Когда они сошли на берег, Ци Ян обратилась к прохожим и узнала, где неподалеку есть дешевая гостиница. В этот момент их нагнал распорядитель Су:

— Мои люди доставят вас в гостиницу в центре, я позаботился об удобствах. Сегодня мне нужно закончить с делами здесь, а с утра можем вылететь в Академию Меча и Музыки.

— Не стоит беспокоиться, мы уже нашли жилье, — внезапно заверил его Ларт.

Ци Ян вытаращилась на него. Впервые ее мастер отказывался от халявы и удобств.

Су Циан тоже нахмурился.

— Вы не желаете принять мое предложение по какой-то причине?

Ларт чуть опустил голову в знак согласия.

— Я чем-то вас расстроил?

— Дело не в том, что приглашение исходит от вас. Нам просто будет удобнее остановиться в другом месте.

— Хорошо. В таком случае я оплачу его.

— Ладно, — легко согласился Ларт.

Остальные приняли его решение молча, хотя и Лиэ Ю, и Фуи, и Доу Фарон не могли взять в толк, почему бы им не остановиться в роскошных апартаментах. Но они не стали спорить или разделяться.

Вход в прибрежную гостиницу скрывался в узком переулке, образованном магазинчиком всякой всячины слева и рыбацким рестораном справа. В проулке было темно и пахло не очень приятно, и Су Циан, идущий за будущим гостем Академии Меча и Музыки, скривился и поджал губы, наблюдая пейзажи вокруг, вдыхая запахи и думая о том, от чего он отказался.

Лиэ Ю нагнал Ларта и спросил из праздного любопытства:

— Почему вы отвергаете лучшие условия?

Тот с усмешкой отозвался, толкая дверь справа от проулка и входя во внутренний дворик гостиницы:

— Я человек неприхотливый.

Лиэ Ю с досадой осознал, что снова недостаточно корректно сформулировал вопрос.

Маленький дворик вмещал несколько столов и полнился людьми. Мужчины громко беседовали, играли в чатуранги, щелкали семечки и курили. Весь дворик был в дыму.

Не пытаясь продолжать расспросы, Лиэ Ю зажал нос рукавом и слегка закашлялся. Он постарался не отстать от Ларта, потому что боялся запутаться в таком месте, хотя тут и было всего две двери. Наконец они пробрались ко входу в само здание и очутились внутри.

Здесь запахи были не столь едкими, изобиловали ароматом приправ. Вошедшие заметили столики, но их оказалось еще меньше, чем снаружи, — всего два. За одним, к вящему удивлению главы секты Полуночного сияния, сидел новеллист Ду. Увидев вошедших, он подскочил, отвлекшись от вечернего чая, и радостно воскликнул:

— Судьба не хочет, чтобы мы расставались! Как радостно видеть заклинателей в этой скромной обители! Признаться, без ваших мечей я ощущал себя здесь неуютно.

Подскочивший хозяин, заслышав слова новеллиста и окинув вошедших взглядом, разулыбался и вытер потные ладони полотенцем. Су Циан вышел вперед и открыл было рот, но затем обернулся, окидывая взглядом остальных.

— Хм, три номера? Два по двое и один для вашей ученицы?..

— Она не моя ученица.

— Я буду спать с братком!

Фуи и Лиэ Ю переглянулись, явно недовольные перспективой совместной ночевки.

— Я доплачу за еще один отдельный номер, — решил Лиэ Ю.

— Вы меня обижаете, — посетовал Су Циан. — Я предложил только потому, что посчитал этот вариант удобным. Конечно, мне несложно заплатить за отдельные номера для каждого.

— Но я хочу жить с братком!

— Я тоже хочу ночевать с мастером, — хмуро произнес Фуи.

— Я не твой мастер.

Су Циан обратился к нему:

— Господин Ларт, у вас есть какие-то предпочтения?

Ларт ответил не сразу, и хозяин, пытающийся вставить слово последнюю минуту, наконец получил такую возможность:

— Позвольте, господа. У нас осталось всего два номера.

— Два номера на скольких человек? — уточнил Су Циан.

Хозяин замялся.

— Ну… Если положить матрацы поплотнее… По три человека в номер поместятся.

Почему-то Доу Фарону это показалось смешным. Лиэ Ю посмотрел на него с подозрением, а Су Циан попытался еще раз:

— Мое предложение найти гостиницу поприличнее по-прежнему в силе.

— На самом деле я никого не держу, — заметил Ларт. — Вы могли бы принять его предложение, встретимся утром.

— Я останусь здесь, — сообщил Лиэ Ю.

— Я тоже! — откликнулся Доу Фарон.

— С чего бы нам разделяться? — подбоченилась Ци Ян.

— Я все еще не понимаю твоей внезапной тяги к экономии чужих денег, но я тоже никуда не уйду, — скрестив руки на груди, заявил Тигр-без-полосок.

Су Циан вздохнул.

— В таком случае мы заселимся в два оставшихся номера, — сказал он хозяину.

