Необычная для Лондона жара нависла над городом. Когда Вивьен в канун юбилея восшествия на престол Королевы, в особенно душный летний вечер в июне 1977 года, в полном панк-наряде, в кожаной куртке, штанах для бондажа и начесанными волосами, достигла пирса на Темзе, с нее градом лился пот. Погода соответствовала ее приключению, оно имело так же мало общего с традициями Англии, как и это безжалостно палящее солнце.
У причала стоял прогулочный корабль, который арендовал Малькольм. Это был ржавый, видавший виды пароход, который по иронии судьбы носил имя королевы Елизветы. Около двухсот человек толпились на причале. Среди них было много панков – друзья Малькольма и Вивьен и много знакомых лиц из окружения магазина. Кроме того, огромное количество журналистов и репортеров, которых Малькольм пригласил на это зрелище.
Даже съемочная группа приехала, чтобы запечатлеть события этой ночи. В беспорядочной сутолоке перед пирсом она заметила Малькольма, который шел ей навстречу с широкой улыбкой. Среди гостей царила странная какая-то мерцающая атмосфера, смесь волнения и предвкушения.
– Вив, – поприветствовал он ее. – А вот и ты. – затем указывая широким жестом в сторону корабля спросил. – Разве она не фантастична? «Королева Елизавета» готова для нас.
– Эта посудина скорее могла бы называться Королева-мать, так она износилась.
Он громко засмеялся.
– Я арендовал ее не из-за названия, а потому, что она была единственной, которую можно было найти. Это всего лишь вишенка на торте.
Трап еще не был освобожден. Люди на пирсе с нетерпением ждали, когда их пустят на борт. Толкались и толкались, но настроение оставалось беззаботным.
– Мой план удался, – сказал Малькольм. – Они все пришли. Мы получим как можно больше внимания, только подожди.
Вивьен это не удивило, потому что то, что он задумал, было так же просто, как и гениально: на празднование юбилея восшествия на престол Королевы Малькольм арендовал лодку, чтобы с музыкантами, панками и журналистами проплыть по Темзе до Вестминстера, играя вживую «Боже, храни королеву».
Однако не национальный гимн, как это, вероятно, было бы уместно, учитывая декорации, а одноименная песня Sex Pistols, которая обвиняла политику Англии в фашистских чертах и отрицала человечность королевы: «Боже, храни королеву, она вообще не человек», должна была сопровождать это плавание по Темзе. Невероятная провокация!
После выхода сингла песня сразу же взлетела на вершину хит-парадов, и это несмотря на то, что государственные радиостанции бойкотировали ее трансляцию, как и раньше сингл Anarchy in the U.K. К предстоящим торжествам юбилея восшествия на престол синглу даже удалось вырваться на первое место в чартах. Это было настоящее безумие: они сделали хит со своей панк-песней. В некоторых магазинах пластинок там, где обычно указывалось первое место в списке и лежала стопка пластинок с этой песней, была только пустая белая коробка, там отказывались продавать сингл. Но и это не смогло остановить победное шествие. «Боже, храни королеву» от Sex Pistols стал альтернативным саундтреком двадцать пятого юбилея восшествия на престол Королевы.
В то же время созданная Вивьен мода завоевала улицы Лондона – повсюду можно было увидеть разорванные с напечатанными рисунками и текстами футболки, булавки, кожаные куртки и прически в виде ежика. Изображение королевы, разработанное Джеймсом Рейдом, из которого Вивьен создала футболку, теперь продавалось по всему миру. Панк захлестнул все, как лавина.
– Завтра, – ухмыльнулся Малькольм, – здесь на Темзе состоится королевский парад флота. Королева будет на лодке в самой гуще событий, а потом будет большой фейерверк. Как думаешь? Не просчитались ли мы, сможем ли мы затмить это заранее?
– Во всяком случае, журналистов здесь достаточно, – прокомментировала Вивьен. – И общественное возмущение тебе обеспечено, Малькольм. По сравнению с этим выступление группы у Билла Гранди было просто невинным.
– Здорово, не правда ли? – он изобразил невинную улыбку. – Я с нетерпением жду, что произойдет. Разрешите пригласить, мадам?
Совсем как джентльмен, он протянул ей руку и провел ее через толпу к трапу, который он затем широким жестом освободил для публики. Рулевой и люди из компании по аренде кораблей наблюдали за всем этим довольно отстраненно. Казалось, они были начеку, когда увидели, как эта толпа для вечеринок врывается на лодку. На палубе группа уже обосновалась. Все было украшено вымпелами с изображением флага, а сцена была залита разноцветными огнями. С бас-гитарой в руках Сид улыбнулся ей. Он занял место Глена, хотя и был отвратителен в игре на своем инструменте. Лемми Килмистер из хэви-метал-группа Motörhead лично пытался научить его играть на басу, но тщетно. У Сида не было ни малейшего таланта, поэтому его гитару отключали на концертах, а для записей в студии Стив Джонс взял на себя его партию.
Но выглядел он просто потрясающе и обладал невероятным сценическим обаянием, подумала Вивьен, когда он подмигнул ей. «Мне это удалось», – казалось, говорила его улыбка. Он был участником группы.
Едва корабль отошел от берега, как вечеринка громко началась. Отклик зрителей дал ответный импульс, затем барабаны стали задавать ритм, и Джонни Роттен задыхаясь закричал в микрофон. Он, вероятно, что-то принял перед концертом, поскольку излучал своего рода вампирическую красоту: бледный, потный и с неземным блеском на лице. Запертые на ржавом пароходе и накачанные алкоголем ребята играли так, словно боролись за свою жизнь.
