В ходе масштабных экономических преобразований появилась не имевшая аналогов в мировой истории государственная собственность СССР. Советскому государству принадлежала вся земля с ее недрами. Водные и лесные богатства, заводы и фабрики, транспорт и связь, крупные государственные сельскохозяйственные предприятия, коммунальные предприятия, основной жилищный фонд в поселениях городского типа также находились в собственности государства рабочих и крестьян. Колхозы получали землю от государства в бесплатное и бессрочное пользование. Отсюда вполне естественно, что в руках Советского государства сосредотачивалась и значительная часть финансовых ресурсов страны.
Финансовые ресурсы СССР, то есть денежные средства в распоряжении государства, его предприятий, учреждений и организаций, делились на две категории: централизованные ресурсы государственного бюджета и децентрализованные ресурсы советских предприятий и организаций. Источниками финансовых ресурсов выступает совокупный общественный продукт и национальный доход – результат приложения производительного труда в сфере материального производства. Поначалу бо́льшая часть финансовых ресурсов была сосредоточена в государственном бюджете (до 94 % в послевоенной пятилетке), затем отношение между централизованными и децентрализованными средствами начало меняться в пользу последних: например, в десятой пятилетке (1976–1980) оно составляло примерно 50:50. Бюджет СССР отличался огромными размерами – он аккумулировал примерно половину всего национального дохода страны: совокупный национальный доход СССР за 1967 г. составил 225,5 млрд руб., доходная часть бюджета страны была выведена в сумме 117,2 млрд руб.
Главными слагаемыми финансовых ресурсов Советского социалистического государства выступали денежные накопления общественного хозяйства в виде прибыли и налога с оборота. Прибыли предприятий в промышленности и сельском хозяйстве получались от увеличения объемов производства продукции и снижения ее себестоимости. Индустрия царской России, в особенности тяжелая промышленность, как уже говорилось выше, не отличалась особенно высоким уровнем развития. Ряд ее отраслей был совершенно не развит и при проведении индустриализации в годы первых пятилеток (их называли «сталинскими») многие производства, в особенности в области машиностроения и химии, были созданы фактически заново. Между тем все вообще новые производства требуют некоторого времени для полного их освоения. В этот начальный период себестоимость произведенной ими продукцию еще высока, поскольку на нее приходилось списывать крупные первоначальные расходы. На такой себестоимости, далекой от нормального уровня, отпускные цены не строились, поскольку они могли тяжело ударить по конечному потребителю.
Розничные и оптовые цены товаров производственного и личного потребления утверждались централизованно. В ценовой политике руководящими мотивами Советского государства являлись прежде всего интересы расширенного социалистического воспроизводства, а затем поднятие общего уровня благосостояния советских трудящихся. Цена всякого товара делится на две основные части: во-первых, себестоимость, которая должна покрывать издержки производства и сбыта вместе с расходами по простому воспроизводству (так называемая амортизация основных производственных фондов); во-вторых, накопление. Часть накоплений изымалась в бюджет для перераспределения в интересах народного хозяйства и для повышения благосостояния населения, другая часть оставалась в распоряжении предприятия для создания заинтересованности работников в результатах их труда. Государственные предприятия порой отпускали промышленную продукцию по таким ценам, которые были на уровне себестоимости и даже ниже. По прохождении периода освоения новых производственных мощностей (в разных отраслях промышленности этот период имел неодинаковую длительность) цена опиралась уже на нормальную себестоимость и обеспечивала предприятию достаточную прибыль. Отсюда неудивительно, что в 1930–1940-е гг. в ряду источников финансовых ресурсов Советского государства прибыль промышленных предприятий занимала скромное место. К примеру, в доходной части государственного бюджета СССР 1940 г., выведенной в сумме 180,2 млрд руб., поступления в виде отчисления из прибыли составили всего 21,7 млрд руб., или 12,04 %.
Предприятия Советского социалистического государства должны были приносить прибыль. Плановая прибыль, которая закладывалась в цену произведенной продукции, устанавливалась, как это было и в царское время, на уровне средней отраслевой прибыли (к примеру, такая прибыль в дореволюционной хлопчатобумажной индустрии составляла 8 %). Из этой прибыли осуществлялось расширение уже существующего производства и пополнялись основные оборотные средства. Если прибыли на развитие не хватало, то предприятию предоставлялись дополнительные ассигнования из централизованного бюджета. В том случае, когда расширения производства не планировалось и в пополнении оборотных фондов необходимости не возникало, в бюджет передавалась полученная прибыль в целом ее составе. Если взять данные по всей промышленности, то около половины совокупной ее прибыли передавалось в бюджет. До 1941 г. 2 % плановой и 50 % сверхплановой прибыли отчислялось в директорский фонд предприятия. Сумма такого фонда достигала значительных размеров – 500 и даже 1000 руб. в пересчете на одного работника данного предприятия.
