Дверь каюты была словно спаяна со стеной, обе они казались абсолютно и невозмутимо нагло целы. Март, положив руку на металл, поймал ощущение всепоглощающей мертвенности корабля, почему-то передавшейся окружавшему его лесу так, что буйная растительность представлялась застывшей бездыханной картинкой. И все же в этом эпицентре антижизни пульсировала сила, очень слабая, но при этом умудрявшаяся как-то поддерживать энергоструктуру корабля. Казалось, если источник иссякнет, то и сам оставшийся стальной скелет пришельца превратится в гору трухи и пепла.

— Ни замочной скважины, ни глазка, щели, трещины в этой цельнометаллической конструкции. Но как-то она должна открываться?

Вахрамеев наддал плечом, но удесятеренная сила скафа не вызвала даже скрипа, словно на дверь и не пытались воздействовать.

— Вот что, так взять и уйти, спустив все усилия в утиль? Нет, мы так не договаривались.

Оставалось единственное — загадочные плетения, в которых Март совершенно не разбирался, но хотя бы их видел. Стало быть, решил он, сюда и нужно копать, точнее, смотреть дальше и глубже, стараясь увидеть закономерность или, наоборот, прореху.

Вахрамеев, отвернувшись от еще не сдавшейся двери, внимательно и медленно начал исследовать застывшие энергетические волокна, чье расположение оказалось на удивление упорядоченным. Пучки нитей плавно переходили от одного узла, сильно напоминавшего кельтский, к другому, образуя причудливые фигуры. Но странное дело, все волокна, идущие отовсюду: со стен, потолка и пола, — собирались на этой странной двери, в центре ее образуя непохожий на другие орнамент: словно четыре лепестка и четыре круга, пересекаясь гранями и перетекая друг в друга, образовали условный квадрат. Хотя что-то в этой фигуре было не так. Но что?

Вдруг рядом с ним раздался шорох, а затем звук падения чего-то с потолка. Март дернулся, сбив концентрацию.

— Ты где пропадал? — облегченно выдохнул Соло, узнав кота.

— Гулял.

— Нашел, чем заниматься. Ну тогда хоть не мешай уважаемым людям в серьезном деле.

Но у Хана было свое понятие про «не мешать», и он взобрался на плечи напарнику и вслед за ним уставился в то же место. Вдоволь насмотревшись, аккуратно поддел коготком тускло светящуюся синевой нить, соединив ее с такой же в центре фигуры.

Март, сперва готовый костерить кота за самоуправство, замер, опасаясь пошевелиться и ожидая чего угодно, но узор, на мгновение вспыхнув, снова погас.

— Фух. Почему не получилось?

— Патамушта… — философски муркнул кот и таким же манером соединил алые нити, а потом и золотые.

— Ну ты и глазастый, я даже, следя за тобой, еле различаю обрывки.

— Дела не в глазах, а в умении. Тибе ище учитса и учитса.

Хан собирался еще что-то сказать по поводу головы Марта, но узор пришел в движение. Если можно так сказать, ожил, заискрил и пустил хоть и слабые, но ощутимые волны по всей цепи плетений. Картинка ожила и, казалось, проснулись, хоть и слабые, звуки. А на периферии этого странного пространства раздался отдаленный, скорее вопросительный, нежели грозный рык зверя.

Потом все стихло. В наступившем безмолвии и неподвижности воздуха что-то щелкнуло, затем скрипнуло, и дверь медленно отъехала в сторону на сантиметров 15. Не став терять времени, Мартемьян успел подставить в образовавшуюся щель ногу и, навалившись рукой, с силой отодвинул массивную металлическую бронеплиту, расширяя проем.

Внутри царила непроглядная темень, и только в скудном свете, лившемся из прохода, можно было понять, что это комната, а не коридор или еще какой непонятный тупичок для хранения швабр. Активировав на шлеме режим освещения, Март увидел, что каюта в полном порядке, даже затхлости не ощущалось, хоть единственный иллюминатор и был надежно прикрыт бронированными створками.

Окинув беглым взглядом помещение, Вахрамеев отметил его аскетизм и почти полное отсутствие мебели, кроме одного предмета обстановки. Те самые нити, что пронизывали весь корабль, здесь сплетались в плотные жгуты магистралей, заходя в явно очень прочный, это ощущалось через Сферу, как особое свойство предмета, куб из непонятного многослойного материала. Вот из его глубины и фонила та самая Сила. Размеры у него были меньше метра. Подойдя вплотную, Март смог разглядеть по аналогии с дверью точку активации (никакой физической кнопки не имелось вовсе). Соединив одну за другой несколько разноцветных нитей плетения, он добился того, что хранилище раскрылось, явив свое очевидно особо ценное содержимое.

Внутри точно по центру парил, не касаясь стен, небольшой и отчетливо напоминающий формой остов разбитого корабля кристаллический артефакт. Сначала Вахрамеев рассмотрел его глазами в свете фонаря. Темный, приглушенно поблескивающий, то зелеными искрами, то синеватыми, он притягивал взгляд своей красотой и соразмерностью линий.

— Его сотворил гений… — только и смог прошептать Соло, а кот одобрительно муркнул в ответ. Хвостатого артефакт тоже захватил. Затем пилот всмотрелся в непонятный предмет уже через энергосферу и понял, что в нем как миниатюрной модели собраны все те же плетения, что и в корпусе большого корабля. Только здесь они оказались целыми и без повреждений, да и светились куда ярче (в самом корабле энергии вовсе не осталось, и линии оставались тусклыми все время).

Многочисленные попытки вступить с излучающим Силу, а стало быть, как-то действующим, еще «живым» предметом ни к чему не привели. Все усилия оказались тщетны. Артефакт продолжал молчать, оставаясь загадкой.

