В государстве инков, как и в любом земледельческом обществе, огромное значение имела календарная обрядность, то есть праздники, приуроченные к определенным отрезкам времени, и сопутствующие им ритуалы и церемонии. В одной из предыдущих глав уже рассказывалось об инкском календаре, который был костяком этой системы праздников. Как и в случае с большинством прочих аспектов религии, инкские календарные празднества представляли собой сочетание традиционной андской основы и элементов инкской государственной пропаганды, поскольку это был еще один важный способ упрочения власти и господствующего мировоззрения.

Отсюда проистекает одна из важнейших черт всех основных календарных праздников – это их публичность. Все они сопровождались ритуалами, ориентированными на зрителей и многочисленных участников. Приватные, частные ритуалы, несомненно, тоже существовали, но в рамках собственно инкской религии они не играли значимой роли. Как мы уже отмечали, инки мало интересовались тем, что не имело прямого отношения к государственным культам и государственному мировоззрению.

Еще одна значимая характеристика инкских праздников – сочетание календарно-астрономического и потестарного аспектов. Другими словами, среди значимых праздников большинство относятся либо к земледельческому циклу и значимым астрономическим явлениям, либо к событиям, имеющим отношение к правящему роду. Первое было необходимым условием нормального функционирования государства инков как земледельческого сообщества, второе – важнейшим компонентом официальной идеологии. Нетрудно предположить, что в источниках отражены лишь те праздники, которые считались важными самими инками. Несомненно, были и другие, которые праздновались прочими андскими народами, но об их существовании у нас нет достоверных сведений.

Поскольку в источниках описание инкских праздников дается с привязкой к нашему календарю, мы при их описании поступим так же и представим обзор в хронологическом порядке, хотя, как мы уже писали ранее, инкский календарь отличался от григорианского, принятого в настоящее время[84]. Кроме того, для правильного понимания инкского календаря и праздников важно помнить, что территория инкского государства находится в Южном полушарии, где сезоны обратны привычным для нас: лето приходится на зимние месяцы, весна – на осенние и т. п. Как будет видно из обзора, значимые праздники выпадали не на каждый месяц.

В январе инки проводили жертвоприношения основным божествам в храмах и важнейших святилищах. При этом осуществлялись торжественные процессии и плачи, а также жертвоприношения перед уаками. Еще одним важным составляющим этого периода был пост, который заключался в запрете супружеских отношений, и этот запрет касался как как простолюдинов, так и знати. Существуют даже сведения, будто отказ участвовать во всех этих ритуалах мог караться смертью. При этом каких-либо значимых земледельческих или астрономических привязок этот период не имел.

Февраль в государстве инков был самым влажным периодом из-за обильных дождей, что, разумеется, оказывало огромное воздействие на местных жителей. Февраль предшествовал созреванию основных земледельческих культур, поэтому на него нередко приходился голод. Для любого традиционного земледельческого общества период, когда старые запасы на исходе, а нового урожая еще нет, всегда был одним из самых трудных. Впрочем, сведений о каких-то глобальных катастрофах такого рода в государстве инков у нас нет. Отчасти это могло быть связано с распространенной практикой делать в урожайные годы запасы продовольствия, которые хранились на государственных складах и распределялись среди населения в случае необходимости. Тем не менее, один из хронистов писал следующее:

«…В этот месяц идут очень обильные дожди, и бывает изобилие йуйо – съедобных водных растений, но при этом возникает голод из-за нехватки другой еды. Йуйо вызывают понос, поскольку они содержат много воды, и от него умирает много стариков, старух и детей. Они умирают от поноса и от холода в желудке, а также потому, что все едят зеленым»[85].

Другими словами, в группу риска попадали люди, наиболее уязвимые по состоянию здоровья. Ритуальная же составляющая этого месяца заключалась в жертвоприношениях золотом, серебром, раковинами. Кроме того, в честь этого праздника приносили в жертву сто лам и двадцать крупных морских свинок. Показательно, что человеческие жертвоприношения не практиковались: это свидетельствует о достаточно скромной роли этого праздника.