Другой крупный источник финансовых ресурсов – налог с оборота – представлял собой долю чистого дохода общественного хозяйства. Она включалась в плановые цены товаров, преимущественно легкой и пищевой индустрии, а также некоторых отраслей тяжелой промышленности. Налог с оборота имел оправдание в различиях уровня рентабельности. Он взимался однократно и, как правило, с отдельного товара. Но он мог взиматься и дважды – с полуфабриката и с готового изделия, – но не обязательно и не во всех случаях. Налог с оборота выступал в качестве финансового метода аккумуляции денежных накоплений государства и являлся гибким орудием ценовой политики. Его ставки отличались значительной изменчивостью. Некоторые новые отрасли промышленности, производившие средства производства, либо вовсе не платили налога с оборота, либо платили его в пониженном размере (по ставке до 1 %). Неоднократные снижения товарных цен, которые производились в разное время советской истории, достигались за счет уменьшения ставок налога с оборота. Тем не менее бюджету 1940 г. этот налог принес 105,9 млрд руб., или 58,77 % от всех доходов. В последующее время, когда громадные первоначальные затраты промышленности были полностью или частично погашены, отчисления от прибыли начали повышаться сравнительно с налогами от оборота. Например, удельный вес платежей из прибыли в бюджете 1967 г. составил 35 %, налога с оборота – 34,2 %.
Советский плакат. 50-е годы.
Третьим по значению источником денежных ресурсов с течением времени стали амортизационные отчисления, предназначенные для простого и отчасти расширенного воспроизводства основных фондов. Они устанавливались централизованно в процентах к стоимости этих фондов и включались в себестоимость продукции. До революции расходы по текущему ремонту производственных зданий, машин и оборудования включались в себестоимость продукции, а затраты на возобновление производственных мощностей после их полного износа покрывались отчислениями из валовой прибыли предприятия на пассивный счет погашения недвижимого имущества. В 1970-х гг. сумма амортизационных отчислений значительно увеличилась как в связи с ростом основных производственных фондов, так и в результате переоценки и изменения амортизационных норм в сторону их повышения. В десятой пятилетке амортизационный фонд советского хозяйства превысил 300 млрд руб. Амортизационные отчисления (примерно 3 % в год с первоначальной стоимости имущества) делились на две части: одна часть, предназначенная для текущего и капитального ремонта, хранилась на специальном счету предприятия в Государственном банке, другая, отведенная для нового строительства, передавалась в специальные банки долгосрочных инвестиций и могла быть направлена в другие отрасли народного хозяйства.
Следующим крупным источником финансовых ресурсов выступали платежи социального страхования. Они устанавливались в виде процента от фонда заработной платы рабочих и служащих. В 1930–1940-х гг. значение этого источника оставалось небольшим (4,77 % от общей суммы доходов государственного бюджета СССР) с некоторой тенденцией к повышению (5,5 % в доходах бюджета 1967 г.) Если взять абсолютные цифры, то общая сумма бюджета государственного страхования в десятой пятилетке достигала суммы 65–70 млрд руб.
К числу источника финансовых ресурсов относились и мобилизованные государством средства населения: налоги, сборы и обязательные страховые платежи. Кооперативно-колхозные предприятия в формировании финансовых ресурсов участвовали как плательщики подоходного налога. Промысловая кооперация платила налог, но по более низким ставкам, чем государственные предприятия. Себестоимость в кооперативном производстве была ниже, чем в производстве государственных предприятий. Совокупная прибыль разнообразных кооперативных предприятий в 1940 г. выразилась в сумме 3 млрд руб. Ставки подоходного налога в кооперативном секторе устанавливались в зависимости от рентабельности, которая понималась как отношение суммы прибыли к сумме себестоимости производимой продукции.
Реклама на спичечном коробке. 60-е годы.