Вивьен, которая хотела быть хорошим зрителем, танцевала в первом ряду и толкалась в толпе во время пого, пока корабль не начал раскачиваться.
Со временем на палубе стало клаустрофобически тесно, и единственным способом убежать был бы прыжок за борт в илистую реку, что было опасно для жизни из-за ее течения. Вивьен увидела музыкального репортера, которого она знала. Он так судорожно цеплялся за перила, что, вероятно, воспринимал эту небольшую прогулку на лодке как ужасное путешествие.
Когда стемнело, они уже миновали Ламбетский мост и приблизились к зданию парламента и Биг-Бену. Группа сыграла последние такты Anarchy in the U.K., как раз вовремя, когда Вестминстерский дворец попал в поле зрения. Затем они начали «Боже, храни королеву». Танцующий и ликующий корабль стал единым пульсирующим организмом. «Какая вечеринка!» – подумала Вивьен.
Малькольм толкнул ее в бок и указал на воду. «А у нас есть компания», – прошептал он. Она удивленно огляделась. Отовсюду приближались полицейские катера, которые, казалось, бесшумно возникли в этом гомоне вечеринки. Они начали окружать их и заставили капитана прогулочного корабля сбросить обороты двигателей. Один из полицейских в форме на качающейся барже что-то кричал в мегафон, но музыка гремела так громко, что нельзя было разобрать ни слова. Вивьен не могла поверить глазам, какое количество полиции было прислано. Всюду полицейские катера. Как будто они были убийцами из ИРА. Джонни еще раз крикнул в микрофон строчку песни No Fun, затем резко погас свет. Кто-то из команды выдернул вилку из розетки. Музыка затихла, и ребята из группы озадаченно переглянулись. Среди гостей возникло волнение. Началась толкотня, все хотели подойти к перилам, чтобы посмотреть, что происходит, Вивьен постепенно начала беспокоиться. Полицейский в форме снова закричал в мегафон, что вечеринка окончена и полиция сопроводит «Королеву Елизавету» к пирсу, подальше от Вестминстера и обратно в Челси.
«Видишь полицейский отряд? – восторженно прошептал Малькольм, когда они добрались до пирса, где их ждали полицейские машины. – Это ли ни массовое собрание? Мы государственные враги номер один, Вив!». Это было вполне в его вкусе: хаос и анархия.
Но прежде всего это была прекрасно организованная рекламная акция для нового сингла, поскольку пресса, находящаяся на борту, лихорадочно фотографировала и записывала происходящее. Но тут, похоже, Малькольму внезапно что-то пришло в голову, и его восторг как рукой сняло.
– Что случилось, Малькольм? – спросила озадаченная Вивьен.
– Группа и оборудование должны быть сняты с корабля полицией. Это нельзя допустить ни в коем случае!
– Но это не удастся предотвратить.
– Оборудование ни в коем случае нельзя конфисковать. У нас завтра концерт.
Он нервно грыз ноготь. Вивьен посмотрела на причал, где сотня полицейских заняла позицию, чтобы принять гостей вечеринки.
– Невозможно провезти группу мимо них, – прокомментировала она.
– Невозможно, говоришь? – на его лице появилась напряженная улыбка, как будто ему пришла в голову очередная идея. – Просто подожди, Вив. Ты позаботься о группе, а я отвлеку их.
Прежде чем она успела спросить, он сорвался с места и, размахивая руками, проложил себе путь сквозь толпу к трапу.
– Малькольм, черт возьми. Что ты задумал? – крикнула Вивьен ему вслед.
Она увидела, как он отталкивает людей в сторону и направляется прямо к полицейской цепи. «Вы, чертовы фашистские свиньи!» – закричал он и набросился на первого попавшегося полицейского. Мгновенно воцарился хаос.
С боевыми криками остальные панки последовали за Малкольмом, которого в суматохе повалили на землю и жестоко избили дубинкой полицейские. В шоке она подбежала к Сиду, первому встречному, которого ей удалось схватить: «Вы должны уйти в безопасное место, – сказала она. – Вы, и все оборудование. Поторопитесь!»
Сид поспешил к остальным, а Вивьен побежала обратно к трапу, к Малькольму, которого с кровоточащей раной на голове двое полицейских запихивали в фургон. Она последовала за ним по трапу, бросилась в суматоху, пока полицейский не схватил и ее.
Затем она увидела Малькольма, сидящего на скамье внутри машины. Он выглядел подавленным, но, казалось, с ним все было в порядке. Пока Вивьен ждала, чтобы ее запихнули к нему в фургон, рядом с ней на носилки положили бесчувственного панка. Медсестра наклонилась к нему, чтобы проверить его пульс.
– С ним все в порядке, – сказала она коллеге. Затем она окинула взглядом его штаны для бондажа и, покачав головой, добавила, – я не знаю, как можно двигаться в этих штанах. Они просто безумны, эти панки.
– Эй! Эй, ты! – закричала Вивьен, пока не привлекла внимание медсестры, затем она указала на свои штаны для бондажа, ту же модель, что и у панка на носилках, взмахнула руками в воздух и элегантно и безупречно перевернулась колесом посередине тротуара.
– Прекрати этот бред, – прорычал полицейский и толкнул ее в сторону фургона.
По неописуемому удивлению медсестры Вивьен поняла, что она ясно дала понять одно: еще как можно двигаться в этих штанах! Затем она без сопротивления позволила запихнуть себя на скамейку фургона, где Малькольм встретил ее смехом. «Черт возьми, Вив, – пробормотал он своими распухшими губами, – я уже с нетерпением жду заголовков».