Ситуация с установлением мыслесвязи через личные пилотажные капсулы дала неоднозначные результаты. На базе «Валгалла» базировались две боевые эскадры: «Восьмёрка» («советская»), специализировавшаяся на боевых действиях на орбите Земли-8, и «Девятка» (фашистская), дравшаяся с Дикими за Землю-9. Вместе с флотилией обеспечения и техническим корпусом они составляли объединённую Эскадру Солдат Сумерек — именно так, с большой буквы.
Ещё с 2018 года, когда Феоктистов инициировал проект «Валькирия» по массовому призыву на межпространственную войну душ советских и немецко-фашистских лётчиков Земли-7, погибших во Вторую Мировую войну, полученных новобранцев пришлось разводить по разным подразделениям. Но даже наличие общего врага и активная боевая работа не смогли примирить их взаимной ненависти. Идея создать совместные пары закончилась, не успев начаться — вчерашние противники сошлись в жестокой рукопашной. Хорошо, хоть контейнеров «душеулавливателей» на базе имелось в достатке, так что к жизни вернули всех.
Но Феоктистов и Зубров не зря являлись признанными специалистами по боевому применению контейнеров для психоматриц, в том числе по новым способам их использования. Не растерялись и тут — вчерашним противникам официально разрешили убивать друг друга. Столько, сколько нужно. До полного удовлетворения чувств ненависти и мести. Но только в честном бою: один на один, с голыми руками, либо с холодным оружием. Рекомендовали использовать штатные мечи-гладиусы пилотов Эскадры (чтобы заодно и потренировались с клинками). При такой организованной схватке шанс утерять душу новобранца равнялся нулю. А возрождение проигравшего занимало не более двадцати секунд (при условии предварительной подготовки нескольких болванок для идеальных телесных оболочек, ИТов).
Расход биоматериала получился громадный, но его безвозвратные потери смогли существенно снизить применением утилизаторов тел павших. Зато бойцы после серии жестоких, но совершенно бесполезных убийств своего постоянно воскресающего врага быстро понимали бесперспективность такого способа сведения счётов. А там уже вступали в действие другие методы: плакаты серии «Слава советским воинам, одержавшим Великую Победу над фашистской Германией!» на всю стену, довоенная парадная форма Военно-воздушных сил РККА на командирах и боевые ордена СССР на груди. Советских пилотов больше всего поражал ряд из четырёх золотых звёзд у Феоктистова и трёх — у Зуброва. А германцы дисциплинированно вытягивались при виде знаков различия адмирала и капитана первого ранга. Всё-таки чинопочитание у немцев в крови.
В особо запущенных случаях Феоктистов, прямо в «парадке», выходил с мечом на площадку ристалища и жестоко наказывал упрямцев. Независимо от бывшей национальной принадлежности. Как правило, хватало одного-двух «уроков». Никто из пополнения просто по определению не мог справиться с успешным командиром крестоносцев. А вот он легко калечил и убивал любого. После возрождения же мировоззрение такого «ученика» сильно менялось.
И вот, похоже, Саргенто и Кабо получили отголосок старой проблемы: живые истребители «советской» эскадры все как один подключили своих пилотов к мыслесвязи, а вот из «фашистской» на контакт смогли выйти только капсулы древних германцев. Да и то, сначала только с самим адмиралом и каперангом Зубровым, который бессменно командует эскадрой «Восемь». Единственным исключением оказались Ирвин из Рюсбурга и его прапраплемянник Борис Рогов. Впрочем, при почти родительском отношении тевтона к русскому потомку сестры, это не удивляло. Но пока командиры ломали голову над проблемой, эти родичи самостоятельно связалась сначала с Хубертом Штрасслом, а потом и его женой Полиной.
— Разрешите, майн фон адмираль? — неожиданно раздался знакомый голос от приоткрывшейся броняхи штабной каюты.
— О, Ирвин! — при виде давнего друга-тевтона оба командира заметно обрадовались. — Заходи! Давай без чинов тут.
— По пивку? Есть сомалийское! — тут же предложил Зубров.
— Не откажусь, майн фон кунинг!
