— «Красная птица» прибудет в Эхх к закату, — сообщил Фуи.

Ларт стоял, опираясь локтями о борт и глядя на проплывающие мимо пейзажи. В данный момент были видны лишь вершины карстовых пиков, между которыми раскинулся густой бамбуковый лес. Смотреть, в принципе, было не на что.

— Хочу поговорить с Тан Илань, — оттолкнувшись от борта, решил Ларт. — Она в каюте лекаря?

— Да.

Когда Ларт сделал шаг мимо него, Фуи придержал его за локоть.

— Я тоже хотел поговорить.

Ларту пришлось задержаться.

— С тобой все в порядке?

— Со мной? — пораженно переспросил пшеничноволосый заклинатель. — Тигр-без-полосок, ты так долго меня не видел, что успел запамятовать? Я — бессмертный заклинатель, со мной в принципе ничего не может случиться, если Лиэ Ю не сжалится надо мной.

— Кроме смерти и ранений, есть и другие… беспокойства, — рассудительно заметил Фуи.

— Да? Что ж, у меня их нет, — сообщил Ларт и, аккуратно вытянув свой локоть из хватки Тигра-без-полосок, чтобы когти не повредили ткань, направился в сторону каюты лекаря.

Тан Илань, все еще бледная и изможденная, лежала на кровати. Снаружи дежурили двое людей распорядителя Су, но за всю ночь и последующее утро никто не пришел навестить ее, чтобы рассказать о произошедших событиях. Ларт был первым посетителем с тех пор, как она вернулась сюда после разоблачения.

— По вашему виду не скажешь, что вы идете на поправку, — заметил он, беря стул и садясь поближе к ней.

Она слабо улыбнулась, откинув голову на подушки. Казалось, она действительно была рада его увидеть.

— Лекарь сказал, рана воспалилась.

— Но для вас это не столь важно, — предположил Ларт.

— Уже неважно, — согласилась та. — Вы оказались слишком умны для нас, господин Ларт.

Пшеничноволосый заклинатель как-то растерянно вздохнул.

— И все же, — добавила Тан Илань, — я не увидела особых доказательств. Конечно, вы оказались абсолютно правым, но если бы мы вас перехитрили… Если бы Лао Янь не решила напасть на вас, все могло бы быть иначе…

— Она слишком импульсивная.

— Это так. Кто бы мог подумать, да? Она научилась хорошо скрывать это. Судейство могло бы поставить ваши слова под сомнения… Но теперь ничего не поделаешь, вы слишком надавили на нее, и она призналась. Лао Янь плохо переносит проигрыши.

— Но вы, госпожа, умеете проигрывать.

— О да, я хороший неудачник, определенно, — весело подтвердила она, а затем и вовсе рассмеялась — дерзко, вызывающе. Затем, оборвав смех, сказала: — Не обращайте на меня внимания, господин Ларт. Вы ведь не обращаете?

— Так и есть.

— Но отпустить меня вам и в голову не приходит, да?

Ларт промолчал. Он не сказал, что мог бы исцелить ее прямо сейчас. Мог бы открыть для нее дверь — и ни у кого не хватило бы сил воспротивиться. Но был ли в этом смысл?

Тан Илань приняла его молчание за знак согласия и произнесла:

— О, нет, не стоит быть сентиментальным. Я могу сделать это снова… Я это чувствую. — Она задумалась над следующей фразой и продолжила: — Убийство людей — это ужасно! После произошедшего ты начинаешь осознавать, что это абсурдно легко. И ты начинаешь чувствовать, что это не имеет значения… Важна только я. Странное ощущение. Я боюсь его немного, и вместе с тем оно вызывает восторг. Вот что, я стала чудовищем, и лучше меня уничтожить.

Вновь помолчав, она с легкой улыбкой добавила:

— Вы сделали все что могли для меня в ту первую ночь на борту. Вы сказали, что в жизни существуют вещи, гораздо важнее любви, и что я гублю свою жизнь.

Он покачал головой.

— Я всего лишь сказал то, что является правдой.

— Для кого-то — возможно, — кивнула она. — Хотя нет, так и есть, да. Я себя погубила. В тот момент я бы еще могла остановиться. Сказала бы Лао Янь, что ничего не выйдет, попросила бы прекратить. Но…

— Она бы все равно это сделала.