В ходе ожесточенных обсуждений и безрезультатной попытки пнуть Доу Фарона, «ученики» Ларта вынуждены были ночевать отдельно. Сам же мастер оказался зажат между градоправителем и главой секты Полуночного сияния, и каждый из них не желал уступать оппоненту ни минуты лартовского внимания. Сидя между ними на матраце, Ларт прикрыл глаза.

В то же время Доу Фарон:

— Браток, я тебе тут перинку взбил, перебирайся сюда! — Пауза. — А не, погоди, бро, я подушку еще получше найду. Эй, Персик, кинь свою, проверим, какая лучше!

Лиэ Ю с потрясенным недоверием смотрел на него. Он, конечно, замечал, что у Доу Фарона не всегда все ладно с головой, и все же не наблюдал за ним раньше подобной услужливости. Просто чтобы продолжить наблюдать, Лиэ Ю наклонился и протянул ему свою подушку.

Доу Фарон подкинул все три по очереди в воздух и ударил каждую, с серьезным выражением лица сравнивая мягкость, — затем выбрал одну и принялся колотить. Закончив, положил подушку и опять произнес:

— Лартик, перебирайся сюда!

Лиэ Ю подозрительно сощурился.

— Вы зачем это делаете? Неужели таким жалким способом пытаетесь переманить господина Ларта на свою сторону?

— Э-э? — Доу Фарон встрепенулся и посмотрел на него. — Эм… — Он перевел взгляд на взбитый матрац и подушку. — Хм. Я чет как-то по привычке…

— Привычка взбивать кому-то матрацы? — с еще большим подозрением переспросил Лиэ Ю.

— Нет, привычка… Ну короче. Неважно. Мне же мягче, — заявил он и бухнулся на матрац, при этом все же потянувшись и заменив подушку Ларта на ту, которую для него взбил.

Когда Доу Фарон окончательно улегся и затих, Лиэ Ю отвел от него взгляд и протяжно выдохнул. Действия этого человека не поддавались никаким логическим объяснениям в его голове, поэтому в конечном счете он просто отказался об этом думать.

Комната у них была крошечная: кроме трех матрацев, лежащих впритык друг к другу, в ногах у стены было немного пространства где-то в длину стопы, и еще чуть-чуть напротив рядом с окном. Больше в комнате не было ничего, ладно шкаф — роскошь, но даже никакой захудалой тумбы, чтобы кинуть на нее вещи. Одеяла тоже отсутствовали, хотя в них и не было нужды: в маленькой комнате под крышей и без того стояла духота. Они попытались открыть окно — но оно выходило во внутренний двор, и вместо свежего воздуха внутрь потянулись клубы сигаретного дыма. В какой-то момент Лиэ Ю сильно пожалел, что не принял предложение Су Циана. В конце концов, они с Лартом могли бы встретиться утром, и глава секты Полуночного сияния хотя бы отдохнул этой ночью, потому что все указывало на то, что это будет не ночь, а пытка. Он даже подумал, что мог бы уйти сейчас: пусть и не уточнил у распорядителя Су, в какой гостинице тот остановится со своими людьми, вряд ли трудно было найти их. Конечно, он мог вообще наплевать на всех и снять себе номер в любой приличной гостинице, но тогда не смог бы спокойно отдыхать, боясь, что проспит и остальные уйдут без него.

Обдумывая все это, он смотрел на сидящего с закрытыми глазами Ларта и понимал, что в любом случае никуда не пойдет. Интуиция подсказывала ему, что пшеничноволосый заклинатель что-то задумал. И он хотел быть свидетелем того, что будет происходить.

Прошло около двух часов в тишине и спокойствии, на улице окончательно стемнело, и Ларт открыл глаза. Он осмотрелся по сторонам (увидел спящего градоправителя и мерцающие глаза Лиэ Ю) и уточнил немного рассеянно, поднимаясь на ноги:

— Су Циан уже ушел?

Лиэ Ю поднялся вслед за ним, и они, обувшись, друг за другом покинули комнату.

— Он ушел сразу после того, как позаботился о нашем ночлеге, — с нарочитым удивлением в голосе ответил глава секты Полуночного сияния.

— Я был занят размышлениями и не заметил. Который час?

Лиэ Ю задумчиво огляделся, будто темные стены могли подсказать ответ.

— Что-то около начала второй стражи? — предположил он.

Они спустились на первый этаж. За столиками никого не было, но снаружи еще доносились веселые разговоры.

— Хозяин, сколько времени? — спросил Ларт у протирающего подносы мужичка.

Тот отвлекся и на мгновение задумался.

— Первую стражу давно объявили, скорее всего, скоро начнется вторая.

— Персик, дай ему несколько монет, — попросил Ларт и уточнил: — В вашей гостинице останавливалась средних лет женщина с маленькой девочкой?

При этом вопросе Лиэ Ю резко обернулся к Ларту.