Неторопливо продегустировали метрополианскую редкость.
— Эх, племяша бы угостить!
Коля рассмеялся:
— Да ладно, отливай! Что мы, без понятия, что ли.
Тевтон с удовольствием заполнил для Рогова чистый термоконтейнер и вновь смачно приложился к своей «кружке»:
— Я чего пришёл-то. Мы тут небольшой родственный совет провели…
Узнав о сути, Феоктистов не выдержал:
— А что сразу по мыслесвязи на нас не вышли?
Тевтон растерялся. Похоже, просто не догадался задействовать новый способ. Но тут же просиял:
— Тогда бы пивом не угостили!
Все непроизвольно рассмеялись.
— Ладно, добро! Попробуем.
Смысл идеи рюсбургских родичей сводился к тому, что пилоты «фашистской» эскадры просто не имели нужного количества первородного огня. Ну вот не воспринимают они своими ни «советских», ни представителей Метрополии! А без любви никакой мыслесвязи не будет. Ирвин предложили и способ, каким можно было попытаться исправить это обстоятельство:
— Вот смотрите, герры коммандэры, мы же тоже сначала вас не любили. Я имею в виду себя, Рура и Аделалфа того же. Мы же молодые тогда были, просто хотели славы и золота. Вот в «Стаю» к победителям самого дьюлы и пошли. А как вместе повоевали, так уже по-другому воспринимать стали. Да и вы к нам благоволили. Не зря же валькирий за душами выслали! Вот и мысль: а что, если психоматрицы люфтваффовцев этих в то наше прошлое послать? Ну, как вы тогда. Желательно им попасть в тех самых воинов, которым под вашим руководством повоевать удалось. Ну, там, за руном вместе сходили, Трою штурмовали, или хазар били. Да хоть и с нами в Америку! Если УМовские валькирии смогут так сделать, непременно души этих люфтваффовцев изменятся. Уж вас-то всяко любить будут. Как все мы.
Не откладывая в долгий ящик, Феоктистов сел в «Бёрку» и связался с Сафоновым. Тот по телекому пересказал идею жене. А через полчаса вновь вышел на мыслесвязь:
— Бесконечной любви, товарищ Саргенто! Кабо отдельный поклон.
— И тебе бесконечной любви, Борис Феоктистович! По теме что?
— Заинтересовались. Просят трёх добровольцев для эксперимента.
— Да легко! Только вернут Солдат когда?
— Это же темпоральное кольцо! По нашему времени почти ничего не займёт. Считай, только на дорогу к Земле и обратно время затратят.
— Принял, ждите. Но пошлю сразу звено — четыре истребителя!
Саргенто попрощался с другом и включил внутреннюю связь базы:
— Говорит адмирал! Эскадре «Девять» приготовиться к боевому вылету! Задача: сопроводить до Метрополии и обратно сводное звено из истребителей «Восьмёрки». Старший звена — гаутман Митиг. Командир второй пары — оберлейтенант Кройцер. Идут со своими ведомыми. Вылет через десять минут.
Он специально назвал бывшие земные звания наиболее непримиримых фашистов, чтобы всколыхнуть пилотов Эскадры. Обострённые чувства легче корректировать. В ожидании подчинённых вышел с Колей на полосу препятствий. Драться на ристалище им было не интересно. А так каждый старался с помощью меча заставить оппонента отступить. Ну, или «умереть». На практике они уже давно не убивали друг друга, чтобы не лишать психоматрицы наработанных в этих телах многолетних уникальных навыков.
Через несколько часов «советская» эскадра и звено подопытных «фашистов» вернулись. Потные разгорячённые друзья не стали переодеваться, а поспешили в ангар. Прибывшие уже построились. Четвёрка немцев стояла чуть впереди. Феоктистов неторопливо убрал меч. Ёлки зелёные! А ведь у них даже лица изменились! Хотя и раньше-то знакомыми казались:
— Фриц, Мартин!! Эрни?... Флегиат?!
— Я, майн фон адмираль! — искренне рассмеялся чернявый смуглый ведомый Кройцера. Вот уж кого-кого, а египетского парнишку в немце раньше сложно было признать. Если, конечно, изначально не задаться такой целью.
