Когда мы с Кору, Лили и Корвином добрались до точки сбора, бледное солнце висело прямо над головой, неохотно пробиваясь сквозь серую дымку. Морозный воздух обжигал лёгкие, а под сапогами звонко хрустел наст.

Я не собирался рисковать. Если головорезы Малина перехватили хотя бы одного из наших гонцов, здесь нас могла ждать засада, поэтому настоял, чтобы Кору открыла портал за холмом, метрах в трехстах от условленного места. Отправив нашего нового Теневого Лука на гребень в разведку, мы с Лили залегли в снегу. Мы ждали в напряжённой тишине, нарушаемой лишь тихим свистом ветра.

Спустя несколько долгих минут в паре шагов от нас из невидимости соткался Корвин. Лицо рыцаря было мрачнее тучи, впрочем, с тех пор, как мы подались в бега, он редко выглядел иначе. От него пахло сталью и сыростью походной жизни.

— Они прибыли, — глухо доложил он.

Я коротко рубанул рукой воздух, подавая знак Кору начинать плетение портала.

— Проблемы? Сюрпризы? — тихо бросил я.

— Засады не наблюдаю, но прибыли не все, кого мы ждали, — Корвин отвел взгляд, словно извиняясь. — Все следопыты и пара стражников на месте, гонцы тоже, но из вашей группы… только госпожа Ванесса, госпожа Карина и мастер Юлиан. Плюс несколько их людей из лагеря.

В груди неприятно ёкнуло. Значит, Владис, Стеллария и Харальд не пришли.

Я, конечно, предполагал такой исход. У них семьи, дети. Вписываться в смертельную войну против Консорциума, могущественной теневой империи, значило нарисовать мишень на спинах своих близких, и не мог их винить. Честно говоря, даже испытал укол благодарности: меньше людей, за чьи жизни мне придётся нести ответственность.

— Понял, — кивнул я. — Держи их в поле зрения, пока портал не стабилизируется.

Корвин скупо отсалютовал и растворился в воздухе, слившись с тенями.

Когда до открытия прохода оставались считанные минуты, мы с Лили бесшумно скользнули на гребень холма. Внизу, в лощине, действительно собрались наши люди. Я вскинул руку, и с моих пальцев сорвалась Искра — условленный визуальный сигнал, ярко вспыхнувший в сером небе.

В голове назойливо крутилась мысль, что Малин вполне мог послать по нашим следам элитных убийц, на Валиноре невидимость — страшное оружие. Но: у любого инвиза есть слабое место. Например, ты не сможешь ударить в спину того, кого банально не догонишь, а потому скорость нам в помощь.

Внизу Ванесса издала резкий гортанный крик, наши товарищи и новобранцы, сидевшие верхом на ездовых рапторах, пришпорили зверей. Мощные когтистые лапы взрыли снег. По скорости эти ящеры уступали разве что кунидам да оленям, и группа рванула вверх по склону, стремительно сокращая дистанцию.

— Ко мне! — рявкнул я, мгновенно активируя Рывок Гончей.

Мышцы налились системной силой, и я ураганом скатился к подножию холма, где у пульсирующей воронки портала уже ждала Кору. Корвин материализовался рядом с ней, остальные нагоняли нас.

Тайминг был идеальным: ни секунды впустую. Как только мы сблизились, портал вспыхнул ровным гудящим светом. Орчанка, не раздумывая, нырнула в искажённое пространство, рыцарь скользнул следом.

Я влетел в переход на скорости под семьдесят километров в час, увлекая за собой остальных. Едва последний из наших вывалился из портала, Кору резко оборвала потоки маны, и магическая сфера схлопнулась, отрезая нас от внешнего мира.

— Вспышка света! — скомандовал я, вскинул руку и быстро защёлкал пальцами, высвобождая заряд за зарядом.

Остальные мгновенно среагировали, повторяя действие. Замкнутое пространство поляны залило резким, режущим глаза светом, выжигающим любые тени.

Я сощурил глаза до щёлочек, сканируя каждый метр интерфейсом. Ни ряби пространства, ни скрытых силуэтов, чисто. Хвоста за нами не было.

Я выдохнул, чувствуя, как адреналин медленно отпускает.

— Спасибо, что пришли, — я обвёл взглядом нашу поредевшую группу.

Карина помогла своим детям спуститься с седла тяжёлого раптора. От нашей целительницы пахло пылью и потом долгой скачки, но в её обычно печальных глазах сейчас полыхал совершенно нехарактерный для неё яростный огонь.

