Над изрезанной плотью планеты в ясное голубое небо из высоких труб круглыми сутками и в любую погоду вздымались клубы черного дыма. Лет сто с лишком назад рахдониты обнаружили, что открытый ими осколок не только имеет собственные, пусть и весьма примитивные, тепловые электростанции, но также богат залежами каменного угля, а с учетом того, что со временем там нашли больше десятка створов, ведущих в разные миры, он стал крупным авиахабом, где воздушные суда могли провести зарядку своих аккумуляторов.

И вот уже несколько поколений жителей Хомбурга и окрестных селений молчаливо тянули шахтерскую лямку. Технологии в Запределье ушли далеко вперед, но здесь все оставалось по-прежнему. Добыча, как и сто лет назад, велась из глубоких шахт. Работяги вгрызались в недра планеты, опускаясь в клетках подъемников со своими отбойными молотками и примитивным крепежом, ведь голодные печи станций требовали все новых и новых партий отборного антрацита.

Жизнь здесь, в Саарланде, была проста и однообразна. Рахдониты прежде особо не лезли во внутренние дела аборигенов, зато пришедшие недавно Черные объявили этот мир территорией своей державы, признав местных частью великой германской нации. Правда, пока они не спешили с натурализацией новоявленных «родственников» и не выдали саарцам ни одного аусвайса подданного Аустрайха.

Зато сходу принялись укреплять организованную вокруг скромного аэродрома подскока полноценную авиабазу. Но поскольку времени прошло очень мало, то и заметного влияния все эти драматические события не произвели.

Никакого отпора саарцы захватчикам не оказали, просто приняли новую реальность, так что и особых строгостей и репрессий против них устраивать не имело рационального основания. В сущности, для них мало что изменилось пока. Вот и сегодня, вернувшись домой после длинного трудового дня и плотно поужинав, они перед сном, как и полагается добропорядочным бюргерам, прогуливались по мостовым и площадям старого города под руку со своими фрау, раскланиваясь при встрече со знакомыми парами, или разбредались по многочисленным пивным Хомбурга, чтобы выпить вечерком законные три-четыре большие кружки пенного. Обстановка в городе была до крайности мирная, на улицах не то что военных патрулей, даже рядового полицейского, оснащенного одной лишь дубинкой, встретить было мудрено. Опасность, по мнению самих имперцев, легко захвативших осколок, могла угрожать им только с воздуха.

Но захватчики не учли одного: был один, неизвестный им, створ. И этим черным ходом и воспользовались Вахрамеевы, зайдя там, где их никто не ждал. Три часа ночи. Кругом темень. Еще и новолуние. Когда корабли клана вывалились в нормаль нового мира, они сразу пошли на снижение, чтобы исключить обнаружение радарами имперцев. Да, гористый рельеф планеты и без того надежно защищал от бдительного ока врага, но рисковать все равно не следовало.

От Умника пришло через Сферу сообщение: «Вокруг нет средств наблюдения. Все чисто». Отряд сейчас соблюдал строгий режим радиомолчания. «Разбой» пошел первым, за ним пристроилась «Росомаха», шаттл и тяжелый транспортник замыкали построение.

Шли на сверхмалой, почти касаясь верхушек деревьев и повторяя изгибы поверхности. Рискованный полет, если бы не навыки Марта и его Дар, позволяющий видеть все и просчитывать варианты с опережением. Остальным требовалось лишь старательно повторять его маневры.

Добрались без приключений, по крайней мере, вокруг царила тишина и никто по ним не стрелял. На заранее спланированной точке все конвертопланы приземлились. Алиса осталась в своем истребителе, готовая взлететь в небо по первому сигналу, остальные покинули борта. Четверка братьев под началом Деньки вместе с Громозекой отправилась сквозь бурелом и темень леса прямиком к ТЭЦ, остальные двинулись на исходные позиции для штурма. Март с котом поспешили вперед. У них был свой план. И единственной преградой на пути его реализации была отчаянная нехватка времени.