И колхозы, и колхозники платили одинаковый по типу налог – подоходный. Необходимость такого двойного обложения объяснялась тем, что колхозники получали доход из двух источников: из общих доходов колхоза (в натуральном или денежном выражении) и от индивидуального хозяйства, часть продукции которого поступала в свободную продажу на колхозных рынках. Каждая колхозная семья имела в своем распоряжении дом с усадебным участком, на котором она вела свое домашнее хозяйство без применения наемного труда. В состав этого хозяйства включались огороды, сады, домашний скот (коровы, овцы, козы, свиньи), птица и мелкий хозяйственный инвентарь. Продукция приусадебного хозяйства, иногда довольно значительного по площади, могла продаваться на колхозных рынках по свободным ценам. Советскими правоведами индивидуальное хозяйство колхозной семьи рассматривалось как одна из форм социалистической системы хозяйства: земля под садами и огородами не являлась ни частной, ни личной собственностью колхозников, а составляла часть колхозной земли.
Подоходный налог с колхозов взимался по невысоким ставкам. Так, колхозы платили 4 % с дохода от продажи продукции в порядке государственных закупок и 8 % – от продукции, реализованной на колхозном рынке. Подоходный налог с колхозов занимал довольно скромное место в формировании финансовых ресурсов государственной власти. Однако он принадлежал к разряду быстрорастущих источников бюджетных поступлений. В 1932 г. он дал казне 223 млн руб., в 1937 г. – 535 млн руб. и в 1940 г. – 800 млн руб. Однако большого значения в доходах бюджета СССР он не имел – 1,8 % в 1940 г. и 1,1 % в 1967 г.
В соответствии с конституционным принципом «от каждого по способностям, каждому по труду» заработная плата рабочих государственных предприятий не ставилась в зависимость от финансового положения отрасли или предприятия. Размер фонда заработной платы социалистической промышленности в 1937 г. составил 82,2 млрд руб., в 1940 г. – 125 млрд руб. Личный подоходный налог, в основном связанный с этим фондом, принес бюджету 1937 г. 1496,5 млн руб., 1944 г. – 3677,3 млн руб., или около 2 % всех бюджетных доходов государства. В последующее время доля налогов с населения в составе финансовых ресурсов увеличивалась, что было естественным следствием повышения уровня жизни советских граждан. Например, в 1960 г. по статье государственные налоги с населения в бюджет поступило 5,6 млрд руб. (7,3 % всех доходов бюджета), в 1967 г. – 9,3 млрд руб. (8 %).
Советский плакат. 60-е годы.
Наконец, финансовая база страны пополнялась за счет личных доходов населения (платежей имущественного и личного страхования, поступлений по государственным займам, доходов от денежно-вещевых лотерей), доходов от внешней торговли и некоторых других источников. Личные доходы советских граждан питали финансовую систему государства по нескольким каналам, в том числе в виде поступлений от реализации государственных займов и в виде денежных вкладов в государственные сберегательные кассы. В 1930-е гг. займы приносили бюджету больше доходов, чем личные прямые налоги. В частности, за период 1933–1937 гг. личные налоги дали казне 17,3 млрд руб., тогда как государственные займы, размещенные среди населения, – 18,1 млрд руб. За весь период советской истории до начала войны с Германией займы среди населения дали бюджету 50 млрд руб. Остатки личных счетов в сберегательных кассах равнялись 7 млрд руб.
Размещение займов носило добровольно-принудительный характер, как это отчасти было и до революции. Советские государственные займы, в отличие от займов капиталистических стран, заключались отнюдь не для покрытия бюджетных дефицитов. Балансовый метод построения народно-хозяйственных планов, и в частности баланса денежных доходов и расходов населения, исключал понятие дефицита в принципе. Дефициты в государственном бюджете СССР теоретически были возможны либо как результат просчетов в планировании, либо как следствие неудачного исполнения бюджета (например, из-за засухи). Все советские займы являлись плановыми – они были предусмотрены как народно-хозяйственным, так и финансовым планированием.
