Успешное ведение войны, в том числе экономической, требовало формирования системы информационного и аналитического обеспечения военных действий, и задача эта была поставлена правительством перед КОС. Экономической разведкой занималось прежде всего постоянно действовавшее Управление делами Комитета; также к аналитической работе привлекались внешние эксперты. Казалось бы, круг задач Комитета был сравнительно невелик, а основа для деятельности сформирована, однако на практике экономическая разведка оказалась делом непростым.
Сбор и анализ информации из разных источников стал важнейшим видом деятельности Управления делами КОС. Будучи межведомственной структурой, КОС получал информацию прежде всего от министерств, представители которых входили в Комитет. Решением Совета министров всем правительственным ведомствам предписывалось направлять в КОС любые касающиеся его сферы ответственности материалы, что многие из них делали достаточно исправно. Сохранившиеся в архивах документы дают возможность оценить спектр источников информации, получаемой в делопроизводстве КОС. Через российские министерства и ведомства КОС получил доступ как к внутрироссийским, так и внешним источникам информации.
Вскоре после начала работы КОС начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал М. В. Алексеев счел необходимым провести всесторонний анализ «военной и экономической истощенности» Германии и Австро-Венгрии, и эта работа была поручена им Морскому генеральному штабу[170]. По запросу штаба МИД направил указания российским представителям за границей собирать и присылать в Петроград соответствующие сведения, а также запрашивать информацию у союзников[171].
В работу по подготовке материалов и анализу ситуации во вражеских странах включился и КОС; вскоре он взял на себя основную нагрузку по изучению состояния экономики вражеских стран[172]. По понятным причинам Германии отводилось в подготовленных КОС документах первое место. Для систематизации работы по сбору сведений о противнике в КОС был составлен подробнейший план, состоявший из шести разделов:
1. Продовольственный вопрос в Германии и Австро-Венгрии во время войны.
2. Положение промышленности в Германии и Австро-Венгрии и снабжение сырыми материалами.
3. Рабочий вопрос в промышленности в Германии и Австро-Венгрии.
4. Внешняя торговля Германии и Австро-Венгрии во время войны.
5. Финансы, денежное обращение и кредит.
6. Общие выводы о степени продовольственного промышленного и финансового истощения неприятельских стран в конце 1915 г.[173]
Каждый из первых пяти разделов включал себя обширный список более конкретных вопросов, освещение которых должно было позволить сделать упомянутые в шестом пункте общие выводы.
Поскольку КОС формировался при МТиП, это ведомство предоставляло ему множество разнообразной информации. Важнейшим источником сведений стали донесения представителей МТиП, работавших в нейтральных государствах. С началом войны им пришлось заниматься не только работой по налаживанию экономического сотрудничества со странами, в которых они были аккредитованы, но и сбором информации из самых разных источников об экономическом положении вражеских государств. В январе 1916 г. возглавлявший МТиП князь Шаховской, сообщая агенту министерства во Франции о создании КОС, писал:
На Комитете лежит обязанность сносится непосредственно, либо через подлежащие ведомства, со всеми учреждениями и лицами, кои могут ему осветить состояние различных рынков, или сообщить данные: о продуктах, предположительно произведенных или предназначенных для неприятельских стран, о контрактах, кои предполагаются служащими интересам снабжения и торговли неприятеля, о движении судов, перевозящих грузы, могущие служить для целей обороны и вообще снабжения неприятельских стран и пр. По всем этим вопросам Комитету предоставляется производить специальные обследования и давать отдельные поручения как членам Комитета, так и лицам, в состав его не входящим[174].
Российскому представителю МТиП в Париже поручалось направлять соответствующую информацию непосредственно в делопроизводство КОС.
В нейтральных странах можно было оперативно получать доступ к разнообразным открытым данным, публиковавшимся в Центральных державах. Внимательное изучение прессы этих стран, прежде всего немецкой и австро-венгерской, давало возможность в общих чертах оценить состояние дел в их экономике. Наибольшую активность в этом направлении предпринимали агенты МТиП, работавшие в странах, непосредственно граничивших с Германией и Австро-Венгрией, – в Голландии, Дании, Швейцарии, а также в Швеции. В материалах КОС, хранящихся в РГИА, сохранилось множество поступивших от них донесений, содержащих как обобщенную информацию, так и сведения по отдельным частным вопросам. Например, активным поставщиком информации о Германии был агент МТиП в Берне В. М. Фелькнер. Впечатляет разнообразие материалов, направленных им в Петроград за несколько месяцев с осени 1915 г.: отчет компании Круппа за 1915 г., сведения о кожевенной и текстильной промышленности Германии, о наличии меди, хлопка и шерсти и многое другое[175]. Специально делались и отправлялись переводы статей из немецких газет, а также просто вырезки. Использовались и другие способы сбора сведений, напоминающие классическую разведывательную работу. Так, агент МТиП, аккредитованный в Бельгии и Голландии, в феврале 1917 г. переправил в министерство сведения о положении дел на оккупированных немцами польских территориях, полученные от прибывшего оттуда жителя Польши[176].