Все бывшие соратники крепко обнялись. Когда прошёл восторг первой встречи, Кройцер (или всё же «Эрни из Крюсьена»?) поинтересовался:
— Майн коммандэры, а нам лампасы вернут?
Друзья уже и забыли как бойцы их «Стаи» гордились знаками отличия ахейцев — отчаянных франкских казаков.
— Непременно, друзья! Только связь бы ещё освоить. Мысленную.
Опасения оказались напрасными: с помощью капсул все вернувшиеся из темпоральной командировки уверенно установили нужный контакт с командованием, германцами-родичами и истребителями советской «Девятки». Пришлось Саргенто и Кабо засесть за воспоминания, чтобы обеспечить павшими друзьями и соратниками всех оставшихся «фашистов» Эскадры.
* * *
1193 год, 26 октября. Земля-7. Гряда Франкенхёэ
«Да, старушка, расслабилась!» Зоринка болезненно поморщилась, из-под пальцев опять горячими толчками пошла кровь. Сменила уставшую руку и вновь плотно прижала артерию на рассечённой шее. Блин, надолго её не хватит. Все попытки перевязаться одной рукой ни к чему не привели. Уже чувствовалась слабость и головокружение от сильной кровопотери.
А сверху пламенел закат, прощально обнимая тяжёлые осенние тучи. Угрожающая чернота клубилась внутри тёмных небесных гор, ползущих по бело-розовому холодному небу. По краям поляны печально шевелились корявые ветки деревьев с уже редкими буро-коричневыми листьями. Через них просвечивали тёмно-зелёные угрюмые конусы елей. А понизу трепетали на ветру красноватые заросли кустарника. Разноцветные осенние пятна щедро оживляли засыпающую долину, что раскинулась чуть ниже её вынужденного прибежища. В двух местах сквозь кипы пойменного леса проблёскивала река.
Как доставить психоматрицы на корабль? Сейчас это главное. Трофей и свою. Хорошо, хоть самоубийства не придётся совершать. При нём душа теряет до половины навыков. А так исчезнет минимум. Этот же друид её фактически убил. Вот ведь ухарь! При всём своём опыте даже не поняла, как. Не то метнул что-то, не то рубанул. Ага, с расстояния шагов в пятнадцать? Волшебник, чтоб его. Боевой. А она-то думала, тут будет просто. Выстрелит из бластера, заберёт психоматрицу и вернётся в Метрополию. Дура! Сколько можно так рисковать? Знала ведь, что нельзя летать на боевые одной! Всегда может найтись рыбка покрупнее. Вот и нашлась…
Достаточно убрать руку от повреждённой сонной артерии и всё быстро закончится. Перед самой смертью душу должен выдернуть индивидуальный страховочный кристалл. Вот только и он, и контейнер с психоматрицей друида так и останутся здесь. В двенадцатом веке, на необитаемой горной гряде, под никому не известным кряжистым дубом. Офигенный ориентир! До её корабля по прямой чуть более двухсот метров. По лесистым склонам выйдет раза в полтора – два больше. Вот только не пройти их в таком состоянии.
Ещё с первых военных командировок Зоринка постоянно носила на боевых два индивидуальных перевязочных пакета. Один в полуразмотанном состоянии сейчас окружал тело, подрагивая на ветру тем, что не запачкало кровью. Может, вскрыть второй? Стоп, а ведь он не сам по себе, а в малой аптечке! Что там есть ещё? Жгут, медицинская пена для фиксации, мощный антисептик… Хм, а ведь может получиться! Главное — не запаниковать.
При повреждении артерии первое дело пережать её ниже раны. А как это сделать, если задета сонная? Обычно так и давят, пальцами. Пока не наложат хирургические сосудистые зажимы. Значит придётся как-то фиксировать свою руку. Жаль вокруг шеи пеной не удастся залить. А как тогда? Ладно, пробуем!