Хозяин посмотрел на монеты на столешнице, кошель, все еще находящийся в руках Лиэ Ю, и произнес:

— Похожее описание, но что-то смутно…

Глава секты Полуночного сияния отсыпал еще монет.

— Да, есть такие. Остановились на втором этаже в третьей комнате.

Ларт сложил руки на груди и посмотрел вверх, будто мог через потолок просканировать этаж взглядом. Какое-то время он в размышлении постукивал ногой, а затем развернулся и вышел во двор. Лиэ Ю последовал за ним.

— Персик, ты же уточнил, где остановился Су Циан? — походя спросил Ларт.

— Нет.

— Очень недальновидно, Персик…

«Кто бы говорил», — подумал Лиэ Ю, но воздержался от ответа.

Ларт резко остановился и развернулся к нему. На миг тот подумал, что пшеничноволосый заклинатель прочитал его мысли. Затем Ларт заявил:

— Впрочем, зачем нам Су Циан? Мне просто интересно проверить свою догадку. Ты мне лучше вот что скажи, Персик: у тебя есть бусики?

— Бусики? — с трудом выговорив, переспросил Лиэ Ю, тяжелым взглядом уставившись на Ларта. — Я бы спросил, с чего бы им у меня быть, но… уже догадываюсь об ответе.

Ларт покрутился по сторонам и окинул взглядом сидящую за столиками компанию. Заприметив что-то, он резко подскочил к одному из мужчин и внушительным тоном заявил:

— Академия Меча и Музыки проводит расследование. Для вашего блага отдайте на проверку свои четки.

— Четки?! — воскликнул мужчина и со страхом посмотрел на свою руку, пальцы которой до этого момента перебирали деревянные бусины. — Что может быть не так с четками?!

— Уверяю вас, вы не хотите это знать.

— Я купил эти четки на местном рынке! Я ничего ни про что не знаю!

Мужчина довольно просто с ними расстался. Лиэ Ю на всякий случай дал ему несколько монет.

Удовлетворенный Ларт продолжил свой путь. Вскоре они вышли на широкую улицу, освещаемую редкими фонарями. Казалось, они располагались в таком далеке друг от друга, что это скорее делало темноту вокруг еще гуще, чем прореживало мрак.

Пока Ларт осматривался под фонарем и прикидывал направление, Лиэ Ю спросил:

— Как вы узнали, что госпожа Ляо и Юнян остановились здесь? И что важнее, зачем вам они?

Ларт лизнул палец, ощутил направление ветра и выбрал дорогу.

— А ты не догадываешься? — на ходу спросил он.

— Из-за артефакта гинкго? — хмуро предположил Лиэ Ю.

— Именно.

— Вам так нужно его забрать? Попросите Доу Фарона найти еще один!

— То есть, будь твоя воля, ты бы оставил артефакт девочке и ушел?

— Да!

— Ох, Персик, доброе сердце не всегда получает хорошее вознаграждение.

Лиэ Ю поджал губы.

— К чему вы это сказали? Я не рассчитываю на вознаграждение.

— Правда? А по-моему, ты упиваешься своим «добрым делом».

Это действительно его взбесило. Лиэ Ю почувствовал, как волосы у корней хотят подняться дыбом.

— Радоваться, что помог девочке избавиться от кашля, — ныне осуждаемо?! Но даже если и так: да, я сделал это для себя! Потому что не мог пройти мимо! Я помогаю другим и нахожу в этом радость!

— Персик, Персик, потише, ночь на дворе, и к чему ты так раскричался? — усмехнулся Ларт. — Почему тебя задели мои слова?

Глава секты Полуночного сияния не сразу нашелся с ответом. Его губы открывались и закрывались, но он был не в силах подобрать слова.

— Вторая стража наступила! Не выходите на улицу! Сухая погода — будьте осторожны с огнем! — Вдалеке появился ночной стражник, его голос звучно разнесся над улицей. Он продвигался вперед, гася редкие фонари.

— Нам надо пошевеливаться, — услышав объявление, заспешил Ларт.

— Вы не объясните мне, что задумали?

Ларт ускорил шаг, и Лиэ Ю заторопился следом.

— Вскоре увидишь, — обернулся пшеничноволосый и раскрыл перед ним ладонь.

Лиэ Ю все еще ощущал раздражение, но пошел у него на поводу и протянул руку в ответ. Перекинув ее через свой локоть, Ларт потянул главу секты Полуночного сияния вперед. Они практически пробежали мимо стражника и продолжили путь, погрузившись в кромешный мрак. Теперь их дорогу освещали лишь робкий редкий свет из некоторых окон да серебристый блеск полной луны.

Когда Ларт наконец остановился после очередного поворота, Лиэ Ю осознал, что уже понятия не имеет, как далеко они от гостиницы. Глаза более-менее привыкли к лунному свету, поэтому темный храм впереди глава секты Полуночного сияния увидел довольно отчетливо. Слева раскинулся небольшой пруд, от вод которого отражалась луна.

— Брюква четырнадцать, морковь три, репа во дворе (свинья), — заявил Ларт.

