела взлететь, прежде чем он успел вытащить следующий клинок, и пролетела через открытое окно, где были сорваны ставни.

Он вытянул руку, и жало скорпиона одним быстрым ударом пронзило птицу в полете, а затем так же быстро втянулось обратно. Рычание снизу свидетельствовало о том, что карнификан пожирал ее как желанную добычу.

Еще один осмотр не выявил никаких других следов мимикроу.

- Эти проклятые птицы. Всегда подслушивают. - Он пошевелился на полу, застонав, когда вытянул еще одну ногу, словно сидел там уже несколько дней. - Красный камень. С серебряными отметинами.

- Твое видение было неверным?

- Не неверным. Неполное. После нашей встречи в таверне я снова видел сон. Ужасные вещи. Война. Голод. Полное разрушение Эфирии.

- Ты всегда бредил об этих вещах.

- В моих снах никогда не было скорпионов.

Зевандер безрадостно рассмеялся. - Ты намекаешь, что теперь я твой великий злодей? Что я принесу конец света? Ты действительно сумасшедший.

- Ты присоединишься к Кадавросу в его разрушении. Это я знаю наверняка.

- Тогда почему бы тебе не попытаться уничтожить меня сейчас?

- Потому что в этом видении я также видел корвугон. А теперь, когда ты добыл последний камень, я не вижу, как это возможно. - Сухой кашель сотряс его тело, и Зевандер снял с плеча мешок с водой, который взял с собой в путешествие, и протянул его ему. После одного исключительно длинного глотка Долион опустил флягу и вытер рот. - Надеюсь, ты не принес с собой пива?

- К сожалению, нет.

Легкая улыбка на его лице исчезла. - Мои видения, какими бы реальными они ни казались... возможно, они ненадежны.

- Что такое этот корвугон, о котором ты упомянул?

- Они были посланниками мертвых, считались любимыми питомцами Богини Смерти. Крупные рапторы с зубами и когтями, предназначенными для разрывания плоти. Столетия назад они вызывали такой же страх, как и драконы.

Он на мгновение задумался, что яйцо, спрятанное под кроватью девушки, вполне могло быть созданием, описанным Долионом. - Эти рапторы… они откладывают яйца, как птицы или драконы?

- Да. Большие яйца с черными чешуйками, пахнущие серой.

- А какое отношение к этому корвугону имеет камень с серебряной меткой? Ты когда-то верил, что этот камень положит конец разрушению. Конец Кадавросу. Конец проклятому проклятию, которое, якобы, делает меня такой угрозой.

Долон сжал руки на макушке и зажмурил глаза. - Я ошибался. Мои видения подвели меня.

Зевандер сжал зубы, сдерживая желание пробить кулаком стену. - Нет. Если твои видения подвели тебя, то я собрал все эти камни зря. А я точно не собирал эти камни зря, старик.

Нахмурившись, он сидел в задумчивости. - Нет, я полагаю, что нет.

Когда он сначала не стал объясняться, Зевандер сказал: - Говори свободно. Мимикроу больше не докладывают королю.

- Король не посылал этих ворон. Сейчас меня преследуют маги. Те самые люди, которые обвинили меня в безумии, теперь жаждут этих камней. Именно они загнали меня сюда.

- Логично, что человек, обладающий всей этой силой, представляет для них угрозу.

- Конечно. - Он снова сделал большой глоток воды. - Но они не хотят уничтожить ее, как им приказал уничтожить первый септомир наш милостивый король. - Интересно, что король также запретил демутомансию, которая гарантировала бы, что сила септомира никогда не вернется.

- Нет... они хотят завладеть этим оружием. И они хотят, чтобы я раскрыл, где находится седьмой кровавый камень.

- Похоже, ты скорее их союзник, ведь ты и маги желаете одного и того же.

Долион презрительно фыркнул и отвернулся. - Ни в коем случае. Как я уже сказал, я совершил ошибку, но мои намерения были благими. Кто знает, что они сделают с такой силой. - Его взгляд стал рассеянным, он уставился в одну точку, возможно, представляя себе это. - Они будут использовать любые средства пыток, чтобы вытянуть из меня информацию. А потом избавятся от меня за то, что я не смог сохранить молчание.