Осторожно Зоринка извлекла из набедренного кармана аптечку, пальцами и зубами вскрыла и вытянула плоский баллончик пены. Кровь опять потекла на грудь. Торопливо переменила прижимающую руку на левую, а правой обильно залила часть груди и шею до подбородка быстрозастывающим составом. Через несколько минут пена схватилась, но полной герметизации не дала — кровь опять толкнулась из-под пальцев. А если так? Свернула жгут в подобие удавки и наложила себе на шею. Ага, как в старом анекдоте про тёщу. Вот только пористый массив, образовавшийся спереди, не позволил эластику пережать второй ствол сонной артерии, что идёт с другой стороны гортани. Да и позвоночные сосуды, похоже, частично работают.
Зоринка попыталась подняться и сразу уткнулась в яростный взгляд, сверкавший из-за красного куста. Различила и силуэт стоявшего там человека в тёмной накидке с низко надвинутым капюшоном. Кстати, для лесного сумрака будет ничуть не хуже её лохматого камуфляжа. Фигура пришла в движение, по которому коммандор сразу угадала женщину. В руке незнакомки многообещающе блеснул золотом серп.
Ещё друидка? Эта точно добьёт… Где бластер? К нагрудной кобуре не пролезть. Да и там ли он? Вряд ли. Похоже, выронила после ранения. Правая рука скользнула к голени и обнажила резервный нож. Основной на поясе, его сейчас дольше доставать. Сражаться в таком состоянии, конечно, почти невозможно. Мало того, что подвижность никакая, слабость, так ещё и баланс у тела вообще какой-то непонятный. Но неизвестная этого не знает! Хищный блеск метрополианского клинка её остановил.
Противницы замерли друг против друга. Друидка вытянула серп вперёд. Прямой рукой! Ну, дура. Ты же не кавалерист в атаке! Пришелица, наоборот, встала в правостороннюю стойку и легко приподняла нож согнутой и расслабленной рукой. В сочетании со спокойным взглядом выглядело это страшно. Зоринка почувствовала, что может одолеть местную. Та, похоже, тоже это поняла. Злобно прошипела:
— Зачем ты убила его, тварь?
За несколько лет работы в рамках проекта «Валькирия» Зоринка более-менее выучила ромейский, на котором повсеместно говорили в это время.
— Ошибаешься! Он жив.
— Врёшь!!! — друидка метнулась вперёд, резко ударив серпом сверху. Уклониться не удалось. Коммандор лишь подправила вражескую траекторию боковиной ножа, и острый сельхозинструмент глубоко вонзился в пену, легко вспарывая хилую защиту. Удар был силён, но всё же клинок застрял. Зоринка не растерялась и на обратном движении резанула предплечье друидки. Та попыталась освободить оружие, залила пену уже своей кровью и зажала рану второй рукой. Парой демонстративных тычков в область глаз коммандор заставила ей отшагнуть, быстро сунула клинок обратно в ножны и выдернула из себя вражеский серп. Тяжёлый какой! Похоже, правда из золота.
А ведь пенная подушка почти рассечена! Опять чувствуется теплота толчков крови под пальцами.
— Вот дура? Откуда тебя принесло? — прошипела Зоринка. Она вернулась к лёжке, глубоко вогнала серп в землю и придавила его ногой. Только после этого подобрала баллончик. Должно хватить! Остатками пены залила окровавленный разруб. А ведь если бы клинок зацепил жгут…
Друидка тем временем что-то делала. Бормотала, водила руками. Изгнать, что ли, пробует?
— Как успехи?
Та злобно дёрнулась и обожгла взглядом. Стало видно, что местная довольно возрастная. Но выглядит молодо. Ну да, есть у специалистов по работе с тонкими энергиями такая особенность. Жаль, убить придётся. Эта не отстанет. Но сначала нужно подобраться к ней на дистанцию удара ножом.
Хотя, похоже, не в этом состоянии! Силы убывали. Даже просто стоять уже трудно. Значит, нужно привлечь врага на свою сторону. Пусть поможет.
— Ты кто?
Друидка лишь что-то прошипела и возобновила своё занятие.
— Зря стараешься, я не демон. Меня зовут Зоринка Аркадьевна Сафонова, я дальняя праправнучка отца Ильи. Живу восемьсот тридцать лет тому вперёд. Сюда вернулась за своим предком. Он нам нужен, со своим даром.