Будь у напарников в запасе хотя бы сутки, они без труда могли бы перехватить какой-нибудь дозор или просто группу фрицев, кот перекинулся бы в старшего из них, они переоделись и совершенно спокойно прошли бы на базу. Но ждать, пока кто-то подходящий появится на горизонте, они не могли. Сроки подпирали, и им пришлось действовать почти экспромтом, с особой, можно даже сказать, исключительной наглостью, рассчитывая, что врагу даже в голову не придет, что так можно было…

Но для начала Соло изучил предполье базы и обозначил безопасные проходы в минных постановках, передав данные остальным. В этот раз скаф он брать не стал, важнее была компактность и незаметность. Теперь оставалось миновать расставленные по периметру камеры и датчики с помощью иллюзий, которые щедро раздавал Хан. Сама база была до смешного слабо защищена. Поставленные в один ряд сетчатые, обшитые изнутри плотной тканью габионы, метра по полтора в высоту, набитые крупным щебнем вперемешку с песком. По углам и у ворот из таких же габионов были выстроены уже более основательные фортификационные сооружения.

В принципе и этого для защиты от стрелкового оружия или прямого выстрела из гранатомета было достаточно. Все равно для того, чтобы выдержать полноценную осаду или штурм с тяжелой техникой, эта оборонительная линия не была предназначена. Максимум налет пехоты, и то не факт. Ключом к безопасности базы оставались бпла и звено юнкерсов, способных своим огнем смести с лица земли почти любого врага.

Напарники, пробравшись внутрь территории базы, разделились. Кот отправился к центральному посту управления обороной, а Март пошел на взлетку, точнее к небольшому домику, в котором сидели в полной боевой экипажи дежурной смены пилотов тех самых штурм-тигров.

Вахрамеев отлично видел обстановку и двигался уверенно. Добравшись до места, он вооружился Базером с накрученным на него глушителем и, внезапно возникнув из темноты, точным выстрелом устранил у входа часового. «Первый пошел». Тут же подскочив, подхватил обмякшее тело, тихо опустив на крыльцо. Хотя вряд ли кто его услышал: из домика дежурного звена слышался громкий мужской смех. Приоткрыл немного дверь. В лицо пахнуло теплом и запахом свежего кофе, команда сидела к нему спиной, уставившись в телевизор, и так и осталась на своих местах, даже не поняв, что произошло: Март без колебаний, почти мгновенно, перестрелял всех летчиков. «Чисто», — оглядел он цепким взглядом помещение и выключил ящик, из которого все еще раздавался дурацкий смех.

Теперь оставалось устранить вторую угрозу — операторов, управляющих беспилотниками. Их дежурная группа точно так же сидела в полной готовности действовать в небольшом вагончике перед мониторами в ожидании приказа.

И здесь все повторилось точно по той же схеме, правда, с одним исключением: мужики сидели не перед телевизором и не спиной к вошедшему. Впрочем, они тоже болтали, так что не сразу сообразили, кто, а главное зачем, появился перед ними. «Какие вы здесь, однако, расслабленные», — подумал Март и тут же выпустил по пуле каждому. «Теперь вы нам не помешаете».

Тем временем кот успел, никуда не торопясь, добраться до пульта управления обороной, с отвращением выплюнул из пасти устройство связи, переданное ему дедом Каллистратом с четким указанием куда и как подключать, а затем, перекинувшись в дракона так, что затрещали стены этого наскоро возведенного временного жилища, атаковал ментальной энергией дежурный наряд вместе с охраной. Все они умерли от ужаса мгновенно, так и не поняв, что их убило.

Вернув себе привычный облик, Хан пробрался внутрь и, найдя нужный разъем, не без труда лапками воткнул гаджет. На этом его миссия была завершена. Оставалось только не пускать никого внутрь. И он с удовольствием разлегся на стоявшем в пультовой кожаном диване, широко раскинув натруженные лапы, дожидаясь, когда все закончится.

Умник, в ту же секунду получивший доступ к центру системы управления базой, взял под контроль все турели, автоматические беспилотники, камеры слежения, радары и лидары, средства дистанционного контроля минных постановок, заставив их замолчать. После чего в эфире прошла короткая команда: «Вперед», сказанная на русском.

И оснащенные боевыми скафами штурмовики клана Вахрамеевых стремительно и синхронно бросились вперед, как стая волков, почуявшая запах крови. Снайперы открыли счет уничтоженным фрицам, выбивая их одного за другим и этим расчищая путь штурмам, пока те изо всех сил рвались к стенам из габионов. Добежав до них, перескакивали с ходу, в горячке боя почти и не заметив преграды.