— Ты ответил на мои молитвы, Артём, когда я думала, что моя жизнь кончена, — произнесла она. — И доказал, что настоящий друг. Пока ты защищаешь моих детей, я буду стоять с тобой плечом к плечу, даже если придётся бросить вызов истинным теневым владыкам Шалина.

— Именно так, — эхом отозвалась Ванесса, хищно обнажив клыки. В её голосе звякнула сталь. — А ещё эти ублюдки украли мои легендарные вещи, и я, чёрт возьми, верну их обратно! Вскрою головы гадов, как консервные банки.

Юлиан выглядел мрачнее надгробия.

— Я здесь только ради леди Мароны, — пробасил он, поправляя тяжёлое снаряжение. — Из-за связи с вами она теперь стала мишенью. Пока мы не вырвем эту заразу с корнем, ей не дадут жить спокойно, — жрец обвёл тяжёлым взглядом наш импровизированный лагерь. — Так какого дьявола вообще стряслось прошлой ночью?

Пришлось заново пересказывать весь тот дерьмовый спектакль: внезапный визит Малина, иллюзии, шантаж, уничтожение усадьбы.

— Какие новости из Озёрного? — спросил я, заканчивая мрачный отчёт.

Карина и Юлиан одновременно повернулись к вампирше; после нападения только Ванесса успела побывать в городе, остальные, скорее всего, гнали верхом прямо от самых приграничных земель.

— Город гудит, все только и треплются о нападении на поместье Феникс, — Ванесса скрестила руки на груди, её бледная кожа казалась ещё белее на контрасте с чёрным походным плащом. — Никто толком не знает, кто это был, и зачем это сделали. Слухов ходит море, но в одном сходятся все: Искатель Артём и его семья похоронены под обломками. Я не стала никого разубеждать, пусть лучше враги считают нас трупами, это даст фору.

— Сомневаюсь, что Малин настолько наивен, — я скептически хмыкнул, прикидывая варианты. Этот ублюдок явно не страдал отсутствием интеллекта. — Но мысль здравая. Любые контакты с Кордери сейчас могут выдать наши координаты, потому стараемся их ограничить. И поддержим легенду. Решено — для всего мира мы мертвы, пока не закончим дело.

Ванесса издала короткий смешок, обнажив клыки. Даже здесь, на Валиноре, где вампиры — реальность, местные крестьяне до сих пор считали их восставшей нежитью.

— Мне не впервой инсценировать собственную смерть, — усмехнулась она и, подойдя ближе, вытащила из-под плаща пухлую пачку писем, пахнущих сургучом и пергаментом. — Тут депеши от магистрата Озёрного и личные послания от тех, кто не приехал.

Я взломал печати. Письма от Илина и Амализы, от Владиса и Стелларии, от Харальда. Содержание предсказуемо: соболезнования, пожелания удачи и… вежливый отказ. Они не могли рисковать жизнями родных. Да, тяжело терять высокоуровневых союзников, но умом я их понимал.

Илин, как всегда, написал честно и по делу, его чёткий почерк казался мне голосом старого друга.

'Боюсь, наши пути снова расходятся, дружище. Видят боги, я бы всё отдал, чтобы стоять сейчас рядом с тобой в эту тёмную минуту, но ты знаешь мою ситуацию: семья, дети, за которых отвечаю… Я просто не имею права втягивать их в войну с теневыми картелями. И я знаю, что ты бы никогда меня об этом не попросил.

Ваш путь ведёт к великим свершениям, Артём, так случалось всегда, но гора, на которую тебе сейчас предстоит взобраться, слишком высока для простого рывка. Это не спринт, а изнурительный марафон. Экономь ману, рассчитывай силы, не лезь на рожон, прежде не обдумав всё хорошенько, и ты доберешься до вершины.

С глубоким уважением, Илин и Амализа.'

Ванесса, заглядывая мне через плечо, прочитала последние строки.

— Мне жаль, — тихо сказала она.

Я смял пергамент в кулаке и бросил его в снег.

— Справимся, и со всем дерьмом разберёмся сами. Я не могу позволить им рисковать семьями и детьми из приюта. Малин ясно дал понять, что задумываясь вырежет даже младенцев, если это принесёт ему профит.

В глазах Карины вспыхнула фанатичная ярость, густая пульсирующая мана закружилась вокруг её изящных пальцев, отбрасывая на снег багровые отблески.

— Мы разорвём его на куски, — прорычала она низким вибрирующим голосом.

Огромным усилием воли она развеяла несформированное заклинание и сжала в кулаке амулет на груди, символ Гелиоры.

— Богиня ненавидит тех, кто причиняет боль детям, даже сильнее, чем мразей, посягающих на женскую невинность.