— Да. И я бы не отступила, боясь за нее. Что это — преданность или глупость?

— Полагаю, вы знаете ответ лучше меня.

Они оба надолго замолчали.

— Господин Ларт, мы не собирались вас убивать. Я про снотворное. Тогда мы действительно хотели лишь усыпить вас. Вы должны поверить мне.

— Я верю.

Он поднялся. Она быстро проговорила:

— Не вините Лао Янь! Она действовала не задумываясь. Должно быть, это было даже захватывающе: она услышала, что вы нашли убийцу, и должна была заставить вас замолчать любым способом, действовать быстро. Если после первого убийства она ощущала то же самое, что и я, — это чистейшее удивление, как просто уходит жизнь… полагаю, она догадывалась, что в этот раз все может закончиться плохо. Возможно, так было бы даже лучше… Если бы одна из преступниц умерла, взяв на себя всю вину. Как думаете, это устроило бы следствие? — Она посмотрела на него внимательным взглядом.

Он видел, как в ее глазах зарождается новый план.

— Не мне судить.

Глаза Тан Илань на мгновение вспыхнули злостью.

— О, как удобно самоустраниться теперь, когда все кончено для двух… трех жизней. Если вам настолько все равно — стоило ли начинать этот спектакль?

— Я не пытаюсь самоустраниться от жизни, поэтому сделал то, что сделал. Однако чужие жизнь и смерть кажутся мне довольно… как бы сказать… незначительными? Я знаю, что люди по большей части предпочитают жить. Но что с того, если они умирают? Рано или чуть позже… Неожиданно или ожидаемо… Всегда «не так» и «не тогда», как хотелось бы.

Тан Илань долго смотрела на него, а затем тихо фыркнула:

— Не беспокойтесь обо мне, господин Ларт. Если бы мы победили, я была бы очень счастлива, наслаждалась бы жизнью и, наверное, ни о чем бы не жалела. А так — что ж, приходится мириться с этим.

Ларт вышел из каюты, сопровождаемый ее легким смехом.

Вдыхая влажный речной воздух, он ощущал, что у него трясутся руки.

Был ранний вечер, когда «Красная птица» вошла в Эхх. Большая часть города терялась за холмом. С судна были видны склады и лавки с деревянными фасадами, расположенные вдоль реки. Небольшие чайные дома, построенные на сваях, открытыми дверями приветливо приглашали прохожих заглянуть внутрь. Все постройки были покрашены в яркие цвета.

— Какой пестрый, — очарованно произнес Лиэ Ю.

Практически все пассажиры следили за приближением к порту из обзорного салона. Ларт, Лиэ Ю и остальная часть их компании вышли на палубу.

— Безобразно, — поджав губы, бросил Су Циан. — Эхх и все южные земли находятся под юрисдикцией Академии Шиповника. Всем известно, что у них нет ни манер, ни вкуса.

Лиэ Ю, уязвленный словами распорядителя, который походя оскорбил и его вкус, недовольно покосился, но не стал спорить, просто сделав вывод о воспитанности самого Су Циана. Можно ли быть очарованным городом, еще даже не ступив на его землю? Теперь глава секты Полуночного сияния знал, что да.

— Нам нужно раздобыть носилки для Тан Илань, — наблюдая, как судно причаливает, произнес Су Циан. — Она удивительно расклеилась. Возможно, она не оправится от своей раны.

— Ее все равно вскоре повесят, — вклинился в беседу вышедший из салона новеллист Ду. — Приговор Лю Янь, скорее всего, отложат, пока она не родит. С Тан Илань же не будут церемониться. В конце концов, она совершила продуманное хладнокровное преступление. В новеллах любовь и преданность часто служат оправданием. В жизни мы тоже можем это понять. Но это не освобождает от ответственности.

«Красная птица» окончательно причалила к пристани. Там уже ожидали стражи порядка. Как только трап был перекинут, они поднялись на борт и недолго проговорили с капитаном и распорядителем Су. Затем, с некоторой задержкой, притащили носилки. Тан Илань пронесли по палубе к трапу.