Лиэ Ю посмотрел на него.

— Либо это какой-то шифр, либо у вас помутнение.

— Это список, который ты, между прочим, нашел у нашего контрабандиста-лжемонаха.

— Ах… — припомнил Лиэ Ю. — И вы озвучили его сейчас, потому что…

— Потому что это еще и шифр, указывающий на место и время встречи.

— Хотите сказать, что где-то здесь нас ждет сообщник У Цю? — постепенно дошло до Лиэ Ю. — И зачем же, по какой такой причине мы отправились сюда, ничего не сказав распорядителю Су? Вы собрались лично ловить его?

— Я?! — спросил Ларт таким тоном, будто Лиэ Ю обвинил его в каком-то непотребстве. — С чего бы мне? На самом деле мне просто интересно проверить, правильно ли я разгадал шифр.

Лиэ Ю вырвал свою руку и развернулся к нему.

— То есть… вы даже не собираетесь ловить его?!

— Персик, потише, — шикнул Ларт. — И подумай головой: мы с тобой не стражи порядка, к чему нам вообще беспокоиться о чьих-то делишках?

Какое-то время Лиэ Ю продолжал смотреть на него, а затем развернулся к озеру. Спорить с Лартом решительно невозможно — он просто непробиваем! Но что-то в глубине Лиэ Ю восставало против всех его рассуждений!

— Пойдем, — шепнул Ларт и стал тихо подкрадываться к стене храма.

Лиэ Ю какое-то время молча наблюдал за ним, а потом вздохнул и пошел следом.

Пшеничноволосый заклинатель добрался до стены и заскользил вдоль нее. Храм казался пустым и заброшенным, и Лиэ Ю сомневался, что внутри кто-то стоит и ждет контрабандиста в абсолютной темноте. Эта мысль настолько успокоила его, что он перестал таиться и в открытую пошел за Лартом.

Камни хрустели под ногами Лиэ Ю, когда он приблизился, демонстративно сложив руки на груди. Ларт совсем не обратил на это внимание — Лиэ Ю не менее демонстративно прислонился плечом к стене позади него и покашлял. Когда и такой маневр остался без ответа, Лиэ Ю набрал в легкие воздуха и звучно произнес:

— Вы всерьез полагаете, что прямо в этот момент, за этой стеной, в полной темноте…

Договорить он не успел, потому что его похитили. Это произошло так внезапно и мастерски, что Лиэ Ю даже не сразу осознал, что случилось. Просто раз — темнота и потеря ориентации в пространстве, два — он подвешен за ноги у какой-то стены.

Нет, бывали у него в жизни неудачи, взять хотя бы тот случай с йями, когда он и познакомился с Лартом, но никогда еще в своей жизни он не попадался настолько незаметно для себя. Тут не то что были неравные силы, ему даже не дали шанса вступить в бой.

Подол верхних одеяний накрыл Лиэ Ю шатром, мешая видеть и дышать. Чтобы осмотреться, он приподнял подол руками. Перед ним горел огонь, и это еще больше дезориентировало. Глаза заслезились, и все вокруг никак не могло принять четкие очертания.

— Кто это тут? — услышал он мужской хрипловато-скрипучий голос.

Размытая фигура двинулась и заслонила свет. Лиэ Ю попытался сморгнуть слезы и разглядеть неприятеля, но тот оказался слишком близко, и заклинатель видел только черные одежды на уровне груди. Затем незнакомец наклонился еще ближе и грубо сорвал меч с его пояса. Лиэ Ю разозлился на Ларта: если бы тот не скрытничал, не тащил их ночью в эту авантюру, остановился в нормальной гостинице и дал всем прилично отдохнуть, Лиэ Ю сейчас не промешкал бы, болтаясь как подвешенный початок кукурузы, а успел бы выхватить меч и срезать путы с ног.

На самом деле у него не оставалось оправдания, и он это понимал. Было очень глупо не воспользоваться оружием, пока имелась такая возможность. Но Ларт все равно раздражал.

Только Лиэ Ю подумал, что сможет улучить момент и с помощью управляющего жеста вытянуть меч из ножен, как неприятель запер тот в сундуке. Глаза Лиэ Ю потрясенно расширились, а незнакомец вернулся к нему и пригнулся так, чтобы их лица оказались напротив друг друга. За его спиной пылал огонь, распущенные вьющиеся волосы обрамлял ореол света, и Лиэ Ю с трудом мог рассмотреть его черты: это был мужчина со светлой, должно быть седой, бородой, лицо имело овальную форму, а глаза из-за контрастного освещения казались черными провалами.

— Отпустите меня немедленно! — воскликнул Лиэ Ю и, пока его еще не полностью обездвижили, ухватился за черный халат неприятеля. Подол тут же упал ему на лицо.

«Надо было хвататься за шею!» — дошло до Лиэ, и он потянул руки вверх, но злодей легко сбил их в сторону и отступил на шаг.

Подол вновь накрыл Лиэ Ю шатром.