Её пальцы стиснули металл с такой силой, что острый шип, обрамляющий розу на гербе, глубоко вонзился в ладонь, и горячая алая кровь побежала по запястью. Карина резко вытянула руку вперёд, и тяжёлые капли окропили девственно-белый снег, оставив на нём багровые кляксы.

— Гелиора мне свидетель, — голос женщины зазвенел, усиленный Системой. — Я клянусь в верности Теневому Крестовому походу Безымянной. Пока наш враг и его гнилой синдикат не обратятся в прах, этот Шип не прекратит свою охоту.

Обычно скромная, тихая целительница сейчас смотрела на меня исподлобья глазами разъярённой хищницы, готовой вцепиться в глотку.

— С этой секунды, Судья, — процедила она, — пока дело не будет сделано, зови меня только так: Шип.

Я сделал шаг вперёд и тяжело опустил ладонь на её напряжённое плечо, чувствуя мелкую дрожь под тканью плаща.

— Принято. Добро пожаловать в рейд, Шип.

Юлиан громко хрипло откашлялся, разрушая пафос момента.

— Это всё, конечно, очень вдохновляет, — буркнул он, — но давайте смотреть на вещи трезво. Нам нужно где-то осесть. Война с Консорциумом… С нашими текущими силами на это уйдут годы, возможно, даже десятилетия, если, конечно, мы вообще не сдохнем в первый месяц. И всё это время мы будем дичью, преследуемой по всем углам Шалина.

— Нет! — жёстко отрезал я, это прозвучало как удар молота по наковальне. — Хватит бегать! Женщинам и детям, которые пошли за мной, нужна крепкая база, безопасная зона, где они смогут спать спокойно, пока мы вычищаем этот мусор. И я её обеспечу.

Ванесса скептически скривила кроваво-красные губы.

— И как ты это собираешься провернуть, Артём? У Малина бездонные карманы, а проходчики вычислят нас по магическому следу где угодно. На Шалине, да и на других континентах нам нет спасения. Куда, чёрт возьми, мы пойдём?

Я позволил себе самоуверенную ухмылку, хотя внутри всё сжалось от осознания того, какую безумную ставку собирался сделать.

— Мы спрячемся под крыло того, кто стоит гораздо выше Малина.

Воздух на поляне наполнял густой сладковатый цветочный аромат. Как только мы с Кору, Лили и Ирен вышли из портала, нас встретила Розали. Дриада, чье тело казалось сотканным из гибких ветвей и нежных лепестков, смотрела на нас с теплотой, но в её изумрудных глазах уже читался ответ.

Я открыл уже рот, чтобы обрисовать ситуацию, но дриада опередила меня.

— Мне жаль, Артём, — её голос шелестел, как ветер в листве, полный искреннего сожаления, но пропитанный сталью. — Я не имею права укрывать вас здесь. Вы видели, во что превратилась моя сестра, когда попыталась защитить тех, кто ей дорог, и не повторю ошибки Лореи. Дать вам ложную надежду — значит обречь на гибель не только вас, но и мой народ.

В груди неприятно кольнуло. Ожидаемо, чёрт возьми. Я не привык просить милости у высших сил, но ради доверившихся мне людей сейчас был готов на всё.

— Так и думал, — ровным тоном ответил я, сдерживая рвущееся наружу раздражение. — А как насчёт Астерии?

Розали, чьи волосы сейчас напоминали цветущую вишню, мягко улыбнулась.

— Разумеется, моя внучка всегда найдёт здесь приют, если того потребуют обстоятельства, но, Артём, — дриада испытующе посмотрела мне в глаза, — но ей нужно не временное убежище, а настоящий дом, место, где она будет расти бок о бок со своими братьями и сёстрами. Пройдёт всего пара лет, и она сможет покинуть эти леса.

Мой мозг, привыкший анализировать всё через призму игровой логики, тут же зацепился за её слова. Намёк? Она знает о каком-то безопасном месте?

— Так может, у тебя найдётся для нас совет, Розали? Куда нам податься?

Лепестки на её плечах печально дрогнули.

— Лишь один: не ищите спасения под землёй, тьма скрывает не только тайны, но и ваших врагов. Они уже ждут вас там.

Твою мать!

А впрочем, логично. Малин Медобрук держал на коротком поводке целую армию наёмников-дроу, а где дроу, там и Подземье. Если Консорциум запустил свои грязные щупальца в города гномов и дворфов, то и ушастые убийцы наверняка давно куплены с потрохами.

Мать вашу, как же меня достал этот старикашка!