Изучали они его вместе очень долго, основательно выпав из времени. Тщательно и с немым восхищением рассматривая структуру плетений, Март в какой-то момент осознал, что узору не хватает чего-то важного. Вернувшись к обычному восприятию, он, сняв бронеперчатку, прикоснулся к артефакту и ощутил под подушечкой пальца небольшое, почти незаметное углубление в центре верхней плоскости. Сейчас оно было пусто.

— Ага. Наверное, сюда что-то вставлялось, типа батарейки, и тогда системы корабля активизировались, — предположил Вахрамеев. — А сейчас он, получается, обесточен. Но при этом как-то функционирует. Дела.

Кот, вернув себе привычную манеру, спрыгнул на пол и принялся обследовать комнату, обнюхивая углы и стены.

— Вот же я тупень.

— Ндя, иногда полезно пр-ризнать пр-равду, — отвлекся Хан от своих важнейших дел.

— Кстати, напарник, а ты мог бы выплюнуть или вы… вытащить из себя энергион?

— Неа. Низя. Хар-рашо, шта я его ср-разу пр-раглатил, знал, что забр-рать захочишь.

— Жаль. Я бы только одним глазком, и обратно тебе вернул.

— Ничего ни знаю. Ищи др-ругой.

— Кстати, а это мысль. Может, здесь найдется что-то подобное.

Очевидная скудость убранства каюты оказалась мнимой. Просто почти все ее элементы могли задвигаться в стены, пол и потолок. И управлялось все это исключительно через Сферу. Немного разобравшись, Март понял, что в помещении имелись и просторная кровать, впрочем, ее матрас и белье полностью разрушились от времени, оставив лишь остов, и просторная душевая кабина с какими-то малопонятными агрегатами, которые сохранились куда лучше. Их в перспективе явно следовало изучить и попытаться воспроизвести.

Под всепроникающим взором энергосферы нашлись и диван, и даже кресла. Но активировать и вытаскивать наружу их сейчас не имело особого смысла. А вот рабочий тумбовый стол и аналог большого, во всю боковую переборку, условный шкаф-купе, определённо следовало раскрыть и изучить.

Удача улыбнулась ему почти сразу. Выдвинув полку в столе, он обнаружил нечто очень интересное. Непонятный металлический гаджет, напоминающий тубус сантиметров 20 длиной и 4,5 шириной, снабженный широкими кольцевыми креплениями с двух концов.

— Похоже, эта штука должна на предплечье размещаться, как думаешь, Хан?

— Навер-р-на.

Но догадки не потребовались. Стоило Марту сунуть руку в захваты (поступок, в сущности, не самый разумный, если вдуматься), как его механизм пришел в действие. Манжеты стянулись, четко встав на наручах БСК, а затем пилот обнаружил, что извне через энергосферу к нему поступает запрос на соединение.

Отмалчиваться и отказываться от контакта ему и в голову не пришло. И сразу же развернулся подробный образ. Изложено все в нем было настолько ясно и понятно, что хватило, казалось, одного мгновения, чтобы уяснить себе в деталях, чем же он обзавелся.

«Цепная стрела» требовала напитки Силой. И не так чтобы мало. Пришлось срочно наполнить ее резерв до упора, ощутив на миг даже некоторую слабость, до того резко и мощно втянул в себя артефакт энергию. У Марта даже мелькнула мысль, что прежний хозяин был куда более могущественным одаренным, чем сам Вахрамеев.

Что и как делать тоже стало ясно без лишних слов. Оставалось только проверить действие «Стрелы». Но применять ее здесь, в каюте, было рискованно повреждениями обшивки. Пришлось выбираться наружу, тщательно задвинув дверную панель на место.

Оказавшись в просторном коридоре, Соло направил оружие на цель, сжал кулак и просто отдал приказ. С легким хлопком «Стрела» упруго толкнула отдачей, заставив даже усиленную псевдомышцами БСК руку напрячься изо всех сил, а в темноте коротко сверкнула серебристая молния, послышался звук удара, ощутилось натяжение, и в тот же миг еще толчок, цепь вернулась в тубус, настойчиво запросив новую порцию Силы.

— Это было слишком быстро. Ничего разглядеть не успел. А ты, Хан?

— Норма-а-льна… Харашо бьёцца.

— Нет, так-то я уже в курсе, как она действует, но… пошли глянем на результат, интересно же.

Далеко идти не пришлось. По характеристикам, влитым в его память напрямую, он знал, что дальность выстрела цепи короткого восьмигранного наконечника не превышает четырех метров. Но одно дело теория, и совсем другое факт, увиденный своими глазами.

Острие угодило точно в проросшую внутрь разбитого корпуса толстую лиану и просто разнесло ее в щепки, разрубив надвое.

— Там импульс гравитационный работает. Сначала выбрасывает стрелу на цепи, потом обратно затягивает ее. Эффект шикарный. И заметь, в итоге получается оружие, не покидающее руки. Метательное, но контактное. Вроде дронов на оптоволокне, которым никакая РЭБ не помеха…

Слова его потонули в чудовищной силы реве, который буквально сдавил пилота, заставив сердце пропустить такт, а кота прижать уши и зажмуриться, выгнув спину колесом. Шерсть на нем встала дыбом. Вслед за рыком монстра послышался и грохот, будто кто-то очень большой упал на корабль сверху. И сразу раздались жуткие скрежещущие звуки когтей по металлу, явно, что зверюга пыталась в ярости прорваться внутрь, отчего остов хорошо так зашатало.

— Это мы удачно зашли. Похоже, монстра искать не придется, он сам к нам пожаловал, — справившись с шоком, смог даже отшутиться в ответ Март.