Период, соответствующий марту, занимал важное значение в земледельческом цикле: в это время продолжался сезон дождей, тогда же появлялись первые плоды нового урожая, в частности, картофеля и кукурузы – важнейших для Анд сельскохозяйственных культур. Таким образом, сезон рассматривался как начало обновления и новой жизни. Этот важный этап сопровождался многими религиозными обрядами: постом (соблюдался запрет на употребление соли, некоторых видов пищи, супружескую близость, исполнение танцев) и многочисленными ритуалами. Из последних следует отметить жертвоприношения черных лам некоторым значимым горным вершинам. Для инкской (и вообще андской) мифологии были характерны представления о связи гор с плодородием и водой, поэтому жертвы им в значимый сельскохозяйственный период выглядят логично: таким образом инки благодарили божеств за новый урожай.

Апрель в праздничном календаре инков отмечен праздником под названием Инка-Райми. Он символизировал единение правящего Сапа-Инки со своими вассалами и подданными, а также наступление сезона изобилия. В рамках этого праздника в Куско организовывались не только пиры для знати, в которых участвовал император со своими приближенными, но и народные гуляния для основной массы людей, которые ели, пили, танцевали и распевали песни. На этом празднике было принято поглощать в больших количествах особый сорт чичи. Среди знати были в ходу не только пиры, но и более утонченные удовольствия, а именно разнообразные игры, о которых, к сожалению, у нас мало сведений. Конечно, все это сопровождалось жертвоприношениями основным божествам: в этот период в качестве таковых выступали ламы разных окрасов. Подобное расточительство ресурсов объяснялось, скорее всего, двумя причинами. Во-первых, созревал новый урожай, и продовольствия было в избытке. Во-вторых, после периода экономии и скупого питания людям был необходим праздник изобилия, чтобы с новыми силами вернуться к своим повседневным обязанностям. Другими словами, это был местный вариант известной римской формулы «хлеба и зрелищ». Сапа-Инка выступал подателем и распределителем этого изобилия, что служило дополнительным укреплением его власти.

Май в государстве инков примерно соответствовал октябрю-ноябрю в Северном полушарии и был сезоном сбора основного урожая и, следовательно, одним из важнейших в рамках календарного сельскохозяйственного цикла. Сбор урожая сопровождался многочисленными ритуалами и жертвоприношениями разноцветных лам. Часть животных сжигали в ритуальных целях, а мясо некоторых из них съедалось в рамках торжественных пиров. Это был еще один символ изобилия этого месяца. Кроме того, практиковались и жертвоприношения лам перед изображениями бога солнца. Особый обряд заключался в торжественной процессии с участием специально отобранных пяти старых лам (для их обозначения использовался термин апоруко), которых после обряда также приносили в жертву и съедали, хотя их мясо было жестким и черствым.

Однако этот месяц был сопряжен не только с религиозными, но и сугубо практическими делами: инкское государство уделяло очень много внимания учету и сохранению полученного урожая. Специальные инспекторы отправлялись для этого в поселения, где фиксировали сведения обо всем собранном урожае, а также о скоте. В случае предоставления неточных сведений виновников наказывали. Ранее уже отмечалось, что часть урожая шла на специальные склады и хранилась там в качестве запаса на экстренные случаи. Другая немалая часть собранного продовольствия жертвовалась на религиозные нужды в качестве подношений божествам. Известно о существовании интересной приметы: обнаружение сросшихся початков кукурузы или клубней картофеля считалось добрым знаком, сулящим хороший урожай в будущем. Смысл такой веры весьма прозрачен: сросшиеся плоды символизировали удвоение, увеличение потенциальных урожаев нового сезона. В целом же этот период не отмечен значительными усилиями верховной власти по упрочению своего религиозного положения, поскольку она делала акцент на политическом участии с помощью системы учета и сбора данных о полученном урожае.