Я с силой потёр лицо, пытаясь согнать физическую и моральную усталость, которая уже, казалось, въелась в самые кости.

— Понял, спасибо за прямоту, Розали, — сдержанно произнёс я. — У нас есть пара запасных планов. Как, кстати, Лорея?

Дриада бросила долгий взгляд на цветущий холм, место, где в глубоком целительном стазисе покоилась её сестра.

— Восстанавливается медленно, по капле. Тысячелетия боли нельзя вычеркнуть за одну ночь, Артём, но худшее позади. Её сны стали светлее, в них больше нет того удушающего ужаса.

— Слава богам! — тихо произнесла Мия. Богиня шагнула вперёд и ободряюще коснулась руки племянницы. — Мы не станем больше тревожить ни её, ни тебя, дорогая.

Я молча кивнул, а мозг уже лихорадочно перебирал оставшиеся опции на невидимой карте мира. Если Подземье отпадает, значит, Элариэна и её тёмные эльфы в Копях Кротоса пусть идут лесом. Честно говоря, я и так не горел желанием доверять жизни своих женщин этой прагматичной стерве, но теперь вопрос снялся сам собой.

Перевёл взгляд на Кору. Мощная фигура моей красной орчанки сейчас казалась напряжённой, как натянутая тетива.

— Следующая остановка — Цветочные поляны, — скомандовал я.

Ветви, заменявшие Розали волосы, задумчиво качнулись.

— Это… может сработать, — протянула дриада. — Там живёт ваша родня, возможно, Серафия и дарует вам приют.

Мия промолчала, но я заметил, как её губы сжались в тонкую линию.

Спустя почти час изматывающего пути мы шагнули из мерцающего зева портала. В нос ударил свежий, напоённый озоном и пыльцой воздух. Мы находились у массивных подъёмников, единственного приемлемого маршрута через исполинские скалы, кольцом сжимающие этот райский уголок. Я решил не борзеть и не открывать портал прямо в святилище Цветочных полян. Раздражать Серафию сейчас было бы верхом идиотизма, да и Система, скорее всего, просто заблокировала бы прямой переход в божественную вотчину. Так чего тратить ману и нервы впустую?

А вот и сама Ангел Красоты. К моему немалому удивлению, богиня уже поджидала нас, восседая в ажурной беседке у самого подножия скалы, утопающей в каскадах цветущих роз.

Мои девочки мгновенно склонились в почтительных реверансах, даже Мия, будучи равной ей по статусу, отвесила уважительный поклон. Я ограничился коротким, но глубоким кивком, не опуская взгляда.

Серафия плавно поднялась. Её рост поражал, она возвышалась над нами, оказавшись раза в два выше миниатюрной Мии. От её тела исходило мягкое, почти осязаемое тепло.

— Добро пожаловать, друзья, — голос звучал как звон хрусталя, но в нём не ощущалось радости. — И простите меня, я вынуждена отказать вам в убежище.

Вот же дерьмо! Мы толкнулись в очередную закрытую дверь.

— Вы знаете, что нас привело к вам, миледи? — сухо уточнил я.

— Знаю, Искатель, — Серафия опустила глаза. — Поверь, мне искренне жаль, но мои земли для вас закрыты.

Я скрипнул зубами. Разочарование горчило на языке, но удивления не возникло. Мы жили в мире, где боги скованы собственными правилами по рукам и ногам.

— Хотите сказать, что божественной мощи Ангела Красоты не хватит, чтобы размазать какого-то зажравшегося гнома? Малин Медобрук настолько крут?

— Ты неверно трактуешь мои слова, Артём, — Серафия удостоила меня печальной улыбки. — Суть не в силе. Чтобы сохранить Цветочные поляны в безопасности для моих детей и крылатого народа, я обязана соблюдать строгий нейтралитет. Базовое правило моего домена — никакого вмешательства в дела внешнего мира. Я не могу превратить свои земли в бункер для тех, кто ищет защиты от внешних конфликтов.

— Понятно. Нельзя дать по морде боссу, а потом спрятаться в безопасной зоне от агро-мобов, — усмехнулся я.

— Именно, — подтвердила богиня. — Но есть единственное исключение: если ищущие защиты полностью и безвозвратно отрекутся от внешних конфликтов. Грубо говоря, вам пришлось бы остаться здесь навсегда, забыв о том, что происходит за пределами скал.

Чёрт! Трижды чёрт!

Запереть себя в золотой клетке, пусть и райской? Похоронить амбиции, сдаться и смотреть, как Консорциум сжирает всё, за что я боролся? А как же Мэриголд? Как же мой сын Марк? Они ждут, что я вытащу их из этой задницы, а не спрячусь под юбкой у богини.

