Соборные часы били одиннадцать, когда «Паджеро», едва не ткнувшись в глухой кирпичный забор, опоясывающий кооперативные гаражи, остановился неподалеку от места, где почти пять лет назад Юрий, сидя в их семейном «Опеле», пережил далеко не лучшие минуты бессилия и отчаяния. Внешне ничего не изменилось. Подъезд Никольского, как и тогда, выделялся на терракотовом фоне стандартной многоэтажки, кричащей: «Съешь меня!» аппетитной оранжевой краской, которой какой-то весельчак подмалевывал из года в год входные двери.

Кристалл хлопнул себя по груди, тотчас забренчавшей набором спрятанных отмычек и по- воровски коротко буркнул:

— Видишь?

— Угу.

— Я пошел. Маяк ты помнишь.

До площадки второго этажа он добрался благополучно, никого не встретив. Тишина. Из соседней квартиры не проникало никаких шумов, предвещающих сюрпризы, и Юрий решил отступить от шаблонной перестраховочной процедуры. Время поджимало и, не мешкая, он прислонился к знакомой двери.

Поверхностный осмотр подтвердил, что трудностей не предвидится. Улыбнувшись, Кристалл извлек две тонкие обточенные спицы, вонзил первую в самое сердце запорного механизма, нацелил вторую, аккуратно ввел и… отскочил, как ужаленный, выдергивая в спешке иглы из внутренностей уже готового было отдать Богу душу замка — сквозь дубовую сорочку двери отчетливо донесся мерзкий смех, и грянувшая за ним музыка окончательно опровергла гипотезу о слуховой галлюцинации.

Надежда на легкость воплощения задуманного плана обманула. Все срывалось. Никольский не повторял ошибок…

Отвратив от апельсинового пятна надменный, безучастный взгляд, Сэмэн слушал Юрия и вращал головой, словно готовящийся к выходу на ринг боксер.

— Ты что это удумал? — переполошился положенец, хорошо зная повадки друга. — Там, как минимум двое.

— Чепуха, — лениво отмахнулся Сэм и для убедительности смачно зевнул. — Пусть их там армия ядрена, главное помочь тете Матрене.

Протянув Юрию правую, он ждал рукопожатия как благословения.

— Хорошо, — поддался Кристалл. — Но как?

— Элементарно, Ватсон. Сиди здесь. Маяк прежний.

Положенец подпрыгнул в кресле и погрозил пальцем.

— Э…э… Так дело не пойдет. Я с тобой.

— Нет!!! — отрубил Сэм. Он никогда не допускал себе подобного тона, но сейчас было не до культуры речи — позволить Кристаллу пойти на риск права не имел. Стараясь загладить грубость, Сэмэн миролюбиво добавил:

— Присоединишься позже, когда дам знать. Спорить будем на досуге, а сейчас соглашайся, время же идет!

Вспотевшей ладонью Кристалл скрепил согласие, но кисть друга не отпускал, видимо таким образом пытаясь внушить другу крайнюю осторожность.

— Ты че? — оторопел Сэмэн.

— Хоть сегодня обойдись без своих фокусов.

— Так точно ваше высокоблагородие…

Сэмэн вразвалочку добрался до подъезда, вежливо поздоровался с попавшей под ноги старушкой и исчез из вида. Поползли секунды томительного ожидания. Юрий достал пистолет и нервно крутанул барабан. Соблазн выскочить и помчаться вслед терзал душу с дьявольской изощренностью.

«Проклятое место. Пропадет ведь, как Аквинский! Не прощу себе». Кристалл судорожно сжимал онемевшими пальцами рукоять «Смит и Вессон».

«Сколько прошло? Минута? Две? — Глаза жадно впились в ненавистные окна. — Ну же, Сэм! Давай, брат!»

Неясное движение в крайнем проеме заставило кинуться вперед, поцеловать теменем лобовое стекло и радостно воскликнуть — кулак с оттопыренным вверх большим пальцем, высмотренный среди бликов, означал только одно: все в порядке!

Остудив желание броситься со всех ног к дому, Юрий запер машину, придирчиво постучал каблуком по колесу и непринужденно зашагал на зов.

Окончательно отлегло от сердца уже за порогом квартиры. Здоровенный жлобина с разбитым носом, задрав голову и роняя на живот рубиновые капли, поскуливал на диване. Второй, с полностью заплывшим глазом, полулежал на противоположном конце. Сбоку, на валике, не иначе Алеша Попович с картины Васнецова, скучал в обществе дородных братцев целый и невредимый Сэмэн.

— Вы не знаете с кем связались, — злобно прошипел одноглазый, с опаской косясь на увесистый Сэмов «ТТ». И справедливо, ибо тот отреагировал на голос с чуткостью натасканного сторожевого пса. Молнией покрыв разделяющее их расстояние, железяка проехалась по кадыку разговорчивого типа и вернулась обратно.

— Вякнешь повторно — повыбиваю зубы, — убедительно рявкнул Сэмэн, как-то сразу растерявший привычный шутливый тон.