— Врёшь, тварь! У Хелмута не было детей! И ты убила его!!!
Вот это прокол! Феоктистов рассказывал, что знакомый ему древний святой был бессребреником. Но что бы ещё оказался и девственником? Хотя нет. Тевтонец Хелмут долго служил в «Гневе Господнем», здешней предтече инквизиции. Был воином на службе Церкви. Сан же получил много позже. Не мог простой воин, пусть и церковный, не общаться с женщинами! Но очернять его доброе имя перед этой фурией чревато… Вон как зыркает!
И тут пазл в голове сложился! Это же Кейтарайн! Отшельница-банфили, любовь всей жизни тевтонца. Уже став отцом Ильёй, он встретил её тут — и остался! Наплевав и на служение Церкви, и на соратников-аргонавтов. Как там Феоктистов называл её истинное имя? То, что она носила до посвящения?
— Здравствуй, Бригитта! Не ожидала. Честно говоря, при других обстоятельствах хотела бы встретиться с прародительницей!
Друидка вздрогнула. А ведь этот отсвет юности на её старых щеках может иметь и совсем другое значение!
— Ты сейчас носишь в чреве дитя Хелмута!
Та вздрогнула, прислушалась к себе, даже наложила ладонь на живот. Есть попадание! Ай да Зоринка, ай да молодец!
— Зачем же ты убила предка?!
— Сколько раз повторять, бабушка? Не убивала я! Душу просто забрала.
— Зачем?!
— Ладно, тебе могу объяснить. Его здешнее тело старо. Да и сложно мне его в физическом теле в будущее увезти. Вот эту штуку видишь? — она указала на контейнер. — Здесь находится душа прадеда. Можешь взять!
Друидка благоговейно подняла тяжёлый корпус, прислушалась, а затем нежно прижалась щекой:
— Да, он там! Я его чувствую... Но… зачем тебе душа Хелмута?
— Мы умеем делать новые тела. Молодые и сильные. Дед нужен нам. У нас, в будущем, очень большая беда, и он может помочь.
Было видно, что друидка колеблется. Вдруг её глаза сверкнули:
— А ну дай руку!
Зоринка протянула кисть. Женщина осторожно взяла, помяла. Затем правой рукой быстро мазнула шею Зоринки и сунула окровавленный палец себе в рот. Постепенно её взгляд изменился:
— Ты не лжёшь… правнучка.
Кейтарайн тяжело вздохнула:
— Могла и просто Хелмута попросить. Он не отказал бы правнучке.
Затем окинула коммандера уже более профессиональным взглядом:
— Ты много крови потеряла, сил почти нет. Присядь!
Зоринка повиновалась. А друидка прислонила контейнер с душой шаловливого святого к её боку и наложила руки на голову. Скоро от них пошло тепло, которое мягко обволокло всё тело. Стало легче, но накатила сонливость.
— Тебе покой нужен. И раны исцелить.
— Не нужно, бабушка. Мне до корабля нужно добраться. Я направлю его домой, а там можно и самой умереть. Моя душа тоже в такую штуку перейдёт. А у нас и прадеда, и меня в новые тела вставят.
— Ох и озорники вы там! Что за беда-то у вас?
Зоринка поколебалась. А почему бы и не сказать правду? «Прабабка», похоже умет её чувствовать.
— Предка поймали. Одного из тех, кто на… в этот мир пришёл и его настоящих хозяев перебил.
— Это лесных людей, что ли?
Зоринка удивлённо взглянула, но не стала спорить:
— Ну да. Мы, кстати, с их потомками сейчас опять воюем. Причём. теперь проигрываем. Но это не главное. Предок этот, чтоб ему перевернуться, маг сильный. Да ещё и некромант. Народу перебил уйму! А чтобы его осилить, да подчинить, собираем сейчас сильные души. Вот и о прадеде вспомнили.
— Вы Предка в такое же бревно что ли загнали?
— Да, бабушка.
— Молодцы! Ладно, говори, что делать. Помогу правнучке.