Основным партнером КОС в Министерстве иностранных дел был Второй департамент, в ведение которого в числе прочего входили экономические вопросы. На его основе в марте 1917 г. был создан Экономический департамент, вице-директор которого В. А. Березников представлял Министерство иностранных дел в КОС и в СВВТ. Кроме того, в марте 1916 г. при канцелярии министра был сформировано специальное Осведомительное отделение, в задачи которого, помимо прочего, входило «осведомление разными путями об экономическом и политическом положении во вражеских странах»[177]. Через эти структуры в КОС регулярно поступали сведения от членов российских дипломатических миссий в союзных и нейтральных странах, а также от иностранных партнеров. В данном случае информация из нейтральных стран также имела первостепенное значение.
После полученного в декабре 1915 г. поручения собирать информацию об экономическом положении Германии и Австро-Венгрии члены российских дипломатических миссий стали направлять в Петроград массу разнообразных материалов – от отрывочных сведений по отдельным конкретным вопросам до общих обзоров положения дел в экономике Германии и Австро-Венгрии. Комитет регулярно получал многие из этих материалов. Так, в его делах сохранились подробные доклады о положении дел в Германии и Австро-Венгрии к началу 1916 г., подготовленные служащим российской дипломатической миссии в Берне М. М. Бибиковым, до войны работавшим в Германии[178]. С лета 1916 г. Второй (позже – Экономический) департамент МИД начал регулярно, раз в 10–15 дней, издавать краткие бюллетени, в которых приводилось содержание телеграмм «касательно торговли и морских сообщений нейтральных стран Европы»[179].
Возможности получения надежной и достоверной информации о состоянии дел во вражеских странах из открытых источников все же были серьезно ограничены. В декабре 1915 г. российский посланник в Голландии А. Н. Свечин в направленном в Петроград письме охарактеризовал сложности, с которыми сталкивались сотрудники российских миссий в нейтральных странах. С точки зрения организации и методов работы экономической разведки его письмо представляет большой интерес, поэтому приведем содержащиеся в нем сведения и мысли подробнее[180].
Письмо Свечина стало ответом на полученное из российского МИД указание собирать сведения «о степени военной и экономической истощенности Германии и Австро-Венгрии» и предоставлять сведения по двум основным вопросам: «1. О численности имеющегося в названных государствах свободного запаса людей и продовольственном снабжении армии. 2. Об общеэкономическом их состоянии, результатах и видах урожая, финансовом и торгово-промышленном положении». Как считал Свечин, первый вопрос относился к компетенции военных агентов и касался их «специальной» деятельности, поскольку открытых источников достоверной информации в этом случае было немного. Описывая источники информации по второму вопросу, Свечин разделил их на две группы: к первой он отнес прессу нейтральных стран и сведения, «случайно почерпаемые» от лиц, посещавших Германию; во вторую вошли материалы немецкой прессы, как официальной, так и оппозиционной. Характеризуя печатные источники, Свечин отметил самый общий характер получаемой из них информации, что он объяснял работой военной цензуры во вражеских странах, не позволявшей ни местной прессе, ни иностранным журналистам получать более точные данные. Публикуемая в этих странах официальная статистика, по мнению Свечина, не слишком точно отражала действительность, поскольку либо не была полной, либо намеренно искажалась. На сведения, получаемые от частных лиц, из-за их субъективности и ограниченности Свечин также полностью полагаться не рекомендовал. Какие-либо выводы российский посланник предлагал делать только в случаях, когда достоверность сведений подтверждалась на основе сопоставления и анализа различных источников. Интересные данные Свечин также привел относительно того, как была поставлена работа в аккредитованных в Голландии союзных миссиях. Торговый атташе при дипломатической миссии Великобритании ограничивался отправкой получаемой им немецкой и нейтральной прессы в Лондон, где с ней непосредственно работали сотрудники МИД. Во французской миссии, наоборот, сбором и анализом материалов прессы по экономическим вопросам занимались четверо специально назначенных сотрудников. По словам Свечина, его французский и английский коллеги имели схожее мнение относительно сложности оценки реального экономического положения в Германии.