— Какой маленький строптивый заклинатель, — со смешком оценил неприятель и, помолчав, добавил: — Сомневаюсь, что ты попал сюда случайно. Где У Цю и Мглистый жемчуг?

Лиэ Ю молчал, не решив еще, как лучше себя вести.

— Размышляешь, какую стратегию избрать? — усмехнулся мужчина, подцепил пальцем подол и взглянул на недовольное лицо заклинателя. — Поздно метаться. По твоей реакции я понял, что это имя и название для тебя не пустой звук. Так кто же ты такой?

Решив, что не время проявлять слабость, Лиэ Ю гордо заявил:

— Я тот, кто не проходит мимо несправедливости!

Мужчина помедлил мгновение, а затем громко расхохотался.

— Хм-м, какая странная постройка, — заглянув за ворота, тихо проговорил Ларт. — Персик, не находишь?

Он обернулся, но за спиной никого не было.

— Персик?..

Ларт сделал несколько шагов обратно, заглянул за стену, окинул взглядом окрестности, однако Лиэ Ю нигде не оказалось.

— Персик! — громким шепотом позвал Ларт. — Куда ты делся?

Никто не отозвался, лишь сова ухнула вдалеке. Ларт прислонился к стене, скрестил руки на груди и с ироничной ухмылкой прошептал:

— Неужели наличие главного героя сделало из простой вылазки приключение? Чудесно.

Постояв мгновение, он оттолкнулся от стены и переступил порог храма. Стоило ему пройти во вторые ворота, отделяющие внешний мир от святилища, как нечто большое двинулось с правой стороны и пересекло двор по воздуху, издавая смеюще-каркающие звуки. Ларт замер и проследил за этим взглядом, пока смех не утих в другой стороне двора.

— Ла-а-дно, — протянул он и двинулся дальше.

Лиэ Ю было не привыкать к насмешкам всяких бандитов, когда им говоришь о добродетели. Он гордо дернул головой, пытаясь сохранять достоинство и спокойно размышлять, как выбраться из сложившейся ситуации.

— Туки-туки, — донеслось с противоположной стороны.

Неприятель резко обернулся, а Лиэ Ю приподнял подол и попытался сфокусировать взгляд, чтобы увидеть, что происходит за факелами. Голос принадлежал Ларту, хотя фраза прозвучала так коротко, что глава секты Полуночного сияния пока не понял, не выдает ли желаемое за действительное. Но голос продолжил, и все стало очевидно:

— Интересно тут у вас все оборудовано, я даже получил удовольствие, пока добирался. Признаться, изначально я полагал, что увижу в храме кого-то вроде перекупщика, избравшего это место для встречи просто из-за его расположения. Но что я вижу: это ведь ваше логово.

На последних словах неприятель фыркнул.

— Логово? Можно и так сказать. Хотя я предпочитаю называть его домом.

— Уважаю интересные архитектурные решения.

— Я выкупил этот загнивающий храм много лет назад, так что он по праву принадлежит мне. Правда, сюда часто тянется всякое отребье от мира рек и озер, поэтому не каждому понравится мое гостеприимство.

— Впрочем, они становятся дешевыми ингредиентами, — в тон ему добавил Ларт.

— Вы проникли в суть.

Лиэ Ю, нервно следящий за ходом беседы, ощутил, как постепенно с осознанием того, на что намекает Ларт, у него холодеет кожа головы. Он подтянулся, решив, что сейчас самое время выбраться из ловушки, пока гостеприимный хозяин отвлечен. Вцепившись в веревку, что плотно обхватывала лодыжки, он постарался ослабить узел, но это оказалось задачкой со звездочкой. Подчиняясь какому-то беспокойству в углу глаза, Лиэ Ю посмотрел в сторону и чуть не отпустил веревку. Вдоль стены в ряд висели такие же, как он, попавшие в ловушку бедолаги, только высохшие и очевидно мертвые. У кого-то не было руки или ноги, кто-то смотрел вперед пустыми глазницами, а у кого-то был снят скальп.

— И все же, как вы нашли это место? Правильно ли я понимаю, что вы здесь, как и все прочие, чтобы убить меня и забрать мой шедевр? Ваш напарник заявил, что не прошел мимо несправедливости.

Ларт бросил взгляд на Лиэ Ю, который в этот момент извивался ужом в попытках вытащить ноги из затянутой петли, и вновь сфокусировался на радушном хозяине.

— Он посчитал несправедливым, что заказ, который, очевидно, очень нужен вам для работы, не будет доставлен и никто не получит вознаграждения только потому, что У Цю не справился и умер.

— Умер? Или был убит?

— Это уже неважно, — с широкой улыбкой заверил Ларт и достал из кармана четки. — Жемчуг внутри, и я хочу причитающееся У Цю вознаграждение.

Заслышав его слова, Лиэ Ю сконцентрировал потрясенное внимание на Ларте и чуть не выпустил из рук веревку.

