Ресторан разверз главный шлюз и коренное население высыпало в холл — прибыл царь он же бог «планетной» системы. Пропуская высокопоставленную пару — хозяина с пассией, швейцар застыл в подобострастном поклоне, за что тут же был поощрен купюрой.

Замешкавшись у гардеробной, Стейси сделала несколько шагов к зеркалу, поправила непослушный локон и, узрев в отражении любимую, безвольно обмерла.

— Я — скоро, — улыбнулась Тигси, покидая кавалера… …Руки девушек переплелись виноградными лозами. Головки склонились — щечка к щечке, тела прижались, дрожа, во взаимном порыве.

— Соскучилась? — едва дыша, прошептала Стейси.

— Не спрашивай, милая…

— Потерпи, мое сердце. Все будет вэл.

— Быстрее, — заторопила Тигси, увлекая за собой. Закрыв изнутри дверь дамской комнаты, они слились в долгом поцелуе. Тела заныли в сладостной истоме. Никогда еще они так не тосковали друг по другу.

Сквозь стон из Тигсиных губ вылетела приятная новость:

— Возможно, он скоро отлучится на несколько дней. Надеюсь, вдвоем мы успеем справиться. Стейси молчала.

— Что с тобой? Ты чем-то расстроена?

— Нет. Впрочем, да. Нельзя тебе сегодня быть здесь. Скажи, что приболела и поезжай домой.

— Не могу, милая. Думаешь, поверит? — Тигси быстро расстегнула блузку. — Надо, чтобы поверил. Ты в зал не заходила, а я видела — их там человек сорок, не меньше. Сейчас начнется…

Звон бьющихся стекол и последовавший за ним визг в дополнительных комментариях не нуждались.

* * *

Домой братки подъехали поздним вечером. Вопреки ожиданиям, в прихожей их встретила опечаленная Неотложка. Обманувшийся в голодных прогнозах Сэмэн, который с дальновидностью караванного верблюда, покидающего оазис, обожрался у деда под завязку, возмущенно икнул.

— Спектакль отменили, — грустно пожаловалась Татьяна.

Разворошенные воспоминания не располагали к любезностям и, состроив сочувственную мину, Кристалл прошмыгнул наверх.

Сэмэн, в буквальном смысле захватив инициативу в свои руки, живо обнял даму за талию и повел в гостиную, где, беспечно развалившись на диване, томился в одиночестве Лом.

— Танюха, базарь. Кто обидел? Он? Требую сатисфакции! — с шутливым позерством выпалил Сэм, вполне серьезно уперев палец в живот гостю.

— Сережа, напротив, успокоил, — вступилась за Лома Неотложка. — Если бы не он, я бы от скуки умерла. Поубирала, а домой уже поздно. Тут переночую. Предчувствие у меня дурное, — добавила она, одергивая «дуэлянта».

Поджелудочная железа, ущемленная утрамбованным желудком, протестовала, взывая к освободительной революции. Печень давила в ребра. Желчный пузырь выпрыскивал гигантские порции желто-зеленой вытяжки, от чего муторней становилось с каждой минутой. Идентичного цвета пятна расходились по лицу Сэмэна непрерывными кругами. Неприличные позывы все настойчивей першили в горле.

— Вот и правильно, с нами надежней, — ободрил он, морщась от кишечных спазмов. — Да и нужна ты нам, как бальзам душевный. На делюгу завтра идем, так хоть тобой всласть полюбуемся.

— Перед смертью не надышишься, — неудачно вставил Лом туповатый афоризм. Хамоватые выпады долговязого Сэм не воспринимал органически, но, свято чтя этикет и устоявшиеся традиции, в который раз воздержался от конфликта и ограничился пренебрежительным:

— Не каркай. Привез?

— Найдешь в подвале. Я еще нужен?

— Ну конечно, — всунулась радушная Неотложка. — У нас на ужин утка по-пекински, Семы любимая.

Сэмэн отступил назад, выкатил на переносицу глаза и, зажав рот рукой, бросился опрометью вон.

Отплевавшись, уголовник умылся. Стало чуть легче. С подозрением внимая довольному урчанию в животе, Сэм осторожно выпрямился. Стараясь соблюдать в осанке строгую вертикаль, он подкрался к кухне. Таня с Серым ужинали, безумолку сыпя остротами и смеясь. Фармазон обгладывал последнюю косточку.