Подписка населения на займы производилась индивидуально: обыкновенно на займы подписывались в размере двухнедельного, трехнедельного либо месячного заработка, причем подписная сумма рассрочивалась на 10 месяцев. Советское финансовое управление выпускало займы в расчете на массового держателя; они получили название народных займов. Первые такие займы оказались не слишком успешными, например, заем 1927 г. на сумму 200 млн руб. привлек только 6 млн подписчиков. Однако в займе 1937 г. счет подписавшихся перешагнул за 50 млн человек, а суммы займов начали исчисляться миллиардами. При всех издержках социалистического строительства 1930-х и последующих лет несомненным является то обстоятельство, что пафосом строительства новой, радостной жизни была охвачена основная масса граждан СССР, в особенности молодых людей. Консолидирующую роль в подписке на займы играли профсоюзы и общественные организации под названием комитетов содействия государственному кредиту. Займы выпускались сроком на 20 лет и представлялись в двух формах: займы, приносившие годовой доход в размере 4 %, и беспроцентные выигрышные займы с большим количеством некрупных денежных выигрышей. Техническое обслуживание государственного кредита (выплату дохода и выигрышей, погашение облигаций, их хранение) выполняли государственные сберегательные кассы, открытые в городах и крупных сельских населенных пунктах на всей территории СССР. Таким образом, советская система мирного времени отличалась умеренными размерами личных налогов и широкой постановкой государственных займов.
За годы второй пятилетки Советское государство заняло у населения под облигации 18,1 млрд руб., одновременно изъяв заимообразно свободные средства сберегательных касс, кооперативных и страховых организаций на сумму 6,2 млрд руб., заместив ее облигациями государственных займов. Общий итог исполнения бюджетов за 5 лет составлял 361,1 млрд руб. по приходу и 348,5 млрд руб. по расходу. Таким образом, бюджеты были выполнены с профицитом в сумме 13,6 млрд руб., который отчасти был предусмотрен в проектах государственных бюджетов.
Плакат, рекламирующий облигации. 60-е годы.
В послевоенные годы ресурсная база Советского государства не претерпела серьезных изменений. Государственная социалистическая собственность по-прежнему оставалась преобладающей, а накопления государственных предприятий и хозяйственных организаций, как и прежде, являлись основным источником доходов государственного бюджета. Отсюда неудивителен быстрый рост бюджета СССР. За время с 1960 по 1970 г. он увеличился более чем в 2 раза: с 73,1 млрд до 154,6 млрд руб. Налог с оборота и платежи из прибыли государственных предприятий оставались главными статьями его доходной части. Так, в 1970 г. налог с оборота дал 31,5 % всех бюджетных доходов, платежи из прибыли – 34,6 %. Со временем доля прибыли, оставленная в распоряжении предприятия, увеличивалась. К примеру, в 1960 г. в бюджет было внесено 64 % полученной прибыли, в распоряжении предприятий оставлено 36 %; в 1965 г. – соответственно 70 и 30 %; в 1970 г. – 62 и 38 %; в 1977 г. – 56 и 44 %.
В 1962 г. вся промышленность СССР принесла прибыль в сумме 14 017 млн руб. Самые крупные отраслевые прибыли были получены в машиностроении (3718 млн руб.), легкой (2687 млн руб.) и пищевой промышленности (2581 млн руб.). Зато угледобывающая промышленность СССР показала хронический убыток: 721 млн руб. в 1958 г. и 821 млн руб. в 1962 г.
Займовые поступления в бюджет значительно сократились. С 1958 г. размещение займов среди населения по подписке было полностью прекращено. Некоторый доход казне приносила выручка от реализации 3 % внутреннего выигрышного займа, облигации которого свободно обращались на территории СССР.
При обращении к бюджетной проблематике экономической истории советского периода требуется исходить из того факта, что СССР представлял собой сложное государство. Основные источники бюджетных доходов являлись общими, за исключением таможенных сборов и доходов от машинно-тракторных станций, которые целиком направлялись в союзный бюджет. С другой стороны, так называемые местные налоги (на строения, на пользование земельными участками, на публичные зрелища и увеселения и т. п.) поступали исключительно в местные бюджеты.
Что же касается прибылей государственных предприятий, то значительная их доля (41,01 %) была отдана республиканским бюджетам. Им же предоставлялись по большей части и налоги, собиравшиеся с населения. Республикам были подчинены наиболее рентабельные отрасли промышленности – легкая и пищевая. Ведению союзных органов власти подлежала тяжелая промышленность; цены на ее продукцию устанавливались на уровне, весьма близком к себестоимости. Налог с оборота в большей части направлялся в союзный бюджет (90,27 %, по данным 1940 г.), в меньшей – в бюджеты союзных республик (9,73 %). Такое распределение основного налога оправдывалось тем, что за счет бюджета СССР создавалась крупная тяжелая промышленность как база для индустриализации всей страны. Республиканским бюджетам такие огромные расходы были бы просто не под силу. В комбинат «Азовсталь», например, было вложено 2292 млн руб., «Запорожсталь» – 569 млн руб., Сталинградский тракторный завод – 224 млн руб., Днепрострой – 250 млн руб., Харьковский тракторный завод – 100 млн руб., Макеевский металлургический комбинат – 295 млн руб., Воскресенский химкомбинат – 183 млн руб., завод АМО (ЗИС – завод им. И. С. Сталина) – 141 млн руб.