Увы, вякать было некому — к протяжному скулежу присоединился гортанный хрип.

— Так-с… — Юрий уселся между потерпевшими. — Где хозяин? Господа упрямо производили нечленораздельные звуки, свидетельствовавшие, что кому-то здесь очень больно.

«ТТ» возмущенно нацелился для следующего удара.

— Да в городе он, в городе… — запричитал тот, что скулил, и, растирая по подбородку розовую пену, всхлипнул. — Ночь, будь она неладна, нечистой выдалась. Барыги взбунтовались. Отказываются Барону платить. В кабаке вандалы похозяйничали. Люди пропадают, как НЛО — где ж ему быть? С шефом вместе все улаживают.

— Братан, присмотри тут. Я скоро.

В коридоре Кристалл задержался. Обилие кубков всех мастей и размеров внушало невольное уважение. «Чемпиону…», «Чемпиону…», «Чемпиону…». Даты из развешенных по стене дипломов и грамот явственно свидетельствовали о том, что спортивная карьера их обладателя закатилась лет семь назад.

Оторвавшись от потускневших наград, Юрий бегло огляделся. Найдет он тайник или нет — зависело от интуитивных способностей и подсказок жизненного опыта. Три глубоких вдоха вернули спокойствие и перестроили оболочку в чувствительный датчик. Энергетический поток подталкивал в комнату слева.

Спальня. Приличный гарнитур, огромная двуспальная кровать. Над спинкой синело горное озеро. На шее красавца лебедя невооруженным оком прослеживались следы довольно похабной реставрации.

«Неужели так просто?» Приложив ладонь на искалеченную выю птицы, Кристалл почувствовал скрытый упор. Легкий нажим пальцами — и замок щелкнул.

«Я поторопился с выводами об умственных способностях Никольского», — признался крадун и откинул дверцу.

Содержимое хранилища напоминало картотеку в регистратуре поликлиники из заоблачного детства. Паспорта высились неровными стопками в главном отделении. Бизнес, похоже, процветал.

Копаться в бумагах, разыскивая ксиву Антиповой, не позволял жесткий график, к тому же на ум пришла озорная мысль, упрощающая все донельзя. Фунтов семь «бесценного груза» перекочевало в найденную под гардеробом сумку, обнажив днище, выложенное заботливо перемотанными пачками. Дотла опустошив сейф, сразу принявший сиротливый видок, Юрий полюбовался чистой работой и собрался было уже ретироваться, как неожиданно взгляд зацепился за тумбочку.

«Быть того не может!» Колени подогнулись и, хватая ртом воздух, Кристалл мягко приземлился на кровать. С фотографии в рамке на него в упор смотрели насмешливые глаза, которые бы он безошибочно узнал из тысячи других.

Нет, это был не сон. От него бы так не стучало сердце и не ломило в висках. Схватив семейный фотопортрет, Юрий метнулся в гостиную.

— Кто это? — заорал он, тыча одноглазому в лицо картинку этак десятилетней давности, запечатлевшую крепкого парня, на руках которого улыбалась девчушка с пышным бантом.

— Ясно кто. Мой босс, — просипел наученный горьким опытом верзила. — Я спрашиваю за ребенка!

— Говорю же, мой босс, — чуть не заплакал тот. — Ляля. Мы третий месяц как приставлены к ней для охраны, — помедлив, одноглазый решил исключить даже малейшую возможность неясности в таком злободневном для налетчика вопросе: — Ляля Босоножка со своим братиком Егором Никольским — другим нашим боссом.

Кристаллу захотелось умереть.

— Где ваша леди-босс сейчас? — упавшим голосом произнес он и покачнулся. Ответ расслышать не удалось — его заглушил заливистый дверной звонок. Выхватив свой револьвер, Кристалл красноречиво приложил дуло к губам и показал другу на выход.

Сэм был бы не Сэмом, если бы обошелся без своих излюбленных скетчей.

— Сейчас-сейчас…, — многообещающе заскрипел он средневековым привидением и зашаркал к двери, заунывно ухая. — Явились тут — не запылились…

Заскрежетал открываемый замок, удивленный раздался возглас и послышались звуки короткой борьбы.

— Бабу-то не трог… — Просительную реплику оборвал грохот падающего тела. — Сэмэн! — возопил Кристалл и бросился в коридор, но… поздно. На плече друга висело обмякшее тело Босоножки. — Сэм…

— Ей Богу, братан, — запротестовал Сэмэн, — и пальцем не прикоснулся.

— Подожди меня в машине, — холодно приказал Юрий.

Добры молодцы покоились на диване в тех же позах. Кристалл огрел по уху недавнего собеседника.

— Концерт окончен. Всем за работу. За жизнь своего босса отвечаете передо мной, лично. Из-под земли достану… — процедил сквозь стиснутые зубы Юрий, развернулся и, обратив напоследок к Ляле полные печали глаза, торопливо удалился…