Затем началось избиение. На базе даже не включилась сирена, но дойчи, услышав шум и стрельбу, выбегали навстречу своей смерти кто в чем, еле успев вооружиться, пытаясь оказать сопротивление этим непонятно откуда взявшимся захватчикам. Но они были обречены. В чернильной темноте, разбавленной жидким светом фонарей, ничего было не рассмотреть кроме коротких вспышек автоматных очередей в лицо. И только прекрасно видевшие живые цели в своих визорах русские методично и безжалостно, вырезали под корень своих врагов.

Март тоже принял участие в схватке, но просто бегать и стрелять он не видел смысла. Зато добравшись до вагончиков, где размещались пилоты, Вахрамеев завершил начатое, уничтожив одного за другим всех вражеских летунов, выскочивших полуодетыми из дверей своей казармы.

Учитывая, что нападавших численно было не меньше, чем обороняющихся, и фактор внезапности, все закончилось куда быстрее, чем можно было ожидать. Единственная попытка организованного сопротивления была предпринята отделением панцерегерей, действительно присланных два дня назад на усиление гарнизона. Но как только они обозначили себя, кержаки резво обложили их со всех сторон и просто расстреляли из гранатометов, а затем добили в ближнем бою. Стены палатки плохо годятся для обороны, а БСК все же не танковая броня.

Первая битва закончилась победой. В сухую в пользу молодого клана. Довольные кержаки ожидали дальнейших приказов, привалившись спинами к стенам и переводя дух, успокаивая бешено колотящиеся сердца. А вот Март даже и не устал, слишком стремительно все произошло.

Выделив среди бойцов Поликарпа, Мартемьян подошел к нему.

— Ну что, поздравляю, дядька. Все прошло четко. Все целы?

Тот поднял забрало шлема и хрипло ответил.

— Да, у нас ноль потерь. Какие будут распоряжения, лидер?

— Немедленно приступить к тушению пожара, все панцеры и оружие собрать, даже поврежденные. Тела убитых для начала стаскивать вот сюда, — он ткнул пальцем на планшете, указав конкретное место. — Там вскоре выкопаем бульдозером траншею и всех похороним.

— Будет сделано.

Вахрамеев, через Сферу проверив округу, вычислил несколько уцелевших противников.

— И вот еще. Смотри, я отмечу на карте, где еще прячутся недобитки. Отправь туда боевые группы, пусть зачистят.

Вскоре все было кончено. Пленных Вахрамеевы этой ночью не брали.

«Капитан Соло, — получил он сообщение через Сферу от Умника, — группа Дена докладывает, что ТЭЦ полностью под нашим контролем, запрашивают приказ на дальнейшие действия».

«Пусть пока там посидят, незачем беготней заниматься».

«Принято. Распорядитесь выслать за нами транспорт, это просьба Деда».

«Включи здесь внешнее освещение».

И тотчас, как по мановению волшебной палочки, база наполнилась ярким светом и перед кержаками предстала картина побоища, такая, что даже такие опытные вояки поразились увиденному: все пространство вокруг казарм было усеяно трупами до последнего сражавшихся фрицев.

А Март, используя уже обычное зрение, бодрой рысью рванул к гаражу, где стояли машины. Забравшись в одну из них, завел и уже через несколько минут подъехал к поджидавшему его Каллистрату, стоящему прямо на дороге в своем инженерном БСК и здоровенной снайперской винтовкой в руках.

— Погоди, сейчас Умника прихвачу, и поедем.

— Ага, я пока развернусь.

Наступал рассвет. Первые проблески зари высветили небо на востоке. К этому времени остатки огня от разгромленной палатки панцерегерей были полностью потушены и убраны. Тела убитых уже закопали. База стояла так, словно ничего и не произошло.

Март, успевший влезть в родной БСК и вернуться к «Разбою», теперь ждал команды. И она пришла.

Умник через Сферу передал:

«Капитан Соло, наблюдаю выход первого корабля конвоя через Створ».

«Ну, началось! Это все были цветочки, вот и ягодки подъехали».