По размерам капиталовложений первое место в ряду промышленных гигантов, возведенных на востоке страны, принадлежало Магнитострою (1129 млн руб.), далее шли: Кузнецкстрой (839 млн руб.), Уралвагонстрой (337 млн руб.), Уралмаш (327 млн руб.), Челябинский тракторный завод (292 млн руб.), Тагилметаллострой (204 млн руб.), Прибалхашстрой (235 млн руб.). Стоимость 12 предприятий тяжелой индустрии, возведенных к 1936 г. на Урале, в Сибири, Казахстане и Средней Азии, составила более 4 млрд руб., а это около половины всех средств, которые были израсходованы на сооружение 35 промышленных гигантов первых пятилеток. Громадный текстильный комбинат в Ташкенте обошелся союзному бюджету в 124 млн руб. – больше стоимости постройки Харьковского тракторного завода.
Все время существования Советского Союза главной статьей расходов государственного бюджета оставалось финансирование народного хозяйства (33,45 % расходного бюджета 1940 г.; 48,2 % бюджета 1970 г.) и социально-культурных мероприятий (23,47 и 36,2 % соответственно). Значительную часть образовательных, медицинских, развлекательных и иных услуг советские граждане получали бесплатно или за малую плату из общественных фондов потребления. Вот один лишь пример. Десятки миллионов граждан СССР занимались физической культурой и спортом. Например, в городе Салават Башкирской АССР, где все ведомственные спортивные комплексы и площадки являлись общедоступными, каждый второй житель регулярно тренировался и участвовал в спортивных соревнованиях. Членство в спортивных обществах обходилось советскому гражданину в 30 коп. ежегодного взноса. Один работник Ижевского металлургического завода, спортсмен-разрядник по плаванию, подсчитал, что его личные занятия спортом обходились Советскому государству в сумме 555 руб. в год, что равнялось средней двухмесячной зарплате рядового советского инженера.
Третьей крупной расходной статьей являлось обеспечение безопасности государства. Государственный бюджет 1940 г. был отчасти военным бюджетом: оборонные расходы в нем составили 56,8 млрд руб., или 32,59 % всей расходной части. В мирное время оборонные расходы СССР, судя по официальным данным, снижались в относительном измерении. В частности, за 10 лет (1960–1970) их удельный вес в бюджете СССР сократился с 12,7 до 11,5 %.
Уникальная советская банковская система явилась естественным результатом тех экономических мероприятий, которые проводились в стране начиная с октября 1917 г. Новая власть национализировала все коммерческие банки и банкирские конторы (декрет ВЦИК от 27 декабря 1917 г.). Банковое дело было объявлено государственной монополией, а на базе бывшего Госбанка Российской империи и национализированных банков краткосрочного кредита был создан Народный банк РСФСР. Ликвидации подверглись учреждения долгосрочного кредита (акционерные земельные банки и городские кредитные общества) и банки, производившие обслуживание мелких и средних городских предпринимателей (городские общественные банки). Только кредитная кооперация была сохранена и получила поддержку от новой власти.
В годы гражданской войны и иностранной военной интервенции произошла натурализация экономических отношений, что повлекло за собой сокращение и упрощение функций финансово-кредитной системы. В январе 1920 г. Народный банк РСФСР был слит с Центральным бюджетно-расчетным управлением Народного комиссариата финансов. Но уже вскоре, в октябре 1920 г., еще до провозглашения перехода к новой экономической политике, по инициативе В. И. Ленина учреждается Государственный банк РСФСР с монопольным правом на эмиссию банкнот.
Особенность народного хозяйства СССР состояла в том, что оно развивалось на основании единого народно-хозяйственного плана. Хозяйственные компетенции союзного государства были исчерпывающе определены в статье 14 Конституции СССР. Статья резервировала за союзным государством право утверждать народно-хозяйственные планы, единый государственный бюджет, налоги и доходы, которые поступали на образование бюджетов союзного государства, союзных республик и органов местного государственного управления. Статья 14 указывала и на несколько важных хозяйственных функций союзного государства: руководство денежной и кредитной системой, ведение внешней торговли на основе государственной монополии, управление банками, промышленными и сельскохозяйственными предприятиями, организация государственного страхования и прочее.
