Правило 10: Внутри тебя всегда есть ответ на вопрос, послушай себя внимательно

Мерил пришла учиться с убеждением, что у нее есть талант, – это было не высокомерие, а знание, подтвержденное работами в Вассаре и на летних сценах. Но здесь, в Йельской школе драмы, она была лишь одной из многих.

* * *

Главной фигурой Йельской школы драмы был декан Роберт Брустейн. Он считал, что театр должен быть сложным, политизированным и совершенно новым. Он терпеть не мог натуралистические драмы Артура Миллера и превозносил эпический театр Бертольда Брехта. Его друзьями были Лилиан Хеллман^[8], Уильям Стайрон^[9] и Джозеф Хеллер^[10]. Принимая должность декана, Брустейн обещал, что будет руководить школой в духе демократии. Но неспокойные годы – радикализм, сидячие забастовки и прочее – превратили его, как Робеспьера, из реформатора в автократа. Он живо интересовался политикой, остро переживал Уотергейт и считал театр серьезной социальной силой. Он учил, что актерское мастерство должно быть наполнено интеллектуальной строгостью, а не эмоциями. Брустейн пытался создать в Йеле репертуарный театр, который давал бы студентам возможность работать вместе с опытными актерами. Мерил получила таким образом образование, которое подразумевало широкое и всестороннее понимание театра. Она ценила это и вспоминала своего декана с благодарностью. Да и он выделял ее среди студентов и помогал, как мог.

Учеба проходила в трех направлениях. Первое – теория и история театра, которую читал Говард Стайн, второе – сценическая речь и движение, их преподавали Мони Яким и Кармен де Лаваллад, бывшая прима-балерина. Мерил нравились эти занятия своей прагматичной направленностью. Третьей дисциплиной было актерское мастерство. И здесь творилось нечто невообразимое.

– Каждый год происходил дворцовый переворот, – вспоминала Мерил, – приходил новый преподаватель и говорил: забудьте все, чему вас учили в прошлом году. Я покажу вам новый подход.

Это был долгий изнурительный забег на выживание. После каждого семестра кого-то отчисляли.

О многих своих педагогах Мерил говорит с благодарностью. Но были и те, о ком она до сих пор вспоминает с содроганием. И, наверное, именно они достойны более внимательного взгляда.

Первым заданием, которое дал студентам Том Хаас, было изобразить собственную смерть. Студенты стрелялись, вешались, топились. Мерил же придумала нечто необыкновенное, ее интерпретация этого задания вошла в анналы актерской школы Йеля. В то время все обсуждали решение по делу «Роу против Уэйда» (Roe v. Wade), вынесенное Верховным судом США в 1973 году. Оно имело огромное значение, поскольку впервые в истории признавало конституционное право женщины на аборт. До этого женщины были вынуждены сами придумывать способы борьбы с нежелательной беременностью, часто с трагическими последствиями. Мерил убила себя на сцене, сделав себе аборт. Это соответствовало подходу Брустейна и перекликалось с потребностью Мерил изменять мир и бороться за права. Она удостоилась похвалы Хааса, но его милость была недолгой.

– Том Хаас был проклятием Мерил, – говорил Брустейн, – но и моим проклятием тоже. Он был несчастным человеком, обладавшим замечательной способностью выбирать самых талантливых студентов и мучить их за то, что они талантливы.

Подход Хааса можно охарактеризовать как конфронтационный. Он считал, что для роста и полного раскрытия потенциала актеру нужно выталкивать себя из зоны комфорта. По его мнению, только таким образом можно добиться подлинных и глубоких результатов в актерской игре. Правило 11: Стремление к совершенству – враг хорошего

Тем временем медленно, но верно студенты начали понимать, что Мерил Стрип превосходит их практически во всем.

– Она была более гибкой, податливой, лучше владела своим телом, чем все остальные, – рассказывал ее однокашник Ральф Редпат, – она прекрасно танцевала, могла проплыть три бассейна, не переводя дыхания. Она готовила восхитительные суфле с сыром грюйер. На уроках акробатики у олимпийского чемпиона по гимнастике Дона Тонри она удивила всех, выполнив сальто назад из положения стоя. На уроках фехтования, которые вела венгерская фехтовальщица Каталин Пирош, она махала рапирой, как Эррол Флинн^[11]. Кто-то спросил, занималась ли она фехтованием раньше, и она ответила: «Не то чтобы». Она была суперженщиной.

Но Том Хаас решил ее отчислить.

– Ты сдерживаешь свой талант, ты боишься конкуренции, у таких, как ты, нет будущего. Задумайся, или я тебя отчислю, ты на испытательном сроке, – сказал Мерил Том Хаас. Он считал, что Стрип искусственно сдерживала свой потенциал, не реализовывала его в полной мере.