— Нет, этот вариант отпадает, — отрезал я. — И то, что здесь живёт мой ребёнок, не делает меня своим?

— Увы, закон непреложен, — Серафия перевела взгляд на Мию и плавно склонила голову. — Прости меня, сестра. Я понимаю, почему Системные ограничения не позволили тебе предупредить мужа. Жаль, что вам пришлось проделать этот путь впустую.

Мия тихо выдохнула, её хрупкие плечи поникли.

— Системный кляп, сковывающий мой язык, с каждым днём становится всё невыносимее.

Я притянул Мию к себе и успокаивающе поцеловал в макушку. От её волос пахло грозой и озоном.

— Ничего, прорвёмся, что-нибудь придумаю, — твёрдо сказал я, хотя внутри всё сжималось от безысходности.

— Молюсь за вас. Да хранят вас боги, сестра… и вы, друзья, — Серафия ещё раз грациозно кивнула.

В следующую секунду и сама богиня, и её роскошная беседка просто растворились в воздухе, словно их здесь никогда не было.

И ни единой подсказки! Шикарно, просто десять из десяти!

— И что теперь, Артём? — длинные уши Лили тревожно прижались к голове. — Двинем дальше на север, в настоящие Дикие Земли, где царствует вечный холод?

— Бессмысленно, — глухо отозвалась Ирен, шагнув ко мне. Её жреческие одежды тихо зашуршали. — Мы уже выяснили, что Малин пустил корни в Склепах Корогана, и у Консорциума наверняка полно теневых аванпостов и на севере. Если у этого гнома на прикорме сидит Ясновидец шестидесятого уровня, ему даже задницу с бархатного кресла поднимать не придётся, чтобы просканировать тундру и вычислить нас.

Кору недовольно фыркнула, её мощные клыки блеснули в полутьме.

— Тогда валим на другой континент, туда, где этот коротышка нас не достанет.

Я хмуро потёр заросший щетиной подбородок. Звучит легко, но есть ли в этом мире хоть клочок суши, куда не дотянулся Консорциум «Шалин»? Да, формально Малин правит здесь, но деньги открывают любые двери. А если этот ублюдок имеет доступ к технологиям или навыкам класса Фазварпер, расстояние вообще перестаёт играть роль.

— Есть одна безумная мысль, аж самому тошно произносить, — медленно, взвешивая каждое слово, начал я. — Что насчёт хозяина Ашары… Азголруна?

Лили и Кору уставились на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

— Кого? — непонимающе моргнула кунида.

Ну да, откуда им знать. Я не то чтобы намеренно скрывал ту интрижку с суккубом, просто в водовороте постоянной бойни и выживания почти стёр этот эпизод из памяти. Иногда, в редкие минуты тишины я вспоминал о ребёнке, которого, по её заверениям, я ей заделал. Что с ним? Жив ли? Но Ашара с тех пор ни разу не вышла на связь. Ни слуху ни духу ни от неё, ни от её грёбаного Повелителя Демонов. Я даже не представлял, в каких слоях Бездны они обитали.

Поэтому и здесь, скорее всего, ждал облом.

Зато Ирен отреагировала бурно. На её прекрасном лице смешались шок, первобытный ужас и какая-то болезненная усмешка.

— Скажи, что ты шутишь, любимый, — её голос дрогнул. — У Повелителей Демонов нет союзников. У них нет граждан, только наложницы и рабы, и чаще всего это одно и то же.

Заметив, как у меня отвисла челюсть, жрица попыталась смягчить удар:

— Исключение составляют лишь высшие чины его двора, тесно связанные с ним кровью или силой… Как твой ребёнок.

Охренеть какое утешение!

— То есть постучаться к нему в дверь с просьбой о крыше над головой — это самоубийство?

— Ты ещё сомневаешься⁈ — взвизгнула Лили. Её пушистые ушки задрожали от паники. — Разве что ты мечтаешь подарить ему весь наш гарем! Он заставит тебя смотреть, Артём! Смотреть, как он ломает нас, разрывает на куски, пока от нас не останутся лишь пустые послушные оболочки!

Перед внутренним взором мелькнула настолько тошнотворная картина, что к горлу подкатил ком, желудок скрутило узлом. Мои женщины в лапах демона? Да за такое я сам себя в порошок сотру!

— Всё, закрыли тему. Забудьте, что я это ляпнул, — рыкнул, отгоняя мерзкое видение. — Есть другие, менее суицидальные идеи?