- Ты подозреваешь, что они верят в твои видения? В этот голод и чуму, которых ты боишься?

- Я подозреваю, что они всегда верили.

- Если ты настолько глуп, что заперся в замке с карнификанaми, почему бы просто не дать им то, что они хотят?

Он откинул голову назад, прислонившись к стене. - Ты знаешь историю замка Корвус?

- За пределами того, что здесь живут карнификан, нет.

- Странно, не правда ли? Этот замок существовал почти всю мою жизнь. И, конечно, всю твою. Но мы ничего о нем не знаем. Почему он был в запустении? Кто занимал его до карнификан?

- К чему ты клонишь?

- До того, как карнификаны захватили его, здесь жила целая раса. Корвикаи.

Это имя не вызвало у него никаких ассоциаций. Ни в одной из книг по истории Нкстероса, которые он читал, о них не упоминалось.

- Это были смертные, которые когда-то жили на этой земле, — продолжал Долион. — Жили в этом замке.

- Смертные не существовали в Эфирии с тех пор, как появился Умбравале.

- Ты ошибаешься. История ошибается. Века назад, задолго до моего времени, они существовали здесь. На этих землях. Те, у кого не было силы. Кровавой магии.

- И что с ними стало?

- Их изгнали. Заставили уйти за пределы цивилизации. В самые глубокие канавы, куда ни один маг не осмелился бы забрести.

Кроме земли смертных, Зевандер знал только одно место, которое вселяло страх в сердца всех эфирийцев. - Круссурийская пропасть... - За пределами цивилизации, в темных и ледяных глубинах, где обитали существа, более жестокие, чем карнификаны.

- Да, — ответил Долион серьезным тоном.

Звук шагов эхом разнесся снизу, и Долион, расширив глаза, поднял лежавший рядом с ним клинок в тусклом свете, руки его дрожали. Вскоре появился Казимир, остановившись рядом с Зевандером, и, с облегчением выдохнув, Долион опустил оружие.

- Кто их прогнал? — спросил Зевандер, возвращаясь к разговору.

- Так далеко на севере я бы подозревал соласионов. Матери, дети, воины, даже их священная жрица были выведены из своей горящей деревни к траншее и брошены в глубины ада.

- Откуда ты это знаешь? — спросил Зевандер.

Долион провел рукой по каменным стенам, и на их поверхности появились красные светящиеся изображения и слова древнего языка, выгравированные кровавыми чернилами. Заклинание, которое сохраняло их. Хотя Зевандер немного подзабыл древний язык Примьерия, он выучил его от матери в детстве. То, что было выгравировано на камне, рассказывало ту же историю, которую только что пересказал Долион.

- Я нашел книги в подземельях. Их писцы, должно быть, спрятали их во время осады, но это... это последние слова единственного выжившего.

Зевандер снова обратил свое внимание на Долиона. - Я спрошу еще раз, почему изменилось твое мнение о камнях?

Он сидел молча, погруженный в раздумья. - Седьмой камень всегда был предметом спекуляций, о котором маги спорили со времен Эпохи Обновления. На протяжении веков он оставался загадкой. - Он сделал еще один глоток из бурдюка, допив последнюю каплю из запасов Зевандера, и протянул ему пустой сосуд. - Прошу прощения. Я не хотел выпить все.

- Закончи свое объяснение.

- Серебряные отметки на этом камне являются уникальными для Корвикаев, которые, как известно, поклонялись Богине Смерти. Тот самый ихор, который бежал по ее венам, бежал и по венам народа Корви.

— И?

— Если мое видение верно, смертная, за которой я послал тебя, может быть первой или последней из рода корвикаев. Возможно, в ее жилах течет кровь богини смерти. И хотя я могу быть многим для многих людей, я не являюсь средством для убийства смертных. Сжав губы в жесткую линию, он покачал головой. — Я определенно не хочу связываться с дочерью богини смерти.

В голове Зевандера мелькнуло божественное лицо девушки, и он напряг мышцы. - Судя по ее молодому возрасту, она еще не так давно обрела свои силы.

- Полагаю, что да. Но что ты имеешь в виду под «не обрела»? Она… она жива?