По воспоминаниям самой Мерил, она тогда стремилась сохранять дружеские отношения с однокашниками, не высовываться, никого не раздражать и ни с кем не враждовать, просто получить степень магистра. Критика Хааса заставила ее засомневаться в себе и подтолкнула к более полной, экстремальной самоотдаче.

Вторым злым гением Мэрил был Алан Миллер.

Сам он учился у Ли Страсберга и как в Бога верил в «метод», который предполагает использование личных эмоциональных переживаний и исследование эмоциональной памяти для создания сценических образов. Он пытался пробиться к внутренним ресурсам студента любой ценой, даже если при этом вторгался в личное пространство, и допускал издевки и оскорбления. Одного студента Миллер так разозлил, что он едва не ударил его в лицо. Студенты ненавидели Миллера.

Закрытая на сто замков протестантка Мерил считала метод своего учителя садистским, манипулятивным и непродуктивным. Как бы ни старалась, она не могла угодить Миллеру. Мерил всегда была с ним подчеркнуто корректна, но однажды не сдержалась и после нападок педагога сделала презрительный жест в его адрес.

– Давай, Мерил, выскажи, что обо мне думаешь, – спровоцировал я, – вспоминал Миллер, – и она посмотрела на меня необыкновенно выразительным взглядом, в нем были ярость и боль, но ей было нестерпимо поставить себя в уязвимое положение, и она остановила поток эмоций. Я звал ее Снежной королевой.

Мерил скептически относилась к концепции извлечения собственной боли, полагая, что страдание не имеет отношения к искусству. Она предпочитала использовать воображение и считала подход Миллера «полным дерьмом».

– Он пытался залезть мне в голову, это было отвратительно, – говорила она позже.

* * *

Мерил Стрип училась в Йельской школе драмы в 1972–1975 годах, где ее однокурсниками были талантливые студенты, впоследствии ставшие известными актерами, драматургами и режиссерами.

Венди Вассерштайн (1950–2006) – выдающийся американский драматург, эссеист и профессор, лауреат Пулитцеровской премии.

Сигурни Уивер, обладательница премий «Золотой глобус», «Тони» и BAFTA. Звезда фильмов «Чужой» (1979) и «Аватар» (2009). В Йеле Уивер не сразу нашла свое место. По ее собственному признанию, она чувствовала себя неуверенно из-за своего высокого роста. Она даже подумывала бросить актерскую карьеру, но ее поддерживал драматург Кристофер Дуранго, который специально писал для нее пьесы, чтобы она могла играть на сцене.

Кристофер Дуранго, лауреат премии «Тони», выдающийся драматург, сценарист, актер и режиссер. Автор таких пьес, как «Странное поведение в загородном доме» (1974) и «Наследник» (2013). Дюранг экспериментировал с театральными формами.

Кристофер Ллойд, звезда фильмов «Назад в будущее» (1985) и «Кто подставил кролика Роджера» (1988). Обладатель трех премий «Эмми». Ллойд, будучи старше своих однокурсников, уже имел опыт работы в театре и на телевидении. В 1974 году он вместе с Мерил сыграл в спектакле «Одержимые» в Йельском репертуарном театре.

Преподаватели, обучавшие своих выдающихся студентов, предлагали слишком разные подходы, поэтому Мерил решила найти свой собственный.

В этом ей помогла, в частности, система Станиславского. Но она использовала ее не как догму, а как набор инструментов, который она адаптировала под себя и комбинировала с другими техниками.

У Станиславского она заимствовала несколько принципов:

– Глубокое погружение в биографию и психологию своих персонажей, чтобы понять их мотивы, внутренний мир и историю, почувствовать к ним сострадание и эмпатию.

– Использование «магического если». Этот принцип позволяет актеру поставить себя на место персонажа, задавая себе вопрос: «Что бы я делал, если бы оказался в этой ситуации?»

– Физическое воплощение. Станиславский придавал большое значение физическому выражению эмоций. Стрип использует эту идею, чтобы создать уникальную психофизику для каждого своего персонажа. Она наблюдает, как ходят, двигаются и говорят реальные люди, а затем привносит это в роль.

* * *

Конкуренция в Йельской школе драмы была невероятно высокой, а учебная программа дико насыщенной. Только на первом курсе Мерил сыграла десять полновесных ролей, а всего за время учебы – сорок. Ей приходилось совмещать учебу и репетиции с работой официантки и машинистки. Истощение и стресс в итоге обернулись серьезными проблемами со здоровьем. Мерил пришлось лечиться от язвы желудка, а чтобы справиться с постоянным напряжением – обращаться за помощью к психологу.

– Что мне делать, доктор? – спросила Мерил у своего лечащего врача.

– Ничего, детка, вы закончите университет, и у вас все пройдет.

Так оно и вышло.

Мерил закончила университет с долгом в 4000 долларов, тогда это были очень большие деньги. По ее собственным словам, в Йеле она научилась стойкости, самостоятельному мышлению и сопротивлению авторитету, если он несостоятелен.