Ответом мне стала гнетущая тишина. Лили нервно теребила край куртки, Кору мрачно сверлила взглядом землю. Ирен выглядела совершенно разбитой. Я не винил её. Каково это, быть жрицей, матерью и понимать, что твоей семье грозит уничтожение, а ты ни черта не можешь сделать?

— Ладно, осталось ещё одно место, — слова давались тяжело. Я чувствовал себя загнанным в угол волком. — Вернее, сущность, существо, у которого нет ни единой причины нам помогать, но выбора у нас тупо не осталось.

— Куда? — Кору вскинула голову, уже готовая активировать навык телепортации. В её голосе звучало нетерпение бойца, которому осточертело бегать.

Я набрал в грудь побольше воздуха.

— Высокоуровневые зоны в северной части Диких Земель, те самые, откуда мы сбежали.

Лили мгновенно напряглась. Её уши встали торчком, глаза расширились.

— Ты имеешь в виду…

— Да, — я мрачно кивнул, глядя в никуда. — Попытка не пытка, по крайней мере мы можем попросить.

Оставалось лишь надеяться, что сразу по прибытии нас не сожрут живьём и не испепелят аду.

Оставив женщин позади, я один подошёл к берегу реки. Взгляд зацепился за почерневшую полосу разрушений, странным образом свободную от снега. Неужели Каира расчистила её с моего прошлого визита? Хороший это знак или плохой? Хрен его знает.

Опустившись на одно колено прямо в холодный сугроб, склонил голову и приготовился ждать. Снег обжигал кожу сквозь штаны, подтаивал, но я терпел.

Минуты тянулись мучительно медленно, кожу покалывало от фантомного ощущения чужого прицела. Казалось, что Малин со своей армией высокоуровневых ублюдков вот-вот выскочит из-за деревьев и обрушится на нас.

Наконец спустя четверть часа неподвижного ожидания тишину разорвал оглушительный шум крыльев, и огромная чёрная тень заслонила небо. Я продолжал держать голову опущенной. Шансы, что меня испепелят на месте, оставались пугающе высоки, но я намеренно демонстрировал уязвимость. Дипломатия, мать её!

Каира с оглушительным грохотом рухнула в реку. Поднялась миниатюрная приливная волна, окатив меня до пояса ледяным потоком. Холод пробрал до самых костей, заставив стиснуть зубы, чтобы не выдать дрожь. Для туши таких размеров река казалась мелкой лужей, вода едва доходила драконице до колен.

Она наклонилась ко мне, лицо обдало горячим дыханием, пахнущим озоном и жжёной сталью. Каира долго и шумно втягивала воздух, принюхиваясь, затем опустила свою громадную бронированную морду и уставилась на меня чёрными, как сама Бездна, глазами.

— Опять ты нарушаешь мой покой, человек, — низко прорычала она, от чего завибрировала земля под ногами. — Ладно хоть у тебя хватило ума и вежливости не вторгаться на мою территорию, как мы и договаривались.

— Простите за беспокойство, леди Каира, — тихо ответил я, смиренно не поднимая головы. — Я пришёл просить убежища.

Чудовищная чёрная драконица громко фыркнула и резко откинула голову назад. Я не мог точно сказать, удивило ли её моё уважительное обращение, на что очень надеялся, или же вывела из себя сама наглость моей просьбы.

— Убежища, — безэмоционально повторила она, пробуя слово на вкус.

Я кивнул и рискнул взглянуть ей в глаза.

— На мою семью напал могущественный и скрытный враг, теневой ублюдок с огромными ресурсами. Я не смогу вести с ним войну, если мне придется постоянно оглядываться и трястись за безопасность жен и детей. Мне нужна крепость, место, куда враг не сможет сунуться.

— И ты готов доверить мне своих самок и потомство? — в её голосе прозвучало неподдельное удивление.

— Да, — твёрдо сказал я. — Я читал о древнем союзе между вашим родом и гномами из Последней Твердыни Гурзана и скорблю о вашей утрате, как бы давно это ни произошло.

Каира выпустила из ноздрей густую струю дыма. Жар ударил в лицо, едва не опалив брови, я едва успел зажмуриться.

— Ты говоришь слишком смело для того, кто не имеет отношения ни ко мне, ни к гномам древности, — она приблизила морду так близко, что чешуя почти коснулась моей груди, и снова шумно втянула носом воздух. — Это слишком дерзкая просьба. Меня не интересуют чужие войны. Все эти долгие эпохи мне неплохо жилось с мыслью, что мир забыл обо мне.

— Тогда позволь моей семье стать арендаторами, — я глубоко вдохнул морозный воздух. — Мы не просим милостыни, я готов платить за защиту.