Июнь в Южном полушарии отмечен зимним солнцестоянием (то есть периодом с самой короткой продолжительностью светового дня). Как и все важнейшие астрономические события, связанные с солнцем, этот период считался у инков праздничным. Соответствующий праздник назывался Инти-Райми, что можно перевести как «праздник солнца». Он сопровождался многочисленными жертвоприношениями, в том числе человеческими: в Инти-Райми было принято приносить в жертву детей. Такой ритуал, как мы уже писали, назывался капакоча. Есть сведения, что число детей могло доходить до пятисот, но это, скорее всего, преувеличение. Как бы то ни было, главным адресатом этих жертв выступал именно Инти, поскольку праздник был посвящен ему. Зимнее солнцестояние во многих культурах связывается с периодом ослабления сил солнечного божества, и отсюда проистекает необходимость принесения жертв, чтобы восполнить эти силы.

Помимо капакочи совершались также жертвоприношения большого количества бурых лам. Соответствующая церемония проводилась на горе Мантуркайя в окрестностях Куско. Сапа-Инка принимал в ритуале непосредственное участие, и вообще никто, кто лиц инкской крови, не имел права участвовать в нем. В процессе им прислуживали мамаконы, и вся посуда была из золота. Кроме того, в рамках этого жертвоприношения жертвовались апоруки, которых сжигали с остальными ламами. Затем участники церемонии разделялись на три части: первая оставалась на месте для возлияний и танцев, а две прочие направлялись к двум другим горам для проведения жертвоприношений лам. Помимо живых животных практиковались и подношения соответствующих фигурок, сделанных из золота, серебра и раковин. Пепел, оставшийся от сжигания подношений, не рассеивали, а сохраняли в специальном месте, куда не мог входить никто, кроме тех, кто оставил сам пепел. После того, как ритуал заканчивался, его участники возвращались на главную площадь Куско, где праздник венчался пиром.

Помимо праздничных торжеств, у инков этот период был отмечен очередными государственными инспекциями, в рамках которых проверялось наличие основных запасов во всех домохозяйствах.

Июль был важным месяцем в сельскохозяйственном календаре, хотя никаких значимых общегосударственных праздников тогда не проводилось. Это был подготовительный период перед началом нового пахотного сезона. В июле происходило распределение тех земельных наделов, которые по каким-либо причинам остались без держателей. Земледельцы в это время очищали свои участки для посева и приводили в порядок межевые знаки, а также подготавливали оросительные каналы, очень важные для инкского террасного земледелия. Конечно, не обходилось и без подношений божествам: им жертвовали сотню лам, а также множество морских свинок, дабы солнце и небо были благосклонны к полям. Жертвоприношение осуществлялось с помощью сжигания подношений, чтобы божество быстрее получило положенное ему. В климатическом отношении этот период знаменует начало перехода к весне, что выражается в улучшении погодных условий.

Учитывая значение этого месяца, неудивительно, что важную роль в ритуалах играла вода. Самый важный из этих обрядов был связан с источником Котори. С целью сохранения его полноводности проводили два жертвоприношения лам: у истока и там, где он заканчивает орошать долину. По легенде, этот ритуал был учрежден шестым Сапа-Инкой Инка-Рокой: рассказывали, что после того, как жертвоприношение было закончено, правитель пропустил свою руку через источник, и он стал намного более полноводным, чем раньше.

Август знаменовал собой начало пахотного сезона, хотя конкретные сроки пахоты варьировались в зависимости от региона (на побережье она начиналась позже, чем в Сьерре). Такое важное событие требовало особого внимания со стороны божеств, и индейцы стремились заручиться их благосклонностью. Крестьяне приносили им традиционные жертвы ламами, морскими свинками, чичей и пр., но некоторые практиковали в этот период и человеческие жертвоприношения. Это не санкционировалось государством, а было внутренним делом общин. Точный принцип отбора детей для этого жертвоприношения неизвестен, но есть сведения, что семьи при этом менялись, чтобы каждая в тот или иной год внесла свой вклад в общее дело. Считается, что детей приносили в жертву, закапывая их в землю. Проводились также церемонии общегосударственного характера, например, жертвоприношения всем ключевым уакам окрестностей Куско, по пятнадцать лам на каждую.