Зоринка сама не верила, что у неё получилось. Но с помощью друидки доковыляла до корабля. Одна бы она, да ещё под мелким холодным дождём, могла и не справиться. Даже с поддержкой ушло слишком много сил. Пожалуй, действительно придётся задействовать автопилот. Жизнь еле держалась в теле.
— Благодарю, Бригитта! Благослови тебя Всевышний.
Друидка осмотрела пилотскую кабину с двумя креслами.
— Это для второго человека?
— Да.
— А где он?
— Я прилетела одна.
— Это глупо и неразумно, Зоринка! Вдвоём у вас всех этих сложностей вообще бы не возникло.
Коммандору стало стыдно. И эта туда же!
— Тебе обязательно умирать?
Кейтарайн правилно поняла колебания «правнучки»:
— Я могу поддержать твои силы. Там у вас, в будущем, тебя смогут исцелить?
— Конечно.
— А меня потом смогут сюда вернуть? Тело Хелмута нужно предать погребению, да и наше дитя тут родить.
— Хорошо, бабушка. А для тела огненное погребение подойдёт?
— Конечно! Какое же ещё?
— Тогда поддерживай, буду пилотировать.
Малый корабль вербовочно-оперативной разведки привычно взмыл на антиграве и быстро достиг поляны, на которой лежало тело бывшего святого. Зоринка навела бортовой лазер, выставила пониженную мощность и одним импульсом испарила его. Всё это время Кейтарайн держала руки у неё на затылке. Хорошо, что управление ВОРом осуществлялось джойстиком. Иначе с одной рукой пришлось бы туго. Неторопливо поднялись на низкую орбиту. Здесь опасаться пока некого.
— Бабушка, сейчас я включу вращение, пойдём в наш мир. Тебе нужно сесть и пристегнуться.
Едва банфили убрала от неё руки, силы вновь начали утекать. Причём, очень быстро. Коммандор дождалась проявления «древа реальностей» и выбрала нужную ветвь. Уже войдя в свой мир, чувствуя, как уходит сознание, включила автопилот. Успели!
* * *
Сафонова сотрясала крупная дрожь. Ну, жёнушка! Когда из УМа сообщили о тяжёлом ранении Зоринки, он спешно вылетел в Кисимайо. Но там, к своему удивлению, застал у ложа прооперированной странную женщину в одеянии древнего покроя. Вот только на ней был явный новодел: раньше не имелось таких совершенных красителей для ткани. Незнакомка, на вид лет тридцати – тридцати пяти, имела строгое лицо с такими же правильными чертами, как у его супруги. Но судя по глазам и натруженным, явно нездешним рукам, она была гораздо старше своего внешнего вида.
Женщина поднялась и что-то спросила. Язык напоминал тот, на котором говорили в Пузырях. Кажется, поинтересовалась кто он. Сзади к инквизитору подскочил военврач и подтвердил предположение. Странно! Во всех освоенных карманах бывшего командира Революционного войска Большой Земли хорошо знают. Да и незнакомка меньше всего походила на коренную жительницу Пузыря. Явно не вырожденка — высокая, стройная, ясноглазая.
— Я могу переводить, товарищ комиссар! — пришёл на помощь врач.
— Благодарю, голубчик. Передай, что я супруг раненой. И попроси даму представиться мне.
Вот так он и познакомился с пра-пра и так далее бабушкой Зоринки. Генный тест крови подтвердил их прямое родство. После этого Бригитта из Франкенхёэ, оказавшаяся никем иным как банфили — женщиной-друидом, благословила его. И потребовала немедленно сделать тело для привезённой души её мужа, прапрадеда Зоринки. Борис распорядился, и вскоре к нему подошёл высокий жилистый блондин с короткой бородкой, облачённый лишь в наброшенную на плечи простыню.
— Хелмут!! — бросилась ему на шею родственница жены. А далее…
Вспоминать было больно. Блондин просто взглянул на Зоринку, и вся контрольная аппаратура вдруг взвыла в тревожном диапазоне: пациент мёртв! На большом сенсоре защёлкало время реанимации. И вдруг один за другим приборы начали замолкать. Борис метнулся к ложу и кулаком врубил экстренную клавишу штатного медицинского контейнера. В навершии заморгал датчик сработки. Отлично! Теперь остановить прадеда.