Повисла тяжёлая пауза, слышалось лишь её мерное дыхание, колышущее мою промокшую куртку. Наконец Каира отстранилась и выпрямилась, возвышаясь надо мной подобно горе из чёрного обсидиана.

— Сто килограмм истинного серебра.

Вот же дерьмо! Сто! Это же сто тридцать тысяч золотых! Такая сумма практически обнулит казну моей семьи, и это в тот самый момент, когда наши торговые пути перерезаны, а восстановить состояние практически невозможно. Внутренняя жаба возмущённо квакнула и попыталась удавиться.

— Но мы сможем оставаться под твоей защитой, пока я не одержу победу над этим врагом? — осторожно уточнил я, прикидывая варианты.

Огромная драконица издала звук, похожий на рокочущий смех.

— Будь осторожнее в формулировках, смертный, иначе сам загонишь себя в ловушку. Но сегодня я в хорошем настроении. Та и быть, я дам вам свою защиту до тех пор, пока ваш враг не перестанет представлять угрозу. Это может занять долгие годы, поэтому я рассчитываю на щедрые проценты. Но прежде чем мы ударим по рукам, ты приведёшь ко мне Люменарианну. Нам троим нужно поговорить.

Я моргнул, переваривая услышанное, и бросил взгляд через плечо. Мия стояла в сотне метров позади вместе с остальными, но громогласный бас Каиры наверняка разносился на мили вокруг. Богиня уже спокойно шагала по заснеженному полю к нам.

— Люменарианна, — прорычала чёрная драконица, опустив морду так низко, что её нижняя челюсть погрузилась в ледяную воду. — Прошло слишком много долгих лет с нашей последней встречи.

— Я не хотела тревожить твою скорбь, дорогая племянница, — мягко, но с нескрываемой силой в голосе произнесла Мия, останавливаясь рядом со мной. — Чего ты от меня хочешь?

Я рефлекторно отшатнулся и положил ладонь на рукоять кинжала, когда массивное тело Каиры дёрнулось вперёд. У меня мелькнула мысль, что она сейчас разорвёт Мию пополам, и хотел как-то этому помешать, но в следующее мгновение огромная туша начала стремительно сжиматься, окутываясь плотным магическим туманом. Драконица принимала гуманоидную форму.

Чёрная чешуя вспыхнула потрясающими радужными переливами, исчезая в сиянии, и из воды на берег шагнула невероятно красивая абсолютно обнажённая женщина. Каира-драконид оказалась стройной и обладала опасной хищной грацией.

— Чего я желаю, тётя? Зачем спрашиваешь, если и так знаешь ответ? — её голос изменился, стал бархатным, с лёгкой хрипотцой, от которой по спине пробежала волна мурашек.

Мия едва заметно повела рукой в мою сторону.

— Будь повежливее с моим мужем.

Прекрасная драконидка раздражённо или смущенно, чёрт её разберёт, хлестнула по воздуху тонким чешуйчатым хвостом.

— Я хочу пойти с тобой.

Лицо Мии осталось непроницаемым, ни одна из них не спешила объяснять, о чём шла речь.

— Куда пойти? — не выдержал я, переводя взгляд с одной богини на другую.

Каира фыркнула, скрестив руки под пышной высокой грудью.

— Прочь отсюда. В следующий раз, когда ты покинешь этот мир, чтобы отправиться в другие измерения, я пойду с тобой.

На лице рыжеволосой богини отразилась глубокая печаль.

— Ты же знаешь, что это недопустимо.

— Я сделаю всё необходимое, чтобы сбросить оковы этого мира, — упрямо сверкнула чёрными глазами Каира.

Печаль Мии стала ещё отчетливее, а я почувствовал холодок в груди.

— Что ты имеешь в виду? — тихо спросил я.

Драконидка перевела на меня взгляд, в её бездонных зрачках горела фанатичная решимость.

— Я не божество, чтобы свободно странствовать между мирами и возвращаться по своему желанию. Чтобы уйти, мне придётся сбросить свою смертную оболочку.

Я сглотнул вязкую слюну.

— Ты… умрешь?

— Я пойду дальше, перейду на новый уровень, к чему готовилась на протяжении тысячелетий, — Каира гордо расправила плечи, выпячивая навстречу морозному ветру тугую идеальную грудь с потемневшими от холода сосками. — Но есть ещё одно условие сделки: ты оплодотворишь меня.

Мия издала тихий приглушенный смешок, а у меня натурально отвисла челюсть.

— Чего-чего? — выдавил я.