Праздник урожая в августе

Портрет койи

Сапа-Инка тоже принимал непосредственное участие в торжественных ритуалах. Тогда проводились совместные пахотные работы, которые имели важное символическое значение: правитель делился своей силой и могуществом с полями, что делало их, по представлению индейцев, еще более плодородными. Особое внимание уделялось посеву на тех землях, с которых обслуживали культовые нужды. Он сопровождался торжественными ритуалами и жертвоприношениями с участием макакон. Все эти действа проводились с обильными возлияниями, музыкой и танцами. Они тоже носили ритуальный характер и исполнялись ради обильного урожая.

В сентябре праздновался Койя-Райми – праздник, посвященный богине луны и одновременно императрице (сама название празднества означает «праздник койи»). Главная супруга Сапа-Инки считалась воплощением богини луны – супруги солнца, и в рамках этого праздника их чествование шло рука об руку. В ходе Койя-Райми важную роль играла не только императрица, но и все представительницы правящей династии и знати в целом. Празднество сопровождалось торжественными пирами. Ламы, приносимые в жертву, были преимущественно белыми, что подчеркивало их связь с лунной богиней.

Важным компонентом этого праздника был ритуал, в ходе которого вооруженные мужчины с горящими факелами ходили по поселениям и с громкими криками произносили заклинания, изгоняющие основные болезни. Параллельно с этим люди поливали водой дома и улицы с целью ритуального очищения. Не очень ясно, почему избавление от болезней и очищение ассоциировались у инков именно с луной, возможно, дело в постоянном ее обновлении в течение месяца и вере в способность передать это свойство людям. Проводились и многие другие ритуалы, связанные с символикой воды, в частности, на побережье практиковался обычай купания в водах рек, впадающих в море. Считалось, что вода таких рек унесет все болезни прочь, и они не смогут вновь досаждать людям.

По некоторым данным, эти ритуалы очищения сопровождались суровым однодневным постом. Важным компонентом праздничных обрядов были специальные лепешки. Приведем цитату из хроники с описанием соответствующих ритуалов:

«В ту же ночь замешивания теста, незадолго до рассвета, все, кто постился, омывали свои тела и, взяв немного теста, смешанного с кровью, мазали им голову и лицо, грудь и спину, руки и ноги, словно бы они с его помощью очищались, изгоняя из своих тел все свои болезни. Совершив это, старший из родственников, хозяин дома, мазал тестом порог двери, выходившей на улицу, и он оставлял его на пороге в знак того, что в том доме было совершено омовение и очищение тел. Те же самые церемонии совершал верховный жрец в доме и храме Солнца»[86].

Здесь показательно совпадение домашних ритуалов и государственных, проводившихся в главном храме. Хронист, из труда которого взята эта цитата, утверждал, что кровь для замешивания теста бралась у детей с помощью кровопускания. Но, зная характер инкской религии, не исключено, что ее могли брать во время жертвоприношения.

На главной площади Куско тоже проводились торжественные церемонии. Туда выносились изображения основных богов и мумии Сапа-Инков, которых одевали в богатые одежды. В их присутствии проводились жертвоприношения, а также торжественный пир по случаю праздника. Как и всегда, умершие Сапа-Инки рассматривались как полноценные участники ритуалов.

На следующий день на площадь сгоняли большое количество скота, из которого выбирали тринадцать лам для еще одного жертвоприношения. Этих лам сжигали вместе с дорогими одеяниями. Церемония завершалась ритуальным вкушением кукурузных лепешек, приготовленных мамаконами с использованием крови белых жертвенных лам. Завершающим ритуалом праздника в целом было жертвоприношение четырех лам, по легким которых жрецы предсказывали будущее. По завершение ритуала мясо этих лам съедалось участниками.

В октябре инки отмечали праздник дождя. В рамках него основным божествам приносили в жертву большое количество лам, чтобы они послали с неба воду. Кроме того, проводился ритуал связывания черных собак и лам, которых били палками. Считалось, что их плач и стоны тоже способствуют дождю. Кроме того, организовывались процессии, которые ходили от одного святилища к другому. Люди при этом громко кричали и рыдали, призывая дождь. Если же он задерживался, проводилась специальная церемония: выбирали черную ламу, разбрызгивали вокруг нее чичу и не давали животному есть до тех пор, пока не пойдет дождь. Считалось, что бог солнца смилостивится над страданием животного и пошлет осадки.