Переход на рельсы народно-хозяйственного планирования повлек за собой крупные перемены в области кредита. В начале 1930-х гг. была осуществлена кредитная реформа, основанная на двух началах. Во-первых, каждое предприятие, имеющее нужду в краткосрочном кредите, могло получить его только в одном месте – в Государственном банке. Во-вторых, вексельный (коммерческий) кредит был ликвидирован и предприятия лишались права оказывать кредитные услуги друг другу. Тем самым Государственный банк вступил в непосредственные отношения с социалистическими предприятиями и сделался для них единственным источником прямых банковских кредитов. Прочие банки – Промбанк, Сельхозбанк, Торгбанк, Коммунальный банк – были превращены в учреждения долгосрочного кредитования капитального строительства в подлежащих отраслях народного хозяйства.
В рамках кредитной реформы советскими финансистами была проведена большая работа по оптимальной организации оборотных средств самих предприятий. Каждая производственная единица получила в свое заведывание и распоряжение некоторую сумму оборотных средств, которая требовалась для выполнения производственной программы. Источником этих средств являлся либо государственный бюджет, либо собственные прибыли, либо тот и другой источник одновременно. Таким образом, основная масса оборотных средств получалась из небанковских источников. Тем не менее сезонные потребности в оборотных средствах (например, на накопление сезонных запасов сырья, скажем, хлопка или топлива) покрывались банковским кредитованием. В противном случае предприятию грозило омертвление известной части его оборотных средств. Помимо сезонных потребностей, банк предоставлял предприятию кредиты на время, пока его продукция находилась в пути к получателю и, следовательно, не была еще оплачена. Наконец, Государственный банк приходил на помощь предприятию в случае, если непредвиденные случайности (например, транспортные затруднения) осложняли производственный процесс. Однако если сбои в производственном процессе вызывались неудовлетворительной работой предприятия, то банк отказывал в кредите и затруднения делались предметом разбирательства органов государственной власти по принадлежности. В любом случае предоставление банковского кредитования происходило на основании изучения финансового и хозяйственного положения заемщика. Следовательно, банковское кредитование превратилось в одну из самых серьезных форм контроля социалистического государства за деятельностью его же предприятий. Банковский контроль был принудительно распространен и на те производственные единицы, которые хотя и не испытывали влияния сезонных колебаний, но имели замедленный производственный цикл, например машиностроительные заводы. Банку вменялось в обязанность участвовать в определенной доле в формировании их оборотных средств. Если у предприятия возникала потребность эту долю оборотных средств использовать, то он становился объектом пристального банковского контроля. Сформированная в 1930-е гг. бюджетная и кредитная система сохранилась в своих главных чертах и в последующие годы.
В 1959 г. произошла реорганизация банков долгосрочного кредита. Сельскохозяйственный и Коммунальный банки подверглись ликвидации, их активы и пассивы перешли к Государственному банку СССР. На Госбанк были возложены новые для него функции долгосрочного кредитования и финансирования сельского и лесного хозяйства, потребительской кооперации и банковское обслуживание населения, чем раньше занимались коммунальные банки. На базе Промбанка был создан специальный банк финансирования капитального строительства во всех отраслях экономики, за исключением кооперации, лесного и сельского хозяйства. В 1962 г. в ведение Госбанка перешли сберегательные кассы, ранее подчинявшиеся Министерству финансов непосредственно. Денежные вклады населения, собранные на вкладах и текущих счетах сберегательных касс, теперь стали использоваться для кредитования и финансирования народного хозяйства. Государственный банк располагал 4135 филиальными учреждениями и 78,3 тыс. сберегательных касс. Рост депозитов сберегательных касс часто используется в качестве показателя уровня жизни. Остатки на вкладах трудящихся в сберегательных кассах и Госбанке СССР возросли с 10 909 млн руб. в 1960 г. до 32 360 млн руб. в 1968 г. Иными словами, за 8 лет денежные ресурсы населения увеличились в 2,97 раза.
После проведенных реорганизаций банковская система СССР получила трехзвенную структуру: Государственный банк, Стройбанк и Внешторгбанк. Об их активных операциях начальное представление можно получить из материалов официального статистического ежегодника «Народное хозяйство СССР».