Лю Янь следовала за ней. Руки ее были связаны веревкой. Она была бледна, но в остальном выглядела как обычно. Ее прическа была идеальна и платье тоже. Она подошла к носилкам и произнесла:

— Привет, Илань. Я все испортила. Потеряла голову. Во всем призналась. Прости.

Тан Илань улыбнулась ей и ответила:

— Все в порядке. Это была рискованная игра, и мы проиграли.

Носильщики аккуратно ступили на трап. Тан Илань откуда-то достала кинжал и приставила к своему горлу.

— Я всех убила, — напоследок произнесла она. — Хочу, чтобы обвиняли меня.

Лю Янь взвизгнула и бросилась к ней, связанными руками пытаясь отодвинуть кинжал от ее шеи. Тан Илань слабо зарычала, сопротивляясь.

— Подумай о жизни, связанной с тобой, Янь-Янь! — зло произнесла она, вновь вырывая оружие. Лезвие скользнуло в опасной близости от ее шеи, но Лю Янь толкнула носилки, навалившись бедром, и все вместе они попадали в воду между судном и берегом.

Лиэ Ю навалился на борт, наблюдая за происходящим. Сперва казалось, что все четверо барахтаются в воде, затем на поверхности остались лишь носильщики, воды сошлись над головами девушек.

— Скорее, помогите им!

Переживая, Лиэ с силой вцепился в запястье стоящего рядом человека и обернулся к нему. Ларт невозмутимо следил за развитием событий.

Внезапно Лиэ Ю посетила страшная догадка:

— Вы знали, что она попытается это сделать?

— Я догадывался, что у нее было два таких кинжала, — признал Ларт. — Ее не обыскивали после того, как она была ранена.

Глава секты Полуночного сияния нахмурился.

— Тогда почему не забрали у нее… Вы хотели, чтобы она ушла именно так?

— Хотел ли я? — Ларт наконец оторвал взгляд от происходящего в воде и обернулся к Лиэ Ю. — Нет. Мне просто было интересно, как она поступит. Не думаю, что она хотела бы уйти одна. Возможно, она даже предпочла бы убить Лю Янь. Но, обдумав все здраво, поняла, что у той есть шанс выйти сухой из воды, если все спихнуть на Тан Илань. В конце концов, та беременна наследником Лю, это смягчающий фактор.

— Ну, теперь «выйти сухой из воды» у той вряд ли выйдет, — с холодным сарказмом заметил Лиэ Ю, поражаясь безжалостности слов Ларта.

— О, Персик, ты научился черному юмору? — с улыбкой отозвался тот.

Они вновь посмотрели на воду. Носильщики уже давно выбрались на берег и даже вытащили носилки, но девушек не было видно.

— Разве не слишком много времени прошло? — нахмурился Лиэ Ю.

Один из людей Су Циана, бросившихся спасать их, вынырнул и обратился к распорядителю:

— Их нигде нет!

— То есть как это нет? — переспросил тот, наблюдая с трапа.

— Тут не так уж глубоко! Мы прочесали все дно: их нет. Поднявшийся ил мешает обзору, но здесь нет течения — их не могло снести в сторону.

— Может, они сами попытались отплыть! Расширьте радиус поисков и продолжайте!

Лиэ Ю вновь с подозрением покосился на Ларта.

— Почему вы продолжаете выглядеть столь невозмутимо? Вы и об этом знали?

— Персик, у меня просто такое лицо. Да и к чему переживать за преступниц?

— К примеру, потому, что вам понравилась одна из них… Не вы ли помогли им сбежать?

Пшеничноволосый заклинатель повернулся к нему и сделал бровки домиком.

— Я ведь все это время стоял рядом с тобой.

Лиэ Ю знал, что ему не хватает аргументов для развития своей теории. И все же интуиция подсказывала, что Ларт знает больше, чем говорит. Возможно, это была та самая альтернативная логика.

Даже спустя полчаса девушек не нашли. Поиски продолжили, но пассажирам разрешили сойти на берег.

Ларт, Лиэ Ю, Фуи, Ци Ян и Доу Фарон ступили на высушенную до песка землю Эхха, смотря в будущее и не думая о том, что осталось позади.

А на Улице Призраков с этого вечера стало на двух жительниц больше.