Интересно, что с мнением Свечина относительно значения прессы лишь частично согласился бы посол России во Франции А. П. Извольский. Описывая в январе 1916 г. деятельность французского КОС по сбору информации, он писал:
К сожалению, в этом отношении действительно достоверных сведений имеется очень мало, и сам комитет весьма скептически относится ко всему, что к нему поступает, и среди поступающих противоречивых справок положительно невозможно разобраться; обыкновенными источниками этих справок являются: агентские донесения; перехватываемые радиотелеграммы и почтовые корреспонденции; сведения, полученные от нейтральных подданных, путешествовавших в неприятельских странах или имеющих с ними деловые сношения; и, главным образом, внимательное и осмысленное чтение газет; действительно, несмотря на принятые Германией меры, подобное чтение газет компетентными людьми дает наиболее ценные, по сравнению с другими источниками, материалы[181].
Экономическая разведка, конечно же, не могла вестись без помощи профессиональных разведывательных служб, имевшихся в то время в России в военном и морском ведомствах, представители которых входили в состав КОС. Военное и Морское министерства имели свои источники информации и, получая сведения экономического характера, также делились ими с КОС. Спектр военных органов, отправлявших материалы в КОС, был весьма широк. Среди них надо выделить Отдел генерал-квартирмейстера (Огенквар) Главного управления Генерального штаба (ГУГШ), ответственный за разведку, а также за работу военных агентов (атташе) за границей. Как видно из сохранившихся в архивах документов, военные агенты, работавшие во время войны в союзных и нейтральных государствах, уделяли внимание не только чисто военным, но и экономическим проблемам, понимая, насколько важна экономическая блокада для достижения победы. Аналогично действовала и «секретная агентура» Огенквара[182]. Морской генеральный штаб, в частности его особое делопроизводство, тоже делился добываемой его агентами информацией с КОС[183].
Вторым важным направлением работы экономической разведки стало выявление слабых мест и лакун в экономической блокаде Центральных держав, которую всячески стремились укреплять страны Согласия. Для России наиболее актуальной в этом смысле была проблема контрабандного проникновения различных российских товаров во вражеские державы через территорию нейтральных стран. Комитет и в этом случае стал основным центром координации усилий различных ведомств. Для противодействия попыткам противника получить необходимые материалы и продукты в нейтральных странах требовалась информация, которую собирали представители всех упоминавшихся ранее ведомств, причем не только гражданских, но и военных. Так, в январе 1916 г. военная разведка сообщала в КОС данные о закупках в Норвегии продовольствия для Германии[184].
Отдельно скажем о своего рода «внутренней» экономической разведке. Для предотвращения актов контрабанды необходимо было выявлять такие попытки на ранней стадии. В данном случае КОС стал центром, куда направлялась соответствующая информация. Пристальное внимание уделялось Финляндии, через которую товары могли перевозиться в Швецию, а затем в Германию, поэтому военная контрразведка в этом случае становилась важнейшим из источников информации. Контрразведывательные службы штаба командующего флотом Балтийского моря и штаба 6-й Отдельной армии (до его перевода на Румынский фронт в декабре 1916 г.) информировали КОС о вызывавшей подозрения деятельности отдельных фирм и личностей, о подозрительной концентрации на границах со Швецией тех или иных товаров и т. д. Они, в свою очередь, получали сведения не только от своих агентов, но и от военной цензуры, а также от жандармов. Нередко материалы военной цензуры, в том числе тексты писем и телеграмм, содержание которых вызывало подозрения, направлялись в КОС напрямую[185].
Проблема контрабанды также часто поднималась в корреспонденции, которую КОС получал напрямую от межсоюзнических органов Антанты и из союзных стран. Главным французским партнером КОС был аналогичный французский комитет[186]. Взаимодействие между российским и французским КОС началось в конце 1915 г. В декабре 1915 г. МИД России направил министру иностранных дел Франции запрос на получение информации, касающейся экономического положения Германии и Австро-Венгрии, на который Аристид Бриан, совмещавший посты председателя Совета министров и министра иностранных дел Франции, отреагировал быстро и положительно, отправив ряд материалов французского КОС, а также его еженедельные бюллетени. Он также предложил включить в состав французского КОС представителя России, и с января 1916 г. в состав этого Комитета вошел советник российского посольства М. М. Севастопуло[187]. Тем самым был установлен прямой контакт КОС двух союзных стран.
