Английский писатель и антиквар Джон Обри в книге The Natural History and Antiquities of the County of Surrey («Естественная история и древности графства Суррей»), опубликованной в начале XVIII века, приводит несколько историй о том, как опасно тревожить деревья, где поселились гамадриады.

Он рассказывает о дубе в Норвудском лесу близ Лондона, на ветвях которого укоренилась омела. В 1657 году дерево срубили, и Обри отмечает, что лесники один за другим стали калеками: один охромел, другой сломал ногу, третий лишился глаза. Суеверные современники объясняли это местью разгневанных нимф за уничтожение священного дерева.

Там же Обри приводит историю о рощице дубов близ поместья рода Уинчилси. Глава семьи приказал вырубить деревья, несмотря на предупреждения. По легенде, вскоре после этого его жену нашли мертвой в постели, а старший сын погиб в море. Потомки связывали череду несчастий с тем, что хозяин поместья собственноручно нанес первый удар по священному дубу.

В подобных историях важно не то, были ли они точными в подробностях, а то, как их понимали люди. Лес казался живым существом, а дерево – почти равным человеку: обидев его, можно было навлечь беду на себя и свой род.