В ноябре отмечался один из важнейших праздников в рамках всего календарного цикла. На него приходился Айя – праздник почитания умерших. Как известно, в южном полушарии этот период соответствует поздней весне – началу лета, в противоположность северному полушарию, где почитание умерших приходится, как правило, на позднюю осень. Возможно, это связано с иным отношением к смерти и умершим, распространенным в Андах: здесь мертвые были тесно связаны с плодородием и жизнью, на которые они, как считалось, благотворно влияют. В свою очередь, эти аспекты традиционно ассоциируются с весенне-летним циклом.

В инкском государстве особым почитанием во время этого праздника пользовались предки и просто значимые члены общин. В рамках празднества тела умерших вынимали из гробниц и совершали с ними ряд ритуалов. Их переодевали в дорогие одежды, надевали украшения, устраивали пиры и танцы, в которых умершие рассматривались как полноправные участники. Затем тела проносили по поселению и наконец возвращали в места их последнего упокоения, обязательно оставляя там еду, напитки, ткани и посуду (богатые – из драгоценных металлов, люди попроще – керамику). Нетрудно представить, что этот праздник требовал от каждой семьи значительных расходов. При этом не очень ясно, касался ли он всех умерших без исключения или только выборочно. В одной из хроник сохранилось изображение умершего во время Айи: он располагается на носилках, которые несут двое индейцев; тело имеет сидячую позу и завернуто в длинный плащ, а его голову украшает массивный убор из перьев. Его можно было бы принять за живого, если бы не характерное лицо скелета с впалыми глазница, носом и ртом. Именно так изображали умерших в большинстве культур Андской цивилизации: как живых, но отмеченных печатью смерти. Здесь же можно добавить, что умершие не рассматривались, если можно так выразиться, как окончательно мертвые: они считались неотъемлемой частью жизненного цикла, и принимали в нем, согласно представлениям андских народов, деятельное участие. Существовал и разработанный церемониал почитания предков в рамках самой инкской династии, и об этом речь пойдет в отдельной главе. Здесь же отметим, что в рамках этого празднества осуществлялось выставление императорских мумий на главной площади Куско, где над ними совершались приличествующие случаю обряды.

Празднование Капак-Инти-Райми

Наконец, на декабрь приходился, пожалуй, важнейший праздник для инкского государственного календаря – Капак-Инти-Райми (иногда называемый просто Инти-Райми), главный праздник солнца. Он отмечался с большим размахом в течение нескольких дней. Как известно, именно на декабрь в Южном полушарии выпадает день летнего солнцестояния, то есть самый длинный день в году. Поскольку солнечное божество Инти было у инков самым главным, неудивительно, что главный праздник был привязан именно к этому астрономическому явлению. Ведь это поистине день торжества солнца, выражение его максимального могущества. По некоторым данным, именно на этот период приходилось начало инкского года, что выглядит вполне логичным, учитывая важность солнца для инкской религии.

В ритуальном отношении главным событием Капак-Инти-Райми была капакоча – жертвоприношение множества детей, которых, как правило, хоронили высоко в горах с большим количеством подношений. Кроме того, богу солнца жертвовалось много золота и серебра, которое, по некоторым данным, зарывали в землю. Кроме того, практиковалось торжественное жертвоприношение одной из самых почитаемых горных вершин – Гуанакаури в окрестностях Куско. В ходе церемонии инки приносили в жертву несколько лам, которых сжигали перед горой. Кроме того, подношения осуществлялись и в адрес прочих важнейших горных вершин.

Еще одним важным компонентом праздника был обычай выставлять на площади изображения (или их символы) основных божеств: Инти, Виракочи, Кильи, Ильяпы, где им воздавались соответствующие почести. В ходе этой церемонии в жертву приносили большое количество лам (цифры в источниках разнятся, но счет мог идти на сотни). На центральной площади Куско многие значимые ритуалы исполнялись самим Сапа-Инкой, а большинство представителей династии при этом присутствовали. Кроме того, по некоторым сведениям, во время праздника происходил и торжественный вынос императорских мумий. С точки зрения инков это логично: не только живые, но и мертвые лица инкской крови должны принимать участие в главном празднике.