В июне 1916 г. по решению представителей стран Согласия был создан межсоюзнический Комитет экономического воздействия (КЭВ). От России в этот орган были делегированы Севастопуло и агент МТиП во Франции М. О. Батшев, обеспечивавшие впоследствии регулярный обмен информационными материалами[188]. Российский МИД, в свою очередь, предложил включить в состав российского КОС представителей Англии и Франции. В мае 1916 г. правительство Франции по примеру России направило в состав КОС профессионального дипломата советника французского посольства в Петрограде Ж. Дульсе[189]. Англичане поступили иначе, делегировав в состав КОС недавно прибывшего в Россию представителя британской секретной службы С. Хора[190], продемонстрировав тем самым, насколько большое значение имело для них именно разведывательное обеспечение экономической войны. Через него в КОС поступали обращения правительственных органов Великобритании, стремившихся привлечь внимание российских коллег к подозрительной деятельности отдельных фирм и личностей. В своих воспоминаниях Хор писал, что из всех задач, которые решали представители английской разведки в России, наиболее важными были две: идентификация частей вражеских армий на русском фронте и обмен информацией о подозрительных лицах и товарах[191].
Сведения, получаемые из различных и разнообразных источников, использовались КОС прежде всего для составления докладов об экономическом положении вражеских государств; эти доклады включали в себя статистические данные, аналитику и обобщения. В 1916 г. КОС подготовил семь обобщающих докладов под заголовком «Об экономическом положении неприятельских стран», каждый из которых имел порядковый номер – это говорит о том, что с самого начала предполагалось выпускать такие документы регулярно. Один из докладов был представлен под двумя порядковыми номерами (№ 4–5). Каждый из этих документов, а также других выпускавшихся отдельно специальных справок и докладов имел гриф «секретно», печатался типографским способом и рассылался заинтересованным в получении сведений ведомствам.
В целом авторы докладов следовали упомянутому выше Плану обследования экономического положения неприятельских стран в настоящий момент, однако каждый раз акцент делался на сюжетах, которые на тот момент, по-видимому, считались наиболее актуальными. Среди Центральных держав изучению подлежали только Германия и Австро-Венгрия, причем первой обычно уделялось значительно больше внимания, чем второй. И в военном, и в экономическом плане Германия рассматривалась в странах Согласия как основа мощи вражеской коалиции. Сдвоенный доклад № 4–5 был целиком посвящен Германии. Доклад № 6 содержал анализ состояния дел в Австро-Венгрии, но был при этом в два раза короче предыдущего; доклады № 7 и 8 содержали анализ состояния экономики только Германии. Ее изучение явно велось с большей систематичностью: основные разделы «Плана обследования» обычно присутствовали в каждом докладе или в части доклада, посвященной Германии, что не всегда соблюдалось в разделах и докладах об Австро-Венгрии. Особое внимание уделялось изучению состояния дел с продовольствием, причем с докладов № 4–5 этот раздел занимал до половины объема всего доклада. Комитет не ограничивался составлением регулярных докладов об экономическом положении неприятельских стран и периодически готовил специальные справки по отдельным аспектам положения неприятельских стран, такие как «Финансовое положение Германии и Австро-Венгрии» и «Справка об истощении людских запасов в Германии в связи с законом о принудительной службе»[192]. Представлявший Великобританию в КОС С. Хор, отмечая чрезвычайно высокое качество докладов КОС, писал в мемуарах, что эти доклады были одними из наиболее полезных материалов, которые он посылал в Лондон. Хор очень высоко ценил деятельность КОС в целом; по его словам, без нее «дверь во вражеские страны оставалась бы открытой»[193].
В июне 1916 г., незадолго до присоединения к Антанте Румынии, в КОС был подготовлен доклад, посвященный роли этой в тот момент еще нейтральной страны в обеспечении Германии и Австро-Венгрии продовольствием и нефтепродуктами[194]. Вопрос о торговых отношениях между Россией и Румынией был включен в повестку дня третьего, июньского, заседания КОС. Намного больше внимания с самого начала своей работы КОС уделял другому граничившему с Россией нейтральному государству – Швеции, вопрос о торговых отношениях с которой был основным в повестке первых двух заседаний и регулярно поднимался на последующих.