Но на том уже повисла Бригитта, что-то торопливо втолковывая. Борис повелительно взмахнул рукой и отослал тревожную группу УМа. Сами, мол, разберёмся. По-родственному.
И вот теперь сидел с одной стороны трупа Зоринки, а её дальние предки напротив. Дверь в палату заблокировали. На всякий случай. И внимательно контролировали процесс дистанционно — у военных, по крайней мере в секторах космопортов, всегда всё просматривается и прослушивается.
Кое-как инквизитор смог успокоиться. В принципе, пока ничего непоправимого не произошло. Психоматрица жены в контейнере, заказанную для его ведомства душу святого Земли-7 она привезла. Ну а то, что это оказался её прямой предок лишь осложняет дело. Кстати, как такое вообще могло получиться? Зоринка является уроженкой «Единички», в вот этот Хелмут-Илья с «Семёрки». Когда там линии разошлись? Порядка восьми – семи сотен лет7 Тогда понятно: родовая линия уходит к общему стволу. Уже проще.
Бригитта заговорила первой. Попросила взять её за руку и одновременно коснуться «брёвнышка» с правнучкой. Та, дескать, сама просит. Собственно, почему бы и нет? Когда это было сделано, Борис почувствовал, как мучается в контейнере Зоринка и почти сразу уловил в душе связь с банфили.
— Бесконечной любви, Бригитта!
Та изумлённо вскинулась.
— Ты можешь просто отвечать мне мысленно. Теперь наши души слышат друг друга.
— И тебе бесконечной любви, муж правнучки!
Дальше пошло проще. Возрождённый святой тоже оказался восприимчив к мыслесвязи, так что общий язык нашли быстро. Против воскрешения правнучки Хелмут не возражал. Вскоре Зоринка, в новом ИТе, присоединилась к родственникам. Бригитта тут же расцеловала её, а тевтонец явно смутился. Но мысленно попросил прощения. Жена тоже.
— Молодцы! Один-один! — уже вслух обрадовался Сафонов, и тут же продублировал в мыследиапазоне. Все заулыбались.
— Товарищи, мы тут разобрались. Конфликтов больше не будет! — Борис повернулся в сторону ближайшего штатного сенсора. Вместо ответа щёлкнул замок разблокированной вояками двери.
Гости из прошлого пожелали познакомиться с правнуками, чтобы благословить, и Борис лично их обоих в Пузыри, к дочкам. Старшая, Фёкла, к появлению древних родственников отнеслась настороженно, но вела себя вежливо. Зато банфили пришла в полный восторг от единорожьей фермы, где трудилась девушка. В её время волшебные индрики уже считались редкими, почти мифическими животными. Зато с младшей, Иришкой, Бригитта и даже смущённый донельзя Хелмут отвели душу. Девчонка просто с радостным визгом повисла на вожделенных бабушке и дедушке, которых изначально была лишена, и долго не хотела отрываться от своей ожившей мечты. Так с ней и вернулись на Большую Землю. Из школы Иришку понятливо отпустили.
На мальтийской даче внучка с дедушкой и бабушкой прожили три дня. А там и голограмма Ивана в очередное увольнение прибыла. К тому времени Хелмуту и Бригитте провели гипнокоррекцию и они свободно изъяснялись на метрополианском и русском. Офицер-десантник ожидаемо быстро сблизился с боевым прадедом, хотя и прабабушке оказал должное уважение.
После вечернего застолья, пока старый и молодой воин что-то увлечённо обсуждали, Бригитта поманила старшего Сафонова из беседки.
— У вас везде здесь всё так запущено?
Видя его непонимание, пояснила:
— Мальчик воюет, а на нём не то, что материнского благословения нет, но даже простейшего заговора!
Сафонов сразу вспомнил про многослойную композитную броню Солдат Сумерек. Хорошо бы такую и Ивану поставить!
— Сделать сможешь, бабушка?
— Конечно! Как кровиночку не защитить? Иди-ка принести мне ведёрко морской воды. А я пока с твоего сада пару ветвей подберу. Хорошо, что серп с собою захватила! Да Зоринку и тебя потом заговорить не помешает. Ступай!