Разумеется, не обходилось в это время и без обильных пиров, которые организовывались по всей стране, но при этом важно отметить, что во время их проведения власти тщательно следили за дисциплиной и старались пресекать пьянство (по крайней мере, по утверждению хрониста Помы). Конечно, главным центром проведения праздника был Куско, где он отмечался наиболее торжественно. Активную роль при этом играл сам Сапа-Инка, что неудивительно, учитывая его титул «сына солнца». В столичных торжествах принимали участие также представители провинциальной знати и военачальники, которые присутствовали со своим оружием и знаками отличия. Так они демонстрировали свою лояльность и те подвиги, которые они совершили во имя Инти и Сапа-Инки. Важным блюдом торжественного пира являлись специальные кукурузные лепешки, тесто для которых замешивали мамаконы. Они же занимались приготовлением прочих блюд, которые подавались к столу правителя и его приближенных на этом празднике.

В целом важно помнить, что Капак-Инти-Райми, как и прочие важнейшие празднества, носил общегосударственный и очень масштабный характер. В целом же все эти торжества выполняли, помимо собственно религиозных функций, еще и роль проводников инкского могущества.

Еще один важный инкский праздник не имел четкой привязки к календарю, но рассказать о нем необходимо. Это вараку – посвящение в воины юношей-инков, которое проводилось раз в год или в два. Нередко его приурочивали к Капак-Инти-Райми, что имело под собой религиозные и идеологические основания. Успешное прохождение всех испытаний давало юношам право называться полноценными мужчинами и занимать положенные им по рангу посты. Показательно, что через все это должен был пройти и наследник престола, иначе он (по крайней мере, теоретически) не мог считаться достойным взойти на трон.

До вараку допускались юноши-инки, достигшие шестнадцати лет. Их размещали в специальном доме, и вместе с ними там находились старые инки, которые выступали в качестве наставников и экзаменаторов в делах, о которых мы расскажем, и в других, которые память нам не сохранила. Юноши должны были выдержать строгий шестидневный пост. В ходе этого поста они должны были доказать, что они могут переносить любую жажду и голод, которые случаются на войне. При этом постились и ближайшие родственники претендентов, они все вместе молили бога солнца дать юношам силы с честью пройти все испытания. Те, кто не выдерживал поста, подвергался осуждению и лишался права пройти последующие этапы.

После поста юноши должны были выдержать ряд испытаний на физическую силу и выносливость. В частности, организовывался забег, и тот, кто приходил до финиша первым, удостаивался особого уважения. Также считалось престижным прибежать вторым, третьим и четвертым, вплоть до десятого. Те же, кто не справлялся с испытанием, подвергался оскорблениям. Во время забега родственники участников подбадривали их.

Следующим испытанием была инсценировка взятия укрепления. Для этого юношей делили на две группы: первая исполняла роль обороняющихся, вторая – захватчиков. На другой день юношей меняли местами. Несмотря на то, что они сражались затупленным оружием, во время этих испытаний иногда имели место и смертельные случаи. Затем юноши состязались в борьбе, прыжках, метании оружия и камней, стрельбе из лука и т. п., то есть их проверяли на владение основными инкскими видами оружия. Кроме того, юноши должны были показать свои умения в изготовлении основных видов оружия, которое не требовало кузнечного мастерства: лук, стрелы, метательные орудия, копье и т. п., а также обуви. По завершении всех испытаний следовала торжественная церемония, в ходе которой Сапа-Инка прокалывал им уши – это был один из важнейших знаков отличия инков, и чем шире было отверстие, тем престижнее[87]. Несмотря на то, что из описания традиций вараку может сложиться впечатление, что оно имеет мало отношения к религии, для самих инков все эти действа были наполнены глубоким религиозным смыслом. Это выражается в большом количестве сугубо религиозных ритуалов, которые сопровождали вараку: например, юноши-претенденты совершали ряд жертвоприношений в адрес Инти и других главных божеств, чтобы разучиться их поддержкой и поблагодарить за успешное прохождение испытаний. Примерно за месяц до начала посвящения юноши-претенденты отправлялись к горе Гуанакаури, где не только совершали жертвоприношения, но и ночевали: как считалось, в подражание путешествия первых инков от этой горы к Куско. Кроме того, жрецы выдавали каждому юноше пращу, с помощью которой он должен был сам принести в жертву ламу. Это тоже могло рассматриваться как одно из испытаний в рамках вараку.