- Девушка все еще живет в Мортасии, — ответил Зевандер ровным тоном.

- О, слава богам. Слава вечно любящим богам милосердия!

- Мортасия? — спросил Казимир. - Ты отважился отправиться в страшные пустоши и ни слова об этом не сказал?

Зевандер внутренне застонал. - Ничего особенного не произошло.

- Как это возможно? — перебил его Долион.

- Как она жива?

Зевандер стиснул зубы, этот вопрос вернул его к той ночи и к тысячам раз, когда он задавал себе этот самый вопрос.

Осознание, промелькнувшее на лице старика, только разжегло его гнев.

- Ты не смог этого сделать, да? Что-то помешало тебе убить ее.

Вместо ответа Леталиш с трудом сдержался, чтобы не откусить себе язык, и сказал: - Я видел яйцо этого Корвугона. Оно у нее.

- Значит, это правда. Правда, что они вернулись!

Злые завитки гнева скользили по шее Зевандера, когда он положил руку на бедро, а другой погладил подбородок. - Значит, камни, которые мы собрали, и жизни, которые мы забрали, бесполезны.

- Эти камни в данный момент сдерживают замок, полный карнификанов. Хотя они не достаточно сильны, чтобы предотвратить эпидемию, шесть камней обладают достаточной силой, чтобы создать защиту. И нужно ли мне напоминать тебе, что те, кого ты убил, не были образцовыми гражданами. Они держали ниливиров в рабстве, черт возьми.

- И нужно ли мне напоминать тебе, что я не убиваю из милосердия или чтобы избавить мир от чертового зла. Я убиваю с целью, и этой целью было проклятие, которое ты обещал снять. Итак, как ты собираешься возместить ущерб? Прежде чем ты ответишь, позволь мне советовать тебе, что мы были посланы королем, чтобы казнить тебя.

- Боюсь, я не смогу снять проклятие без кровавого камня дочери Корви, и я не буду нести ответственность за то, что дважды положу конец их роду. Убейте меня, если нужно. - Ублюдок имел наглость поднять подбородок, словно это могло придать ему немного достоинства. - На самом деле, я настаиваю. Я уже несколько дней пытался это сделать. Я трус.

- Может быть, я просто убью ее и избавлю тебя от этих тяжелых камней.

- Ты пытался и потерпел неудачу. На горизонте надвигается война, Зевандер. Избавившись от пламени, ты останешься беззащитным. Практически смертным. - С небольшим усилием он поднялся на ноги, споткнувшись и отступив на шаг назад. - Твое проклятие, хотя сегодня и является бременем, завтра может оказаться полезным. Это непревзойденная сила, которой ты обладаешь.

Зевандер обнажил свой клинок. - А может, ты просто бредящий старик, которого нужно заставить замолчать.

- Тогда заставь меня замолчать. - Он отбросил свое оружие с звоном металла и вытянул руки в стороны в знак сдачи. - Я умоляю тебя. Это не изменит твоего положения. Или твою судьбу.

Стиснув зубы, Зевандер злобно зарычал в ответ на упорное нежелание старого мага. Его руки дрожали от желания задушить его за то, что тот осмелился предположить, что Леталиш позволит ему так легко расторгнуть заключенную с ним сделку.

- Что нам делать? — спросил Казимир, отвлекая его от убийственных мыслей. - Я подозреваю, что в момент его смерти защита исчезнет.

- Это точно. - Долион кивнул в сторону лестницы. - Вам лучше уйти сейчас, пока у вас есть возможность.

- Ты пойдешь с нами. Ты останешься в Эйдолоне.

- Я подвергну тебя большому риску, Зевандер. И если меня поймают маги, я могу только надеяться на быструю казнь. Так что, пожалуйста. Выполни приказ своего короля.

Зевандер злобно хмыкнул, выразив лишь малую толику своего гнева. - Ты мне должен, старик. Маги — это сейчас твоя наименьшая проблема. - Если Долион не сможет избавить его от проклятия, Зевандер заставит старого мага найти способ замедлить процесс его трансформации. Ему было наплевать на изменчивую мораль Долиона или на то, что девушка была последней из своего рода. Его бесило, что он не смог убить ее.