* * *
Голограмма Ивана убыла, увезя на себе два благословения по материнской линии и заговор прабабки. Как соединится с телом, дкховная защита должна наложиться уже на него. Дочки вернулись в Пузыри, а Зоринка увезла Бригитту обратно в двенадцатый век — там ей следовало ещё родить и воспитать родоначальника ветви О`Гирли. Борис же с Хелмутом наконец добрались до инквизиции. Для начала посмотрели ИТы с одержимыми, затем кристаллы с бесами.
— Как видишь, работы непочатый край! Но не это самое важное.
Прошли в центр спецсвязи, и Сафонов включил один из сенсоров:
— Тут нет прямой трансляции, лишь фото. Здесь мы видим стандартный контейнер. В таком перевозили твою душу, и в почти такой же я успел убрать душу правнучки, когда ты её в больнице убивать начал.
— Да помню я всё, не надо каждый раз напоминать!
Бывший святой очень болезненно реагировал на это воспоминание.
— В общем, здесь заперта душа того, кого мы прозвали Предок. Правда, я сомневаюсь, что лично он приложил хоть что-то к развитию современного человечества, так как почти с самого прибытия на Землю, ну то есть в Митгард, уединился в Пузыре реальности и уже там начал развлекаться некромантией.
— Ну так убейте его, и всего делов!
— Экий ты прыткий! В «Гневе Господнем» всегда так делали?
Хелмут лишь кивнул.
— Ну, не мне вас судить. Но у нас другая задача — этот Предок слишком много знает. И о своей цивилизации предтеч, и об их технологиях, и истинной истории Митгарда и зарождения жизни. Нам эти знания очень нужны. То, что смогли самостоятельно расшифровать, здорово помогает в войне с Дикими. А ещё он может знать пароль подлёта к Марсу с его древним оружием.
— От меня что нужно?
— Подчинить разум Предка.
— А осилю?
— Тоже есть сомнения. Поэтому мы решили в благородство не играть, а выпустить против него сразу три мощных разума.
— Это как?
— Посчитали объемы разумов, и создали ИТ необходимой ёмкости. В него планируем загрузить сначала три человеческие психоматрицы, а затем Предка. Ваша задача — подавить его, и принять подчинённое положение. После этого инфо с разума можно будет снимать в любом необходимом объеме.
— Хорошо бы сначала с напарниками сработаться!
— Этим пока и займёмся. Пойдём, познакомлю.
Они подошли к обрубку ИТа, внутри которого шла борьба. Наконец тело расслабилось, и в лоток выпал сиреневый кристалл, реплика альтеррианского. Голова Ита совершила ряд сложных движений, активируя сенсоры. Загорелся зелёный свет.
— Готово! Наши победили!
Через несколько секунд раздался ещё один сигнал подтверждения идентичности психоматриц, и из стены вышли коренастый азиат и высокий белокурый богатырь-славянин. Первый сразу заулыбался:
— Привет, Борь! Как понимаю, это наш надёжа-боец?
— Мое почтение, Дансаран Сарангэрэлович. Он самый. Прошу любить и жаловать — прямой предок моей Зоринки, пра-пра и так далее дед наших с ней детей. Вольный тевтонец Хелмут из рода Дитмаров, он же десятник «Гнева Господня», он же смиренный каноник отец Илья. Лучший из известных нам на сегодняшний момент борцов с нечистью. Причем, не сольник, а профессионал, привыкший действовать в составе специального боевого подразделения.
Оба ИТа церемонно поклонились.
— Дед, позволь тебе представить остальных бойцов вашей тройки. Это житель нашего мира, специалист по работе с существами иных миров, Дансаран Сарангэрэлович Хамаев. А это — специалист по работе с людьми, первый руководитель ведомства, где служит Зоринка, Николай Модестович Старцев. Надеюсь, товарищи, вы сработаетесь!
Мужчины обменялись рукопожатиями. Старцев поинтересовался:
— Сколько у нас времени на боевое слаживание?
— От вас зависит. Как посчитаете, что готовы, так и начнём.