— С этим мы можем работать, — заявил неприятель и медленно прошелся по помещению, остановившись у сундука у стены. — Признаться, мне все равно, кто доставит мне Мглистый жемчуг, У Цю или кто-то другой. Главное, что у моей куколки наконец-то появится душа. — Он наклонился, откинул крышку и вытащил из сундука сумку. Выпрямившись, он вернулся в центр помещения вместе с ней и произнес: — Однако мне крайне интересно, как вы нашли это место. Выпытали у У Цю?

— О-о, пытки не… — Ларт осекся. — Пытки не были нашим методом, во всяком случае, не в этот раз.

Лиэ Ю сощурил глаза, фокусируясь на Ларте. «Не в этот раз?» Да с кем он вообще связался?!

— Мы не убивали У Цю, на самом деле это сделал вор Пион из Демонического культа, который тоже охотился за жемчугом, — продолжил рассказ Ларт, крутя четки на пальце. — Но его раскрыли раньше, чем он добрался до них. А я… я просто разгадал шифр, в котором говорилось о месте встречи.

— Просто? Мне казалось, что я хорошо зашифровал его, чтобы это не было просто. Как вы мыслили?

Губы Ларта растянулись в довольной улыбке.

— Спасибо, что спросили! Итак, изначально ваш шифр звучал так:

14 (Брюква 14)

3 (Морковь 3)

() (Репа во дворе (свинья))

Разберемся с первой частью: (wújīng). Это было легко для того, кто помнит старое название храма: (wǔjīng) — «пять канонов». Настолько очевидно, что даже неловко. Идем далее: (húluóbo), (hú) созвучно с  (hú), что означает «озеро». Оно тут неподалеку от храма, как мы могли заметить, и называется Санхэцзо — «Озеро трех черепах». Ну и последняя часть наиболее очевидна: место встречи во дворе, а свинья — это время — вторая ночная стража. Не уверен, что значит 14. Намек на то, что кто-то может умереть?

Он замолчал, смотря на собеседника в ожидании, а тот зааплодировал:

— Прекрасно! Да, я тоже думаю, что шифр не так сложен, но вы не представляете, как тяжело добиться от этих разбойников чего-то, похожего на мыслительную деятельность.

— Так что же значит четырнадцать?

Собеседник улыбнулся и почесал седую бороду:

— На самом деле ничего. Нужно было какое-то число, чтобы запутать тех, кто увидит шифр и решит, что это просто список покупок. Четырнадцать показалось мне наиболее… хм-м… намекающим на то, что его не нужно приписывать к остальному, к тому же да, это созвучно с «есть смерть», что немного отрезвляет.

Ларт коротко кивнул и произнес:

— Итак, Мглистый жемчуг внутри этих четок. Передайте мне вознаграждение и позвольте спокойно уйти вместе с моим напарником, и я вручу его вам.

Собеседник протянул руку:

— Жемчуг вперед.

— Не обижайте мой ум подобными предложениями. Особенно после того, как признали его наличие.

— Что ж, тогда мы в тупиковой ситуации, ведь вы в большинстве и принять ваши условия — значит лишить себя безопасности.

— Хотите уверить меня, что у вас не заготовлены механизмы? — улыбнулся Ларт. — Ладно, давайте так: вы отпускаете моего напарника, и я бросаю вам жемчуг. После проверки вы бросаете мне деньги — и мы уходим.

Лиэ Ю напряженно следил за развитием беседы, гадая, что Ларт задумал. Главное, чтобы он не спровоцировал этого типа на нападение таким образом, чтобы вновь в «последний момент» не попытаться закрыть его собой. Если Ларт снова это сделает — Лиэ Ю сам пырнет его мечом. Не смертельно — для профилактики.

Не говоря ни слова, неприятель развернулся и резко выбросил руку вперед. Скрытое оружие сверкнуло в воздухе, и в следующий миг веревка над Лиэ Ю лопнула, а он костьми грохнулся на пол. По спине расползлась жгучая боль, и Лиэ Ю свернулся калачиком, пытаясь перевести дух и не застонать.

— Персик?

Глава секты Полуночного сияния протяжно выдохнул, смахнул рукавом выступившую на глазах влагу и медленно распрямился, поднимаясь на ноги. С этого ракурса осматриваться было значительно удобнее, факелы уже так не слепили глаза, и помещение стало видеться отчетливее. Кроме той стены, где висели он и мертвые бедолаги, и противоположной, где у входа стоял Ларт, две других скрывались за висящей лоскутами тканью, натянутой под углом от центра потолка. Лиэ Ю подошел к сундуку и вытащил оттуда меч, а затем обошел хозяина храма по широкой дуге, стараясь не задевать ткань. Оказавшись рядом с Лартом, он не испытал облегчения и лишь еще более напряженно стал наблюдать за обоими.

Ларт, как и обещал, кинул четки собеседнику. И в тот момент, когда тот отвлекся, чтобы поймать их, потянул Лиэ Ю за руку, направляясь наружу.