— У тебя что, проблемы со слухом, человек? Надеюсь, ты знаешь, что означает это слово, — ноздри дракониды хищно раздулись. — Драконы жадны по своей природе. Если Люменарианна делится тобой со своей кузиной-дриадой, то поделится и со мной. Чтобы покинуть этот мир я должна оставить после себя потомков, которые продолжат мой благородный род, и ты обеспечишь наилучший племенной материал для этой цели, — на её губах заиграла опасная дразнящая улыбка. — Ты достоин ложа богини.

— Не сомневаюсь, что Артём тебе не откажет, — с лукавой улыбкой вставила Мия. — Но с какой стати мне делиться им, когда ты ставишь это ультиматумом? Это выходит за рамки нашей первоначальной договорённости.

Каира недовольно оскалилась.

— Я дам вам полное право пользования ресурсами моей земли. Меня не интересует их эксплуатация. Ваша плата — десять процентов от прибыли любыми драгоценными металлами, — она на секунду запнулась, словно эти слова причиняли ей физическую боль. — Так уж и быть, я дам вам пять лет на то, чтобы выплатить мне те сто килограмм истинного серебра, которые требую.

— По рукам, — мгновенно согласилась Мия, не дав мне и шанса обдумать предложение.

— Эй, тормозните! — возмутился я, чувствуя, как ситуация выходит из-под контроля. — Вы что, только что сдали меня в аренду в качестве породистого жеребца⁈

Обе женщины синхронно фыркнули и широко улыбнулись, наслаждаясь моим замешательством.

— Она только просит принять её в гарем, Артём, — ласково, но с ноткой снисхождения пояснила жена. — Просто делает это в своей типичной драконьей манере, — Мия стрельнула в меня игривым взглядом. — Если, конечно, у тебя нет каких-то веских причин отказывать такой женщине…

— Дело не в том, что я… против, — пробормотал, скользнув взглядом по роскошному, манящему телу статной дракониды. От неё, начиная с идеальных изгибов бёдер и кончая дерзким взглядом, исходила дикая первобытная сексуальность. — Я её совсем не знаю, мы… можем просто не подойти друг другу!

Каира плотоядно ухмыльнулась, обнажив ровный ряд острых, как бритвы, зубов.

— Уж поверь мне, человек, когда дело дойдёт до постели, ты быстро поймёшь, что мои ножны созданы идеально под размер твоего копья.

Я открыл рот, чтобы выдать тираду о том, что в отношениях есть нечто большее, чем просто секс, но перехватил взгляд Мии. Она едва заметно кивнула, призывая соглашаться. Я привык доверять её чутью, зная, что она желает мне лучшего и не ошибется в выборе женщин для нашей семьи. Тяжело вздохнув, капитулировал.

— Хорошо, я готов дать нашим отношениям шанс, — твёрдо сказал я, глядя драконице в глаза. — Я обеспечу тебя детьми и стану для них хорошим отцом, даже если в итоге окажется, что мы с тобой не ладим.

— Поладим, — рокочуще промурлыкала Каира, делая шаг ко мне. От неё пахло возбуждением и грозой. — Я бываю крайне внимательной и любящей партнёршей.

Глядя на её хищную грацию, я в этом нисколько не сомневался, но где-то на задворках сознания заворочался лёгкий мандраж. Смогу ли я пережить ночь с рейдовым боссом 70-го уровня?

А что, если в порыве страсти она случайно перекинется обратно в дракона прямо на мне?

Каира резко махнула изящной рукой с чуть удлинёнными ногтями-когтями.

— Зови своих людей. Никто не посмеет тронуть их на моей территории, иначе обидчикам придётся перешагнуть через мой труп, — её лицо исказила кривая усмешка. — А сделать из меня лёгкую добычу у них не выйдет.

И это было чистой правдой. Не так давно она в одиночку перебила всех хваленых «героев» Харалдара вместе с их элитным эскортом королевской гвардии, когда те попытались её обокрасть.

Да, Малин, обладая колоссальными ресурсами, возможно, и смог бы собрать силы, чтобы победить чёрного дракона 70-го уровня, способного выдержать целый рейд, но для начала этому теневому ублюдку придется нас найти здесь.

А пока они будут рыскать, у нас появится безопасное место, где мы сможем перегруппироваться, нарастить силы и подготовить сокрушительный ответный удар по гному и его Консорциуму. К тому времени, когда враг сунется сюда, мы должны стать достаточно сильными, чтобы сражаться плечом к плечу с Каирой, защищая наш новый дом. А драконица точно склонит чашу весов в нашу пользу.

Жаба внутри довольно заурчала. Сделка оказалась не просто невероятно удачной, она кардинально меняла вообще всё.