- Еще остается проблема с возвращением к нашим лошадям. - Казимир подошел к окну и выглянул наружу. - С лишним телом это будет гораздо сложнее.

— Если ты решишь идти пешком, — возразил Долион.

— У тебя есть план получше?

Долион приподнял бровь и повернулся к каменной стене рядом с ним. Светящаяся полоса света следовала за его рукой, когда он обводил ею стену. - Accipezimu equivonis. - Рассыпающийся камень замерцал, открывая вид на темный холм, где их лошади стояли привязанными к деревьям.

Из окна было видно, как тенью движущиеся фигуры быстро приближались к беспомощным животным. Карнификаны.

- Что скажешь, брат?

Зевандер тихо зарычал, схватил Долиона за воротник плаща и притянул его к себе на расстояние удара кулаком. - Никаких уловок, или я сожгу тебя заживо.

Кивнув, старик схватил кожаную сумку, лежавшую рядом с ним, и что-то зазвенело внутри, и они шагнули через мерцающий круг.

Оказавшись по ту сторону, Казимир отвязал лошадей, а Зевандер вытащил меч, готовясь к встрече с приближающимися карнификанами. Не дойдя до них всего нескольких метров, берсерки замерли, устремив взгляд на что-то позади Зевандера. Он успел обернуться и заметить мага, крадущегося за его спиной, и когда незнакомец протянул к ним ладонь, Зевандер накинул плащ, защитив себя и Долиона от разразившегося пламени.

Сильный жар ударял по плащу, не способный пробить огнеупорный барьер, пока Зевандер защищал свою добычу от пламени.

Долион скрутился в тугой комок рядом с Зевандером. - Ты должен был вонзить клинок в мое сердце еще в крепости, глупец.

Зевандер едва вздрогнул от слабого пламени, которое лишь слегка согревало его плащ — оно было далеко не таким интенсивным, как Сейблфайр, который шипел в его венах, отчаянно пытаясь вырваться наружу. - Он дурак, потому что вступил в неравную схватку.

Жара сменилась ледяным холодом, и Зевандер еще на мгновение удержал щит, чтобы туман Казимира не коснулся Долиона. Хотя пламя в его жилах защищало кровь Зевандера от замерзания, оно явно не помогло бы магу.

Холод улетучился, и Зевандер отбросил плащ, выпустив трех больших скорпионов. Появились еще два мага, первый лежал в кусках разорванной плоти, его вены были разорваны.

Зевандер приготовил свой клинок для первого, кто осмелится атаковать. В отличие от карнификанов, полностью лишенных магии, маги двигались быстро и эффективно, уклоняясь от ударов жал скорпионов.

Казимир послал еще один ледяной взрыв, который маги заблокировали невидимым щитом, отклонив туман от себя.

- Держитесь! — крикнул Зевандер.

Их силы могли удерживать щит только в течение определенного времени. Как два убийцы узнали во время обучения, лучшим оружием было изматывание врага. Использование всех запасов энергии и парирование с контратакой. Скорпионы ждали, щелкая клешнями, пока Казимир удерживал непрерывный поток, заставляя магов тратить свою магию на удержание щита. Обе стороны, несомненно, уставали, поскольку их силы постепенно истощались.

Зевандер, с другой стороны, терпеливо ждал, мысленно считая проходящие секунды.

Пока щиты наконец не упали.

Все три его скорпиона быстро вонзились в сердца двух магов. Один из них разорвался пополам, когда металлическое жало вышло наружу. Через несколько минут все три мага лежали изуродованными на травянистом холме.

Казимир наклонился вперед, хрипя, пытаясь отдышаться. - Ради богов... Я становлюсь слишком старым для этой херни.

Скорпионы побежали обратно к Зевандеру, а он взглянул на карнификанов, которые отступили обратно в Крепость Корвус. Пока оставшийся маг, ужаленный в сердце, корчился и извивался, Зевандер вытащил свой клинок и пронзил ему череп, прежде чем тот успел вызвать мимикроу, чтобы передать, что произошло.

Долион стоял над павшим магом и вздохнул. - Это не последний раз, когда мы их видим.

- Полагаю, что нет, — сказал Зевандер, вкладывая меч в ножны.