За дверью царила полная темнота. Привыкшие к свету факелов глаза Лиэ Ю широко раскрылись, но он не улавливал ни намека на освещение. Ларт уверенно потащил его направо, и заплетающимися ногами глава секты Полуночного сияния пошел следом. Через небольшой промежуток времени, когда они успели уже взобраться по какой-то крутой лестнице и оказаться в помещении, в конце которого Лиэ Ю удалось разглядеть чуть более светлый мрак, снизу раздался крик. Он сразу понял, что это «гостеприимный хозяин» окончательно убедился, что в четках нет и намека на жемчуг.

После его крика что-то загудело, а двери, за которыми Лиэ Ю разглядел сумеречный свет, захлопнулись с такой силой, что по стенам прошла волна вибрации.

Лиэ Ю отпустил руку Ларта и обнажил меч.

— Вы видели трупы? — прошептал он.

— Конечно, я видел… — отозвался Ларт и хотел продолжить говорить, но его шепот утонул во внезапно раздавшемся смехе.

Смех будто начался с одной стороны помещения и остановился в другом. Если бы это смеялся человек, он должен был быстро бежать. Но Лиэ Ю не расслышал ни единого шага. Только смех пронесся, словно источник его летал по воздуху.

Здраво было бы молчать, но Лиэ Ю не смог этого сделать в сложившейся ситуации:

— Вы все еще думаете, что звать с собой распорядителя Су было излишним?

— Более того, — легко согласился Ларт, — я думаю, что излишним было брать с собой и тебя.

Посчитав это намеком на его безалаберность, Лиэ Ю уязвленно промолчал.

Смех раздавался все ближе, то слева, то справа, то с востока, то с запада — уже даже неясно было, со сколькими источниками звука они имеют дело. То, как они постепенно приближались, здорово действовало на нервы и разжигало панику. Лиэ Ю крутился по сторонам с обнаженным мечом, но ничего не мог разглядеть.

В этот момент Ларт достал из рукава стопку талисманов и подкинул в воздух. Все они поплыли, медленно поднимаясь под потолок и разгораясь голубым светом. Краем глаза Лиэ Ю вместе со смехом уловил движение слева и, резко развернувшись, выставил вперед меч. Словно на вертел, на тот насадилась груда тряпья. Присмотревшись, Лиэ Ю разглядел черты лица и маленькие ручки. Груда тряпья оказалась куклой примерно в четверть роста заклинателя, в пышном платье и с жутким лицом. Глаза были навыкате, один больше другого, а еще Лиэ Ю заметил, что к деревянной руке пришиты несколько человеческих пальцев. Переведя взгляд на лицо, теперь он понял, что один глаз, тот, что сильнее высох, некогда принадлежал человеку. Воскликнув от отвращения, он дернул мечом и сбросил куклу на пол.

— Что это за…

— Кукла.

— Вижу, что кукла, но как она двигалась?! На ней незаметно веревочек! Не говоря уже о смехе…

— А вот это уже хороший вопрос, — согласился Ларт.

Талисманы зависли под потолком, и Лиэ Ю смог рассмотреть, что они находятся в главном помещении храма. Напротив захлопнувшихся ворот все еще стояла статуя будды. Его позолоченные части отражали голубой свет. Что-то в его облике главе секты Полуночного сияния не понравилось, но он не мог уловить мысль, взамен сконцентрировавшись на том, как поскорее сбежать.

— За буддой должен быть второй выход!

— Идем, — легко согласился Ларт.

Они по диагонали стали пересекать помещение, а с разных сторон по-прежнему слышался смех. В какой-то момент Ларт резко открыл зонтик — и Лиэ Ю наблюдал, как с него сползает и падает на пол очередная жуткая кукла.

За буддой в самом деле виднелись двери, и створки казались чуть-чуть приоткрытыми. Оставалось лишь пройти мимо, и через полминуты они были бы на свободе. Однако именно в момент, когда эта мысль мелькнула в голове Лиэ Ю, будда начал движение. Позолота сложилась складочками на подвижных частях, шея повернулась к заклинателям вместе с головой, а золотые губы разомкнулись, показав жуткую улыбку. Зубы были человеческими, но в огромном рту их оказалось куда больше, чем в обычной челюсти. Видимо, внутреннюю часть этого рта сложили из множества людских челюстей. Зубы тихо клацнули, рот открылся вновь, и снова раздалось клацанье.

Лиэ Ю это действовало на нервы. Он выпустил из руки меч и управляющим жестом послал его прямо к голове существа, надеясь продырявить ее насквозь.

Казалось, будда слишком неповоротлив, чтобы успеть уклониться. Однако тут нечто мелкое промелькнуло в воздухе, и на меч одна за одной насадились три маленьких куклы. Меч потяжелел и потерял легкость управления. Лиэ Ю с досадой призвал его обратно и обхватил рукоять, потрясая и пытаясь сбросить кукол.

Ларт в это время рассматривал куклу-будду, задумчиво потирая пальцами подбородок. От места, где они стояли, до выхода оставалось около семи шагов.