«Ну, Лом, погоди…» — в голову тотчас взбрела неплохая идейка, нуждавшаяся в поддержке друга.

Положенец, одетый, валялся поверх застеленной кровати, меланхолически щелкая телевизионным пультом. Иезуитская ухмылка Сэма вызвала слабый всплеск интереса.

— Чего ты? — Слышь, Кристалл, давай подключим Лома к завтрашнему приключению. А что?! Посмотрим, каков он без лохотрона.

— Подключим, — сворачиваясь в клубок, согласился Юрий. — Обязательно. В другом деле, — и, закутавшись в накинутый другом плед, отвернулся к стене. — Пусть собирает людей, надо барыг потрусить сегодня. Разом швырнем этот змеиный клубок в топку. Позвони Михею, скажи, добро даю шелухой заняться. Башмак со своими сейчас «Планету» щиплют. Надо шорох навести до небес, а мы завтра под шумок, пока Никольский с архаровцами ноги в шухере отбивать будет, хатку его и оприходуем.

Сэмэн с досады крякнул.

— А ты часом не боишься, Сэм? — неожиданно повернул Кристалл. Браток, до этой секунды твердо рассчитывающий сослаться в случае поганого самочувствия на уважительную причину и отлежаться пару деньков дома, мгновенно потерял всю весомость имеющихся аргументов и, надувшись, побрел радовать Серого свалившимся на голову поручением.

Извинившись за недавнее исчезновение, вызванное «острой зубной болью», он отослал Неотложку и, брезгливо отворачиваясь от остатков трапезы, обрисовал Лому важность возложенной на него миссии.

Вскоре дом погрузился в тишину. Сна не было. Друзья, закрывшись в спальне, обсуждали детали, когда запищал телефон.

— Лом что ли в штаны наложил? — вдохновился Сэмэн. Он ошибся. Юрий нажал клавишу «Хенд фри», и в комнату ворвался обезумевший голос Макара.

— Кристалл! Кристалл! Башмака повязали!

— Осел… — пробурчал положенец и перво-наперво охладил пыл абонента: — Не ори. Давай по порядку.

— Мы в «Планету» гурьбой завалили. Устроили вестерн почище, чем в Чикаго, уже по расходу ударили, а тут Башмак девку в «мерсе» засек. Эту, ты знаешь… Тигси! Хотел сунуться, начал машину курочить, ну и тут его загребли дяди в масках. В фургон кинули и испарились. Что делать, Кристалл?! Что делать?!

— Успокойся, после — к Богачу.

— Так ночь же!

— Нее… т — протянул Юрий. — Поднимешь, скажешь, что от меня. Он разберется, кто под теми масками был. Если Барон — ставь наших на Старогородском. Кто-то из его кагала по-любому там засветится. Берите за шкирку и глушите до тех пор, пока не узнаете местонахождение Ромы. И держи меня в курсе. Увидишь Шайбу, передай — жду его, голубка», сомнениями терзаем. Понял? Тогда не пропадай.

Все шло, как планировалось, за небольшим исключением.

«Что происходит? Покушение в подъезде, потом стрельба по Башмаку, теперь какие-то обезличенные господа в намордниках? Не похоже на одного Барона. Не стыкуется…»

— Ладно, брат, — Юрий ткнул локтем клевавшего носом Сэма. — Давай ложиться. Отдохнем пару часов.

— Угу, — промычал тот и на автопилоте двинул к себе. Однако поспать не получилось. Вслед за топотом друга из коридора раздались шажочки полегче и в комнату, шлепая босыми ногами, вошла Неотложка. Под накинутым сверху одеялом гипотетически ничего не было.

— К тебе можно? «Этого еще не хватало».

— Что тебе, Таня?

— Холодно… — передернув плечиками, с придыханием созналась девушка.

— Танюша, — устало вымолвил Кристалл, — я не расположен заниматься с тобой любовью… И вообще, я люблю другую, — он разом выскоблил душу и приготовился к пощечине.

— Я хотела узнать, где отопление включается. Холодно…

«Холодно…» — повторял Кристалл, ворочаясь под одеялом и отгоняя тягостные думы…