Хронисты сравнивали вараку со средневековой европейской традицией посвящения в рыцари, но куда более близкой аналогией следует признать обряды инициации. Это комплекс обычаев, характерных для самых ранних ступеней общественного развития, которые проводились при переходе от юношества к стадии взрослости. Без прохождения этих ритуалов (порой весьма жестоких) юноша не мог стать мужчиной и полноценным членом сообщества. Определенное родство с этими обрядами имеют и ритуалы, сопровождавшие посвящение в шаманы. В науке существует специальный термин для такого рода ритуалов – обряды перехода, которые сопровождают важнейшие этапы в жизни любого человека (рождение, взросление, свадьба, смерть). В разных культурах распространено отличное отношение к этим этапам: где-то уделяется больше внимание одним аспектам, где-то – другим. Для инков, несомненно, важнейший обряд перехода был связан со смертью и погребением.

В связи с проведением праздников и сопутствующих ритуалов у читателя может возникнуть логичный вопрос: а кто проводил эти ритуалы? Выше мы упоминали, что некоторые из них проводились Сапа-Инками, но очевидно, что правитель не мог отвечать за все. Часто ритуалы и жертвоприношения выполнялись частными лицами, но в рамках больших церемоний этот процесс был централизован. Как и любая развитая религия, инкская обладала разветвленной системой специалистов, главной функцией которых было выполнение религиозных ритуалов. У нас нет исчерпывающих данных по этому вопросу, но некоторыми сведениями мы располагаем. В частности, нам известно о существовании верховного жреца Инти. Как правило, лицо столь высокого ранга был родичем Сапа-Инки (братом или дядей). Но точный круг его обязанностей не ясен. Один из хронистов описывает его так:

«он, как верховный жрец, совещался с Солнцем, и о том, что Солнце приказывало ему сказать, – как рассказывают их сказки, – и о том, что ему говорили дьяволы из идолов и святилищ, и о том, что он сам, как понтифик, предсказывал и узнавал из своих предвестий, наблюдая жертвоприношения, толкуя сны и остальные приметы, которые имелись в их язычестве»[88].

Здесь речь идет о предсказании будущего, но вряд ли главный жрец верховного божества занимался только этим. Сообщается, что служители бога солнца были выходцами из одного рода, и не имеющие к нему отношения не могли права занимать эти должности[89].

Логично предположить, что у инков существовали и главные жрецы остальных богов (по крайней мере, ключевых), но мы доподлинно об этом не знаем.

В источниках сохранились сведения о разных группах предсказателей в зависимости от типов гадания; с определенной долей условности мы можем назвать этих специалистов жрецами. Были, в частности, те, кто специализировался на гаданиях по внутренностям животных, по дыму при сжигании подношений, по жребию, по молниям. Ранее мы уже говорили об оракулах в некоторых известных храмах. Разумеется, в роли толкователей божественной воли выступали специально обученные жрецы. Относительно же прочих гаданий нетрудно заметить, что при желании они могли практиковаться не только жречеством, но и простыми людьми.

В завершение описания основных инкских праздников можно отметить следующее. Календарная (и не только) обрядность наглядно показывает, что главным инкским божеством выступал бог солнца: он фигурирует в описаниях торжеств намного чаще остальных. Прочие божества, как правило, если и упоминаются, то на вторых ролях. Это показывает, что дошедшие до нас сведения о календарном цикле несут несомненные следы манипуляции со стороны инкской власти, которая подогнала народный обрядовый календарь под свои нужды.