— Что вы стоите?! — возмутился Лиэ Ю.

— Как он наделяет свои творения сознанием, я не понимаю… — пробормотал Ларт.

— Это не сознание, а черт-те что! — Лиэ Ю схватил его за руку и потащил к выходу.

Оставалось всегда два шага, когда нога будды преградила им путь, с громким стуком опустившись перед дверью. Лиэ Ю поднял взгляд и встретился с жуткими осмысленными глазами будды — он смотрел вниз прямо на них. Один его глаз был покрыт позолотой и казался обычным глазом статуи, а другой дрожал ресницами и под веком содержал скопление разномастных человеческих глаз.

Никогда в своей немаленькой жизни Лиэ Ю не видел ничего более жуткого. Он отчетливо понял, что эта тварь будет приходить к нему в кошмарах. Вместе с тем он глубоко вздохнул и направил в свой меч духовную силу. Через секунду тот уже засветился ярче талисманов Ларта, и Лиэ Ю взмахнул им, будто сбрасывая ее. Волна духовной энергии направилась к шее будды и срубила голову с плеч.

Ларт и Лиэ Ю отпрыгнули в разные стороны, чтобы их не задавила падающая прямо на них голова. С ужасающим грохотом она упала на пол, оставляя в нем глубокую вмятину. Челюсти продолжали щелкать, а собранный из множества других глаз нашарил в пространстве Лиэ Ю и уставился на него.

Ларт обошел голову и взглянул на место среза. В глазах Лиэ Ю он выглядел как сумасшедший исследователь, под стать человеку в подвале. Было похоже, что он раздумывает, не остаться ли здесь и не продолжить ли с ним разговор по душам.

— Прошу вас, пойдемте, — взмолился Лиэ Ю.

— Что я слышу, Персик. Ты предлагаешь сбежать и оставить кукольника и дальше творить свои кукольные дела?

— Я предлагаю тактически отступить, рассказать обо всем распорядителю Су, и пускай следственное ведомство разбирается, что здесь происходит.

— Ты забыл одну важную деталь: следственное ведомство Академии Меча и Музыки не имеет власти на землях южнее течения Лайхэ.

Лиэ Ю потрясенно уставился на него.

— Но ведь здесь творятся бесчинства! Пусть напрямую Эхх не под контролем Академии Меча и Музыки, если они привлекут внимание к происходящему — местные власти не смогут бездействовать!

— Может быть, — легко согласился Ларт. — А может, и нет. Возьми тот же Двуликий город: сколько народу считает его злом во плоти, но он находится под патронажем Академии Меча и Музыки. Ты не можешь знать наверняка, что кукольник действует сам по себе.

— О, тогда останемся здесь и подождем, пока нас убьют?

— Ну откуда этот пессимизм, Персик?

Казалось, их спор зашел в тупик, когда тело будды, застывшее перед выходом, стало наклоняться со скрипом и с грохотом обрушилось на пол. В открывшемся проеме двери стояла тень высокого человека, чью голову венчали изогнутые рога.

— Братишка Доу! — воскликнул Ларт.

Доу Фарон переступил порог, вошел в храм, осмотрелся, поморщился и грубо произнес:

— Я тебе не брат!

— Снова его злобная сущность вернулась, — буркнул пшеничноволосый заклинатель.

В противоположной стороне храма что-то зашевелилось, но стоило Ларту и Лиэ Ю лишь повернуть головы, как меч прочертил серебристую полосу в воздухе и пронзил человека со светлой бородой.

— Нет! — воскликнул Лиэ Ю, но было, очевидно, поздно: сила удара заставила меч пронзить тело насквозь и протащить за собой, пригвоздив к стене. — Вы его убили!

Ларт коротко посмотрел на кукольника и отвернулся.

— Определенно убил, — произнес он.

— Я наблюдал за происходящим какое-то время и не склонен делать драму из его кончины, — холодно произнес Доу Фарон.

— Зачем вы вообще вмешались?! Его нужно было предать закону!

— Я и вершу закон.

— Ваша власть распространяется лишь на жителей Двуликого города!

Доу Фарон холодно усмехнулся.

— Ты так думаешь… Персик?

Лиэ Ю оторопел. Доу Фарон и раньше называл его подобным образом, но лишь сейчас это прозвучало с такой издевкой, что захотелось плюнуть ему в лицо.

— Ладно, пойдемте, — бросил Ларт. — Здесь нам больше ловить нечего.

Из чувства противоречия Лиэ Ю с вызовом спросил:

— А сумку с деньгами? Неужели бросите?

— У меня не такие высокие запросы, чтобы гоняться за богатством, — заявил Ларт и первым вышел наружу, минуя Доу Фарона.

Тот попытался ухватить его за плечо, но пшеничноволосый заклинатель ловко отклонился. Тогда он развернулся и пошел следом.

Лиэ Ю еще какое-то время постоял в темном храме, не до конца веря, что они все так и оставят, а затем отвернулся и направился за бродяжным заклинателем и градоправителем.